Кассационное определение от 1 июля 2024 г. по делу № 2-7/2023

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 39-УД24-2-А1


КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Москва 2 июля 2024 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующей Шмотиковой С.А., судей: Борисова О.В. и Эрдыниева Э.Б., при секретаре Жильцовой М.П., с участием прокурора Широковой А.А. адвоката Фахретдинова Р.З.

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО1. по кассационной жалобе осужденного на приговор Курского областного суда от 15 июня 2023 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции от 20 сентября 2023 года.

По приговору Курского областного суда от 15 июня 2023 года ФИО1,<...>, ранее не судимый,

осужден по «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы сроком на 14 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев, с установлением ограничений и возложением обязанности, предусмотренных ст. 53 УК РФ, и указанных в приговоре.

Срок отбывания наказания ФИО1. исчислен со дня

вступления приговора в законную силу. Зачтено в срок отбытия наказания

период содержания осужденного под стражей с 17 февраля 2023 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Этим же приговором осужден ФИО2, в отношении которого приговор в порядке ст.4017, ст.4018 УПК РФ не обжалован.

Приговором разрешен вопрос о процессуальных издержках и судьбе вещественных доказательств по делу.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции от 20 сентября 2023 года приговор оставлен без изменения.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Шмотиковой С.А., изложившей обстоятельства дела, доводы кассационной жалобы, выступление адвоката Фахретдинова Р.З., поддержавшего доводы жалобы и просившего об отмене приговора и апелляционного определения, а также мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Широковой А.А., полагавшей, что оснований для изменения судебных решений по доводам жалобы не усматривается, Судебная коллегия

установила:

согласно приговору ФИО1. признан виновным в совершении в состоянии алкогольного опьянения 15 февраля 2023 года совместно с ФИО2, т.е. группой лиц, убийства П. (брата осужденного).

Преступление совершено в г.<...> при обстоятельствах установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденный свою вину в нанесении брату удара ножом в область груди, от которого тот упал и умер, признал.

В кассационной жалобе ФИО1 выражает несогласие с приговором и апелляционным определением, полагая, что выводы судов не соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела, а назначенное наказание является несправедливым вследствие его чрезмерной суровости.

Считает, что суд неправильно изложил установленные фактические обстоятельства. Отрицает, что просил ФИО2 принести нож из кухни, т.е. что его действия являлись продуманными и выверенными, направленными на убийство брата. Утверждает, что спонтанно выхватил нож из рук ФИО2

и нанес им удар потерпевшему.

Оспаривает достоверность показаний свидетеля Д., которая в момент произошедших событий находилась в состоянии алкогольного опьянения и могла неверно воспринимать события.

Полагает вывод суда о том, что умысел на убийство потерпевшего возник у него с С-вым в самом начале конфликта и они реализовали его, объединив свои усилия, основанным на предположении, поскольку доказательств этому в материалах дела не имеется. По мнению осужденного, допрошенные в суде лица подтвердили, что их действия изначально были направлены на пресечение противоправного поведения брата, а нанесение им удара ножом в грудь потерпевшего было спонтанным.

Обращает внимание, что суд не учел личность потерпевшего, который вел асоциальный образ жизни, злоупотреблял алкоголем, конфликтовал с окружающими и за долгие годы такого поведения, довел его до состояния, близкого к аффекту.

Просит изменить состоявшиеся судебные решения и смягчить назначенное ему наказание.

В возражениях, поступивших на кассационную жалобу от государственного обвинителя К.О.Темираева, указывается на отсутствие оснований для ее удовлетворения.

В соответствии с ч. 1 ст. 40115 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Заслушав участников процесса, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия таких нарушений не усматривает.

Предварительное и судебное следствие по делу проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, нарушений, которые могли бы повлечь за собой отмену или изменение судебных решений, не допущено.

Предусмотренные ст.73 УПК РФ обстоятельства содеянного, включая время, место, способ, мотив, вина осужденного в его совершении, судом установлены и приведены в приговоре.

Выводы суда о виновности ФИО1 в убийстве потерпевшего, совершенном группой лиц на почве личных неприязненных отношений, подтверждены совокупностью исследованных в судебном заседании

доказательств, которые оценены судом с соблюдением требований ст. 87,88

УПК РФ.

Утверждения осужденного о том, что удар ножом потерпевшему он нанес спонтанно, а выводы суда об умышленном характере его действий основаны на предположениях, опровергаются материалами дела, в том числе, показаниями осужденных на стадии предварительного расследования, оглашенными в судебном заседании в соответствии с положениями ст. 276 УПК РФ, а также свидетеля Д. которая являлась очевидцем произошедшего.

Так, давая показания в качестве подозреваемого и обвиняемого, осужденный ФИО1 подробно и последовательно описывая обстоятельства совершенного, пояснял, что он и ФИО2, не договариваясь, но в ходе развития конфликта действовали вместе, поочередно наносили удары П. во дворе дома, затем вдвоем затащили его в гараж, где также вдвоем наносили ему удары в область головы находившимся в гараже пнемдабуретом, после чего осужденный ( ФИО1) принесенным С-вым ножом ударил потерпевшего в грудь и отбросил его, а ФИО2 увидев, что потерпевший дышит, подобрал нож и также нанес им удар в грудь потерпевшего. Аналогичные показания ФИО1 давал в ходе проверки показаний на месте, а также при очной ставке с С-вым.

Осужденный по делу ФИО2 на стадии предварительного расследования также признавал факт совместного с ФИО1 нанесения ударов потерпевшему руками, а затем по одному удару ножом в грудь П. при этом в ходе проверки показаний на месте продемонстрировал расположение потерпевшего и механизм нанесения ударов ножом.

Принимая во внимание, что все показания на стадии предварительного следствия как ФИО1, так и осужденный данным приговором ФИО2 давали в присутствии своих адвокатов после разъяснения им положений ст. 51 Конституции РФ и ст.47 УПК РФ, т.е. с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, суд признал их допустимыми доказательствами и положил их в обоснование выводов о виновности ФИО1.

Судом в приговоре дана оценка изменению осужденными своих показаний в судебном заседании относительно обстоятельств нанесения ударов ножом потерпевшему.

Суд пришел к обоснованному выводу о том, что достоверность показаний осужденных на стадии предварительного расследования о фактических обстоятельствах совершения преступления подтверждается также последовательными показаниями свидетеля Д., пояснившей, что в ходе конфликта ФИО1 и ФИО2 во дворе дома нанесли

потерпевшему по одному удару руками в область головы, а затем затащили его

в гараж; услышав крики, она забежала в гараж и увидела, как осужденные кинули на голову лежащего П. пень, поочередно наносили ему удары по голове ножками от табурета, а затем ФИО1 сказал ФИО2 принести нож; принесенным ножом осужденный со словами «Сдохни» нанес брату удар в область груди, после чего бросил нож на пол, а ФИО2, увидев, что потерпевший дышит, сказал, что надо его добить, и нанес ему удар этим же ножом, поднятым с пола, в грудь.

Оснований не доверять показаниями Д., повода для оговора осужденных суд не установил, не указывал на наличие таковых и сам ФИО1 в судебном заседании ( протокол л.д.50).

Кроме того, ее показания согласуются с показаниями свидетелей К. и К. - фельдшеров «Скорой помощи», прибывших на место преступления по вызову Д., с протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого изымались одежда и обувь ФИО1 и ФИО2, с выводами судебных экспертиз, установивших наличие крови потерпевшего на спортивных брюках, принадлежащих ФИО1, а также на брюках и кроссовках ФИО2, с заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которому у потерпевшего кроме телесных повреждений в области головы, верхних конечностей, нижней левой голени, были установлены 2 проникающих колото-резанных ранения грудной клетки с повреждением сердца, левого легкого, левой доли печени, и передней стенки желудка, и именно данная травма стоит в прямой причинной связи с наступлением смерти П.

Таким образом, выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминированном ему деянии основаны на совокупности доказательств, допустимость которых проверена судом, не подвергалась сомнению стороной защиты в судебном заседании и не оспаривается осужденным в кассационной жалобе.

Заявление в судебном заседании суда кассационной инстанции адвоката Фахретдинова Р.З. о самооговоре ФИО1 в ходе предварительного следствия, Судебная коллегия находит несостоятельным, поскольку оно опровергается приведенными в приговоре доказательствами.

Как видно из материалов дела, и это нашло свое отражение в приговоре, осужденный на протяжении всего следствия давал последовательные показания о неприязненных отношениях с братом, о причинах возникшего конфликта с ним, об обстоятельствах причинения ему совместно с С-вым телесных повреждений, в том числе смертельных.

Согласно протоколу судебного заседания, ФИО1 пояснял, что он не заявлял в ходе следствия об оказании на него давления, не обращался с

жалобами, не сообщал об этом своему адвокату. В связи с чем, оснований

полагать, что ФИО1 мог оговорить себя в совершении вмененного ему преступления, Судебная коллегия не усматривает.

Что касается доводов адвоката, оспаривающего в суде кассационной инстанции законность и добровольность явки с повинной, то судом выяснялись обстоятельства ее получения. Сведения, содержащиеся в ней, не были использованы в качестве доказательства по делу, но ее наличие было признано обстоятельством, смягчающим наказание, что не противоречит закону.

Исходя из установленных судом фактических обстоятельств дела, суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ как убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому лицу, совершенное группой лиц.

При этом суд пришел к обоснованному выводу о том, что мотивом преступления стали личные неприязненные отношения, о направленности умысла именно на убийство свидетельствуют предшествующая этому конфликтная ситуация, нанесение подсудимыми ударов потерпевшему руками, табуретом, его фрагментами, а также пнем и способ лишения жизни - причинение обоими осужденными ножом колото-резаных ранений в область жизненно-важного органа - грудь.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 27 января 1999 года « О судебной практике по делам об убийстве» убийство следует признавать совершенным группой лиц и в том случае, когда в процессе совершения одним лицом действий, направленных на умышленное причинение смерти, к нему с той же целью присоединились другие лица, как и было установлено судом в данном уголовном деле.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ судом установлены. Совокупность доказательств обоснованно признана достаточной для правильного разрешения уголовного дела и постановления приговора, который соответствует требованиям ст. 297, 304, 307, 308 УПК РФ.

Назначая осужденному наказание, суд правильно применил нормы уголовного закона, все вопросы, подлежащие рассмотрению при назначении наказания, судом разрешены, при этом учтены характер и степень общественной опасности содеянного им, данные об его личности, иные обстоятельства, влияющие на назначение наказания, а также смягчающие его, в том числе явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, раскаяние в содеянном, состояние здоровья, наличие несовершеннолетнего ребенка, а также противоправное поведение

потерпевшего, послужившее поводом для совершения преступления.

Суд в соответствии с чЛ'ст.63 УК РФ мотивировал в приговоре и признание отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Каких-либо обстоятельств, обуславливающих необходимость смягчения наказания, которые не были бы установлены или не в полной мере учтены судом при его назначении, Судебная коллегия не усматривает.

Рассмотрение уголовного дела в суде апелляционной инстанции соответствовало требованиям главы 45' УПК РФ, доводы жалобы осужденного, аналогичные тем, что приведены и в кассационной жалобе, были проверены, в апелляционном определении приведены мотивы, по которым они признаны несостоятельными.

Таким образом, при кассационном рассмотрении уголовного дела не установлено обстоятельств, которые бы свидетельствовали о незаконности приговора, вызывали сомнения в правильности применения судами первой и апелляционной инстанций норм уголовного и уголовно-процессуального закона, в связи с чем Судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения доводов кассационных жалоб и отмены или изменения судебных решений.

На основании изложенного и руководствуясь п.1ч.1 ст. 40114 ст. 40116 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Курского областного суда от 15 июня 2023 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции от 20 сентября 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а его кассационную жалобу - без удовлетворения.

Председательствующий