ВЕРХОВНЫЙ СУД 

                                                РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № КАС 11-597 

                                                

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                г. Москва 25 октября 2011 г.  

                                                Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в  составе  

                                                председательствующего Федина А.И., 

                                                членов коллегии Манохиной Г.В.,  

                                                Меркулова В.П. 

                                                при секретаре Кулик Ю.А. 

                                                с участием прокурора Масаловой Л.Ф.  

                                                рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по  заявлению Ступкина Н.С. о признании недействующими абзацев первого и четвертого подпункта «а» пункта 28 Временных критериев  определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате  несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний,  утвержденных постановлением Министерства труда и социального развития  Российской Федерации от 18 июля 2001 г. № 56,  

                                                по кассационной жалобе Ступкина Н.С. на решение Верховного Суда  Российской Федерации от 19 августа 2011 г., которым в удовлетворении  заявленного требования было отказано.  

                                                Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Федина А.И., объяснения представителя Министерства здравоохранения и  социального развития Российской Федерации Сарвадий М.В., возражавшей  против удовлетворения кассационной жалобы, заключение прокурора  Генеральной прокуратуры Российской Федерации Масаловой Л.Ф.,  полагавшей доводы кассационной жалобы необоснованными,  

                                                Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации 

 

установила: 

                                                в соответствии с абзацами первым и четвертым подпункта «а» пункта 28  Временных критериев определения степени утраты профессиональной  трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и  профессиональных заболеваний, утвержденных постановлением Министерства  труда и социального развития Российской Федерации от 18 июля 2001 г.   № 56 (далее - Временные критерии), 30 процентов утраты профессиональной  трудоспособности устанавливается в случаях (абзац первый), если  пострадавший может выполнять работу по профессии с незначительным  снижением объема профессиональной деятельности (снижение нормы  выработки на 1/3 часть прежней загрузки) (абзац четвертый).  

                                                Ступкин Н.С. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с  заявлением о признании недействующими абзацев первого и четвертого  подпункта «а» пункта 28 Временных критериев по мотиву их противоречия  Федеральному закону от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном  социальном страховании от несчастных случаев на производстве и  профессиональных заболеваний», Правилам установления степени утраты  профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на  производстве и профессиональных заболеваний, утвержденным  постановлением Правительства Российской Федерации от 16 октября 2000 г.   № 789. В обоснование заявленных требований указал, что оспариваемые  положения нормативного правового акта позволяют устанавливать  пострадавшему при повторном освидетельствовании степень утраты  профессиональной трудоспособности ниже той, что была установлена при  первоначальном освидетельствовании, при том, что реабилитационные  мероприятия в отношении пострадавшего не проводились.  

                                                Решением Верховного Суда Российской Федерации от 19 августа 2011 г.  в удовлетворении заявленного требования Ступкину Н.С. отказано.  

                                                В кассационной жалобе Ступкин Н.С. просит об отмене судебного  решения и об удовлетворении заявленных им требований. Полагает, что  обжалованное им решение принято Верховным Судом Российской Федерации с  нарушением законодательства Российской Федерации. Заявитель полагает, что  в случае отсутствия назначения пострадавшему реабилитационных  мероприятий при его повторном освидетельствовании в учреждении медико- социальной экспертизы должна быть подтверждена степень утраты  профессиональной трудоспособности, установленная первоначально.  

                                                Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы,  Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации не находит  оснований для ее удовлетворения.  

                                                В соответствии с пунктом 3 статьи 11 Федерального закона от 24 июля  1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных  случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее - Федеральный закон) порядок установления степени утраты профессиональной  трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний определяется Правительством Российской  Федерации.  

                                                Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 октября  2000 г. № 789 утверждены Правила установления степени утраты  профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на  производстве и профессиональных заболеваний (далее - Правила). Пунктом 2  названного постановления Министерству труда и социального развития  Российской Федерации было поручено по согласованию с Министерством  здравоохранения Российской Федерации и Фондом социального страхования  Российской Федерации утвердить критерии определения степени утраты  профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на  производстве и профессиональных заболеваний (в редакции постановления  Правительства Российской Федерации от 1 февраля 2005 г. № 49 эти  полномочия осуществляет Министерство здравоохранения и социального  развития Российской Федерации).  

                                                Во исполнение предписания высшего исполнительного органа  государственной власти Российской Федерации Министерство труда и  социального развития Российской Федерации утвердило Временные критерии  определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате  несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.  Нормативный правовой акт зарегистрирован в Министерстве юстиции  Российской Федерации 15 августа 2001 г., регистрационный № 2876,  опубликован в «Российской газете» от 29 августа 2001 г., в Бюллетене  нормативных актов федеральных органов исполнительной власти о № 36,  3 сентября 2001 г.  

                                                Федеральный закон под профессиональной трудоспособностью понимает  способность человека к выполнению работы определенной квалификации,  объема и качества, а под степенью утраты профессиональной трудоспособности  - выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного  осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового  случая (абзацы семнадцатый и восемнадцатый статьи 3).  

                                                Индивидуальная программа реабилитации инвалида согласно  Федеральному закону от 24 ноября 1995 г. № 181 -ФЗ «О социальной защите  инвалидов в Российской Федерации» представляет собой комплекс  оптимальных для инвалида реабилитационных мероприятий, включающий в  себя отдельные виды, формы, объемы, сроки и порядок реализации  медицинских, профессиональных и других реабилитационных мер,  направленных на восстановление, компенсацию нарушенных или утраченных  функций организма, восстановление, компенсацию способностей инвалида к  выполнению определенных видов деятельности (статья 11).  

                                                В соответствии с пунктом 3 Правил одновременно с установлением  степени утраты профессиональной трудоспособности учреждение медико- социальной экспертизы при наличии оснований определяет нуждаемость  пострадавшего в медицинской, социальной и профессиональной реабилитации,  а также признает пострадавшего инвалидом.  

 

Согласно пункту 17 Правил установления степени утраты  профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на  производстве и профессиональных заболеваний в случае, если пострадавший  может продолжать профессиональную деятельность с умеренным или  незначительным снижением квалификации, либо с уменьшением объема  выполняемой работы, либо при изменении условий труда, влекущих снижение  заработка, или если выполнение его профессиональной деятельности требует  большего напряжения, чем прежде, устанавливается степень утраты  профессиональной трудоспособности от 10 до 30 процентов.  

                                                Заключение учреждения медико-социальной экспертизы о нуждаемости в  медицинской, социальной и профессиональной реабилитации согласно пункту  21 Правил составляется с учетом потенциальных возможностей и способностей  пострадавшего осуществлять профессиональную, бытовую и общественную  деятельность и оформляется в виде программы реабилитации пострадавшего в  результате несчастного случая на производстве и профессионального  заболевания.  

                                                Как правильно указано в обжалованном решении суда, законодательство  Российской Федерации об обязательном социальном страховании от  несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний исходит  из того, что назначение реабилитационных мероприятий, результаты которых  впоследствии подлежат обязательному учету при переосвидетельствовании,  осуществляется при наличии оснований установления специалистами  учреждения медико-социальной экспертизы нуждаемости пострадавшего в  медицинской, социальной и профессиональной реабилитации.  

                                                Представитель Министерства здравоохранения и социального развития  Российской Федерации пояснил в суде первой инстанции, что к моменту  переосвидетельствования степень утраты профессиональной трудоспособности  пострадавшего может измениться не только в результате осуществления  реабилитационных мероприятий, но и в связи с тем, что за тот период, который  прошел с первичного переосвидетельствования, человек адаптируется к  своему состоянию, возникают процессы компенсации утраченных функций.  

                                                Согласно пункту 19 Правил при повторном освидетельствовании  пострадавшего после проведения реабилитационных мероприятий специалисты  учреждения медико-социальной экспертизы при установлении степени утраты  профессиональной трудоспособности учитывают повреждение здоровья  вследствие несчастного случая на производстве и профессионального  заболевания, возможность выполнять работу по профессии, полученной в  результате обучения или переобучения, способность пострадавшего выполнять  профессиональную деятельность, предшествующую несчастному случаю на  производстве и профессиональному заболеванию, с учетом имеющихся у него  профессиональных знаний и умений. В случае уклонения (отказа)  пострадавшего от выполнения рекомендованных реабилитационных  мероприятий вопрос о степени утраты профессиональной трудоспособности  рассматривается с учетом возможности выполнять любую трудовую  деятельность.  

 

Поскольку в каждом конкретном случае процент утраты  профессиональной трудоспособности устанавливается индивидуально, в том  числе с учетом вышеуказанных критериев, довод кассационной жалобы о том,  что при отсутствии назначения пострадавшему реабилитационных  мероприятий, при его повторном освидетельствовании в учреждении медико- социальной экспертизы должна быть подтверждена степень утраты  профессиональной трудоспособности, установленная первоначально,  ошибочен. При этом ссылку заявителя на пункт 19 Правил, который якобы  предписывает при очередном переосвидетельствовании учитывать лишь один  фактор - результаты назначенной пострадавшему реабилитации, нельзя  признать обоснованной, поскольку из данной нормы такой вывод не следует.  

                                                Оспоренные заявителем абзацы первый и четвертый подпункта «а»  пункта 28 Временных критериев также не регулируют вопрос учета при  установлении пострадавшему 30 процентов утраты трудоспособности  результатов реабилитационных мероприятий.  

                                                Абзац первый подпункта «а» пункта 28 Временных критериев определяет  установление 30 процентов утраты профессиональной трудоспособности и  соответствует пункту 17 Правил, предусматривающему установление степени  утраты профессиональной трудоспособности от 10 до 30 процентов в случае,  если пострадавший может продолжать профессиональную деятельность с  умеренным или незначительным снижением квалификации, либо с  уменьшением объема выполняемой работы, либо при изменении условий труда,  влекущих снижение заработка, или если выполнение его профессиональной  деятельности требует большего напряжения, чем прежде.  

                                                Как правильно указал суд первой инстанции, абзац первый подпункта «а»  пункта 28 Временных критериев применяется в системном единстве с  положениями абзацев второго, третьего, четвертого пункта 28 Временных  критериев, содержащих конкретные случаи, при которых устанавливается 30  процентов утраты профессиональной трудоспособности.  

                                                Так, в соответствии с абзацем четвертым подпункта «а» пункта 28  Временных критериев 30 процентов утраты профессиональной  трудоспособности устанавливается в случае, если пострадавший может  выполнять работу по профессии с незначительным снижением объема  профессиональной деятельности (снижение нормы выработки на 1/3 часть  прежней загрузки). Данная норма Временных критериев была предметом  судебного контроля, ее законность подтверждена решением Верховного Суда  Российской Федерации от 30 марта 2011 г. по делу № ГКПИ11-230 по  заявлению Семенова В.В. о признании недействующим абзаца четвертого  подпункта «а» пункта 28 Временных критериев.  

                                                Доводы кассационной жалобы (помимо тех, которые были рассмотрены и  оценены в решении суда первой инстанции) по существу касаются вопроса  установления заявителю степени утраты трудоспособности, правомерность  установления которой может быть оспорена заявителем (если он полагает свои  права нарушенными) в соответствующем районном суде.  

 

Оспариваемые (в части) Временные критерии проверялись судом в  порядке абстрактного нормоконтроля. Вывод о законности оспариваемого  положения нормативного правового акта сделан судом исходя из компетенции  правотворческого органа, его издавшего, и содержания изложенных в нем норм  на основе надлежащего анализа норм федерального законодательства.  

                                                Установив, что оспариваемый (в части) нормативный правовой акт не  противоречит федеральному закону или другому нормативному правовому  акту, имеющим большую юридическую силу, суд обоснованно на основании  части 1 статьи 253 ГПК РФ отказал в удовлетворении заявления.  

                                                В кассационной жалобе не приведено доводов, опровергающих выводы  суда о законности оспариваемых нормативных правовых положений,  оснований считать такие выводы суда ошибочными не имеется.  

                                                Предусмотренных статьей 362 ГПК РФ оснований для отмены решения  суда в кассационном порядке не имеется.  

                                                Руководствуясь статьями 360, 361 Гражданского процессуального  кодекса Российской Федерации, Кассационная коллегия Верховного Суда  Российской Федерации  

                                                определила: 

                                                решение Верховного Суда Российской Федерации от 19 августа  2011г. оставить без изменения, а кассационную жалобу Ступкина Н.С. - без удовлетворения. 

                                                Председательствующий А.И.Федин 

                                                Члены коллегии Г.В.Манохина 

                                                 В.П.Меркул