Апелляционное определение № 33-476/2026 33-8809/2025 от 19 января 2026 г.

Судья Полянская Т.Г. Дело № 33-476/2026 (2-2761/2025)

УИД: 22RS0015-01-2025-004777-87


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

20 января 2026 года город Барнаул

Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Секериной О.И.,

судей Попова С.В., Цибиной Т.О.,

при секретаре Райман А.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ответчика отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Первомайскому району Алтайского края, третьего лица Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Алтайскому краю на решение Новоалтайского городского суда Алтайского края от 30 октября 2025 г.

по делу по иску Г.Л.И. к отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по Первомайскому району Алтайского края о признании приказа незаконным, взыскании единовременного пособия, компенсации за задержку выплаты единовременного пособия, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Попова С.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Г.Л.И. обратилась в суд с иском к отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по Первомайскому району Алтайского края (далее - ОМВД России по Первомайскому району) в котором просила: признать незаконным приказ от ДД.ММ.ГГ *** л/с; взыскать с ответчика единовременное пособие в размере пяти окладов денежного содержания в размере 196 425 руб.; компенсацию за задержку выплаты единовременного пособия за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в сумме 8 302,23 руб., а также по день фактического исполнения обязательств по уплате взыскиваемой суммы; компенсацию морального вреда в сумме 50 000 руб.

В обоснование требований указано, что приказом ОМВД России по Первомайскому району от ДД.ММ.ГГ ***л/с Г.Л.И., подполковник полиции, заместитель начальника отдела участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних ОМВД России по Первомайскому району, с ДД.ММ.ГГ уволена со службы в органах внутренних дел на основании п. 4 ч. 2 ст. 82 Федерального закона 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", то есть по выслуге лет, дающей право на получение пенсии, с выплатой единовременного пособия в размере 7 окладов денежного содержания.

Выслуга лет Г.Л.И. на дату увольнения составила 21 год 0 месяцев 4 дня, в льготном исчислении – нет.

Приказом от ДД.ММ.ГГ ***л/с внесены изменения в приказ от ДД.ММ.ГГ ***л/с, которым размер окладов денежного содержания для единовременного пособия изменен, указано на выплату Г.Л.И. единовременного пособия в размере 2 окладов денежного содержания; выслугу лет – 21 год 0 месяцев 5 дней, в льготном исчислении - нет.

Данный приказ был издан после прекращения с истцом трудовых отношений, с приказом истец ознакомлена ДД.ММ.ГГ

Г.Л.И. считала приказ от ДД.ММ.ГГ ***л/с незаконным, так как при увольнении до истца была доведена информация о том, что стаж службы для выплаты единовременного пособия при увольнении дает право на выплату единовременного пособия в размере 7 окладов денежного содержания, данные аналогичного содержания содержатся в оспариваемом приказе, в связи с чем подтверждение наличия права на получение выплаты единовременного пособия в размере 7 окладов со стороны работодателя послужило основаниям для расторжения истцом контракта и увольнения, породило у нее определенные законные ожидания относительно размера причитающихся ей выплат.

Внесение последующих изменений в приказ после увольнения работника в одностороннем порядке не предусмотрен действующим законодательством, ответчик необоснованно в одностороннем порядке лишил истца, причитающихся ей при увольнении сумм.

Таким образом, истцу необоснованно не выплачено единовременное пособие в полном размере в количестве 5 окладов в сумме 196 425 руб.

В соответствии с этим, за нарушение работодателем срока выплаты причитающихся работнику при увольнении и (или) других выплат, либо выплаты их не в полном размере, работодатель несет ответственность, предусмотренную статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации, денежная компенсация за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ составляет 8 302,23 руб.

Кроме того, неправомерными действиями ответчика истцу причинен моральный вред.

Решением Новоалтайского городского суда Алтайского края от 30 октября 2025 г. исковые требования Г.Л.И. к ОМВД России по Первомайскому району удовлетворены частично.

Судом признан незаконным приказ ***л/с от ДД.ММ.ГГ ОМВД России по Первомайскому району.

Постановлено взыскать с ОМВД России по Первомайскому району в пользу Г.Л.И. единовременное пособие при увольнении в сумме 196 425 руб., денежную компенсацию за задержку выплаты единовременного пособия за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в сумме 22 313 руб. 88 коп., компенсацию морального вреда в сумме 10 000 руб., а всего взыскать 228 738 руб. 88 коп.

Взыскать с ОМВД России по Первомайскому району в пользу Г.Л.И. денежную компенсацию за задержку выплаты единовременного пособия, начисляемую на сумму 196 425 руб., с учетом фактического погашения, в размере одной сто пятидесятой действующей в соответствующие периоды ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, начиная с ДД.ММ.ГГ и по день фактического исполнения обязательства.

В удовлетворении остальной части иска отказано.

В апелляционной жалобе третье лицо Главное управление Министерства внутренних дел по Алтайскому краю (далее – ГУ МВД России по Алтайскому краю) просит отменить оспариваемое решение, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.

Указывает, что у истца на дату увольнения не имелось субъективного права на получение единовременного пособия в размере 7 окладов, поскольку, действующим законодательством предусмотрен зачет в выслугу лет для выплаты единовременного пособия при увольнении сотрудника лишь периоды обучения сотрудника по очной форме и при условии завершения освоения сотрудником до его поступления на службу образовательных программ и получения соответствующего уровня образования.

Учитывая, что истец окончила обучение проводимое в заочной форме, оснований для включения периода обучения в выслугу лет для выплаты единовременного пособия не имелось.

При рассмотрении дела суд первой инстанции также пришел к выводу, что у ответчика не имелось правовых оснований для включения периода обучения Г.Л.И. в расчет выслуги лет для выплаты единовременного пособия, но, возложив вину в неверном расчете на ответчика, принял решение об удовлетворении требований истца.

Считает, что истец, являясь сотрудником органов внутренних дел, знала и понимала, что период обучения в заочной форме не может быть включен в выслугу лет для выплаты единовременного пособия и выплате при увольнении подлежит единовременное пособие в размере 2 окладов денежного содержания.

При удовлетворении требований Г.Л.И. о взыскании компенсации за задержку выплаты единовременного пособия по день фактического исполнения судом не учтено, что поскольку процедура исполнения судебного акта об обращении взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, на что указывают положения Бюджетного кодекса Российской Федерации, не может быть начата без непосредственного волеизъявления истца, в чью пользу взыскиваются денежные средства, и предполагает совершение взыскателем активных действия по предъявлению исполнительного документа к исполнению.

Таким образом, за период с момента выступления судебного акта в законную силу и до поступления исполнительного документа в финансовый орган, а также в течение предусмотренного пунктом 6 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации срока, на должника не может быть возложена ответственность за неисполнение решения суда.

В апелляционной жалобе ответчик ОМВД России по Первомайскому району также просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении требований Г.Л.И. в полном объеме.

Повторяя правовую позицию и доводы жалобы третьего лица ГУ МВД России по Алтайскому краю, дополнительно указывает, что ответчиком порядок увольнения Г.Л.И. соблюден, истец сама написала рапорт на увольнение, была уведомлена о предстоящем увольнении, пенсия была установлена и полагалась ей, рапорт истец не отозвала. Г.Л.И. телефонным звонком была предупреждена о внесении изменений в оспариваемый приказ в день издания нового приказа, ДД.ММ.ГГ был крайний рабочий день для предоставления документов в отдел пенсионного обслуживания ЦФО ГУ МВД России по Алтайскому краю.

В целом, считает довод Г.Л.И. о том, что ОМВД России по Первомайскому району без указания причин незаконно в одностороннем порядке внес изменения в приказ, чем фактически лишил причитающихся ей при увольнении сумм, самовольно заменив выплату с 7 окладов на 2, не состоятельной. Истцу в день издания приказа бывшим работодателем был совершен телефонный звонок, в котором сообщено о произведенных изменениях в оспариваемый приказ, а также указано на предоставление дополнительных документов для назначения пенсии.

При этом расчет выслуги лет для выплаты единовременного пособия не имеет значения при расторжении контракта по выслуге лет, дающей право на получение пенсии.

В таком случае, поскольку неправомерные действия (бездействия) со стороны ответчика отсутствуют, постольку оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца не имеется.

Представленные истцом медицинские документы, свидетельствующие о претерпевании истцом нравственных страданий в связи с неполным получением единовременного пособия, получены спустя более месяца после увольнения, а потому не могут свидетельствовать о моральных страданиях истца.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу представитель истца Г.Л.И. – Р.А.Е. просила оставить оспариваемое решение без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Представитель ответчика ОМВД России по Первомайскому району – К.Н.А. и представитель третьего лица ГУ МВД России по Алтайскому краю – З.О.В. поддержали доводы апелляционных жалоб; представитель истца Г.Л.И. – Р.А.Е. поддержала доводы письменных возражений, просила отказать в удовлетворении апелляционных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения гражданского дела извещены надлежаще, соответствующая информация размещена на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», об уважительности причин неявки судебную коллегию не уведомили, что в силу ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием рассмотрения гражданского дела в отсутствие этих лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав пояснения сторон, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного постановления в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов жалоб, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения решения суда.

Как установлено судом и следует из материалов дела, Г.Л.И. с ДД.ММ.ГГ проходила службу в ОМВД России по Первомайскому району.

ДД.ММ.ГГ Г.Л.И. подан рапорт об увольнении со службы органов внутренних дел Российской Федерации по п. 4 ч. 2 ст. 82 Федерального закона 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", то есть по выслуге лет, дающей право на получение пенсии, с ДД.ММ.ГГ

Как следует из представления к увольнению из органов внутренних дел Российской Федерации, заместитель начальника отдела участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних ОМВД России по Первомайскому району Г.Л.И. представляется к увольнению из органов внутренних дел по п. 4 ч. 2 ст. 82 Федерального закона 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", то есть по выслуге лет, дающей право на получение пенсии.

В п. 4 представления указано, что Г.Л.И. имеет высшее образование, в ДД.ММ.ГГ окончила Алтайский государственный институт искусств и культуры, в ДД.ММ.ГГ окончила ФГКОУ ВО «Барнаульский юридический институт Министерства внутренних дел Российской Федерации».

Согласно п. 6 представления, стаж службы (выслуга лет) Г.Л.И. по состоянию на ДД.ММ.ГГ составляет 21 год 0 месяцев 4 дня, из них календарный 21 год 0 месяцев 4 дня, в льготном исчислении – нет.

Пунктом 10 представления указано на право Г.Л.И. на денежные выплаты и иные социальные гарантии, положенные при увольнении из органов внутренних дел, в размере 7 окладов денежного содержания.

ДД.ММ.ГГ с Г.Л.И. проведена беседа об увольнении, Г.Л.И. ознакомлена с представлением об увольнении ДД.ММ.ГГ, о чем имеется ее подпись в соответствующей графе.

В представленном листе беседы с Г.Л.И. от ДД.ММ.ГГ отражено, что истцу разъяснены нормы Федерального закона от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», касающиеся оснований и порядка выплаты единовременного пособия, а именно что Г.Л.И. имеет право на выплату единовременного пособия в размере 7 окладов денежного содержания, так как выслуга лет Г.Л.И. в календарном исчислении для установления размера данной выплаты составляет более 20 лет.

Приказом ОМВД России по Первомайскому району от ДД.ММ.ГГ *** л/с контракт с Г.Л.И. прекращен, Г.Л.И. уволена со службы органов внутренних дел на основании п. 4 ч. 2 ст. 82 Федерального закона 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", с выплатой единовременного пособия в размере 7 окладов денежного содержания. В приказе также указано, что выслуга лет истца на дату увольнения составляет 20 лет 0 месяцев 4 дня.

Согласно представленной в материалы дела расписке, в день увольнения Г.Л.И. выданы трудовая книжка, а также выписка из приказа об увольнении.

Приказом ОМВД России по Первомайскому району от ДД.ММ.ГГ *** л/с внесены изменения в приказ от ДД.ММ.ГГ *** л/с, в пункте 1 слова «в календарном исчислении 21 год 0 месяцев 04 дня» заменены словами «в календарном исчислении – 21 год 0 месяцев 05 дней», слова «с выплатой единовременного пособия в размере 7 окладов денежного содержания» заменены словами «с выплатой единовременного пособия в размере 2 окладов денежного содержания».

Обращаясь с иском, Г.Л.И. указала, что работодатель, внося изменения в ранее изданный им приказ об увольнении истца в одностороннем порядке, нарушил право истца на социальное обеспечение, предусмотренное федеральным законодательством, в связи с чем истец вынуждена обратиться за судебной защитой.

Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемый истцом приказ является незаконным, поскольку данным приказом были внесены сведения о выслуге лет истца и о размере денежных окладов единовременной выплаты в отсутствие уведомления об этом истца Г.Л.И.

При этом суд установил, что при начислении единовременной выплаты Г.Л.И., полагающаяся ей при увольнении, работодателем была допущена ошибка в расчете выслуги лет истца, что привело к принятию приказа от ДД.ММ.ГГ *** л/с о выплате истцу единовременного пособия при увольнении в размере 7 окладов.

Однако, избранный ответчиком способ исправления допущенной в приказе об увольнении ошибки в расчете выслуги лет путем внесения изменений по своей инициативе в этот приказ после расторжения служебного контракта с указанием иного расчета выслуги лет и иного размера причитающегося истцу пособия, в отсутствие согласия бывшего работника на внесение таких изменений, является незаконным, так как противоречит действующему правовому регулированию отношений, связанных с прохождением и прекращением службы в органах внутренних дел, и умаляет право сотрудника на получение выплат.

Судебная коллегия соглашается с таким выводом суда первой инстанции, находит его законным и обоснованным.

Предметом регулирования Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и несении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" являются правоотношения, связанные с поступлением на службу в органы внутренних дел, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) сотрудника органов внутренних дел.

Как указано в п. 4 ч. 2 ст. 82 указанного Федерального закона, контракт о прохождении службы в органах внутренних дел может быть расторгнут, а сотрудник может быть уволен со службы в органах внутренних дел по выслуге лет, дающей право на получение пенсии.

На сотрудника органов внутренних дел, увольняемого со службы в органах внутренних дел, оформляется представление, содержащее сведения об основании увольнения, о стаже службы (выслуге лет) в органах внутренних дел, возрасте, состоянии здоровья сотрудника, наличии у него прав на получение социальных гарантий в зависимости от основания увольнения, а также иные сведения, перечень которых определяется федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел (ч. 5 ст. 89 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и несении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации").

Из п. 337 Порядка организации прохождения службы в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Приказом МВД России от 1 февраля 2018 г. № 50 (далее - Порядок), следует, что с сотрудниками, увольняемыми со службы в органах внутренних дел, проводится беседа, в ходе которой им сообщается об основаниях увольнения, разъясняются вопросы получения выплат, гарантий и компенсаций.

При составлении представления к увольнению кадровым подразделением уточняются и подтверждаются периоды (время), подлежащие зачету в стаж службы (выслугу лет) для назначения пенсии в календарном и льготном исчислении и выплаты единовременного пособия при увольнении сотрудника (п. 343 Порядка).

Из приведенного правового регулирования следует, что перед увольнением со службы из органов внутренних дел кадровым подразделением по последнему месту службы сотрудника на него оформляется представление, содержащее в том числе сведения об основании увольнения, о стаже службы (выслуге лет) в органах внутренних дел, наличии прав на социальные гарантии, представление доводится до сведения сотрудника под расписку, с сотрудником проводится беседа, в ходе которой ему разъясняются вопросы получения выплат, гарантий и компенсаций. Кадровое подразделение при составлении представления уточняет и подтверждает периоды (время), подлежащие зачету в стаж службы (выслугу лет) для назначения пенсии в календарном и льготном исчислении и выплаты единовременного пособия.

Статьей 38 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и несении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" предусмотрены периоды, подлежащие включению в стаж службы (выслугу лет) в органах внутренних дел для назначения пенсии за выслугу лет и для выплаты единовременного пособия при увольнении сотрудника органов внутренних дел.

Порядок исчисления выслуги лет для назначения сотруднику органов внутренних дел пенсии и порядок исчисления выслуги лет для выплаты сотруднику органов внутренних дел единовременного пособия в связи с увольнением различны.

В частности, для выплаты единовременного пособия при увольнении сотрудника органов внутренних дел включается время (не более пяти лет) обучения сотрудника до поступления на службу в органы внутренних дел по основным образовательным программам среднего профессионального образования (за исключением программ подготовки квалифицированных рабочих, служащих) или высшего образования (за исключением программ подготовки научно-педагогических кадров в аспирантуре, программ ординатуры, программ ассистентуры-стажировки) по очной форме при условии завершения освоения данных образовательных программ и получения соответствующего уровня образования, исчисляемое из расчета два месяца обучения за один месяц службы (п. 3 ч. 4, п. 10 ч. 2 ст. 38 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и несении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации").

Таким образом, действующим законодательством предусмотрен зачет в выслугу лет для выплаты единовременного пособия лишь периодов учебы сотрудника по очной форме обучения.

Как верно установлено судом первой инстанции, в соответствии с ранее действовавшим правовым регулированием, так и в соответствии с действующим законодательством, периоды обучения в заочной форме не подлежали и не подлежат включению в стаж службы (выслугу лет) сотрудников органов внутренних дел для выплаты единовременного пособия при увольнении.

Данное обстоятельство сторонами в суде первой инстанции фактически не оспаривалось.

Согласно ч. 7 ст. 3 Федерального закона от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сотрудникам, общая продолжительность службы в органах внутренних дел которых составляет 20 лет и более, при увольнении со службы в органах внутренних дел выплачивается единовременное пособие в размере семи окладов денежного содержания.

Сотрудникам, общая продолжительность службы в органах внутренних дел которых составляет менее 20 лет, при увольнении со службы в органах внутренних дел выплачивается единовременное пособие в размере двух окладов денежного содержания.

Таким образом, размер выплаты единовременного пособия при увольнении сотрудника органов внутренних дел зависит, в том числе, от стажа службы (выслуги лет), исчисляемый в порядке, предусмотренном для такой выплаты.

Из материалов настоящего гражданского дела усматривается, что для расчета выслуги лет работодателем были истребованы сведения в ФГБОУ ВО «Алтайский государственный институт культуры».

Согласно ответу ФГБОУ ВО «Алтайский государственный институт культуры» от ДД.ММ.ГГ ***.1-09 Г.Л.И. обучалась по очно-заочной форме.

Таким образом, сведения об образовании Г.Л.И., в том числе о форме полученного истцом образования, стали известны работодателю до поступления от Г.Л.И. рапорта об увольнении.

Данное обстоятельство не давало ответчику права на включение заочного периода обучения в выслугу лет для расчета пособия в размере 7 окладов денежного содержания.

Между тем, как верно указал суд первой инстанции, работодатель, располагая указанными сведениями, в выслугу лет для выплаты единовременного пособия включил период обучения истца по заочной форме, тем самым признав за истцом право на получение единовременного пособия при увольнении в размере 7 окладов денежного содержания, поскольку выслуга лет составила 20 лет 0 месяцев 4 дня.

Таким образом, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о правомерности возложения вины за произведенную ошибку в расчете выслуги лет Г.Л.И. на ответчика.

Также судебная коллегия считает, что доводы ответчика и третьего лица о том, что на дату увольнения Г.Л.И. не имела субъективного права на получение единовременного пособия в размере 7 окладов, и знала об этом, основаны на неверном толковании норм материального права.

Как следует из правовой позиции, изложенной в Определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации № 5-КГ19-53 от 20 мая 2019 г., содержащаяся в представлении к увольнению информация, в том числе о выслуге лет на определенную дату, которая впоследствии реализуется в приказе об увольнении и документах, дающих право на получение определенных социальных льгот, включая пенсию за выслугу лет, ориентирует сотрудника органов внутренних дел на принятие определенного решения относительно дальнейшего прохождения службы или ее прекращения. Доведение представителем нанимателя (кадровым подразделением) недостоверной информации до сотрудника относительно условий дальнейшего прохождения службы, объема полагающихся социальных гарантий, в том числе стажа службы (выслуги лет) нарушает процедуру увольнения и приводит к изданию приказа об увольнении, в основу которого положены недостоверные сведения, влияющие впоследствии на реализацию сотрудником предоставленных ему законом прав.

Что касается избранного работодателем способа исправления допущенной в приказе об увольнении со службы сотрудника органов внутренних дел ошибки в расчете календарной выслуги лет - путем внесения изменений по своей инициативе в этот приказ после расторжения служебного контракта с указанием иного расчета выслуги лет (уменьшена выслуга лет), то внесение такого характера изменений в приказ об увольнении работника без его согласия, в отсутствие предложений со стороны работодателя по исправлению сложившейся ситуации является неправомерным, поскольку противоречит действующему правовому регулированию отношений, связанных с прохождением и прекращением службы в органах внутренних дел, и умаляет право сотрудника на пенсионное обеспечение.

Подобный способ исправления ошибки, избранный работодателем при расчете выслуги лет Г.В.И., привел к тому, что на бывшего сотрудника органов внутренних дел возложены неблагоприятные последствия, связанные с устранением ошибки, допущенной стороной представителя нанимателя при проведении процедуры увольнения сотрудника со службы, а сообщенная и предоставленная истцу информация относительно выслуги лет повлияла на ее волеизъявление относительно увольнения.

Указание стороны ответчика на совершение телефонного звонка Г.Л.И. и сообщении о неверно произведенном расчете выслуги лет при увольнении в максимально короткие сроки, не свидетельствует о надлежащем оформлении со стороны работодателя процедуры внесения изменения в приказ об увольнении Г.Л.И., поскольку Трудовой кодекс Российской Федерации и нормы Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и несении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" не предоставляют работодателю право отменять приказ об увольнении, изменять дату увольнения работника, основания увольнения, равно как и совершать иные юридически значимые действия, затрагивающие права и интересы работника, без его предварительного согласия и после того, как трудовые отношения между работодателем и работником уже прекращены.

Поскольку требования о взыскании с ответчика компенсации за задержку выплаты единовременного пособия является производным от основного требования, которое было удовлетворено судом первой инстанции, с чем согласилась судебная коллегия, то взыскание компенсации за задержку выплаты единовременного пособия также подлежит удовлетворению.

Разрешая требования Г.Л.И. о взыскании компенсации морального вреда и удовлетворяя их в размере 10 000 руб., судебная коллегия соглашается с данным выводом суда, поскольку в ходе рассмотрения дела нашло свое объективное подтверждение нарушение трудовых прав истицы со стороны работодателя.

В ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации закреплено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии с ч. 4 ст. 3 и ч. 9 ст. 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда. Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу ст. 21 (абз. 14 ч. 1) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ч. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ч. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. В любом случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и (или) нравственные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда Г.Л.И. в сумме 10 000 руб., суд первой инстанции исходил из характера причиненных Г.Л.И. нравственных страданий, заключавшихся в негативных переживаниях истца, испытывавшего неопределенность своего положения из-за неверно произведенного работодателем расчета единовременного пособия, переживание, вызванного односторонним принятием работодателем решения о внесении изменения в принятый ранее приказ, при том, что на момент увольнения истцом представлены все необходимые документы для расчета выслуги лет, а также необходимость предпринимать Г.Л.И. дополнительные усилия для восстановления нарушенного права путем обращения в суд.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, истцом в материалы дела представлены протоколы консультаций в КГБУЗ «Алтайская краевая клиническая больница им. Эрдмана Ю.К.» от ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ, в которых в качестве анамнеза указаны ухудшение состояния здоровья Г.Л.И. в течение 6 месяцев, плаксивость в течение 2 месяцев после увольнения из МВД, стресс из-за неосуществленных бывшим работодателем выплат, в связи с чем истец подала иск в суд, что подтверждает претерпевание истцом моральных страданий.

Судебная коллегия также отклоняет доводы жалобы ответчика и третьего лица в части невозможности взыскания компенсации за задержку выплаты единовременного пособия по день фактического исполнения.

Действительно, п. 1 ст. 242.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации установлено, что исполнение судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, на подлежащие казначейскому сопровождению в соответствии с настоящим Кодексом средства участников казначейского сопровождения производится в соответствии с настоящим Кодексом на основании исполнительных документов (исполнительный лист, судебный приказ) с указанием сумм, подлежащих взысканию в валюте Российской Федерации, а также в соответствии с установленными законодательством Российской Федерации требованиями, предъявляемыми к исполнительным документам, срокам предъявления исполнительных документов, перерыву срока предъявления исполнительных документов, восстановлению пропущенного срока предъявления исполнительных документов.

В соответствии с п. 6 ст. 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации исполнение судебных актов производится в течение трех месяцев со дня поступления исполнительных документов на исполнение. При этом указанная норма (ст. 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации) регламентирует исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, и о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок.

Вместе с тем, поскольку приведенные положения Бюджетного кодекса Российской Федерации применяются при исполнении судебных актов по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, и о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, тогда как, в данном случае обязанность ответчика по выплате денежных средств возникла в связи с нарушением прав истца в области социального обеспечения, а не вследствие причинения вреда, предусмотренного в ст. 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, то, возникшие у ответчиков обязательства не регулируются ст. 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, предусматривающей порядок обращения взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, применительно к случаям возмещения государством имущественного вреда.

Таким образом, несвоевременное выполнение ответчиками своих обязанностей по исполнению судебного акта и перечислению денежных средств взыскателю не лишает последнего возможности использовать меры судебной защиты по правилам, предусмотренным нормами процессуального права, в частности, путем обращения с заявлением о взыскании компенсации в соответствии с положениями ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

В целом доводы, указанные в апелляционных жалобах, по существу сводятся к несогласию ответчика и третьего лица с постановленным решением по основаниям, которые были предметом рассмотрения суда первой инстанции, эти доводы направлены на иную оценку норм материального права и обстоятельств, установленных и исследованных судом первой инстанции по правилам ст. 12, 56 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а потому не могут служить основанием к отмене данного решения.

Нарушений норм процессуального и материального законодательства, влекущих отмену или изменение решения, по делу не установлено.

Руководствуясь ст.ст.328, 329 ГПК РФ судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Новоалтайского городского суда Алтайского края от 30 октября 2025 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы ответчика отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Первомайскому району Алтайского края, третьего лица Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Алтайскому краю – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи:

В окончательной форме апелляционное определение изготовлено 23 января 2026 года.