Решение № 2-121/2026 2-121/2026(2-3485/2025;)~М-2516/2025 2-3485/2025 М-2516/2025 от 5 марта 2026 г. по делу № 2-121/2026

Дело№ 2-121/2026

УИД: 48RS0002-01-2025-003620-08


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

19 февраля 2026 года г. Липецк

Октябрьский районный суд г. Липецка в составе:

председательствующего судьи И.А. Верейкиной,

при секретаре А.О. Ворониной,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) и к ФИО2 о признании кредитного договора недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Банку ВТБ (ПАО) о признании недействительным кредитного договора. В обоснование иска истец ссылается на то, что 17.02.2025 года неизвестными лицами от его имени обманным путем был заключен кредитный договор № № V625/0000-0295386 с Банком ВТБ (ПАО) на сумму 460 139 рублей. Однако он кредитный договор не заключал и денежные средства по нему не получал. По данному факту он обратился в полицию, и по его заявлению было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 159 УК РФ. Указанные денежные средства были похищены неизвестным лицом непосредственно у Банка ВТБ (ПАО), на момент хищения принадлежали банку, а оформление кредитного договора от его имени являлось лишь способом хищения денежных средств. Так, 22.02.2023 года, зайдя через приложение в телефоне в личный кабинет ПАО «Банк ВТБ» он увидел на своем счету денежную сумму, которая ему не принадлежала. В связи с этим он позвонил на горячую линию банка и ему собщили, что на его имя 17.02.2023 года оформлен кредит на сумму 460 139 рублей вместе с договором страхования. На следующий день он обратился в офис банка и ему сказали, что данные кредитные денежные средства переведены на счет неизвестного ему лица и посоветовали обратиться в полицию. Его волеизъявление на оформление спорного кредитного договора отсутствовало, и все действия по его оформлению были произведены третьими лицами. Банк не предоставил ему информацию об услуге и условиях кредита, с ним не были согласованы индивидуальные условия кредитования. Полагает, что банк, оформляя данный кредитный договор, действовал недобросовестно, неосмотрительно и непрофессионально, что привело к моментальному хищению кредитных денежных средств третьими лицами. Истец просит суд признать недействительным кредитный договор № V625/0000-0295386 от 17.02.2023 года, заключенный от его имени с ПАО «Банк ВТБ» на сумму 460 139 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель адвокат Князева Н.Н. свои исковые требования поддержали, обосновывая их доводами иска. ФИО1 пояснил, что у него оформлена карта Банка ВТБ, на которую приходит оплата по листкам нетрудоспособности по месту работы, и крупных сумм на этой карте никогда не бывает. 22.02.2023 года он с мобильного телефона зашел в личный кабинет Банка ВТБ и увидел, что у него на счете указанной карты находятся денежные средства в сумме примерно 30 000 рублей. Он знал, что таких денег там быть не могло и позвонил в банк, чтобы разобраться в ситуации. В банке ему сказали, что 17.02.2023 года на его имя оформлен кредит на сумму 460 139 рублей вместе с договором страхования. Он приехал в офис банка и там узнал, что денежные средства по оформленному на него кредиту переведены на счет неизвестного ему лица, и на карте остались только денежные средства в сумме чуть более 30 000 рублей, которые не успели списать. В дальнейшем эти деньги списывались с его карты в счет погашения кредита. Данный кредит он не оформлял, и никогда не пользовался онлайн-банком. А потому указанный кредитный договор является недействительной, ничтожной сделкой. Просили иск удовлетворить и признать недействительным кредитный договор № V625/0000-0295386 от 17.02.2023 года, заключенный от имени истца с ПАО «Банк ВТБ».

Представитель ответчика Банк ВТБ (ПАО) по доверенности ФИО3 в судебном заседании и в письменных возражениях иск не признал, сославшись на то, что истец подключался к системе дистанционного банковского обслуживания ВТБ-онлайн, и кредитный договор № V625/0000-0295386 от 17.02.2023 года на сумму 460 139 рублей, был оформлен истцом дистанционно. Запрос на кредит приходил с номера мобильного телефона, принадлежащего истцу. Все действия по заключению договора были подтверждены путем ввода корректных кодов подтверждения (СМС-кодов), и сомнений в сделке у банка не возникало. При этом сервис СМС-код был подключен на номер мобильного телефона истца, который он указал банку. Заявлений от истца об утрате телефона не поступало, и у банка не было оснований полагать, что к телефону ФИО1 имеют доступ третьи лица. Идентификация и аутентификация клиента производилась на основании правильно введенных СМС-кодов и электронной подписи клиента. Отметил, что факт совершения в отношении истца мошеннических действий ничем не подтвержден. Также полагал, что истцом пропущен срок исковой давности для подачи данного иска, который составляет 1 год. Просил в иске ФИО1 отказать.

Определением суда на основании ст. 40 ГПК РФ в качестве соответчика по данному делу был привлечен ФИО2.

Ответчик ФИО2 и третьи лица в судебное заседание не явились, извещены своевременно и надлежащим образом.

Представитель третьего лица АО «СОГАЗ» по доверенности ФИО4 в письменном отзыве на иск указала, что 17.02.2023 года между ФИО1 и АО «СОГАЗ» заключен полис «Финансовый резерв» программа «Оптимум». Оформление кредита было по технологии «о визитов» - документ был подписан клиентом дистанционно в ВТБ-онлайн, с помощью ПЭП – одноразовым кодом из СМС-пароля. Оплаченная страховая премия от 20.02.2023 года составила 86 966 рублей.

Суд, выслушав истца, его представителя, представителя ответчика, проанализировав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам.

Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)

Согласно статье 153 ГК Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Упоминание в норме нацеленности указанных действий на создание тех или иных правовых последствий свидетельствует о том, что они являются волевыми актами.

Приведенное законоположение находится в неразрывном единстве со статьей 1 ГК Российской Федерации, закрепляющей в качестве основных начал гражданского законодательства принцип диспозитивности и автономии частной воли. Свободная воля является, таким образом, по общему правилу одним из основных элементов и необходимых условий действительности всякой юридической сделки. Соответственно, Гражданским кодексом Российской Федерации предусмотрены правила о недействительности сделок с пороком воли.

Так, в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума N 25).

При установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию. (ст. 307 ГК РФ)

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа). Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В силу статьи 808 Гражданского кодекса РФ договор займа в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, должен быть заключен в письменной форме независимо от суммы.

В соответствии со ст. 819 Гражданского кодекса РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную сумму и уплатить проценты за нее.

Согласно ст. 820 Гражданского кодекса РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме.

Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

Согласно пункту 2 статьи 434 Гражданского кодекса РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.

Пункт 1 статьи 160 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

В статье 5 Федерального закона от 21.12.2013 года N 353-ФЗ "О потребительском кредите" подробно указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заемщика при заключении договора, включая не только общие, но и индивидуальные условия договора потребительского кредита, при этом последние в соответствии с пунктом 9 этой статьи согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.

Согласно пункту 14 статьи 7 названного закона документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с указанной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет".

При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом.

Отношения в области использования электронных подписей при совершении гражданско-правовых сделок регулируются Федеральным законом от 06.04.2011 года N 63-ФЗ "Об электронной подписи".

В ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. N 63-ФЗ "Об электронной подписи" определено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определённым лицом.

В соответствии с частью 2 статьи 6 названного закона информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами или соглашением между участниками электронного взаимодействия. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям статьи 9 настоящего Федерального закона.

Электронный документ согласно ст. 9 названного закона считается подписанным простой электронной подписью при выполнении в том числе одного из следующих условий:

1) простая электронная подпись содержится в самом электронном документе;

2) ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ.

В ч. 2 этой же статьи указано, что нормативные правовые акты и (или) соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать, в частности:

1) правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи;

2) обязанность лица, создающего и (или) использующего ключ простой электронной подписи, соблюдать его конфиденциальность.

Как разъяснено Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 13 октября 2022 г. N 2669-О, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Таким образом, при заключении договора потребительского кредита, а также при предложении дополнительных услуг, оказываемых кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заёмщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заёмщика, в том числе с помощью электронных либо иных технических средств кредитором до сведения заёмщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заёмщиком индивидуально.

В случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств его письменная форма считается соблюдённой, если эти средства позволяют воспроизвести на материальном носителе содержание договора в неизменном виде (в частности, при распечатывании).

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признаётся электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через её функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определённым лицом.

Учитывая изложенное, легитимность электронного документа с простой электронной подписью, содержащего условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, подтверждается наличием указания в нём лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ.

Таким требованием, в частности, являются правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.

Следовательно, при разрешении спора относительно сделки, заключенной посредством электронной подписи, судам следует проверять способ достоверного определения лица, выразившего волю, который определяется законом, иными правовыми актами и соглашением сторон, а также осведомленность лица, заключающего сделку, относительно существа сделки и ее содержания.

В силу статьи 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» потребитель вправе потребовать предоставления необходимой и достоверной информации об изготовителе (исполнителе, продавце), режиме его работы и реализуемых им товарах (работах, услугах) (пункт 1).

Статьей 10 указанного Закона предусмотрена обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 17.02.2023 года с мобильного телефона истца ФИО1 в онлайн приложении ВТБ-онлайн инициировано подписание электронного документа на заключение кредитного договора. Для заключения договора клиенту на его номер телефона направлялись СМС-уведомления, содержащие одноразовые коды, которые были введены корректно. В результате чего между сторонами был заключен кредитный договор № V625/0000-0295386 от 17.02.2023 года на сумму 460 139 рублей. Электронные документы по заключению кредитного договора подписывались простой электронной подписью клиента. Данное обстоятельства подтверждаются протоколом операции цифрового подписания, Выпиской по счету ФИО1 в Банке ВТБ (ПАО), сведениями банка по кредитным договорам, заключенным на имя ФИО1.

После чего в тот же день 17.02.2023 года от имени истца были совершены переводы в сумме 86 966 рублей – страховая премия за продукт финансовый резерв «Оптима» (АО «СОГАЗ»), и 340 000 рублей были переведены ФИО2. Операции по переводу денежных средств были подтверждены СМС-кодом на номер телефона истца.

Данные обстоятельства подтверждаются копией Анкеты-заявления на получение кредита от 17.02.2023 года, копией кредитного договора № V625/0000-0295386 от 17.02.2023 года на сумму 460 139 рублей, копией графика погашения кредита, копией заявления на перечисление страховой премии от 17.02.2023 года, Выпиской по счету ФИО1 в Банке ВТБ (ПАО), сведениями банка по кредитным договорам ФИО1, справкой о ссудной задолженности ФИО1. Указанные документы по оформлению кредита – анкета, кредитный договор, заявление о перечислении страховой премии подписаны дистанционно, простой электронной подписью.

17.02.2023 года в 20 часов 00 минут кредитные денежные средства были зачислены на счет истца, и из них 340 000 рублей были переведены ФИО2, зарегистрированному и проживающего в <адрес>, и оплачена страховая премия в размере 86 966 рублей. Остаток на счете составил 33 188,28 рублей.

По утверждению истца, он не оформлял спорный кредитный договор, не давал распоряжения на перечисление страховой премии и денежных средств на счет неизвестного ему ФИО2, и увидев на счете не принадлежащие ему денежные средства, сразу обратился в банк и в полицию.

Данное обстоятельство подтверждается материалами уголовного дела № 12301420028000147, в том числе заявлением ФИО1 от 22.02.2023 года о том, что неизвестные лица оформили на него кредит в Банке ВТБ (ПАО), письменным объяснением ФИО1, постановлением о возбуждении уголовного дела от 03.04.2023 года по ч. 1 ст. 159 УК РФ, протоколом допроса свидетеля ФИО1 от 04.04.2023 года. При этом из материалов уголовного дела следует, что материальный ущерб причинен именно банку ВТБ, ФИО1 является свидетелем по делу, и от сотрудников Банка ВТБ (ПАО) в полицию поступала информация о том, что незаконные транзакции денежных средств по карте заявителя ФИО1 территориально осуществлялись в г. Самара мужчиной, личность которого устанавливается.

Как отмечено в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 года № 2669-0, при рассмотрении споров, связанных со случаями телефонного мошенничества, при оспаривании сделки, как совершенной под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Приказом Банка России от 27.09.2018 года № ОД-2525 утверждены Признаки осуществления перевода денежных средств без согласия клиента.

К ним отнесены:

- перевод денежных средств лицу, включенному в базу данных о попытках и случаях осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, формируемую Банком России;

- осуществление перевода с использованием устройств, включенных в указанную базу данных;

- несоответствие параметров проводимой операции (время (дни) осуществления операции, устройство, с использованием которого выполняется операция, сумма осуществления операции, периодичность (частота) совершения операций) операциям, обычно совершаемым клиентом.

Судом установлено, следует из материалов дела, в том числе Выписки по счету истца, и не оспорено ответчиком, что сразу же после оформления на имя истца кредита, 17.02.2023 года с 20 часов 27 минут, кредитные средства в размере 340 000 рублей были переведены на счет ФИО2, зарегистрированного в г. Самаре. При этом назначение перевода ФИО2 указано как «погашение кредита», хотя кредитных обязательств у истца на тот момент не имелось. Как следует из представленных банковских Выписок, ФИО2 открыл счет в Банке ВТБ (ПАО) только 23.01.2023 года, то есть незадолго до оформления указанного кредита.

Согласно ответу на запрос суда Центрального Банка Российской Федерации, с 10.04.2023 года сведения о ФИО2 находятся в базе данных, которая формируется о случаях и попытках осуществления переводов денежных средств без добровольного согласия клиента.

Проанализировав материалы дела, суд считает, что вышеуказанные операции по дистанционному оформлению кредита, и незамедлительному переводу кредитных средств на счет третьего лица, нетипичны для ФИО1, ранее подобные операции им не совершались, с 2008 года истец не имел кредитных обязательств, доказательств обратного ответчиком не представлено, и такие операции имели признаки осуществления переводов без согласия клиента, в частности - несоответствие параметров проводимой операции (время (дни) осуществления операции, сумма осуществления операции, периодичность (частота) совершения операций) операциям, обычно совершаемым клиентом.

А потому Банк ВТБ (ПАО) при наличии должной добросовестности, разумности и осмотрительности, должен был отнестись к операции по выдаче кредита и к незамедлительному переводу денежных средств с большим вниманием, и убедиться в действительности волеизъявлении истца на совершение данных операций. Однако этого сделано не было, сотрудники банка не звонили истцу, чтобы убедиться в действительности совершаемых операций.

В соответствии со статьёй 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несёт ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признаётся невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства (пункт 1).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2).

Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несёт ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств (пункт 3).

Доводы представителя ответчика о том, что идентификация клиента по коду и телефону являлась достаточной, не могут служить основанием к отказу в иске, поскольку именно на банке, как на профессиональном участке кредитных правоотношений лежала обязанность с необходимой осмотрительностью убедиться в отсутствии признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, и в действительности сделки, притом, что кредит был заключен в упрощенном порядке, путем введения кодов.

Как установлено судом, все действия по оформлению заявки, заключению договора кредитной карты и переводу денежных средств со счёта истца в другой банк со стороны заёмщика выполнены путём набора цифрового кода-подтверждения.

Согласно позиции Банка России, изложенной в информационном письме от 3 февраля 2022 г. N ИН-02-59/6 "О порядке согласования с заёмщиками индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа)", индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) подлежат отражению в табличной форме и подписанию заёмщиком. При этом частью 14 ст. 7 Закона о потребительском кредите установлена возможность подписания заёмщиком индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа) также с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим её принадлежность заёмщику в соответствии с требованиями федеральных законов.

Банком России выявлено использование кредиторами практик заключения договора потребительского кредита (займа), при которых согласие заёмщика выражается посредством совершения действий, свидетельствующих о его согласии с предлагаемыми кредитором индивидуальными условиями (конклюдентные действия), либо телефонного звонка в адрес кредитора с информированием последнего о согласии на получение потребительского кредита (займа) на предложенных индивидуальных условиях. Как в первом, так и во втором случае, по мнению Банка России, устанавливающего правила проведения банковских операций, заёмщиком индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) не подписываются ни собственноручной подписью, ни её аналогом.

Таким образом, по мнению Банка России, подобные практики не могут быть признаны надлежащими и соответствующими требованиям Закона о потребительском кредите.

Поскольку в данном случае после подачи заявки на получение спорного кредита незамедлительно было дано распоряжение на перечисление кредитных средств, банку надлежало принять повышенные меры предосторожности. Однако банк не обеспечил надлежащим образом безопасность дистанционного предоставления услуги, не идентифицировал клиента надлежащим образом, допустив моментальный перевод денежных средств на другой счет, что привело к их хищению, и действия банка не отвечают требованиям разумности, осмотрительности и добросовестности.

При таких обстоятельствах суд полагает, что спорный кредитный договор был заключен в отсутствие волеизъявления истца и является недействительным. А потому иск ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) подлежит удовлетворению.

Требования к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения истцом заявлены не были, и в иске к нему суд полагает отказать.

Доводы представителя банка о пропуске истцом срока исковой давности основаны на неверном толковании закона и судом отвергаются.

Так, согласно п. 3 ст. 166 ГК РФ, требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Как установлено п. 1 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о признании сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

Настоящий иск о признании недействительным кредитного договора от 17.02.2023 года был направлен истцом в суд по почте 04.07.2025 года, о потому трехгодичный срок исковой давности им не пропущен.

Как установлено ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В связи с тем, что суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований, а истец на основании п. 4 ч. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика в бюджет подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации в сумме 3 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 167, 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным удовлетворить.

Признать недействительным кредитный договор № V625/0000-0295386 от 17 февраля 2023 года, заключенный между ФИО1, (дата) года рождения (паспорт: серия 4207 №) и Банком ВТБ (ПАО) (ИНН: <***>).

В иске ФИО1 к ФИО2 о признании кредитного договора недействительным отказать.

Взыскать с Банка ВТБ (ПАО) (ИНН: <***>) в доход бюджета г. Липецка государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Липецкий областной суд с подачей жалобы через Октябрьский районный суд города Липецка в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: И.А. Верейкина

Мотивированное решение составлено 06 марта 2026 года.