ВЕРХОВНЫЙ СУД  РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ  

 № 301-ЭС17-13412 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 08 сентября 2017 г.  

Судья Верховного Суда Российской Федерации Золотова Е.Н., изучив  кассационные жалобы гражданки ФИО1  (Республики Коми) и общества с ограниченной ответственностью «Базисъ»  (Республика Коми) (далее - заявители) на решение Арбитражного суда  Республики Коми от 15.11.2016, постановление Второго арбитражного  апелляционного суда от 19.01.2017 и постановление Арбитражного суда Волго- Вятского округа от 12.05.2017 по делу № А29-8259/2016 Арбитражного суда  Республика Коми  

по иску гражданки ФИО1 (далее – истец,  ФИО1) к обществу с ограниченной ответственностью «Базисъ» (далее –  общество «Базисъ», общество), публичному акционерному обществу  «Сбербанк России» (Москва, далее – банк) (далее – ответчики),  

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований относительно предмета спора, индивидуального  предпринимателя ФИО2 (Республика Коми, далее –  третье лицо, предприниматель),  

о признании договоров от 11.08.2011 залога недвижимого имущества  № 100 и поручительства № 101 недействительными сделками, 

установил:

решением Арбитражного суда Республики Коми от 15.11.2016,  оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного  апелляционного суда от 19.01.2017 и постановлением Арбитражного суда  Волго-Вятского округа от 12.05.2017, в иске отказано.  

В кассационных жалобах, поданных в Судебную коллегию по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, заявители,  выражая несогласие с указанными судебными актами, просят их отменить,  ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела  и представленным доказательствам, нарушения судами норм материального и  процессуального права.  

По смыслу части 1 статьи 291.1, части 7 статьи 291.6, статьи 291.11  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –  Кодекс) кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения в судебном  заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если  изложенные в ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений  норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на  исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита  нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере  предпринимательской и иной экономической деятельности.  

Между тем таких оснований по доводам кассационных жалоб не  установлено.  

Как следует судебных актов, принятых по данному делу, между банком  (кредитор) и предпринимателем (заемщик) 11.08.2011 заключен договор  

 № 42-НКЛ(М)-11 об открытии кредитной линии. Обязательства заемщика по  указанному договору обеспечены, в том числе, залогом недвижимого  имущества, поручительством общества «Базисъ» по договорам от 11.08.2011  

 № 100, № 101. 

При рассмотрении настоящего спора судами установлено, что  вступившим в законную силу решением Сыктывкарского городского суда  Республики Коми от 28.01.2016 по делу № 2-426/2016 удовлетворен иск банка  к заемщику и поручителям, в том числе к обществу (поручитель по договору от  11.08.2011 № 101) о взыскании солидарно задолженности по договору  кредитной линии от 11.08.2011 № 42-НКЛ(М)-11, обращено взыскание на  заложенное по договору ипотеки от 11.08.2011 № 100 имущество,  принадлежащее обществу «Базисъ».  

В дальнейшем, считая упомянутые обеспечительные сделки  недействительными, совершенными с нарушением положений статей 45 и 46  Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью» (далее – Закон об обществах), участник общества «Базисъ»  (ФИО1) 08.08.2016 обратился в арбитражный суд с настоящим иском.  

Между тем судебная защита нарушенных прав и законных интересов  имеет временные границы – установленный законом срок исковой давности,  который по требованию о признании оспоримой сделки недействительной  составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному  требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об  обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки  недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

По истечении исковой давности лицо, чье право нарушено, лишается  возможности принудительной (судебной) защиты этого нарушенного права при  наличии заявления ответчика о пропуске срока исковой давности.  

В рассматриваемом случае занятая истцом позиция об отсутствии у него  информации по обеспечительным сделкам ввиду непроведения в обществе  общих собраний с 2011 г. по 2016 г., отклонена судами, со ссылкой на  положения пункта 2 статьи 35 Закона об обществах, поскольку истцу,  обладающему долей в уставном капитале общества в размере 45%,  предоставлено право требовать созыва общего собрания. При этом судами  обозначено, что при отказе исполнительного органа в проведении общего  собрания, в соответствии с пунктом 4 этой же статьи, истец не был лишен  возможности сам созвать собрание, на которых исполнительным органом  должна быть раскрыта информация о деятельности общества.  

В связи с чем, судами признано, что истец, реализуя свои права и  обязанности участника юридического лица с должной степенью заботливости и  осмотрительности, имел реальную возможность узнать об оспариваемых  сделках и обременении в виде ипотеки недвижимого имущества не позднее  2012 г., однако несвоевременное обращение за судебной защитой обусловлено  бездействием самого истца.  

Из судебных актов также не усматривается, что истец реализовал право  на получение информации об обществе, в том числе о гражданско-правовых  договорах, заключенных в 2011 г., однако ему предоставлялась неполная и  (или) недостоверная информация, либо было отказано в предоставлении  информации об обществе и отсутствия в связи с этим у истца реальной  возможности узнать в разумный срок об обеспечительных сделках и  обстоятельствах, составляющих основу иска для признания их  недействительными.  

При таких обстоятельствах доводы заявителей о сокрытии  исполнительным органом информации об обеспечительных сделках нельзя  признать обоснованными. Доводы о намерении исполнительного органа  сокрыть информацию являются предположительными.  

Соответственно, выводы судов о том, что требование ФИО1 не  подлежит удовлетворению, поскольку предъявлено по истечении срока исковой  давности, установленного пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса  Российской Федерации, и банком до принятия решения заявлено о применении  исковой давности, следует признать обоснованными.  

Учитывая положения статьи 199 Гражданского кодекса Российской  Федерации, суды правомерно отказали в иске.  

Доводы, приведенные заявителями в кассационных жалобах, не  опровергают вывод судов нижестоящих инстанций об истечении срока исковой  давности и основаны на неправильном толковании норм материального права.  

Поскольку неправильного применения норм материального права или  процессуального права, которые привели к принятию неправильного по  существу решения, судами не допущено, оснований для пересмотра  обжалуемых судебных актов в Судебной коллегии по экономическим спорам  

Верховного Суда Российской Федерации в порядке кассационного  производства не имеется.  

Руководствуясь статьями 291.6, 291.8, 291.11 Кодекса, судья 

определил:

отказать гражданке ФИО1, обществу с  ограниченной ответственностью «Базисъ» в передаче кассационных жалоб для  рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим  спорам Верховного Суда Российской Федерации.  

Судья Верховного Суда 

Российской Федерации Е.Н.Золотова