Решение № 2-5003/2025 2-537/2026 2-537/2026(2-5003/2025;)~М-4150/2025 М-4150/2025 от 30 марта 2026 г. по делу № 2-5003/2025

№

УИД 03RS0№-56


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 марта 2026 года <адрес>

Ленинский районный суд <адрес> Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Абубакировой Э.И.,

при секретаре судебного заседания ФИО3,

с участием истца ФИО1, ее представителя – адвоката ФИО2 В.Р., представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации по доверенности ФИО4, представителя ответчиков Министерства внутренних дел Российской Федерации, Министерства внутренних дел по <адрес> по доверенности ФИО5, представителя прокуратуры Республики Башкортостан по доверенности – старшего помощника прокурора <адрес> ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по <адрес>, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Министерству внутренних дел по <адрес> о взыскании морального вреда в результате незаконного уголовного преследования в порядке реабилитации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд исковым заявлением (с учетом уточнений) к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по <адрес>, Министерству внутренних дел по <адрес> о взыскании морального вреда в порядке реабилитации в результате незаконного уголовного преследования, мотивируя свои требования тем, что производстве СЧ по РОПД ГСУ МВД по РБ находилось уголовное дело №, возбужденное ДД.ММ.ГГГГ по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ по факту хищения денежных средств, принадлежащих Министерству обороны Российской Федерации. С данным делом в одно производство были соединены еще 10 уголовных дел, возбужденных по признакам преступлений, предусмотренных ч.ч. 1, 3, 4 ст. 159 УК РФ, ч. 2 ст. 327, п. «а» ч. 2 ст. 244 УК РФ в отношении ФИО7 и ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 избрана мера процессуального принуждения – обязательство о явке, ДД.ММ.ГГГГ постановлением суда избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком до ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ей предъявлено обвинение по ч. 4 ст. 159 и ч. 2 ст. 327 УК РФ, в совершении преступления в составе организованной группы с ФИО11

Постановлением суда от ДД.ММ.ГГГГ в продлении меры пресечения в виде домашнего ареста отказано, мера пресечения изменена на запрет определенных действий до ДД.ММ.ГГГГ.

Постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 Г.Ф. избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Следователем неоднократно перепредъявлялось обвинение ФИО1, неоднократно дело возвращалось прокурором для дополнительного расследования.

Постановлениями суда был наложен арест на транспортные средства, объекты недвижимости, принадлежащие ФИО1, а также расчетные счета индивидуального предпринимателя ФИО1

Постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ прекращено уголовное преследование в отношении ФИО1 за отсутствием в деянии состава преступления по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, разъяснено право на реабилитацию в порядке ст. 134 УПК РФ.

В этой связи с учетом уточнений просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

Третьи лица – следователь ФИО10, следователь ФИО8, ФИО11 о дате и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, в суд не явились.

Суд на основании ст. 167 ГПК РФ определил рассмотреть дело без участия надлежащим образом извещенных, но неявившихся лиц.

В судебном заседании истец, его представитель исковые требования поддержали, просили их удовлетворить, указали, что учитывая категорию преступления, в совершении которого обвинялся истец, – особо тяжкое преступление, продолжительность уголовного преследования около 3 лет, а также продолжительность избранных в отношении нее мер пресечения, связанные с этим ограничения, истец не могла нормально осуществлять трудовую деятельность, вести привычный образ жизни, ввиду перенесенного стресса из-за незаконного уголовного преследования развились и обострились заболевания, бизнес был парализован, доход от предпринимательской деятельности не получала, была лишена источника финансирования, также получила негативную оценку общества ввиду публикаций в средствах массовой информации.

Представитель ответчика – Министерства финансов Российской Федерации в судебном заседании в удовлетворении исковых требований просила отказать ввиду их необоснованности, представила письменные возражения.

Представитель ответчиков – Министерства внутренних дел Российской Федерации, Министерства внутренних дел по <адрес> в удовлетворении требований просила отказать, представила письменные возражения на исковое заявление.

Представитель прокуратуры Республики Башкортостан в судебном заседании просила иск удовлетворить частично, исходя из требований разумности и справедливости.

Выслушав мнение сторон, изучив материалы гражданского дела, уголовного дела, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

На основании ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Согласно ст. 45 Конституции Российской Федерации государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно п.п. 34, 35 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса РРФ реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный – лицо, имеющее в соответствии с настоящим Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием.

В силу ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса. Право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

В силу ч. 1 ст. 134 УПК РФ суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 2 ст. 136 УПК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу абзаца 3 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункты 1, 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Из изложенного следует, что моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи.

В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Судом установлено и следует из материалов дела, что постановлением старшего следователя СЧ по РОПД ГСУ МВД по РБ от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО7 и неустановленных лиц по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Постановлением старшего следователя СЧ по РОПД ГСУ МВД по РБ от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО1 и неустановленных лиц по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Впоследствии данные дела и еще 10 уголовных дел по признакам преступлений, предусмотренных ч.ч. 1, 3, 4 ст. 159 УК РФ, ч. 2 ст. 327, п. «а» ч. 2 ст. 244 УК РФ, следователем соединены в одно производство №.

ДД.ММ.ГГГГ следователем ФИО1 допрошена в качестве подозреваемой, в отношении ФИО1 избрана мера процессуального принуждения – обязательство о явке.

ДД.ММ.ГГГГ следователь обратился в суд с ходатайством об избрании в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Ленинского районного суда <адрес> в удовлетворении ходатайства следователя отказано, избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком до ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ей предъявлено обвинение по ч. 4 ст. 159 и ч. 2 ст. 327 УК РФ, в совершении преступления в составе организованной группы с ФИО11

Постановлением Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в продлении меры пресечения в виде домашнего ареста отказано, мера пресечения изменена на запрет определенных действий до ДД.ММ.ГГГГ, впоследствии продлена судом ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

Постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Как следует из материалов уголовного дела № (№) ФИО1 в период предварительного расследования неоднократно была допрошена следователем в качестве свидетеля по делу, подозреваемой и обвиняемой. Обвинение в отношении ФИО1 также неоднократно ей перепредъявлялось следователем.

Также ДД.ММ.ГГГГ привлечена следователем в качестве гражданского ответчика по искам потерпевших.

Постановлением Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ разрешен арест на расходную часть расчетных счетов индивидуального предпринимателя ФИО1 в ПАО Сбербанк.

Постановлением Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ разрешен арест на имущество автомобиль <данные изъяты> года выпуска, <данные изъяты> «ФИО12 Борт», 2011 года выпуска, <данные изъяты>ФИО12 Борт», 2013 года выпуска.

Постановлением Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ разрешен арест на принадлежащие ФИО1 земельные участки площадью 5654 кв.м., 1128 кв.м., 800 кв.м.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя в отношении ФИО1 прекращено уголовное преследование в части совершения ей преступления в составе организованной группы, в связи с отсутствием в ее деянии состава преступления по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УК РФ, без прекращения уголовного дела.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя в отношении ФИО1 прекращено уголовное преследование в части статей 244 и 327 УПК РФ, в связи с отсутствием в ее деянии состава преступления по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УК РФ, без прекращения уголовного дела. Продолжено уголовное преследование по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Постановлением начальника следственной части по РОПД ГСУ МВД по РБ от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело возвращено следователю для дополнительного расследования, следователем составлено новое обвинительное заключение, которое для утверждения направлено прокурору.

Постановлением первого заместителя прокурора Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело возвращено следователю для производства дополнительного следствия, следователем составлено новое обвинительное заключение, которое для утверждения направлено прокурору.

Постановлением заместителя прокурора Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело возвращено следователю для производства дополнительного следствия.

Постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ прекращено уголовное преследование в отношении ФИО1 в связи отсутствием в деянии состава преступления по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, разъяснено право на реабилитацию в порядке главы 18 УПК РФ.

Руководствуясь положениями ст. 151, пунктов 1 и 3 ст.1070, ст.ст.1071, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации суд приходит к выводу о наличии у ФИО1 права на реабилитацию и компенсацию морального вреда, поскольку уголовное преследование в отношении нее было прекращено по реабилитирующим основаниям.

В судебном заседании истец указывала, что следствие длилось 2 года 7 месяцев, ее неоднократно допрашивал следователь, оказывал на нее давление, следователь при следственных действиях вел себя грубо и некорректно, следственные действия проводились в нервной обстановке, указывала на то, что следователь, не разобравшись в деле, предъявляла незаконные обвинения. В период следствия истец находилась в постоянном стрессе, постоянно приходилось доказывать свою невиновность, после начала следствия начались проблемы со здоровьем, за 2 года была на больничном 10 раз. В связи с избранными мерами пресечения не могла нормально вести обычную бытовую жизнь, была заперта в маленькой квартире, не могла осуществлять предпринимательскую деятельность из-за ареста расчетных счетов, не могла платить заработную плату работникам, не могла исполнять обязанности перед контрагентами. Ввиду ареста счетов находилась на полном содержании дочери, у которой имеется малолетний ребенок. В период домашнего ареста и запрета определенных действий не могла пользоваться телефонной связью и интернетом. Ввиду незаконных обвинений ее в преступлениях родственники перестали с ней общаться, стала изгоем. Указывает на незаконные действия следователя, связанные в том числе на проведение следственных действий с участием адвоката по назначению, тогда как у нее были свои адвокаты по соглашениям. Указывает, что ФИО11 ввел ее в заблуждение, что он изначально следователю давал показания, что ФИО1 не причастна к данным преступлениям.

Так судом установлено, что ФИО1 обвинялась в совершении тяжкого преступления в составе организованной группы с ФИО11 При расследовании уголовного дела ФИО1 вину в инкриминируемых преступлениях не признавала. Второй обвиняемый, а впоследствии и осужденный за данные преступления, ФИО11 в своих показаниях на допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого указывал на отсутствие признака состава организованной группы с ФИО1

Мера пресечения в виде домашнего ареста избиралась в отношении ФИО1 на 49 дней, запрета определенных действий – на 4 месяца.

Сведений об обращении ФИО1 к следователю о возможности покидать жилое помещение, пользоваться связью, а также об отказах в этом следователя, в материалы дела не представлено.

По факту грубого, некорректного отношения следователя истец к руководителю следователя, правоохранительные и иные органы не обращалась, доказательств обратного суду не представлено.

Данных о размещении в средствах массовой информации негативной информации, связанной с уголовным преследованием, в отношении ФИО1 материалы дела не содержат.

Из представленных истцом документов следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с. ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была на листках нетрудоспособности с диагнозами «<данные изъяты>». Заключением врача от ДД.ММ.ГГГГ выставлен диагноз «<данные изъяты>».

Наложенные судом аресты на транспортные средства и земельные участки ФИО1 не препятствовали ей пользоваться данными объектами.

При указанных обстоятельствах, суд принимает во внимание отсутствие прямых доказательств того, что избрание мер пресечения и незаконное уголовное преследование негативно повлияли на репутацию ФИО1 по месту жительства и в среде родственных отношений, в средствах массовой информации, и оказало отрицательное влияние на ее физическое, моральное и психологическое состояние, указание на обратное основано лишь на пояснениях истца, однако доказательств, на которые она ссылается в обоснование своих требований, не представлено.

Из представленной медицинской документации также не прослеживается связь между нервными страданиями истца и перенесенными заболеваниями в виде фарингита (воспалительное заболевание) и остеохондроза (дегенеративно-дистрофическое заболевание), доказательств прямой причинной связи не представлено.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает длительность нахождения истца под следствием по обвинению в совершении тяжкого преступления (ч. 4 ст. 159 УК РФ), около 3 лет, категорию преступлений за совершение которых было предъявлено обвинение ФИО1, относящегося к категории тяжких преступлений и средней тяжести, продолжительность избранных в отношении ФИО1 мер пресечения и связанные с этим ограничения, обстоятельства, свидетельствующие об объеме и степени страданий истца. В результате привлечения к уголовной ответственности истец испытывал переживания, при этом она не была судима, являлась индивидуальным предпринимателем, добропорядочным членом общества, в связи с чем незаконное уголовное преследование, длившееся 2 года 7 месяцев, являлось для нее существенным, психотравмирующим фактором. Учитывая вышеизложенное, характер физических и нравственных страданий истца, данные о ее личности, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, а также требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о компенсации морального вреда в размере 85000 руб.

При этом доводы ответчика о том, что истцом не представлены доказательства того, что он действительно претерпел нравственные страдания несостоятельны, поскольку сам по себе факт незаконного уголовного преследования в силу статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации является законным основанием для компенсации морального вреда, а незаконное уголовное преследование влечет причинение лицу нравственных страданий. Лица, незаконно привлеченные к уголовной ответственности, во всех случаях испытывают нравственные страдания, в связи с чем, факт причинения им морального вреда предполагается.

Согласно ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда подлежит взысканию за счет средств казны Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Уточненное исковое заявление ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по <адрес> о взыскании морального вреда в результате незаконного уголовного преследования в порядке реабилитации – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 85 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований к Министерству внутренних дел Российской Федерации, Министерству внутренних дел по <адрес> – отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд <адрес> Республики Башкортостан.

Судья Э.И. Абубакирова

Решение в окончательной форме изготовлено 31 марта 2026 года.