Определение от 31 января 2008 г. по делу № 2-58/07

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 41-007-99

КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 31 января 2008 года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда

Российской Федерации в составе председательствующего - Степалина В. П. судей - Иванова Г. П. и Шишлянникова В. Ф.

рассмотрела в судебном заседании от 31 января 2008 года уголовное

дело по кассационным жалобам осужденных Сигиды И. Н. и Сажнева А.

В. и адвоката Андреевой Ю. В. на приговор Ростовского областного суда

от 31 августа 2007 года, которым СИГИДА И Н. судимый:

1) 26 июля 1999 года по ст. 126 ч. 2 п. п. «а, з» УК РФ к 4 годам лишения свободы, освобождавшийся из мест лишения свободы 18 декабря 2001 года с заменой неотбытой части наказания - 1 года 2 месяцев 22 дней на исправительные работы с удержанием в доход государства 20 процентов заработка, наказание

отбывший,

осужден по ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ к 15 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. «в» УК РФ к 10 годам лишения свободы без штрафа и по совокупности совершенных преступлений, на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ, к 17 годам лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

САЖНЕВ А В

судимый :

1) 5 июля 2000 года по ст. ст. 158 ч. 2 п. п. «б, в, г», 167 ч. 1 УК

РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы,

2) 6 декабря 2000 года по ст. 158 ч. 2 п. п. «а, б, в» УК РФ с

применением ст. 69 ч. 5 УК РФ к 5 годам лишения свободы,

освобождавшийся 21 июня 2003 года условно досрочно на 6

месяцев 25 дней,

осужден по ст. ст. 33 ч. 5 и 105 ч. 2 п. «з» УК РФ к 13 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. «в» УК РФ к 8 годам лишения свободы без штрафа и по совокупности совершенных преступлений, на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ, к 13 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено взыскать в пользу потерпевшего С

в счет компенсации морального вреда с Сигиды И. Н. - рублей и с Сажнева А. В. - рублей.

Заслушав доклад судьи Иванова Г. П., выступления осужденного Сигиды И. Н. и его защитника - адвоката Манукян СМ., просивших приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение, и прокурора Сафонова Г. П., просившего приговор оставить без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

по приговору суда Сигида и Сажнев признаны виновными в разбойном нападении, совершенном на С с применением предметов, используемых в качестве оружия, в крупном размере, с причинением тяжкого вре<да зд.оров.ью .потер>певшего, Сигида признан также виновным в умышленном убийстве С сопряженном с разбоем, а Сажнев - в пособничестве совершению убийства С

Преступления совершены в ночь с 15 на 16 июня 2006 года на территории при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В судебном заседании Сигида виновным себя не признал, Сажнев вину признал частично.

В кассационных жалобах:

адвокат Андреева в защиту интересов осужденного Сажнева просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение, мотивируя тем, что суд неправильно применил уголовный закон. По мнению адвоката, фактические обстоятельства дела говорят только о том, что Сажнев совершил укрывательство преступлений, поскольку он заранее не обещал Сигиде скрыть следы преступлений, деньги от Сигиды получил не в день убийства С а на следующий день и в займы, Сажнев также не знал, что автомобиль который он по предложению Сигиды пытался сбыть, принадлежал потерпевшему, коврики от автомобиля были спрятаны не Сажневым, а Сигидой;

осужденный Сажнев утверждает, что он не являлся соучастником убийства С он также не знал заранее о преступных планах Сигиды и не обещал ему помочь совершить преступления или скрыть следы преступлений, в этой части выводы суда ни подтверждаются доказательствами, он явился всего лишь свидетелем убийства С которое было совершено для него неожиданно. Не отрицая, что помог скрыть труп потерпевшего, считает, что его действия следует квалифицировать по ст. 316 УК РФ, однако просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение.

Он также утверждает, что в разбойном нападении не участвовал, о похищении Сигидой имущества С ему стало известно уже после задержания. рублей он получил от Сигиды в долг и не в день убийства С а позже. Сигида также подбросил ему вещи, похищенные у С чтобы подозрение в совершении этого преступления пало на него. Свои объяснения, которые он дал при задержании, просит признать неполными и неточными.

Утверждает, что хотел выбрать суд присяжных, однако по совету следователя заявил о рассмотрении дела судьей единолично. Считает, что и на предварительном следствии и в судебном заседании адвокаты не оказывали ему квалифицированную правовую помощь. В судебном заседании было нарушено его право на защиту, так как ему не разъяснили право давать объяснения в любой момент судебного следствия, председательствующий неоднократно прерывал его при даче показаний, чем лишил возможности полностью изложить свои объяснения. Срок отбытия наказания с 23 августа 2006 года исчислен судом неправильно, поскольку фактически он был задержан 22 августа 2006 год, именно в этот день он написал свое «чистосердечное признание».

Считает, что дело было расследовано с нарушением правил о территориальной подследственности и оно было необъективным, обвинение в соучастии в убийстве и разбое было предъявлено после закрытия дела, что лишило его возможности защищаться от предъявленного обвинения. Сажнев ставит также под сомнение достоверность и допустимость протокола опознания им С и утверждает, что в суде оно не исследовалось, а в приговоре содержится ссылка на это доказательство;

осужденный Сигида утверждает, что он не совершал разбой и убийство С эти преступления совершил Сажнев, который вместе со свидетелями С , Б и другими оговорили его на предварительном следствии и в суде, свидетели давали противоречивые показания, не согласующиеся с показаниями судебно- медицинского эксперта и статистическими данными телефонных соединений, и просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение.

Он также утверждает, что следствие и суд, отказав ему в удовлетворении ходатайства о проведении психофизиологической экспертизы (с использованием детектора лжи), ограничили его в праве представлять доказательства. Суд также необоснованно отклонил его ходатайства, связанные с анализом телефонных звонков. Необоснованно было отклонено его ходатайство о признании протокола осмотра его автомобиля (фактически проводился обыск автомобиля, а его и П к участию в этом следственном действии не допустили) недопустимым доказательством. При чем эти ходатайства были разрешены судьей с нарушением закона - без удаления в совещательную комнату. Не вынесение судьей отдельных постановлений лишило его право обжаловать состоявшиеся судебные решения в кассационном порядке.

Суд при постановлении приговора неправильно применил уголовный закон, вследствие чего назначил чрезмерно строгое наказание.


Сигида также оспаривает достоверность показаний свидетеля Б находя их лживыми. Он не соглашается с той оценкой, которую суд дал его показаниям и показаниям свидетелей Сигида и П . Суд необоснованно отказался возобновить судебное следствие по его просьбе, высказанной в прениях сторон. К протоколу судебного заседания не были приобщены его письменные ходатайства об исследовании доказательств по делу. В приговоре необоснованно указано о хранении с материалами дела копии приговора по делу Х

Сигида оспаривает и законность постановления о назначении предварительного слушания, постановления о назначении судебного заседания по итогам предварительного слушания и постановлений об отклонении его замечаний на протокол судебного заседания, утверждает, что копия приговора, врученная ему, не соответствует оригиналу, так как в ней нет подписи судьи. Указывает, что на провозглашении приговора отсутствовали адвокаты Манукян и Андреева.

Сигида оспаривает время совершения убийства С и, в связи с этим обстоятельством, заявляет о своем алиби.

Утверждает, что суд необоснованно отказал в приобщении к делу нотариально удостоверенного заявления свидетеля Г , подтверждающего его алиби. Сигида также ставит под сомнение психическое состояние осужденного Сажнева. Утверждает, что в протоколе судебного заседания отсутствует дата его изготовления и подписания.

В возражениях государственный обвинитель - прокурор Осипов А. В. и потерпевший С просят приговор оставить без изменения.

Осужденные Сажнев и Сигида написали возражения на кассационные жалобы друг друга, в которых выражают свое несогласие с ними, осужденный Сигида написал также возражения на кассационную жалобу адвоката Андреевой.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб и возражения, судебная коллегия считает, что приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Выводы суда о виновности Сигиды в совершении преступлений соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются собранными и исследованными в судебном заседании доказательствами.


Доводы кассационных жалоб Сигиды о том, что он не совершал разбой и убийство С опровергаются показаниями осужденного Сажнева, который на предварительном следствии и в судебном заседании подробно рассказал о том, как Сигида совершил убийство С завладел его барсеткой и другим имуществом, а затем пытался сбыть принадлежащий С автомобиль

.

Суд обоснованно признал эти показания Сажнева достоверными доказательствами, поскольку, вопреки утверждениям осужденного Сигиды, они являются последовательными и существенных противоречий в себе не содержат.

Каких-либо данных о психической полноценности Сажнева, ставящих под сомнение достоверность его показаний, о чем утверждает Сигида в своей кассационной жалобе, в деле не имеется.

К тому же, Сажнев, изобличая Сигиду в разбое и убийстве С говорит и о своей роли в совершенных преступлениях, и его показания подтверждаются показаниями свидетелей С и Б не доверять которым у суда не было оснований.

Так, из показаний свидетелей С (матери и дочери) следует, что они слышали по телефону разговор между Сажневым и Сигидой, который, согласно показаниям Сажнева, происходил во время убийства С поскольку на месте совершения преступления Сигида пользовался сотовым телефоном для освещения и, тем самым, несколько раз произвел соединение с его домашним номером.

Свидетель Б показал, что Сигида предлагал ему автомобиль на разборку или просто продать, он отказался, так как документов на автомобиль не было. Также Сигида привозил автомобильные коврики и домкрат, которые по просьбе Сажнева были положены в одну из машин, находящихся на территории гаражей.

Согласно протоколу осмотра автомобиля Сигиды, в нем была обнаружена гантель, которой, по заключению судебно-медицинского эксперта, могли быть причинены вдавленный перелом в затылочной части черепа С .


Доводы кассационной жалобы Сигиды о недопустимости этого протокола в качестве доказательства нельзя признать обоснованными.

Хотя осмотр автомобиля и производился в отсутствии Сигиды и его сожительницы П у которой имелась генеральная доверенность на пользование этим автомобилем, однако Сигида и сам не отрицает, что он всегда возил с собой гантель, и это же подтвердила в суде свидетель П

Утверждениям Сигиды о совершении убийства С Сажневым, суд дал правильную критическую оценку, обоснованно указав на то, что они являются недостоверными, и, приведя в приговоре этому убедительные мотивы.

Ссылка осужденного в жалобе на показания свидетелей Сигида и П также является необоснованной, так как эти свидетели не подтверждают алиби осужденного, поскольку они пояснили, что в ночь с 15 на 16 июня 2006 года Сигида дома не находился.

Время совершения убийства С судом установлено правильно на основании показаний Сажнева и свидетелей С

Оснований для приобщения к материалам дела нотариально удостоверенного заявления свидетеля Г не имелось, так как Сигида сам не утверждает, что в ночь совершения убийства С он находился с этим свидетелем.

Утверждения П о том, что ночью по телефону Сигиды отвечал Сажнев, обоснованно признаны судом надуманными.

Таким образом, правильно оценив собранные по делу доказательства, суд обоснованно признал Сигиду виновным в убийстве С и в совершении на него разбойного нападения и правильно квалифицировал его действия по ст. ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ, как убийство, сопряженное с разбоем, и по ст. 162 ч. 4 п. «в» УК РФ, как разбой, совершенный с применением предметов, используемых в качестве оружия, в крупном размере и с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Наказание Сигиде назначено с учетом всех обстоятельств, влияющих на наказание, и поэтому считать его чрезмерно суровым оснований не имеется.


Выводы суда о том, что Сажнев совершил пособничество в убийстве С , также являются обоснованными.

Так, в чистосердечном признании, написанном Сажневым собственноручно, указывается о том, что он по просьбе Сигиды поехал с ним за город, чтобы разобраться со С который спал в машине Сигиды.

При допросе в качестве подозреваемого Сажнев уточнил свою роль, которая была отведена ему Сигидой. Он пояснил, что по дороге к лесополосе Сигида сказал ему, что надо убить С и он будет его подстраховывать в этом деле, так как С занимается борьбой и он может с ним не справиться, если С окажет сопротивление.

Эти показания Сажнева суд обоснованно признал достоверными, поскольку в судебном заседании Сажнев по существу подтвердил их (т. 7 л. д. 215).

Кроме того, эти показания Сажнева соответствуют фактическим обстоятельствам дела, из которых следует, что Сажнев во время лишения жизни потерпевшего Сигидой все время стоял рядом с ним, то есть, как правильно указал суд в приговоре, «подстраховывал» Сигиду, а затем помог Сигиде оттащить труп С в лесополосу, что никогда Сажневым не отрицалось.

Таким образом, Сажнев, вопреки его утверждениям и утверждениям адвоката Андреевой в кассационных жалобах, заранее обещал Сигиде помочь совершить убийство С При таких обстоятельствах Сигида мог также рассчитывать на помощь Сажнева в сокрытии этого убийства, что Сажнев и сделал, когда вместе с Сигидой тянул веревку, привязанную к трупу С , а затем, как он сам пояснил, выбросил в окно автомобиля туфли потерпевшего.

Поэтому суд правильно расценил действия Сажнева как пособничество в убийстве С и оснований для переквалификации содеянного им на ст. 316 УК РФ, как об этом ставится вопрос в кассационных жалобах, не имеется.

Следует также согласиться с выводами суда о причастности Сажнева к разбойному нападению на С


Как правильно указал суд в приговоре, после убийства С Сажнев завладел сразу частью денег потерпевшего, в дальнейшем колесом, ковриками, домкратами, а также пытался сбыть автомобиль С

Эти обстоятельства подтверждаются показаниями самого Сажнева, которые он давал на предварительном следствии в качестве подозреваемого и которые судом обоснованно признаны достоверными.

В судебном заседании Сажнев также не отрицал, что он пытался совместно с Сигидой сбыть автомобиль С при этом пояснял, что об этом автомобиле речь шла еще до убийства С

Сажнев также признал, что принял от Сигиды коврики с автомобиля С и домкраты и положил их на хранение в автомобиль, находящейся на территории гаража, где он работал.

Показания Сажнева о том, что он получил деньги от Сигиды на следующий день после убийства С и в долг судом правильно оценены критически, так как его объяснения о причинах изменения своих первоначальных показаний являются не убедительными.

Вместе с тем, нельзя согласиться с той правовой оценкой, которую суд дал этим действиям Сажнева, признав его виновным наряду с Сигидой исполнителем разбоя.

Как следует из описательно-мотивировочной части приговора, в ней отсутствует указание на то, что Сажнев принимал участие в разбойном нападении на С он только дал согласие подстраховать Сигиду, если С окажет сопротивление.

В приговоре также указано, что Сигида, после убийства С завладел имуществом потерпевшего, воспользовавшись помощью Сажнева как пособника (л. 2 приговора).

В описательно-мотивировочной части приговора также содержится вывод о том, что Сажнев оказал пособничество Сигиде в убийстве и разбойном нападении на С (л. 37 приговора).


То есть, суд признал, что Сажнев совершил пособничество в разбое, однако квалифицировал его действия без ссылки на ст. 33 ч. 5 УК РФ как соисполнителя этого преступления.

В связи с этим, приговор в отношении Сажнева подлежит изменению, его действия следует переквалифицировать со ст. 162 ч. 4 п. «в» УК РФ на ст. ст. 33 ч. 5 и 162 ч. 4 п. «в» УК РФ, как пособничество в разбойном нападении, совершенном с применением предметов, используемых в качестве оружия, в крупном размере и с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Наказание за пособничество в разбое следует назначить ему с учетом характера и степени общественной опасности, данных о личности, смягчающих и отягчающих обстоятельств, установленных судом.

Наказание за пособничество в убийстве Сажневу назначено с учетом всех обстоятельств, влияющих на наказание.

Доводы кассационных жалоб о том, что дело рассмотрено с нарушением уголовно-процессуального закона, влекущими отмену приговора, являются необоснованными.

Так, утверждения осужденного Сажнева о том, что он выбрал форму судопроизводства под воздействием следователя, следует признать несостоятельными.

Из протокола ознакомления с материалами дела видно, что вопрос о выборе формы судопроизводства решался Сажневым с участием адвоката.

На предварительном слушании он также не заявлял ходатайства о рассмотрении дела судом присяжных, а выбрал рассмотрение его дела судьей единолично.

Нельзя согласиться и с утверждениями Сажнева о том, что адвокаты оказывали ему неквалифицированную помощь по делу, так как никаких жалоб, как это следует из материалов дела, по этому поводу он не подавал.

Не усматривается из материалов дела, что было нарушено право Сажнева на дачу показаний в любой момент судебного следствия.


Хотя в протоколе судебного заседания и отсутствует запись о разъяснении ему положений ч. 3 ст. 274 УПК РФ, однако у Сажнева выяснялось, в какой момент судебного следствия он желает давать показания по делу, на что Сажнев заявил, что желает дать показания после допроса свидетелей.

Каких-либо действий председательствующего судьи по ограничению права Сажнева давать показания в любой момент судебного следствия, в протоколе судебного заседания не зафиксировано.

Необоснованными являются также утверждения Сажнева о том, что дело было расследовано с нарушением правил, определяющих место проведения предварительного расследования.

Как следует из материалов дела, и установлено приговором, убийство С было совершено на территории

поэтому расследование по делу проводилось

в полном соответствие со ст. 152 УПК РФ прокуратурой этого района.

Не соответствующими материалам дела являются и утверждения Сажнева о том, что обвинение в разбое и убийстве, сопряженном с разбоем, было предъявлено ему после, как он пишет в жалобе, «закрытия дела».

Из материалов дела видно, что обвинение в окончательной редакции ему было предъявлено 25 апреля 2007 года, а ознакомление с материалами дела проведено 16 мая 2007 года.

Ссылка Сажнева в жалобе на то, что в судебном заседании не исследовался протокол опознания им С по фотографии, никак не влияет на выводы о его виновности в совершении преступления, поскольку он никогда не отрицал, что Сигида совершил убийство именно этого потерпевшего.

Срок наказания исчислен Сажневу согласно протоколу задержания от 23 августа 2006 года, имеющемуся в материалах дела. Вместе с тем, это не лишает его права обратиться с заявлением об изменении срока исчисления наказания в суд, постановивший приговор, в порядке ст. ст. 368-369 УПК РФ.


Нельзя согласиться и с доводами кассационной жалобы Сигиды о том, что ему необоснованно было отказано в назначении психофизиологической экспертизы.

Мотивы, по которым суд отклонил ходатайства Сигиды, подробно изложены в протоколе судебного заседания, и не соглашаться с ними, нет оснований.

Отсутствие отдельного постановления судьи об отклонении указанного ходатайства не может служить основанием для отмены приговора, так как промежуточные решения обжалуются одновременно с итоговым решением по делу.

Что касается ходатайств о признании доказательств недопустимыми и об исключении их из судебного разбирательства, то законом не предусмотрено их обязательное разрешение в совещательной комнате.

Принятое судьей решение, вопреки мнению осужденного, также может быть обжаловано только одновременно с обжалованием итогового решения по делу, в данном случае одновременно с приговором.

Как указано выше, оснований для признания протокола осмотра автомобиля Сигиды недопустимым доказательством по делу не имелось, поэтому суд принял правильное решение об исследовании этого доказательства.

Вопреки утверждениям осужденного, ходатайства об анализе телефонных соединений судом были удовлетворены, все имеющиеся в деле данные о них были исследованы в судебном заседании и на них содержится ссылка в приговоре.

Несогласие осужденного с оценкой, которую суд дал показаниям свидетелей П и Сигида, также не является основанием для отмены приговора. Показания Б которые он находит лживыми, прямо не касаются обстоятельств совершения Сигидой разбоя и убийства С

Оснований для возобновления судебного следствия у суда, в соответствие со ст. 294 УПК РФ, не имелось, так как Сигида не сообщил в своем выступлении о новых обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, и не заявил о необходимости предъявить суду для исследования новые доказательства.

Ссылка Сигиды на необходимость назначения по делу психофизиологической экспертизы к таким сообщениям и доказательствам не относится, так как вопрос об этой экспертизе неоднократно обсуждался в ходе судебного следствия, и председательствующий принимал по нему соответствующие решения.

Не соответствуют материалам дела и утверждения Сигиды о том, что к ним не приобщены его письменные ходатайства. Ходатайства Сигиды находятся в 7 томе уголовного дела.

Не имеет никакого правого значения ссылка Сигиды на то, что к материалам дела необоснованно приобщена копия приговора по делу Х

Не могут служить основанием для отмены приговора несогласие Сигиды с постановлениями о движении уголовного дела, так как эти судебные решения им не обжаловались в установленном законе порядке.

Не подлежат обжалованию в кассационном порядке и постановления, которыми замечания осужденного на протокол судебного заседания были отклонены.

Вопреки утверждениям Сигиды, имеющиеся в деле копии приговора, соответствуют подлиннику и надлежащим образом заверены, такая же копия была вручена и самому осужденному.

Ссылка Сигиды на то, что адвокаты Манукян и Андреева не присутствовали на провозглашении приговора, не может служить основанием для отмены приговора, так как не свидетельствует об ущемлении права Сигиды на обжалование приговора.

Протокол судебного заседания подписан председательствующим и секретарем, как того требует ч. 6 ст. 259 УПК РФ. Не указание в нем времени изготовления и подписания, на что ссылается в жалобе осужденный Сигида, не является основанием для отмены приговора.

Право Сигиды на ознакомление с протоколом судебного заседания и подачу замечаний на него им было реализовано в полном объеме.


Руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Ростовского областного суда от 31 августа 2007 года в отношении Сажнева А Визменить:

переквалифицировать его действия со ст. 162 ч. 4 п. «в» УК РФ на ст. ст. 33 ч. 5 и 162 ч. 4 п. «в» УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет без штрафа;

на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ, по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 33 ч. 5 и 105 ч. 2 п. «з», 33 ч. 5 и 162 ч. 4 п. «в» УК РФ, путем частичного сложения наказаний окончательно назначить Сажневу А В к отбытию 13 лет 6 месяцев лишения свободы.

В остальном приговор в отношении Сажнева А В и этот же приговор в отношении Сигиды Ноставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

Председательствующ