ВЕРХОВНЫЙ СУД  РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ  

 Дело № 302-ЭС21-4268 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва  

Резолютивная часть определения объявлена 17.06.2021  Полный текст определения изготовлен 18.06.2011  

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации в составе:  

председательствующего судьи Борисовой Е.Е., судей Поповой Г.Г.,  Золотвой Е.Н., рассмотрела кассационную жалобу Республиканской службы по  охране, контролю и регулированию использования объектов животного мира,  отнесенных к объектам охоты, контролю и надзору в сфере  природопользования (далее - Бурприроднадзор) на постановление Четвертого  арбитражного апелляционного суда от 14.10.2020 по делу № А10-7002/2019  Арбитражного суда Республики Бурятия и постановление Арбитражного суда  Восточно-Сибирского округа от 01.02.2021 по тому же делу  

по исковому заявлению Республиканской службы по охране, контролю и  регулированию использования объектов животного мира, отнесенных к  объектам охоты, контролю и надзору в сфере природопользования к  акционерному обществу «Эвенкийское охотничье промысловое хозяйство  Уоянское» о взыскании 8 324 370 рублей платы за заключение  охотхозяйственных соглашений от 16.06.2014 № 03-00042 и от 03.10.2014   № 03-00046,  

При участии представителей от Бурприроднадзор : ФИО1,  ФИО2  

Заслушав и обсудив доклад судьи Верховного Суда Российской  Федерации Борисовой Е.Е., а также объяснения представителей  Бурприроднадзора , Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного  Суда Российской Федерации  

УСТАНОВИЛА: 

 Бурприроднадзором и акционерным обществом "Эвенкийское охотничье  промысловое хозяйство Уоянское" (далее - охотничье хозяйство) на основании  вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Республики  Бурятия от 14.11.2014 по делу № А10-3400/2012 заключены охотхозяйственные  соглашения № 03-00042 от 16.06.2014 и № 03-00046 от 03.10.2014 сроком  действия до 2038 и 2039 годы соответственно.  

По результатам проведенной Прокуратурой Республики Бурятия  проверки в адрес руководителя Бурприроднадзора 05.06.2019 внесено  представление об устранении нарушений законодательства об охоте и о  сохранении охотничьих ресурсов, выразившихся в заключении  охотхозяйственных соглашений без внесения охотничьим хозяйством  установленной законом соответствующей платы за пользование охотничьими  ресурсами, что не соответствует требованиям Федерального закона от  24.07.2009 № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской  Федерации» (далее - Закон об охоте), а также противоречит правовой позиции,  изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 17.07.2018   № 1812-О, Определении Верховного Суда РФ от 20.03.2018 № 306-КГ17- 20706, решении Верховного Суда РФ от 22.10.2018 № АКПИ18-948.  

Письмом от 19.06.2019 № 83-01-41/12189/19 Бурприроднадзор сообщил  ответчику о необходимости произвести оплату в размере 8 324 370 рублей по  платежным реквизитам, указанным в письме, расчет суммы произведен в  соответствии с Постановлением Правительства РФ от 30.06.2010 № 490 «О  ставках платы за единицу площади охотничьего угодья при заключении  охотхозяйственных соглашений без проведения аукциона на право заключения  охотхозяйственных соглашений» (далее - Постановление Правительства РФ №  490).  

Неисполнение охотничьим хозяйством требования о внесении платы  повлекло обращение истца в суд с иском по настоящему делу о взыскании  суммы единовременной платы в размере 8 324 370 рублей.  

В судебном заседании истец снизил сумму иска до 6 119 844, 25 рублей с  учетом корректировки площади охотничьих угодий.  

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции исходил из положений статьи 71  Закона об охоте об обязанности лиц, с которыми заключены охотхозяйственные  соглашения, внести единовременную плату, размер которой определяется как  произведение ставки платы за единицу площади охотничьего угодья,  

установленной Постановлением Правительства РФ № 490 для Республики  Бурятия 5 рублей за один гектар охотничьих угодий).  

Суд первой инстанции в обоснование принятого судебного акта также  указал, что отсутствие в заключенных сторонами спора соглашения условия о  внесении ответчиком единовременной платы, обязанность единовременно  внести плату за заключение указанных охотхозяйственных соглашений  возникла у ответчика в силу прямого указания об этом в части 5 статьи 71  Закона об охоте. Учитывая, что исключение этого требования возможно только  при заключении охотхозяйственных соглашений с лицами, заключившими  договоры аренды лесных участков для ведения охотничьего хозяйства по  результатам аукциона по продаже права на заключение договоров аренды  лесных участков в соответствии с Лесным кодексом Российской Федерации,  суд с учетом заключения с охотничьим хозяйством соглашений не по  результатам аукциона, признал у него наличие обязанности внести указанную  плату.  

Суд апелляционной инстанции, отменив решение суда первой инстанции,  в обоснование принятого судебного акта указал, что исходя из анализа частей 1  и 3 статьи 71 Закона об охоте, для юридических лиц, у которых право  долгосрочного пользования животным миром возникло до дня вступления в  силу настоящего Федерального закона, имеется альтернатива: сохранить это  право до истечения срока действия указанных лицензий либо заключить  охотхозяйственное соглашение. Между тем, поскольку Закон об охоте не  предусматривает внесение платежа обязательным условием заключения  охохозяйственного соглашения, в отсутствие добровольного волеизъявления у  охотничьего хозяйства на внесение платы при заключении охотхозяйственного  соглашения, оснований для ее взыскания не имеется, лица имеют право  пользования охотничьими ресурсами до истечения срока действия  долгосрочных лицензий.  

Суд округа, оставляя в силе постановление суда апелляционной  инстанции, пришел к выводу, что поскольку заключение соглашений явилось  не результатом волеизъявления ответчика по делу, которому неправомерно  было отказано в предоставлении территории общедоступных охотничьих  угодий для пользования животным миром и, как следствие, невозможность  получения долгосрочной лицензии, то оснований для понуждения ответчика к  внесению платы, предусмотренной частью 5 статьи 71 Закона № 209-ФЗ, при  заключении спорных соглашений не имеется.  

Между тем суд кассационной инстанции не согласился с выводом суда  апелляционной инстанции относительно применения положений статьи 71  Закона об охране в части наличия у сторон при заключении охотхозяйственных  соглашений в порядке и на условиях, определенных частью 3 названной статьи,  свободного волеизъявления на согласование условий по внесению  единовременной платы. Суд округа отметил, что положения указанной нормы  права об обязательности внесения платы за заключение охотхозяйственных  соглашений являются императивными и не могут изменяться по усмотрению  сторон. Ссылка в постановлении суда апелляционной инстанции на позицию  

Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенную в решении  от 18.10.2012 № ВАС 5244/12, является неверной, поскольку касается лишь  выбора пользователем животного мира после вступления в силу Закона об  охоте условий такого пользования (на основании долгосрочной лицензии до  истечения срока ее действия или заключения охотхозяйственного соглашения  без проведения аукциона) с обязательным внесением платы по ставкам,  определенным Правительством Российской Федерации.  

Между тем, суд округа, указал, что неправильное толкование норм  материального права, допущенное судом апелляционной инстанции при  правильном установлении конкретных обстоятельств по делу, не влияет на  обоснованность выводов об отсутствии оснований для удовлетворения иска  государственного органа, допускающего в течение длительного периода (с 2007  года) нарушение прав и законных интересов ответчика.  

В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской  Федерации, Бурприроднадзор просит отменить постановления судов  апелляционной и кассационной инстанций, ссылаясь на нарушение норм  материального права, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый  судебный акт.  

Основаниями для отмены или изменения судебных актов в порядке  кассационного производства в Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации являются существенные нарушения  норм материального и (или) норм процессуального права, которые повлияли на  исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита  нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и  иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом  публичных интересов (часть 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации).  

Проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе,  выступлениях присутствующих в судебном заседании представителей истца,  Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации пришла к следующему выводу.  

Спор по настоящему делу возник в связи с отказом охотничьего  хозяйства внести плату, обязанность которой, по мнению истца, прямо  предусмотрена положениями статьи 71 Закона об охоте и обусловлена  заключением охотхозяйственных соглашений как основанием пользования  охотничьими ресурсами.  

Со вступлением в силу Закона об охоте, как следует из статьи 71 Закона об  охоте, юридические лица и индивидуальные предприниматели сохраняют  право долгосрочного пользования животным миром в отношении охотничьих  ресурсов, которое возникло у них на основании долгосрочных лицензий,  полученных до 01.04.2010 года, до истечения срока действия соответствующей  лицензии, если иное прямо не установлено законом (часть 1); долгосрочные  лицензии на пользование животным миром в отношении охотничьих ресурсов  продлению не подлежат (часть 2); такие юридические лица и индивидуальные  предприниматели вправе заключить охотхозяйственные соглашения в  

отношении охотничьих угодий, указанных в договорах о предоставлении в  пользование территорий или акваторий, без проведения аукциона на право  заключения охотхозяйственных соглашений (часть 3); органы исполнительной  власти субъектов Российской Федерации обязаны заключить  охотхозяйственные соглашения с проявившими соответствующую инициативу  юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями в течение трех  месяцев с даты их обращения в эти органы (часть 4).  

Как следует из материалов дела, правопредшественник охотничьего  хозяйства с 1977 года по 20.03.1999 пользовался охотничьими угодьями на  основании постановления Совета Министров Бурятской АССР от 31.01.1977   № 36, а также заключенного договора на пользование охотничьими угодьями  для ведения промысловых хозяйств от 20.03.1989. Постановлением  Правительства Республики Бурятия от 01.06.1999 право пользования ресурсами  прекращено в связи с истечением срока действия договора.  

Приказом Республиканского агентства по природным ресурсам и охране  окружающей среды от 18.06.1999 № 163 спорные угодья переданы в  государственный резервный фонд охотничьих угодий. Впоследствии  неоднократно объявлялись открытые конкурсы на долгосрочное пользование  объектами животного мира.  

Между тем, охотничьему хозяйству по спорным угодьям право  пользования охотничьими ресурсами, в том числе посредством оформления  долгосрочной лицензии, до заключения охотохозяйственных соглашений № 0300042 и № 03-00046 не предоставлялось.  

Решением Арбитражного суда Республики Бурятия по делу   № А10-3400/2012 на Бурприроднадзор на основании статьи 27 Закона об охоте  возложена обязанность заключить охотхозяйственные соглашения.  

Часть 5 статьи 71 Закона об охоте прямо предусматривает, что  юридические лица, индивидуальные предприниматели, указанные в части 3  настоящей статьи, при заключении охотхозяйственных соглашений обязаны  единовременно внести плату за заключение таких соглашений (за исключением  случаев, предусмотренных частью 7 настоящей статьи), определяемую как  произведение ставки платы за единицу площади охотничьего угодья,  установленной в соответствии с частью 6 настоящей статьи, и площади  соответствующего охотничьего угодья.  

 Отсутствие в заключенных сторонами соглашениях условия о внесении  единовременной платы не исключает существование такой обязанности,  поскольку она установлена законом. Указанная норма не может применяться  заинтересованными лицами в ином порядке или на иных условиях, отличных  от тех, которые предусмотрел сам закон ко всем участникам таких отношений,  публично устанавливая порядок предоставления охотничьих ресурсов,  осуществляя правовое регулирование в области охоты и сохранения  охотничьих ресурсов, обеспечивая тем самым устойчивое существование и  устойчивое использование охотничьих ресурсов.  

 Исключение из правила, содержащегося в части 5 статьи 71 Закона об  охоте, указано в части 7 указанной статьи, которое направлено на  

недопустимость внесения двойной платы, и предусматривает, что обязанность  об единовременном внесении платы за заключение охотхозяйственных  соглашений не распространяется на юридических лиц и индивидуальных  предпринимателей, заключивших договоры аренды лесных участков для  ведения охотничьего хозяйства по результатам аукциона по продаже права на  заключение договоров аренды лесных участков в соответствии с Лесным  кодексом Российской Федерации.  

 Однако указанного в части 7 статьи 71 Закона об охоте обстоятельства, в  силу которого правило об обязательности внесения платы не должно  применяться при заключении охотхозяйственных соглашений с ответчиком,  судами не было установлено.  

 Более того, как указывает Бурприроднадзор, даже если долгосрочная  лицензия была бы получена обществом, то срок ее действия прекратился бы  после 09.07.2019 с учетом установления максимальных площадей охотничьих  угодий 02.07.2012 плюс 2 года 7 дней (мораторий, установленный  постановлением Конституционного Суда РФ от 25.06.2015 № 17-П).  

 Таким образом, выводы суда апелляционной инстанции, основанные на  добровольном характере внесения платы и возможности заключения  соглашений без внесения платы при установленных по делу обстоятельствах  не могут быть признаны обоснованными.  

 Судебная коллегия также не может согласиться с мотивом освобождения  ответчика от внесения платы, предусмотренной частью 5 статьи 71 Закона об  охоте, изложенным судом кассационной инстанции, поскольку обстоятельства  неправомерного отказа в предоставлении территории общедоступных  охотничьих угодий для пользования животным миром, невозможность  получения долгосрочной лицензии в связи с незаконными действиями органа,  не предусмотрены и не могут быть предусмотрены в законе в качестве такого  основания, влияющего на возможность предоставления охотничьих ресурсов  безвозмездно. При этом суд не указал, какие были допущены нарушения прав  ответчика с 2007 года, какие действия (бездействие) истца были оспорены в  судебном порядке, какими судебными актами установлены эти обстоятельства.  Более того, наличие иных споров между сторонами по делу и результаты  их рассмотрения неспособны изменить императивно установленный порядок и  основания предоставления охотничьих ресурсов в пользование, не формируют  иных, не предусмотренных законом способов защиты нарушенных прав и не  предоставляют преимуществ в пользовании охотничьими ресурсами.  

 Таким образом, в отсутствие оснований для исключения внесения платы  ответчиком при заключении охотхозяйственных соглашений, суды  апелляционной и кассационной инстанций освободили его от исполнения  предусмотренной законом обязанности, нарушив тем самым предусмотренные  Законом об охоте положения о принципах правового регулирования в области  охоты и сохранения охотничьих ресурсов, одним из которых является принцип  платности пользования охотничьими ресурсами, реализуемый и при  заключении охотхозяйственных соглашений.  

На основании вышеизложенного судебная коллегия полагает, что  решение суда первой инстанции было принято в соответствии с применимыми  для разрешения спора нормами материального права и установленными по делу  фактическими обстоятельствами, и для отмены которого не имелось оснований,  в связи с чем принятые по настоящему делу судебные акты судов  апелляционной и кассационной инстанций нельзя признать законными и  обоснованными ввиду существенного нарушениями судами норм  материального права, повлиявшими на исход дела, и без устранения которых  невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных  интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в  связи с чем указанные судебные акты подлежат отмене на основании части 1  статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  а решение суда первой инстанции оставлению в силе.  

Руководствуясь статьями 167, 176, 291.11–291.15 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации  

ОПРЕДЕЛИЛА: 

постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от  14.10.2020 по делу № А10-7002/2019 Арбитражного суда Республики Бурятия и  постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 01.02.2021  по тому же делу отменить.  

Решение Арбитражного суда Республики Бурятия от 18.06.2020 оставить  в силе.  

Настоящее определение вступает в законную силу со дня его вынесения и  может быть обжаловано в порядке надзора в Верховный Суд Российской  Федерации в трехмесячный срок.  

Председательствующий судья Е.Е. Борисова  

Судьи Е.Н. Золотова  

 Г.Г. Попова