Решение № 2-3895/2024 2-3895/2024~М-3624/2024 М-3624/2024 от 10 декабря 2024 г. по делу № 2-3895/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 декабря 2024 года гор. Владивосток

Советский районный суд гор. Владивостока Приморского края

в составе: председательствующего судьи Бурдейной О.В.

при секретаре <ФИО>3

с участием заместителя прокурора <ФИО>4

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № <номер> по иску <ФИО>1 к КГУП «Приморский водоканал» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение,

установил:

истец обратилась в суд с вышеназванным иском, указав, что <дата> водитель <ФИО>8, управляя автомобилем, двигаясь «задним ходом» по придомовой территории совершил наезд на <ФИО>5, который от полученных травм скончался. Приговором Фрунзенского районного суда гор. Владивостока от <дата><ФИО>8 осужден по ч.3 ст.264 УК РФ. В момент ДТП <ФИО>8 будучи работником ответчика исполнял трудовые обязанности. Умерший являлся братом истцу, иных родственников не имел. В связи с гибелью брата истец понесла расходы на погребение в размере 247 840 рублей. По этим основаниям просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей, расходы на погребение в размере 247 840 рублей.

В судебном заседании истец и ее представитель заявленные требования поддержали по основаниям и доводам, изложенным в иске и дополнениях к нему. Истец пояснила, что ее брат не имел семьи, у них была тесная связь, она заботилась об его здоровье, он оказывал мужскую помощь, учитывая, что она разведена. Встречались они каждую одну-две недели, совместно отмечали праздники. При рассмотрении уголовного дела она отказалась от получения денежных средств от третьего лица, поскольку смерть брата наступила в связи с ненадлежащей организацией труда, то есть именно ответчик, как работодатель не обеспечил безопасность труда. Брата она похоронила на новом месте захоронения. Памятник был установлен сразу, однако его сильно повело, что послужило оплате стяжки не всего места захоронения, а только вокруг памятника.

Представитель ответчика в судебном заседании требования иска не признал по доводам письменных возражений отзыва. Полагала размер морального вреда завышенным, а расходы по благоустройству захоронения не относящимися к необходимым расходам.

Третье лицо <ФИО>8 в судебном заседании пояснений не дал.

Выслушав участников процесса, заключение заместителя прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, оценив в совокупности все представленные доказательства, суд приходит к выводу, что требования истца подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 ТК РФ).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 ТК РФ).

Частью 1 статьи 212 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 ТК РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 ТК РФ).

Таким образом, исходя из приведенного нормативного правового регулирования, каждый работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" ГК РФ (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 ГК РФ.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В абзаце 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от <дата> N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абзац 3 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата>).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (абзац 4 пункта 46 постановления от <дата> N 33).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абзац 5 пункта 46 постановления от <дата> N 33).

При рассмотрении дела установлено, что <ФИО>1 является сестрой <ФИО>5, умершего <дата>, что подтверждается соответствующими свидетельствами.

Согласно сведениям департамента ЗАГС ПК, сведения о рождении детей, заключении и расторжении брака, перемене имени в отношении <ФИО>5 не установлены.

Родители истца и <ФИО>5 умерли, что следует из соответствующих свидетельств.

Из справки нотариуса следует, что наследственное дело к имуществу <ФИО>5 открыто по заявлению сестры <ФИО>1, являющейся единственным наследником.

<дата> составлен акт <номер> о несчастном случае на производстве. Исходя из которого <дата> (дата несчастного случая), организация, направившая работника выполнять трудовую деятельность КГУП «Приморский водоканал». Обстоятельства несчастного случая: <дата> слесарь аварийно-восстановительных работ Фрунзенского участка ПП «Горканализация» <ФИО>5 согласно табелю учета рабочего времени прибыл на участок к 8-00 часам и приступил к работе. Для производства работ была задействована канало-промывочная машина КАМАЗ-<номер> г/н <номер> водитель <ФИО>8 После того как работы были произведены, мастер <ФИО>6 осмотрел канализационные колодцы, убедился, что работы выполнены в полном объеме, дал распоряжение слесарю аварийно-восстановительных работ <ФИО>7 закрыть колодцы крышками. Водителю <ФИО>8 мастер <ФИО>6 дал указание смыть асфальт возле канализационного колодца по <адрес> от канализационных стоков. Закрыв колодец по <дата>, <ФИО>7 стал закрывать крышкой колодец <адрес> возле которого на расстоянии 1,5 метров от колодца находился автомобиль КАМАЗ г/н <номер>. Водитель <ФИО>8 не убедился в отсутствии посторонних помех позади автомобиля, начал движение задним ходом и произвел наезд на слесаря аварийно-восстановительных работ <ФИО>5 Работники бригады вызвали бригаду «Скорой помощи», сотрудников полиции и ГИБДД. В соответствии с медицинским свидетельством о смерти серия 05 <номер> дата выдачи <дата>, выданного ГБУЗ «Приморское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» смерть наступила вследствие «Травмы множественной локализации уточненной. Пешеход, пострадавший при столкновении с тяжелым грузовым автомобилем, дорожный несчастный случай».

Вид происшествия передвижение во время работы. Причины несчастного случая: неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в не обеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы – нарушение абз. 2 ч.3 ст.214 ТК РФ, п.16,17,18 должностной инструкции мастера участка ПП «Горканализация». Нарушение Правил дорожного движения водителей автомобиля КО КАМАЗ-<номер><номер>, наезд транспортного средства на работника, передвигающегося во время работы, вследствие несогласованных действий исполнителей – нарушение п.8.12 ПДД РФ, утвержденных Правительством РФ от <дата><номер>, п. 3.24. ИОТ <номер>-и для водителей.

Приговором Фрунзенского районного суда гор. Владивостока от <дата><ФИО>8 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ с назначением ему наказания в виде лишения свободы на срок 2 года, с лишением права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами на 2 года. На основании ст.73 УК РФ наказание, назначенное по настоящему приговору в виде лишения свободы, считается условным, с испытательным сроком 2 года 6 месяцев.

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения требований истца о взыскании денежной компенсации морального вреда, поскольку смерть <ФИО>5 произошла в результате несчастного случая на производстве, причинами несчастного случая явились недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившаяся в не обеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, а потому, ответчик КГУП «Приморский водоканал», являясь непосредственным работодателем погибшего <ФИО>5, должен нести гражданскую ответственность перед истцом.

Истцу были причинены нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях по поводу смерти близкого родственника, который приходился истцу родным братом, что является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие близких родственников, а также право на родственные и семейные связи, является тяжелейшим событием в жизни, влекущим состояние стресса и эмоционального расстройства, препятствующим социальному функционированию и адаптации лиц к новым жизненным обстоятельствам.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает установленные обстоятельства дела, характеризующие тесные семейные отношения между истцом и ее братом, соответствующих сложившимся в обществе морально-нравственным ценностям и взглядам относительно семейных взаимоотношений, также характер и степень физических и нравственных страданий истца, требования разумности и справедливости и полагает необходимым взыскать компенсацию морального вреда в сумме 1 300 000 рублей в пользу истца, что согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21, 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевших и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лица, ответственного за возмещение вреда, являющегося бюджетным учреждением, финансируемым за счет бюджета и осуществляющим важную социальную функцию.

При этом следует учесть, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

То обстоятельство, что истец при рассмотрении уголовного дела в отношении <ФИО>8 отказалась от компенсации морального вреда, не исключает в данном случае решения вопроса о наличии оснований для удовлетворения исковых требований о денежной компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства с учетом конкретных обстоятельств, установленных в процессе рассмотрения настоящего спора.

Из представленного разрешения <номер> на предоставление места (участка) для захоронения умершего <ФИО>5 следует, что погребение назначено на <дата>.

В подтверждение расходов на погребение истцом представлены: договор на оказание ритуальных услуг, заключенный между ПАО «Стикс-П» и <ФИО>1, по условиям которого произведена оплата в размере 90 000 рублей, что подтверждается чеком на сумму 50 400 рублей от <дата> и квитанцией к приходному ордеру от <дата> на сумму 39 600 рублей.

Эти расходы связаны с подготовкой тела умершего и его погребением.

<дата> между истцом ООО «Наша Память» заключены договоры на благоустройство места захоронения (установку памятника), по условиям которого исполнитель выполняет работы по благоустройству места захоронения (установка памятника) умершему ФИО1 на кладбище Лесное, согласно эскизу (приложению <номер>) к договору (изготовление памятника, подножка и комплект, установка памятника на похоронах, гравировка портрета и текста, ФГ на памятник), а также услуги по изготовлению линейного фундамента со штукатуркой). Стоимость услуг определена сторонами в размере 53 000 рублей и 81 840 рублей соответственно, оплата подтверждается кассовыми чеками от <дата>.

Кроме того, истцом заключен договор от <дата> на сумму 23 000 рублей, по условиям которого исполнитель обязуется изготовить стяжку вокруг места захоронения. Оплата подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от <дата>.

Лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается (ст. 1094 ГК РФ).

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от <дата> № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

Согласно положениям статьи 3 указанного закона, под погребением понимается обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

В отношении расходов на погребение законом установлен принцип возмещения лишь таких расходов, которые признаны необходимыми судом.

В силу статьи 5 приведенного закона, вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, то есть размер возмещения, не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте Российской Федерации или в муниципальном образовании, предусмотренного статьей 9 Федерального закона от <дата> № 8-ФЗ супругу, близким родственникам, иным родственникам, законному представителю или иному лицу, взявшему на себя обязанность осуществить погребение умершего, гарантируется оказание на безвозмездной основе следующего перечня услуг по погребению: оформление документов, необходимых для погребения; предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения; перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).

Из анализа правовых норм следует, что взысканию подлежат лишь те расходы на погребение, которые являются необходимыми и входят в пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела.

Действия истца по приобретению памятника и благоустройству могилы - это проявление достойной заботы о могиле брата и поддержании ее в надлежащем состоянии.

Доводы ответчика о необоснованном включении в состав расходов на достойное погребение расходов на установку памятника и обустройство места захоронения подлежат отклонению, поскольку необходимый характер данных расходов, обеспечивающих достойное, в соответствии с обычаями, содержание места погребения являются обоснованными и не требующими дополнительной правовой аргументации в силу части 1 статьи 61 ГПК РФ.

Кроме того, общепризнано, что не всегда в день похорон на могиле устанавливается памятник и ограда, в настоящем случае ленточный фундамент, таковые могут производится позднее, после усадки грунта.

При рассмотрении дела истец пояснила, что договоры заключены до даты похорон и исполнены в день захоронения. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

При определении необходимых расходов на достойные похороны суд, руководствуясь нормами Федерального закона от <дата> № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», Закона Приморского края от <дата> № 332-КЗ «О погребении и похоронном деле в Приморском крае» (ред. от <дата>), Решением Думы гор. Владивостока от <дата> № 177 «О принятии муниципального правового акта <адрес> «Положение об организации и содержании мест захоронения в городе Владивостоке», оценив представленные истцом доказательства, подтверждающие размер понесённых расходов, признает необходимыми расходы на достойные похороны на сумму 224 840 рублей (90000+81840+53000). Эти расходы являются необходимыми как форма сохранения памяти об умершем, отвечают обычаям, общеприняты.

Между тем, суд считает подлежащими отклонению требования истца о взыскании расходов на изготовление стяжки, оплаченных по договору от <дата> в сумме 23 000 рублей, поскольку эти расходы не направлены на сохранение памяти об усопшем, не являются необходимыми расходами на погребение в том смысле, который предусмотрел законодатель, а направлены на улучшение имеющегося места захоронения.

Определяя круг лиц, имеющих право на страховую выплату, суд исходит из того, что в случае смерти потерпевшего в результате дорожно-транспортного происшествия право на получение страховой выплаты, предусмотренной пунктом 7 статьи 12 Закона об ОСАГО, принадлежит: нетрудоспособным лицам, состоявшим на иждивении умершего или имевшим ко дню его смерти право на получение от него содержания; ребенку умершего, родившемуся после его смерти; одному из родителей, супругу либо другому члену семьи независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за находившимися на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими четырнадцати лет либо хотя и достигшими указанного возраста, но по заключению медицинских органов нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе; лицу, состоявшему на иждивении умершего и ставшему нетрудоспособным в течение пяти лет после его смерти.

Учитывая приведенное, истец не входит в круг лиц, имеющих право на получение страховой выплаты.

В силу п. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход муниципального бюджета Владивостокского городского округа в размере 10 745 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 13. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования <ФИО>1 – удовлетворить частично.

Взыскать с КГУП «Приморский водоканал» (<данные изъяты>) в пользу <ФИО>1 <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 1 300 000 рублей, расходы на погребение в размере 224 840 рублей.

В удовлетворении остальной части требований – отказать.

Взыскать с КГУП «Приморский водоканал» государственную пошлину в доход муниципального бюджета Владивостокского городского округа в размере 10 745 рублей.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Советский районный суд гор. Владивостока.

Мотивированное решение изготовлено <дата>.

Председательствующий: