Апелляционное определение № 33-34/2026 от 4 марта 2026 г.

Судья суда 1 инстанции Дело № 33–34/2026

ФИО1 № 2–369/2025

УИД 87RS0001-01-2025-000585-43


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Анадырь 5 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам суда Чукотского автономного округа в составе

председательствующего Зиновьева А.С.,

судей Принцева С.А., Жукова А.Н.,

при секретаре Ефимовой М.С.,

с участием ответчика ФИО2

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе истца ФИО3 на решение Анадырского городского суда от 25 ноября 2025 года, которым постановлено:

«в удовлетворении исковых требований ФИО3 (<данные изъяты>) к ФИО2 (<данные изъяты>) о возложении обязанности по демонтированию камеры видеонаблюдения, установленной в жилом помещении квартиры <адрес>, уничтожении видеозаписей, произведенных камерой видеонаблюдения, отказать в полном объеме».

Заслушав доклад судьи Жукова А.Н., судебная коллегия

установила:

ФИО3 обратилась в Анадырский городской суд с исковым заявлением к ответчику ФИО2, в обоснование которого указала, что у истца и ответчика в общей долевой собственности находится однокомнатная квартира <адрес>, в которой ответчик постоянно проживает. Истец в квартире не проживает, но периодически посещает её. 20 сентября 2025 года при посещении квартиры истцом обнаружено, что ответчиком установлена камера видеонаблюдения. Полагая, что ответчиком нарушено право истца на частную жизнь, поскольку согласия на установку в квартире камеры видеонаблюдения она не давала, просила суд возложить обязанность на ответчика демонтировать эту камеру и уничтожить видеозаписи, произведённые ею.

Судом первой инстанции принято решение, резолютивная часть которого приведена выше.

В апелляционной жалобе истец, указывая на то, что судом первой инстанции не дана надлежащая оценка всем доводам истца, неправильно применены и нарушены нормы процессуального права, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, в части требований о демонтировании камеры видеонаблюдения просит решение Анадырского городского суда от 25 ноября 2025 года отменить и принять по делу новое решение.

Возражения на апелляционную жалобу не поступили.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец ФИО3 не явилась, о времени и месте которого уведомлена надлежащим образом. Ходатайства об отложении не заявлено.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ответчик ФИО2 возражал относительно доводов апелляционной жалобы.

Судебная коллегия, руководствуясь частью 4 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), рассмотрела гражданское дело в отсутствие истца.

Изучив материалы дела, оценив имеющиеся в нём доказательства, проверив решение суда первой инстанции в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе истца, судебная коллегия приходит к следующему.

Разрешая исковые требования ФИО3, суд первой инстанции, руководствуясь статьёй 23 Конституции Российской Федерации, положениями статей 150, 152.2, 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статей 3, 6 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» (далее – Закон о персональных данных), пришёл к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения, поскольку истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о работоспособности камеры в режиме мобильного видеонаблюдения и о том, что ответчиком осуществлялся и осуществляется сбор, хранение и распространение информации о её частной жизни.

Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО3 в части нарушения её права на частную жизнь ввиду установки ответчиком в квартире камеры видеонаблюдения без согласия истца ошибочными, не соответствующими действующему законодательству и обстоятельствам дела, а доводы апелляционной жалобы истца в этой части - заслуживающими внимания.

Судом первой инстанции установлено и подтверждено материалами дела, что истец и ответчик являются собственниками по ? доли однокомнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

В указанной квартире постоянно проживает ответчик ФИО2 Истец ФИО3 в ней не проживает, но периодически приходит в квартиру, поскольку там находятся её личные вещи.

20 сентября 2025 года, зайдя в квартиру, истец обнаружила установленную в ней камеру видеонаблюдения, на которой горел светодиодный индикатор.

Ответчик ФИО2 не оспаривал наличие в квартире камеры видеонаблюдения и её подключение к питанию, пояснив, что в феврале 2023 года он приобрёл в ПАО «Ростелеком» услугу «Домашний интернет» с необходимым оборудованием, в состав которого входила камера видеонаблюдения. К истцу за согласием на размещение камеры в квартире и её подключение он не обращался.

Как следует из технической документации IP-камеры для дома ПАО «Ростелеком», запуск камеры осуществляется путём её подключения через адаптер питания к источнику сети, затем следует её подключение в мобильном приложении к сети по Wi-Fi, после чего камера готова к работе, то есть к съёмке. О готовности камеры к съёмке свидетельствует постоянно горящий светодиодный индикатор.

Согласно пункту 1 статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать своё имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункт 2 статьи 209 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех её участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

В силу положений статьи 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Статьёй 23 Конституции Российской Федерации каждому гарантировано право на неприкосновенность частной жизни.

Согласно пункту 1 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Как предусмотрено пунктом 2 статьи 150 ГК РФ, нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно статье 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел о пресечении действий, нарушающих право, является установление факта нарушения ответчиком права, принадлежащего истцу, либо угрозы такого нарушения.

Установка ответчиком ФИО2 видеокамеры в помещении общего с истцом пользования - квартире <адрес>, в отсутствие согласия сособственника нарушает права истца ФИО3 как собственника жилого помещения, а также право истца не неприкосновенность частной жизни.

Ответчиком не представлено достоверных доказательств невозможности использования им в режиме онлайн камеры видеонаблюдения, подключённой к питанию и к сети по Wi-Fi, добавленной им в мобильное приложение, о чём свидетельствуют предоставленные ответчиком в суд первой инстанции скриншоты этого мобильного приложения.

Представленные ответчиком фотоизображения расположения объектива камеры видеонаблюдения, свидетельствующие о её направлении не в сторону помещения квартиры, с очевидностью не подтверждают невозможность её использования, поскольку камера не имеет постоянной фиксации и её положение в любой момент может быть изменено.

При таких обстоятельствах требование истца о возложении на ответчика обязанности демонтировать камеру видеонаблюдения является обоснованным и подлежит удовлетворению, а решение суда первой инстанции в этой части - отмене.

Довод ответчика о том, что истцом неправильно заявлено требование о демонтировании камеры видеонаблюдения, поскольку ему не понятен способ исполнения этого требования, судебной коллегией отклоняется.

При рассмотрении дела судом первой инстанции представитель истца пояснял, что способом демонтирования камеры является её отключение.

Судебная коллегия соглашается с представителем истца, поскольку установленная в квартире камера видеонаблюдения не имеет какой-либо фиксации, а просто установлена на полке вещевой этажерки, следовательно её демонтирование может заключаться в отключении от источника питания.

С учётом того, что истец не проживает в квартире, а периодически посещает её, судебная коллегия полагает, что ответчик не лишён возможности использовать камеру видеонаблюдения в своих интересах в период отсутствия истца, не допуская её работу при посещении квартиры истцом.

Кроме того, судебная коллегия полагает, что ответчик ФИО2 не лишён возможности установить в квартире камеру видеонаблюдения с соблюдением требований законодательства без нарушения прав и законных интересов истца.

Между тем вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований истца в части возложения на ответчика обязанности уничтожить видеозаписи, произведённые камерой видеонаблюдения, поскольку истцом не доказан факт осуществления ответчиком видеозаписи, её хранения и распространения, судебная коллегия находит правильным. Так как данный вывод и его мотивировка в решении являются достаточно полными, коллегия не усматривает необходимости повторно приводить мотивировку этого вывода в настоящем определении.

Кроме того, истцом в данной части решение суда не оспаривается.

Иных доводов апелляционная жалоба не содержит.

Несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и неправильное применение норм материального права, заключающееся в неправильном истолковании закона, в соответствии с пунктами 1, 4 части 1, пунктом 3 части 2 статьи 330 ГПК РФ являются основаниями для отмены решения суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении исковых требований истца о возложении обязанности на ответчика демонтировать камеру видеонаблюдения и принятия по этим требованиям нового решения.

В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу частей 1 и 2 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворён частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворённых судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно части 3 статьи 98 ГПК РФ в случае, если суд вышестоящей инстанции, не передавая дело на новое рассмотрение, изменит состоявшееся решение суда нижестоящей инстанции или примет новое решение, он соответственно изменяет распределение судебных расходов.

В силу абзаца 2 подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера физическими лицами уплачивается государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

При обращении в суд с исковым заявлением истцом в соответствии с абзацем 2 подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 НК РФ уплачена государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

В связи с частичным удовлетворением исковых требований истца с ответчика в его пользу подлежат взысканию судебные расходы в виде уплаты им государственной пошлины в размере 3 000 рублей, поскольку правила о пропорциональном взыскании судебных расходов, при обращении с исковыми требованиями неимущественного характера не применяются в соответствии разъяснениями, содержащимися в абзаце 2 пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену состоявшегося по настоящему делу судебного постановления, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьёй 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Анадырского городского суда от 25 ноября 2025 года по настоящему делу в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО2 о возложении обязанности по демонтированию камеры видеонаблюдения, установленной в квартире <адрес>, отменить.

Исковые требования ФИО3 (<данные изъяты>) к ФИО2 (<данные изъяты>) о возложении обязанности по демонтированию (отключению) камеры видеонаблюдения удовлетворить.

Возложить обязанность на ответчика ФИО2 отключать от сети питания камеру видеонаблюдения, установленную в квартире <адрес>, в период нахождения ФИО3 в данной квартире.

В остальной части решение Анадырского городского суда от 25 ноября 2025 года оставить без изменения.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей.

Апелляционную жалобу истца ФИО3 удовлетворить.

Председательствующий А.С. Зиновьева

судьи С.А. Принцев

А.Н. Жуков

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 10 марта 2026 года.