Решение № 2-1120/2020 2-1120/2020~М-412/2020 М-412/2020 от 28 января 2020 г. по делу № 2-1120/2020

Дело № 2-1120/2020 25RS0029-01-2020-000690-05


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 февраля 2020 года Уссурийский районный суд Приморского края

в составе председательствующего судьи Рябенко Е.М.,при секретаре Поповой Н.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным выше исковым заявлением, мотивировав его тем, что ДД.ММ.ГГ между ним и ФИО4 был заключен договор уступки прав требования, в соответствии с которым ФИО4 (цедент) уступает ФИО1 (цессионарий) право требования к страховой компании ПАО СК «XXXX» о выплате страхового возмещения в связи с наступившим страховым случаем с участием транспортного средства XXXX, государственный номер XXXX, принадлежащего цеденту на праве собственности, получившим механические повреждения в результате ДТП, произошедшем ДД.ММ.ГГ в 23 час. 17 мин. в районе XXXX Приморского края. В тот же день за уступаемое право требования цессионарий выплатил цеденту денежные средства в размере 175 000 руб., что подтверждается распиской ФИО4 от ДД.ММ.ГГ. После заключения уступки права требования ДД.ММ.ГГ ФИО4 обратилась в ПАО СК «XXXX» за страховой выплатой. Страховой компанией в выплате страхового возмещения было отказано в связи с тем, что механизм образования повреждений на транспортном средстве не соответствовал обстоятельствам заявленного ДТП, факт наступления страхового случая не был установлен. Согласно экспертному заключению независимой технической экспертизы XXXX от ДД.ММ.ГГ, проведённой ИП ФИО2, размер расходов на восстановительный ремонт в отношении повреждённого транспортного средства составил, с учетом износа, 229 000 руб., за проведение экспертизы истец заплатил 5 200 руб. В удовлетворении претензии о возмещении страховой выплаты страховой компанией было отказано. После чего последовало обращение во Фрунзенский районный суд г.Владивостока с иском к ПАО СК «XXXX» о защите прав потребителей. В рамках гражданского дела судом была назначена транспортно-трасологическая экспертиза, установившая, что ДТП с участием транспортного средства, принадлежащего ФИО4, не было. После этого последовал отказ от иска во избежание несения затрат на проведение судебной экспертизы, который был принят судом и ДД.ММ.ГГ производство по делу прекращено. ДД.ММ.ГГ истец направил ответчику уведомление о расторжении договора с просьбой вернуть денежные средства в размере 175 000 руб., полученные по договору уступки права требования, которое было получено ответчиком. Но от возврата денежных средств ответчик отказалась, предложив обратиться с иском в суд. На основании ст. 1102 ГК РФ истец просил взыскать с ответчика неосновательное обогащение в сумме 175 000 рублей, расходы по оплате экспертизы в сумме 5200 руб., по оплате государственной пошлины в размере 4 804 руб., по оплате юридических услуг в сумме 4000 руб.

В судебном заседании истец настаивал на заявленных исковых требованиях по основаниям, изложенным выше.

Ответчик не признала исковые требования, пояснив, что после произошедшего ДТП, её автомашина получила механические повреждения. Она обратилась в компанию «АвтоГид», где объяснила, что её автомашина попала в ДТП, но этого автомашина уже была в ДТП и поинтересовалась возможно ей получить страховую выплату со страховой компании. В ответ с ней заключили договор, выплатили денежные средства, она оформила нотариальную доверенность на представления её интересов в суде. О том, что представитель по доверенности отказался от исковых требований к страховой компании о взыскании страхового возмещения, она узнала уже после того, как определение суда о прекращении производства по делу вступило в законную силу. Просила в иске отказать.

Суд, выслушав стороны, изучив материалы дела, оценив доказательства полагает следующее.

Из извещения о дорожно-транспортном происшествии, подписанного участниками ДТП, определения инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Уссурийскому городскому округу от ДД.ММ.ГГ, схемы ДТП, следует, что ДД.ММ.ГГ в г.Уссурийске, XXXX, произошло ДТП, участником которого стала ответчик, управлявшая принадлежащим ей транспортным средством XXXX, государственный номер XXXX. ДТП произошло по вине водителя ФИО3, управлявшего транспортным средством XXXX, государственный номер XXXX, согласно пояснений которого, имеющихся в извещении о ДТП, он не увидел впереди движущийся транспорт и совершил столкновение с автомашиной под управлением ФИО4, которая продолжила движение и столкнулась с автомашиной XXXX. Гражданская ответственность потерпевшей стороны и виновника ДТП застрахована в ПАО СК «XXXX».

ДД.ММ.ГГ между ФИО4 (цедентом) и ФИО1 (цессионарием) был заключен договор уступки прав требования, согласно условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме право требования к страховой компании ПАО СК «XXXX» (должник) о выплате страхового возмещения в связи с наступившим страховым случаем (п.1 Договора).

За уступаемое право требования цессионарий выплачивает цеденту денежные средства в размере 175 000 руб. (п.2 Договора).

В пункте 10 Договора уступки стороны согласовали, что в случае выявления противоправных действий цедента, после произведённой выплаты цессионарием, выплаченная сумма будет считаться неосновательным обогащением.

Распиской, выданной ФИО4, подтверждено, что ДД.ММ.ГГ она получила от ФИО1 денежную сумму в размере 175 000 руб. в качестве оплаты по договору уступки прав требования от ДД.ММ.ГГ.

Из ответа ПАО СК «XXXX», направленного в адрес ФИО4 от ДД.ММ.ГГ XXXX следует, что истец обращалась в страховую компанию с заявлением о выплате страхового возмещения в связи с произошедшим ДД.ММ.ГГ ДТП. Страховой компанией было отказано в такой выплате в связи с непризнанием произошедшего случая страховым. По результатам проведённого транспортно-трасологического исследования был сделан вывод о том, что механизм образования повреждений на транспортном средстве не соответствует обстоятельствам заявленного ДТП.

Истцом по делу представлено в материалы дела экспертное заключение XXXX от ДД.ММ.ГГ, согласно выводам эксперта размер расходов на восстановительный ремонт транспортного средства, принадлежащего ФИО4, без учета износа составил 229 000 рублей.

Из пояснений истца следует, что он, действуя на основании нотариально выданной ответчиком доверенности, обратился во Фрунзенский районный суд г.Владивостока с исковым заявлением о взыскании с ПАО СК «XXXX» страхового возмещения в связи с произошедшим ДД.ММ.ГГ ДТП.

Согласно определению Фрунзенского районного суда г.Владивостока от 12.02.2019, по ходатайству страховой организации судом назначена судебная транспортно-трасологическая экспертиза. Но до начала судебного заседания он отказался от исковых требований, отказ был принят судом и производство по делу прекращено.

Истец ФИО1, обращаясь в суд с настоящим иском, в судебном заседании сослался в обоснование заявленных требований на то, что полученная ответчиком от него денежная сумма в размере 175 000 рублей, является неосновательным обогащением ответчика.

В соответствии с п.1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 названного кодекса.

Как следует из приведённой правовой нормы, одним из юридически значимых фактов, который подлежит доказыванию в рамках рассматриваемого спора, является необходимость установления наличия самого факта неосновательного обогащения (то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом оснований).

Такого факт в судебном заседании не установлено.

Предметом договора цессии, заключённого между сторонами, является уступка прав требования страхового возмещения со страховой компании в связи с наступлением страхового случая в виде произошедшего ДТП, в котором автомашине ответчика, как пострадавшей стороне, причинены механические повреждения.

В силу пункта 1 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием.

Если иное не предусмотрено законом, договор, на основании которого производится уступка, может предусматривать, что цедент не несет ответственности перед цессионарием за недействительность переданного ему требования по договору, исполнение которого связано с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, при условии, что такая недействительность вызвана обстоятельствами, о которых цедент не знал или не мог знать или о которых он предупредил цессионария, в том числе обстоятельствами, относящимися к дополнительным требованиям, включая требования по правам, обеспечивающим исполнение обязательства, и правам на проценты.

Согласно пункту 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации при уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия: уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием; цедент правомочен совершать уступку; уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу; цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования.

Законом или договором могут быть предусмотрены и иные требования, предъявляемые к уступке.

Согласно пункту 3 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении цедентом правил, предусмотренных пунктами 1 и 2 настоящей статьи, цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также возмещения причиненных убытков.

В материалы дела представлены доказательства того, что ДТП с участием ответчика и принадлежащего ей транспортного средства имело место.

Доказательств того, что ответчик умолчала какие-то факты относительно повреждений, полученных её транспортным средством в ДТП, либо ДТП в действительности не было, стороной истца не представлено.

Также стороной истца не представлено доказательств противоправного поведения ответчика, способствовавшего заключению договора уступки прав (цессии) либо его исполнению.

Кроме того, истец не обосновал в суде в чем состоит противоправность поведения ответчика при заключении указанного договора.

Из материалов дела и пояснений истца следует, что он обратился в суд в интересах ответчика на основании нотариально удостоверенной доверенности, с иском к ПАО СК «XXXX» о выплате страхового возмещения в связи с произошедшим ДД.ММ.ГГ ДТП. До этого, он обратился к независимому эксперту, который определил размер восстановительного ремонта повреждённого транспортного средства.

То обстоятельство, что данное заключение не было принято судом и была назначена судебная транспортно-трасологическая экспертиза, выводы которой не подтвердили исковые требования, не свидетельствует о недействительности переданного ответчиком истцу требования по договору уступки.

Тем более, что по существу исковые требования, поданные от имени ФИО4, не были рассмотрены судом в связи с отказом от иска ФИО4, интересы которой представлял истец по настоящему спору.

Таким образом, исследованные в суде доказательства и установленные обстоятельства не подтверждают нарушение прав истца, заключением договора цессии, а также наличие оснований при которых истец (цессионарий) вправе потребовать от ответчика (цедента) возврата всего переданного по договору об уступке.

Стороны, в силу свободы договора, определили стоимость уступаемого права в связи с наступившим страховым случаем. В силу положений п.1 ст. 390 ГК РФ не признание страховой компанией (должником) данного случая страховым не влечет недействительность уступаемого требования, поскольку цедент не отвечает перед цессионарием за неисполнение этого требования должником.

Обращение истца к страховщику вызвано сугубо его личным выбором, без заранее обусловленной обязанности цедента обеспечить обоснованность заявленного к страховщику требования.

Кроме того, из пояснений истца следует, что он осуществляет деятельность, связанную с взысканием страхового возмещения, в том числе основанную на заключаемых им договорах цессии с потерпевшими, на профессиональной основе, поэтому мог и должен был оценивать риск заключения данного договора с ответчиком, которая такими знаниями не обладает, при этом предоставила истцу необходимую информацию для принятия им решения.

С учётом изложенного, суд полагает, что требование истца о взыскании с ответчика в качестве неосновательного обогащения денежной суммы в размере 175 000 рублей, полученной в связи с заключением договора цессии, удовлетворению не подлежит.

Требования о взыскании убытков и судебных расходов также не подлежат удовлетворению, поскольку являются производными от основного требования, в удовлетворении которого отказано.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в течение месяца, в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Уссурийский районный суд со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья Е.М. Рябенко

Решение изготовлено 20 февраля 2020 года.