Определение от 25 августа 2011 г. по делу № 1-2/2011

Дело № 26-011-2сп

КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ Судебная коллегия по уголовным делам

Верховного Суда Российской Федерации

в составе: председательствующего Мещерякова Д.А. судей Валюшкина В.А. и Кондратова П.Е. при секретаре Ядренцевой Л.В.

рассмотрела в судебном заседании 25 августа 2011 года уголовное дело по

кассационному представлению прокурора на приговор Верховного Суда Республики Ингушетия от 10 июня 2011 года, по которому

Хашиев Х В

несудимый,

оправдан: по ст. 317 УК РФ - за непричастностью к совершению преступления; по ст. 222 ч.З УК РФ - за отсутствием события преступления; по ст. 208 ч.2 УК РФ - за отсутствием в деянии состава преступления.

За Хашиевым Х.В. признано право на реабилитацию.

Заслушав доклад судьи Валюшкина В.А., выступление прокурора Титова Н.П., поддержавшего кассационное представление, объяснения адвоката Панфи- ловой И.К., полагавшей, что оснований для удовлетворения представления не имеется, судебная коллегия

установила:

органами предварительного следствия Хашиев обвинялся: в посягательстве на жизнь сотрудников милиции в целях воспрепятствования законной деятельно- сти указанных лиц по охране общественного порядка и обеспечению обществен-ной безопасности; в незаконном приобретении, хранении, перевозке и ношении огнестрельного оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ в составе организо- ванной группы; в участии в незаконном вооруженном формировании. Совершение указанных преступлений, квалифицированных, соответственно ст. 317, 222 ч.З и 208 ч.2 УК РФ, инкриминировалось Хашиеву при обстоятельствах, изло- женных в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинитель- ном заключении.

По приговору суда основанном на вердикте коллегии присяжных заседателей, которым признано недоказанным: совершение Хашиевым посягательства на жизнь сотрудников милиции; деяние, связанное с незаконным оборотом огне- стрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ; виновность Хашиева в участии в незаконном вооруженном формировании, Хашиев оправдан: по ст. 317 УК РФ - за непричастностью к совершению преступления; по ст. 222 ч.З УК РФ - за отсутствием события преступления; по ст. 208 ч.2 УК РФ - за отсутствием в деянии состава преступления.

В кассационном представлении прокурора в обоснование доводов о неза- конности приговора, основанном на вердикте присяжных заседателей, указывается на незаконный состав указанной коллегии. В частности, кандидат в присяжные Е несмотря на соответствующий вопрос председательствующего скрыла информацию о своей судимости и судимости своего родного брата, тем самым лишив сторону обвинения возможности заявить ей отвод. Кроме того, прокуро- ром был заявлен отвод присяжному М по тем основаниям, что при ис- следовании протокола осмотра места происшествия, тот высказал свое мнение, по рассматриваемому делу. Председательствующий, не удаляясь в совещательную комнату, отказал в удовлетворении заявления об отводе. Впоследствии прокуро- ром повторно был заявлен отвод тому же присяжному и по тем же основаниям, который, по сути, был разрешен председательствующим в присутствии коллегии присяжных заседателей. Такие действия председательствующего вызвали преду- беждение у коллегии присяжных в отношении государственного обвинителя. Кроме того, после самоотводов и мотивированных отводов, количество кандидатов в присяжные составляло менее 18 человек, однако, председательствующий, не приняв мер к вызову дополнительных кандидатов, тем самым лишил стороны на заявление немотивированных отводов кандидатам в присяжные. Вопреки требо- ваниям закона председательствующий не пресек высказывания адвоката Исаевой, которая, заявляя ходатайство о вызове в качестве свидетеля Н в присутствии присяжных сообщила, что он является бывшим адвокатом, но лишен- ным этого статуса в связи с нарушением им права на защиту подозреваемых, об- виняемых. Судебное заседание 15 марта 2011 года было начато в отсутствие присяжного заседателя Г при установлении личности Хашиева в присутствии присяжных председательствующий выяснял сведения о наличии или отсут- ствии у него судимостей, семейном положении, задавал вопросы, не связанные с установлением отдельных признаков состава преступления. Председательствующим был нарушен порядок исследования доказательств, поскольку до исследова-ния доказательств обвинения, был допрошен свидетель защиты. Председательствующий никак не среагировал на показания свидетеля О сообщившего сведения о преступлении, совершение которого Хашиеву не вменялось. Стороной защиты допускались высказывания, ставящие под сомнение законность проведе- ния оперативно-розыскных мероприятий по делу, следственных действий, но, не- смотря на возражения прокурора, судья не пресекал такие выступления. Председательствующий сообщил присяжным о том, что свидетели обвинения доставле- ны в зал судебного заседания принудительно. Не было никакой реакции судьи на сведения, сообщенные стороной защиты, касающиеся религиозной принадлежно- сти Хашиева, степени владения им русским языком. Судом было нарушено право прокурора на представление доказательств по делу, неоднократно снимались вопросы, задаваемые стороной обвинения, без достаточных оснований отклонялись ее ходатайства. Несмотря на замечания, который судья делал стороне защиты, у присяжных не могло не сформироваться предубеждение о невиновности Хашиева. Выступая с напутственным словом, председательствующий не обратил внима- ния присяжных, что их выводы о виновности не могут основываться на показани- ях Хашиева, в которых он говорил о незаконных методах расследования. Несмот- ря на неясность вердикта, в частности, вопросов касающихся оружия, судья не возвратил присяжных в совещательную комнату. В напутственном слове, кроме содержания закона, председательствующий сообщил и санкции уголовного закона. В связи с допущенными нарушениями уголовно - процессуального закона, просит приговор отменить, направив дело на новое судебное рассмотрение.

Адвокатами Исаевой и Мурзабековым в защиту Хашиева принесены возражения, в которых они считают доводы прокурора неубедительными и просят ос- тавить их без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, содержащиеся в кассационном представлении прокурора и дополнении к нему, а также возражения на него, судебная коллегия находит, что приговор суда подлежит отмене, а дело направле- нию на новое судебное разбирательство со стадии судебного разбирательства в связи с нарушением уголовно - процессуального закона.

В соответствии с ч. 3 ст. 328 УПК РФ при формировании коллегии, кандида- ты в присяжные заседатели обязаны правдиво отвечать на задаваемые им вопросы и предоставлять необходимую информацию о себе и об отношениях с другими участниками судебного разбирательства.

Эти требования закона, о чем обоснованно указывается в представлении прокурора, при разбирательстве настоящего дела нарушены.

Из протокола судебного заседания (т. 13 л.д. 10), следует, что при формировании коллегии присяжных заседателей председательствующим кандидатам в присяжные был задан вопрос: « Поднимите руку те, кто был судим, или в настоя- щее время привлекается к уголовной ответственности, а также те, у кого есть род-ственники и близкие знакомые, которые судимы или привлекаются к уголовной ответственности », на который утвердительно ответил кандидат в присяжные заседатели под № 8, заявив, что его брат был судим в 1983 году. Больше ни от одно- го из кандидатов утвердительного ответа не поступило.

Между тем, из приобщенных к кассационному представлению прокурора до- кументов (т. 13, л.д. 220- 222) следует, что присяжный заседатель Е

включенная в основной список присяжных заседателей под № 12 (т. 13, л.д. 16), была осуждена по приговору мирового судьи судебного участка № Центрального Муниципального округа г. Назрани Республики Ингушетия от 18 июня 2010 года по ст. 319 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 7 000 рублей, и, кроме того, ее родной брат Е , проживаю- щий по соседству с Е был осужден тем же судьей 7 мая 2010 года по ст. 139 ч.1 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 5 000 рублей (т. 13, л.д. 223-225), то есть, на момент формирования коллегии присяжных заседателей, 2 марта 2011 года, присяжная Е и ее родной брат имели неснятую и не- погашенную судимость.

Таким образом, участники процесса, в том числе и сторона обвинения, в связи с сокрытием Е такой информации, были в дальнейшем лишены возможности решать вопросы по формированию беспристрастной и объективной коллегии присяжных заседателей, в частности о мотивированных или немотиви- рованных отводах в отношении указанного кандидата в присяжные заседатели на основании ст. ст. 61, 62, 328 ч. ч. 10, 13-16 УПК РФ.

В соответствии с п. 2 ч.2 ст. 381 УПК РФ вынесение вердикта незаконным составом коллегии присяжных заседателей в любом случае является основанием для отмены приговора, основанном на вердикте присяжных заседателей.

Кроме того, как видно из протокола судебного заседания (т. 13, л.д. 15) после самоотводов и мотивированных отводов количество оставшихся кандидатов в предварительном списке составляло 14 человек.

В связи с этим председательствующий, как правильно указано в представлении, в соответствии с ч.12 ст. 328 УПК РФ должен был дать распоряжение о до- полнительном вызове в суд кандидатов в присяжные. Однако этого сделано не было, в связи с чем стороны, учитывая предельное количество кандидатов, фак- тически были поставлены в условия, исключающие возможность заявления немо- тивированных отводов.

При таких обстоятельствах формирование коллегии присяжных заседателей следует признать не соответствующим требованиям уголовно-процессуального закона.

Следует признать убедительными и доводы прокурора о наличии достаточ- ных оснований для отстранения от участия в рассмотрении уголовного дела и присяжного заседателя М в отношении которого в ходе судебного раз-бирательства государственным обвинителем дважды ставился вопрос.

Так, при исследовании протокола осмотра места происшествия и фототаблиц к нему (т. 13, л.д. 104-105), присяжный заседатель М в нарушение закона задал вопрос непосредственно прокурору, представлявшему данное доказательст- во: « Почему отпечатков нет? Может ему подбросили их, если отпечатков пальцев нет», а на встречный вопрос прокурора к присяжному: «Пистолет подбросили?», присяжный М высказался: « И пистолет, и все другие вещи тоже».

Такое высказывание присяжного заседателя, по мнению судебной коллегии, давало основание усомниться в его объективности и беспристрастности, что мог- ло сказаться на результатах голосования при вынесении присяжными вердикта.

В соответствии с требованиями ч.7 ст. 335 УПК РФ в ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавлива- ется присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмот- ренными статьей 334 УПК РФ. С учетом этого, а также положений статьи 252 УПК РФ председательствующий, руководящий судебным заседанием, помимо обеспечения состязательности и равноправия сторон, должен обеспечить прове- дение судебного разбирательства только в пределах предъявленного подсуди- мому обвинения, своевременно реагировать на нарушения порядка в судебном заседании участниками процесса, принимать к ним меры воздействия, предусмот- ренные статьей 258 УПК РФ.

Данные требования уголовно-процессуального закона, о чем обоснованно указывается в представлении прокурора, председательствующим по настояще- му делу в полной мере не были выполнены.

Из протокола судебного заседания (т. 13, л.д. л.д. 143-157) следует, что, не- смотря на многократные упоминания Хашиева при его допросе о применении в отношении него незаконных методов ведения следствия, сделанных в присутствии присяжных заседателей, председательствующий на них фактически не реаги- ровал, на возражения прокурора председательствующий парировал их высказы- ваниями, что это является формой защиты Хашиева. При допросе Хашиева председательствующий в присутствии присяжных заседателей неоднократно вступал в полемику с прокурором, указывал прокурору на необходимость «правильной» по- становки вопросов.

Указанное выше свидетельствует о том, что на присяжных заседателей ока- зывалось воздействие, не предусмотренное законом (ст. 335 п.7 УПК РФ), а председательствующим судьей не были приняты все предусмотренные ст. ст. 243, 258 УПК РФ меры для объективного рассмотрения дела, что повлияло на содержание ответов присяжных заседателей на поставленные перед ними вопро-сы, в связи с чем оправдательный приговор суда в отношении Хашиева, осно- ванный на вердикте коллегии присяжных заседателей, не может быть признан законным и обоснованным.

Что касается других доводов прокурора, то они сами по себе не могут слу- жить достаточным основанием для отмены приговора.

При новом рассмотрении суду надлежит учесть изложенное, принять меры к недопущению нарушений требований уголовно-процессуального закона, опреде- ляющего особенности разбирательства уголовного дела с участием присяжных заседателей, и создать необходимые условия для исполнения сторонами их про- цессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Верховного Суда Республики Ингушетия от 10 июня 2011 года в отношении Хашиева Х Вотменить, а дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд, но в ином составе судей.

Председательствующий Судьи