Кассационное определение от 2 сентября 2026 г. Верховный Суд РФ

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


№ 66-УД26-13-А5



КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ


3 сентября 2026 года


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской

Федерации в составе:

председательствующего Шамова А.В.,

судей Кочиной И.Г., Ермолаевой Т.А.,

с участием:

прокурора Кривоноговой Е.А.,

осужденного ФИО1,

адвоката Ефремова В.Н.,

при секретаре Горюновой А.Е.,


рассмотрела в судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1 по кассационным жалобам ФИО1

и адвоката Ефремова В.Н. на приговор Иркутского областного суда от

3 декабря 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по

уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от

29 октября 2025 года.


Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступление осужденного

ФИО1 и адвоката Ефремова В.Н., поддержавших кассационные

жалобы, прокурора Кривоноговой Е.А., не усматривающей оснований для

отмены или изменения судебных решений, Судебная коллегия,


установила:


согласно приговору Иркутского областного суда от 3 декабря 2024 года ФИО1, <...> несудимый, осужден:

по ч.З ст.240 УК РФ (в отношении В к лишению свободы на 5 лет с ограничением свободы на 6 месяцев,

по ч.1 ст.210 УК РФ (в ред. ФЗ от 27.12.2009 № 377) - к лишению свободы на 13 лет с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев,

по п.«б», «в» ч.2 ст.241 УК РФ к лишению свободы на 4 года с ограничением свободы в 6 месяцев,

по ч.З ст.240 УК РФ (в отношении С.) - к лишению свободы на 5 лет с ограничением свободы на 6 месяцев,

по п.«а» ч.З ст. 126 УК РФ - к лишению свободы на 6 лет 6 месяцев с ограничением свободы на 1 год,

по ч.З ст.240 УК РФ (в отношении Л.) - к лишению свободы на 5 лет с ограничением свободы на 6 месяцев,

по п.«а» ч.З ст. 163 УК РФ - к лишению свободы на 7 лет 6 месяцев с ограничением свободы на 1 год,

по ч.З ст.240 УК РФ (в отношении Б.) - к лишению свободы на 5 лет с ограничением свободы на 6 месяцев,

по ч. 3 ст. 240 УК РФ (в отношении О. - к лишению свободы на 5 лет с ограничением свободы на 6 месяцев,

по ч.З ст.240 УК РФ (в отношении П.с <...> - к лишению свободы на 5 лет с ограничением свободы в 6 месяцев,

по ч.З ст.240 УК РФ (в отношении С. - к лишению свободы на 5 лет с ограничением свободы на 6 месяцев,

по ч.З ст.240 УК РФ (в отношении П. в <...> - к лишению свободы на 5 лет с ограничением свободы на 6 месяцев,

в соответствии с ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, - к лишению свободы на 13 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год 10 месяцев с ограничениями и обязанностью, указанными в приговоре.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 29 октября 2025 года приговор оставлен без изменения.

ФИО1 осужден:


за вовлечение несовершеннолетней В в занятие проституцией, совершенное организованной группой;

за создание преступного сообщества в целях совместного совершения тяжких или особо тяжких преступлений, руководство таким сообществом и

входящими в него структурными подразделениями;


за совершенные в составе преступного сообщества преступления: организацию занятия проституцией другими лицами, содержание притонов для занятия проституцией, с применением насилия и угрозой его применения, с использованием для занятия проституцией несовершеннолетних; вовлечение в занятие проституцией П. и несовершеннолетних С.Л. Б. (ранее З.); похищение из корыстных побуждений Ш. под угрозой применения к ней насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия; вымогательство в отношении Г. совершенное под угрозой применения насилия и с применением насилия; принуждение к продолжению занятия проституцией под угрозой применением насилия и с применением насилия в отношении О. и П., с угрозой применения насилия - в отношении несовершеннолетней С. (ран",з З.).

Преступления совершены в период с <...> года на территории <...> при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В кассационной жалобе адвокат Ефремов В.Н. выражает несогласие с состоявшимися в отношении ФИО1 судебными актами, полагая, что суды первой и апелляционной инстанций не проанализировали доводы стороны защиты, не привели мотивы, по которым их отвергли. Отмечает, что суды проигнорировали доводы о недопустимости показаний свидетелей, положенных в основу приговора, в том числе, Т.Р., Ш.Л. и Е. ввиду того, что они не указали источники своей осведомленности о действиях ФИО1, необоснованно сочли допустимыми показания свидетелей П. и Ш., в то время как они являются сотрудниками правоохранительных органов. Полагает, что исследованными и приведенными в приговоре доказательствами виновность подзащитного в совершении преступлений не подтверждается. Квалификацию действий подзащитного считает ошибочной, в том числе по ст.210 УК РФ, поскольку признаки преступлений не нашли своего подтверждения. Полагает, что не представлено доказательств о профессионализме группы в составе ФИО1, Б. и А. ее устойчивости, сплоченности, наличия в группе дисциплины, особого порядка подбора участников преступлений и планирования преступной деятельности. Автор жалобы считает, что суд необоснованно признал доказательством общей материально-финансовой базы наличие денежных переводов между ФИО1 и Б. поскольку они совместно проживали и вели совместное хозяйство, а также между ФИО1 и В. поскольку В.платил за осуществление охраны. Выводы суда о материальной выгоде подзащитного от работы нелегальных фирм считает голословными, отмечает, что в материалах дела не имеется

доказательств договоренности ФИО1, Б. и А.о


совместной деятельности, осознания ими себя членами преступного сообщества. Единичные встречи Л. с участниками, по мнению адвоката, неверно расценены как подтверждение сплоченности сообщества.

На основании изложенного просит апелляционное определение отменить и направить дело на новое апелляционное рассмотрение.

В кассационной жалобе осужденный ФИО1 также считает, что уголовное дело подлежит направлению на новое рассмотрение ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам, а также потому, что доводы стороны защиты о допущенных нарушениях судом апелляционной инстанции остались не проверенными. Полагает, что показаниями свидетелей Б. и А. свидетеля Р. данными в период предварительного следствия, опровергаются выводы суда о совместной с ними деятельности. Отмечает, что свидетель Ф. показавший суду, что решал определенные вопросы в фирме Б., и свидетель Е., давший показания о наличии у него с Б. совместной фирмы, не могли назвать источник своей информированности, в связи с чем их показания считает недопустимыми. По мнению осужденного, показания свидетелей Ф.Б. В.Ш. не содержат информации, относящейся к делу. Отмечает противоречивость показаний потерпевшей В считает, что данное обстоятельство не было принято во внимание при оценке их на предмет достоверности. Полагает, что ее показания и содержание переписки с А неправильно оценены судом как уличающие его в совершении преступлений. Оценивая данные доказательства, суд не принял во внимание обстоятельство, которое могло повлиять на выводы суда, а именно то, что встреча В с Б. и А произошла лишь 21 июля 2015 года, то есть, когда потерпевшей исполнилось 18 лет. В связи с изложенным полагает, что доказательств его виновности в вовлечении В. в занятие проституцией не представлено. Считает, что и в остальной части обвинение не нашло своего подтверждения. Так, утверждает, что фирмы по оказанию незаконных услуг работали самостоятельно без его участия, что, по его мнению, подтвердили Б.Ф., Б. и В.. Не доверяет показаниям Р.Т. и Ф. которые на момент инкриминируемых ему событий содержались в местах лишения свободы, в связи с чем не могли быть свидетелями тех обстоятельств, о которых давали показания. Об этом, по мнению автора жалобы, свидетельствует и тот факт, что Р. не смог ответить на вопросы стороны защиты. Поскольку данное обстоятельство не учтено при оценке показаний, считает, что суды действовали с обвинительным уклоном. Большая часть свидетелей не смогла дать конкретных показаний, назвать источники своей информации, объяснив это тем, что лица, с которыми они общались, не называли себя по имени и не сообщали своих фамилий. Полагает, что с учетом таких объяснений суд не

вправе был признавать показания свидетелей достоверными. Оценивая


показания А. от 20 января 2020 года, суд посчитал их достоверными, однако именно в этих показаниях она сообщала о непричастности его к организованной ею фирме. Аналогично оценены показания Б. и Ф., данные в период предварительного следствия. Считает, что выводы суда относительно цели его преступной деятельности, направленной на материальное обогащение, не нашли своего подтверждения. По мнению осужденного, не получили своей оценки доводы стороны защиты об отсутствии у фирм Б., Ф.Б. и В. функциональной и территориальной обособленности, стабильности состава участников как признаков структурных подразделений преступного сообщества. Не согласен с выводом суда о том, что он делегировал указанным лицам руководство структурными подразделениям, считает, что такой вывод не подтверждается исследованными доказательствами. Отвергая доводы участников процесса о применении недозволенных методов ведения следствия, суд указал на то, что показания ими даны в присутствии защитников. Считает, что такой вывод суда является уклонением от проверки соответствующих доводов стороны защиты, поскольку о давлении со стороны сотрудников предварительного следствия сообщали и лица, которые давали показания без участия адвокатов: В., свидетель А. потерпевшие С и З. (Б<...>), отмечает, что их заявления не были опровергнуты.

На основании изложенного просит отменить приговор и апелляционное определение и возвратить уголовное дело на новое рассмотрение.

В возражениях государственный обвинитель Желбанова Т.С. просила оставить кассационные жалобы без удовлетворения.

Заслушав участников процесса, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Настоящее уголовное дело являлось предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, по итогам которого приговор был признан соответствующим установленным фактическим обстоятельствам дела.

К такому выводу суд апелляционной инстанции пришел обоснованно, поскольку обстоятельства каждого из преступлений и виновность осужденного в их совершении были установлены на основании достаточной совокупности показаний соучастников преступлений - Б.А., Б.Б., В.Ф., Ф. уголовные дела в отношении которых были выделены в отдельные производства, в настоящее время рассмотрены с вынесением обвинительных приговоров, на основании показаний потерпевших, свидетелей, протоколов проверок показаний на месте, протоколов обысков, выемок, осмотров предметов и документов, информации, полученной с сотовых телефонов,

результатов проведения оперативно-розыскных мероприятий, в том числе


стенограмм телефонных переговоров ФИО1 и на основании других изложенных в приговоре доказательств.

Так, из показаний свидетелей Р., Т.Ф. Ш.Л. Е.С. Э.Ф. О. суд правильно установил, что в период с <...> года Ленивцев объединился в организованную группу с Б. и А. с целью совершения преступлений в сфере организации проституции, в том числе с использованием несовершеннолетних, и получения от данной незаконной деятельности финансовой и иной материальной выгоды.

Основываясь на показаниях потерпевшей В. свидетелей Ж.В. показаниях А. признанных достоверными, и других доказательствах, судом верно установлено, что в <...> Ленивцев в составе организованной группы привлек к занятию проституцией лиц, имевших опыт такой работы, а также несовершеннолетнюю В. года рождения, которая вплоть до своего совершеннолетия занималась проституцией, принося доход членам организованной группы.

В дальнейшем в период с <...> с вышеуказанной целью на основе имеющейся организованной группы Ленивцев создал преступное сообщество, состоящее из нескольких структурных подразделений, куда дополнительно вошли созданные фирмы <...>и « <...> занимающиеся организаций проституции, непосредственное руководство которыми осуществлялось В.Б. и Ф., а общее - ФИО1, а также структурное подразделение силовой поддержки, состоящее из лиц, подчиняющихся напрямую ФИО1.

Выводы суда в части создания ФИО1 преступного сообщества также основаны на показаниях потерпевших и лиц, которые возглавляли фирмы, созданные для организации занятия проституцией, или являлись работниками таких фирм. Из показаний перечисленных лиц следует, что фирмы были организованы по решению ФИО1, который осуществлял ими общее руководство и наряду с ними получал доход от данного вида деятельности. Потерпевшие и некоторые свидетели показали, что к работе в указанных фирмах для оказания интимных услуг привлекались несовершеннолетние.

Судом верно установлено, что в составе преступного сообщества за период его действия <...> ФИО1 совершены тяжкие и особо тяжкие преступления, связанные с организацией проституции и вовлечением в нее других лиц, в том числе несовершеннолетних Б.С. Л., С. похищение Ш. с целью возвращения в <...> для занятия проституцией, в ходе которого потерпевшая была избита с применением предметов, используемых в качестве оружия, в ее адрес высказаны угрозы применением насилия, опасного для жизни и здоровья; вымогательство денежных средств

у Г. в качестве систематических перечислений за возможность


содержания в сауне массажного салона с применением насилия и угрозами его применения; принуждение к продолжению занятием проституцией с применением насилия и угроз его применения в отношении О. и П и с применением таких угроз в отношении несовершеннолетней С

У судебной коллегии нет оснований не согласиться с оценкой приговора, как обоснованного, соответствующего фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, поскольку изложенные в нем выводы подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, проверенными и оцененными судом в соответствии с положениями ст.87,88 УПК РФ.

Доводы кассационных жалоб о нарушениях судами норм уголовно-процессуального права при оценке доказательств своего подтверждения не нашли.

В основу обвинительного приговора положены лишь относимые доказательства.

Вопреки мнению осужденного показания Ф.Б. В.Ш. имеют к уголовному делу прямое отношение, поскольку содержат информацию, свидетельствующую об обстоятельствах создания ФИО1 преступного сообщества и руководстве им, о совершении в составе преступного сообщества ряда преступлений, которые указаны в предъявленном осужденному обвинении.

Фактов обоснования приговора недопустимыми доказательствами судом апелляционной инстанции не установлено, не усматривает их и судебная коллегия.

Доводы осужденного о том, что показания против него получены с применением недозволенных методов ведения следствия, являются несостоятельными, поскольку все подобные заявления участников процесса были проверены судом и своего подтверждения не нашли. У судебной коллегии не имеется оснований сомневаться в результатах проверок, поскольку они проведены тщательно, а выводы сделаны на основании оценки достаточного объема доказательств. Так, судом принимались во внимание постановления следователей, вынесенные в порядке ст. 144, 145 УПК РФ, например, по заявлению свидетеля А. потерпевшей С. также учитывались показания свидетелей, потерпевших и лиц, участвовавших в проведении следственных действий.

Таким образом, вопреки мнению осужденного, выводы суда о добровольности показаний участников процесса, положенных в основу приговора, сделаны судом не только исходя из участия в допросах адвокатов, а с учетом всех имеющих значение обстоятельств.

Суды не усмотрели оснований для признания недопустимыми и исключения из числа доказательств показаний свидетелей П. и Ш. лишь потому, что они являлись сотрудниками правоохранительных

органов. Данное решение является правильным, поскольку указанные


сотрудники своими показаниями не подменяли содержание доказательств об обстоятельствах совершения ФИО1 преступлений, а рассказывали о ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий.

Показания свидетелей П. и Ш. правомерно использованы судом для проверки результатов оперативно-розыскных мероприятий и доводов некоторых участников процесса о, якобы, оказанном на них давлении в период расследования уголовного дела.

Закрепленные результаты оперативно-розыскной деятельности правомерно использованы в качестве доказательств по данному уголовному делу, поскольку такие мероприятия проводились при наличии на то оснований, предусмотренных ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», с соблюдением положений уголовно-процессуального закона, предусмотренных для соответствующих следственных действий, их результаты представлены следователю для использования в доказывании в соответствии с Инструкцией «О порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд», в период предварительного следствия и в судебном заседании результаты ОРМ были проверены и нашли свое подтверждение.

Судебная коллегия находит обоснованными выводы о достоверности доказательств, положенных в основу обвинительного приговора.

Так, по каждому инкриминированному ФИО1 преступлению суд исследовал все относимые доказательства, выяснял наличие противоречий в показаниях допрошенных участников процесса, при их наличии - на основании ст.281, 281.1 УПК РФ оглашал показания, данные в период предварительного следствия, сопоставлял доказательства между собой, выделяя среди них последовательные и согласующиеся друг с другом, которые затем правомерно признал достоверными и использовал для целей доказывания.

Таким же образом были исследованы и по указанным критериям правильно оценены как достоверные положенные в основу приговора показания Б.А. Б.В. Ф. и других соучастников преступлений, уголовные дела в отношении которых были выделены в отдельные производства, а в настоящее время рассмотрены с вынесением обвинительных приговоров.

Сомнения стороны защиты в достоверности показаний свидетелей Ф.Т. Р. ввиду того, что в период инкриминируемых ФИО1 событий они содержались в местах лишения свободы, а также показаний Р.Т. Ш.Л. и Е. ввиду того, что они по объективным причина не смогли назвать некоторые конкретные источники своей осведомленности, судебная коллегия считает необоснованными, поскольку вышеприведенные обстоятельства не помешали суду объективно оценить показания данных свидетелей как достоверные с учетом наличия у них возможности получения определенной

информации и подтверждения ее совокупностью других доказательств.


Свидетели Е.Ш., Л. и И. допрошены в суде с сохранением в тайне подлинных данных о личности, что было вызвано необходимостью соблюдения требований безопасности. Такой способ допроса предусмотрен положениями ч.5 ст.278 УПК РФ и не оказал влияния на правильность выводов суда о достоверности показаний, поскольку подлинные данные о личности свидетелей судьей были установлены, с учетом этих данных проверена возможность получения ими сведений, о которых они давали показания, а содержание показаний оценено в совокупности с другими доказательствами.

Доводы осужденного о недостоверности показаний потерпевшей В. ввиду противоречивости являются несостоятельными, поскольку она и в ходе предварительного следствия, и в судебном заседании последовательно давала идентичные показания об обстоятельствах вовлечения ее в сферу оказания интимных услуг. Содержание ее показаний согласуется с показаниями свидетелей Ф.Р. Т.Е., Б., В. и А. в части организации ФИО1 в регионе условий для занятия проституцией и руководства такой деятельностью, а также с взятыми за основу показаниями А. подтвердившей, что В на работу в сферу оказания интимных услуг пригласили, зная, что ей не исполнилось 18 лет, что к оказанию таких услуг девочка приступила в день приглашения или на следующий. При таких обстоятельствах суд объективно оценил показания В как достоверные и положил в основу обвинительного приговора.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что обстоятельства преступлений и виновность ФИО1 в их совершении установлены судом правильно на основании достаточной совокупности относимых, допустимых и достоверных доказательств, а доводы стороны защиты о недоказанности участия ФИО1 в организации преступного сообщества и руководстве им, в организации занятия проституцией в регионе, вовлечении в нее несовершеннолетних рассмотрены и обоснованно отвергнуты, поскольку опровергаются совокупностью исследованных доказательств.

Действия ФИО1 по каждому из преступлений квалифицированы судом правильно.

Все необходимые признаки преступлений, в том числе квалифицирующие, нашли свое подтверждение.

Подробное обоснование юридической оценки действий осужденного приведено в приговоре со ссылками на исследованные доказательства и проверено в полном объеме судом апелляционной инстанции. Суд апелляционной инстанции признал верными выводы суда в этой части, соглашается с ними и судебная коллегия.

С учетом состояния здоровья осужденного и поведения в ходе

судопроизводства суд правомерно признал его вменяемым, подлежащим


уголовной ответственности за содеянное.

При назначении наказания учтены все влияющие на него обстоятельства, предусмотренные ч.З ст. 60 УК РФ: характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности осужденного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни семьи.

Обстоятельства, смягчающие наказание, установлены и учтены судом в полном объеме.

Обстоятельством, отягчающим наказание за преступление, предусмотренное п. «б», «в» ч.2 ст.241 УК РФ, правомерно признано совершение его в составе преступного сообщества, поскольку данное обстоятельство установлено судом, но не является квалифицирующим признаком данного преступления.

Оснований для изменения категорий преступлений, применения положений ст. 64 УК РФ суд не нашел, не усматривает их и судебная коллегия.

По своему виду и размеру назначенное наказание является соразмерным как содеянному ФИО1, так и данным о его личности, в связи с чем оснований для смягчения не имеется.

Таким образом, приговор в отношении ФИО1 соответствует требованиям ст.297, 304, 307-309 УПК РФ.

Порядок апелляционного производства по делу соблюден. Вопреки мнению стороны защиты доводы апелляционных жалоб изучены, с их учетом в апелляционном порядке рассмотрено уголовное дело и постановлено апелляционное определение, которое соответствует требованиям ст.З89.28 УПК РФ.

В соответствии с ч.1 ст.4ОП5 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Поскольку таких нарушений по уголовному делу в отношении ФИО1 не допущено, кассационные жалобы следует оставить без удовлетворения.

На основании вышеизложенного, руководствуясь cT.4Ol.l4 УПК РФ,

Судебная коллегия


определила:


приговор Иркутского областного суда от 3 декабря 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 29 октября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, кассационные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Ефремова В.Н. - без удовлетворения.

Председательствующий


Судьи