Определение от 31 июля 2018 г. по делу № 2-557/17

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 4-КГ18-53


ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 31 июля 2018 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Горшкова В.В.,

судей Киселёва А.П., Романовского СВ.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску компании «Профорд Инвестментс Лимитед» к ФИО1, ФИО2 и ФИО3 о применении последствий недействительности ничтожных сделок,

по кассационной жалобе ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО2 и ФИО3, на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 21 августа 2017 г.,

заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Горшкова В.В., объяснения ФИО1, ее представителей ФИО4, ФИО3., поддержавших доводы кассационной жалобы,

установила:

компания «Профорд Инвестментс Лимитед» обратилась в суд с иском к ФИО1, ФИО2 и ФИО3. о применении последствий недействительности ничтожных договоров дарения от 1 июля 2015 г.

В обоснование заявленных требований компания «Профорд Инвестментс Лимитед» указала, что 1 июля 2015 г. между ФИО1, как дарителем, и ее несовершеннолетними детьми ФИО2 и ФИО3, как

<...>, и жилого дома, расположенного по адресу: <...>. На момент заключения названных договоров в отношении Росляк М.Ю. было возбуждено уголовное дело, потерпевшим по которому выступала компания «Профорд Инвестментс Лимитед». Вступившим в законную силу приговором Басманного районного суда г. Москвы от 25 февраля 2016 г. Росляк М.Ю. признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 159 и частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российский Федерации.

Истец указывал, что вышеуказанные договоры дарения являются мнимыми сделками и совершены с целью сокрытия подаренных объектов недвижимости от возможного обращения на них взыскания в рамках возмещения компании «Профорд Инвестментс Лимитед» ущерба, причиненного преступлениями.

Решением Мытищинского городского суда Ростовской области от 6 февраля 2017 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 21 августа 2017 г. решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение об удовлетворении исковых требований.

В кассационной жалобе ФИО1 поставлен вопрос об отмене указанных судебных постановлений, как вынесенных с нарушением требований закона.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 23 марта 2018 г. отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Определением заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 г. определение судьи Верховного Суда Российской Федерации отменено, кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что имеются предусмотренные законом основания для удовлетворения кассационной жалобы и отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 21 августа 2017 г.

В соответствии со статьёй 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения

норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При рассмотрении данного дела такие нарушения норм материального и процессуального права были допущены судом апелляционной инстанции.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО1 являлась собственником жилого дома, расположенного по адресу: <...>, и жилого дома, расположенного по адресу: <...>.

На основании договоров дарения от 1 июля 2015 г. ФИО1 безвозмездно передала своим несовершеннолетним детям ФИО2 и ФИО3 по Уз доли в праве собственности на указанные жилые дома.

В тот же день право собственности ФИО2 и ФИО3 на эти жилые дома зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Приговором Басманного районного суда г. Москвы от 25 февраля 2016 г. ФИО1 признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 159 и частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российский Федерации.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что истцом не представлено каких-либо доказательств мнимости договоров дарения от 1 июля 2015 г. Суд указал, что эти договоры заключены в интересах несовершеннолетних ФИО2 и ФИО3., и на момент их заключения какие-либо обязательства ФИО1 перед истцом установлены не были.

Отменяя решение суда первой инстанции и принимая по делу новое решение об удовлетворении исковых требований, суд апелляционной инстанции исходил из того, что на момент заключения указанных договоров дарения в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело, в связи с чем стороны этих сделок не стремились создать соответствующие правовые последствия и намеревались предотвратить обращение взыскания на подаренное имущество.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что с обжалуемым апелляционным определением согласиться нельзя, поскольку оно основано на неправильном применении норм материального и процессуального права.

Согласно части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не

подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что обстоятельства, установленные при рассмотрении дела по иску о праве на имущество, не имеют обязательного характера для лиц, не участвовавших в деле. Такие лица могут обратиться в суд с самостоятельным иском о праве на это имущество. В то же время при рассмотрении названного иска суд учитывает обстоятельства ранее рассмотренного дела о праве на спорное имущество, независимо от того, установлены ли они судебным актом суда общей юрисдикции или арбитражного суда. Если суд придет к иным выводам, нежели содержащиеся в судебном акте по ранее рассмотренному делу, он должен указать соответствующие мотивы.

Решением Мытищинского городского суда Московской области от 6 февраля 2017 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 2 августа 2017 г., отказано в удовлетворении исковых требований компании «Профорд Инвестментс Лимитед» о применении последствий недействительности ничтожного договора дарения земельного участка с кадастровым номером <...>, заключенного 1 июля 2015 г. между ФИО1, как дарителем, и ФИО3., ФИО2, как одаряемыми.

Этими судебными постановлениями, вступившими в законную силу на момент рассмотрения настоящего дела судом апелляционной инстанции, установлено, что на дату заключения названного договора дарения какие-либо ограничения по распоряжению принадлежавшими ФИО1 объектами недвижимости отсутствовали, требования в отношении этих объектов не предъявлялись, а передача имущества в дар несовершеннолетним детям была направлена на защиту их законных интересов в период ухудшения состояния здоровья родителей, в связи с чем договор дарения не является мнимой сделкой.

При этом на земельном участке, подаренном ФИО2 и ФИО3. на основании названного договора, расположен подаренный им в этот же день жилой дом.

Вместе с тем в нарушение приведенных выше норм процессуального права суд апелляционной инстанции, проверяя законность заключенных 1 июля 2015 г. договоров дарения жилых домов, не учел обстоятельства ранее рассмотренного дела о правах в отношении земельного участка, на котором расположен подаренный жилой дом, и не указал мотивов несогласия с содержащимися в судебных актах выводах об отсутствии в отчуждении

принадлежавших Росляк М.Ю. объектов недвижимости признаков мнимой сделки.

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Следовательно, лицо, предъявившее требование о применении последствий недействительности мнимой сделки, должно представить суду относимые и допустимые доказательства, подтверждающие, что стороны совершили эту сделку лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Однако в нарушение приведенной нормы процессуального права суд апелляционной инстанции не сослался на какие-либо относимые и допустимые доказательства, представленные истцом и подтверждающие, что договоры дарения от 1 июля 2015 г. совершены лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной правовой нормы мнимой является та сделка, все стороны которой не намерены создать соответствующие ей правовые последствия.

При этом отсутствие лишь у одной из сторон сделки намерения создать такие последствия и фактически исполнить эту сделку само по себе не может служить основанием для вывода о мнимом характере сделки.

Однако в нарушение приведенной правовой нормы суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что договоры дарения от 1 июля 2015 г. являются мнимыми сделками лишь по тому основанию, что у ФИО1 как дарителя по этим договорам отсутствовало намерение создать соответствующие правовые последствия.

Согласно подпункту 5 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации одним из основных принципов земельного законодательства является принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

В силу пункта 4 статьи 35 названного кодекса не допускается отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу.

Таким образом, законодательством предусмотрен запрет перехода земельного участка в собственность другого лица отдельно от расположенного на этом участке здания, если эти земельный участок и здание принадлежат одному лицу.

В нарушение приведенных правовых норм суд апелляционной инстанции, принимая решение о возврате подаренного 1 июля 2015 г. жилого дома в собственность Росляк М.Ю., не принял во внимание, что вступившим в законную силу судебным постановлением подаренный в этот же день земельный участок, на котором расположен названный дом, оставлен в собственности Машковой К.В. и Машковой ВВ.

При таких обстоятельствах допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения не могут быть восстановлены права и законные интересы ФИО1, ФИО2 и ФИО3., в связи с чем апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 21 августа 2017 г. подлежит отмене с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение.

При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции следует учесть изложенное и принять судебное постановление в соответствии с требованиями закона.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 21 августа 2017 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Председательствующий Судьи