ВЕРХОВНЫЙ СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

  № 309-ЭС20-6309

Дело  № А76-43058/2018

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва05.11.2020 Резолютивная часть определения объявлена 28.10.2020 

Полный текст определения изготовлен 05.11.2020

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда  

Российской Федерации в составе: председательствующего судьи Павловой Н.В.,судей Прониной М.В., Тютина Д.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по кассационной  

жалобе Челябинской таможни Уральского таможенного управления  

Федеральной таможенной службы Российской Федерации на решение  

Арбитражного суда Челябинской области от 15.08.2019  

по делу  № А76-43058/2018, постановление Восемнадцатого арбитражного  

апелляционного суда от 07.11.2019 и постановление Арбитражного суда  

Уральского округа от 06.02.2020 по тому же делу по заявлению товарищества  

с ограниченной ответственностью «Молоко-М» о признании незаконным  бездействия Челябинской таможни Уральского таможенного управления  Федеральной таможенной службы Российской Федерации, выразившегося  в невыдаче разрешения на убытие с таможенной территории Евразийского  экономического союза транспортного средства с государственным  регистрационным номером 939СХА09/99АОА09 и находящимся в нем товаром,  а также о признании незаконным решения от 13.12.2018   № 10504000/131218/И0002 об изъятии товара, оформленного актом  (протоколом) изъятия запрещенной к ввозу продукции,  

 при участии в деле общества с ограниченной ответственностью «Марсол  Торг» в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  относительно предмета спора. 

В заседании приняли участие представители:

от Челябинской таможни Уральского таможенного управления  Федеральной таможенной службы Российской Федерации – ФИО1,  ФИО2; 

от товарищества с ограниченной ответственностью «Молоко-М» -  ФИО3, ФИО4 

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Павловой Н.В., выслушав объяснения представителей участвующих  в деле лиц, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации 

установила:

07.12.2018 должностными лицами Пограничного управления  Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Челябинской  области на контрольно-пропускном пункте (КПП) «Троицк» международного  автомобильного пропускного пункта «Бугристое» принято решение  о временном ограничении движения транспортного средства «VOLVO»  

с государственным регистрационным номером 939СХА09/99АОА09,  осуществлявшего перевозку товара «сыр», общим весом 20,098 тонн.  Информация о выявленных признаках возможного правонарушения передана  Челябинской таможне Уральского таможенного управления Федеральной  таможенной службы Российской Федерации (далее – таможенный орган,  таможня, заявитель). 

Вместе с товаром был представлен договор от 24.09.2018 между  товариществом с ограниченной ответственностью «Молоко-М» (Республика  Казахстан; далее – товарищество, ТОО «Молоко-М», поставщик) и обществом  с ограниченной ответственностью «Марсол Торг» (Республика Беларусь; далее  – ООО «Марсол Торг», покупатель), в соответствии с которым  ТОО «Молоко – М» обязалось поставить ООО «Марсол Торг» сыр  

в количестве 1500 тонн, производитель Литва, на общую сумму 104 509,6 Евро.  К товару были приложены товаросопроводительные документы: товарная  накладная от 06.12.2018  № 43, счет фактура от 06.12.2018  № 43,  СМR от 06.12.2018  № 001 .  

Иных документов, в том числе подтверждающих таможенный статус  товара, как следует из материалов дела, представлено не было. 

Согласно представленным товаросопроводительным документам товар  предполагалось направить из Республики Казахстан через территорию  Российской Федерации в Республику Беларусь. 

В качестве отправителя товара указывалось ТОО «Молоко-М», 

в качестве получателя товара ООО «Марсол Торг», в качестве изготовителя  товара - акционерное общество «Жемайтийоспинас» (Литовская Республика,  г. Тяльшай). 

В результате проверки товаросопроводительных документов и  визуального осмотра товара, содержащегося в грузовом отсеке транспортного  средства, маркировки, содержащейся на товаре, было установлено, что товар  «сыр твердый», страна происхождения Литовская Республика, относится  к товарной позиции 0406 Товарной номенклатуры внешнеэкономической  

деятельности Евразийского экономического союза (далее - ТН ВЭД ЕАЭС) и,  соответственно, указан в перечне товаров, запрещенных к ввозу на территорию  Российской Федерации в соответствии с постановлением Правительства  Российской Федерации от 07.08.2014  № 778 «О мерах по реализации указов  Президента Российской Федерации от 06.08.2014  № 560, от 24.06.2015  № 320,  от 29.06.2016  № 305, от 30.06.2017  № 293 и от 12.07.2018  № 420» (далее –  постановление Правительства  № 778). 

В соответствии с положениями пункта 6 статьи 261 Федерального закона  от 03.08.2018  № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской  Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты  Российской Федерации» (далее – Закон о таможенном регулировании)  указанное транспортное средство 07.12.2018 было сопровождено в зону  таможенного контроля в регионе деятельности Троицкого таможенного поста  Челябинской таможни для проведения досмотровых операций.  

Представителю товарищества сотрудники таможни вручили уведомление   № 07/2/18 о временном запрещении или ограничении движения лиц или  транспортных средств в связи с наличием возможного события  административного правонарушения. Из уведомления следует, что автомобиль  и груз направлены на склад временного хранения Троицкого таможенного  поста для проведения экспертизы. 

07.12.2018 в адрес ТОО «Молоко-М» направлено письмо, уведомляющее  о том, что товар должен быть представлен для таможенного досмотра, который  состоится 10.12.2018. 

08.12.2018 от водителя транспортного средства ФИО5 получено  объяснение по обстоятельствам поездки, а также по представленным  документам. 

10.12.2018 по прибытии на Троицкий таможенный пост представителя  собственника товара (ТОО «Молоко-М») вручено уведомление о проведении  досмотра, требование о предъявлении товаров и требование о проведении  операций с товарами и транспортными средствами. 

10.12.2018 проведен таможенный досмотр товара. 

11.12.2018 завершено оформление акта таможенного досмотра.  По результатам досмотра установлено, что в транспортном средстве находится  товар «сыр твердый», в количестве 20,098 тонн, страна происхожденияЛитовская Республика. 

11.12.2018 от представителя отправителя товара  ТОО «Молоко-М» (по доверенности) ФИО6 получены объяснения  по факту перемещения товара. Представитель отправителя настаивал  на продолжении следования товара по территории Российской Федерации. 

По результатам анализа информации, содержащейся в Базе данных  «Обмен ведомств» КПС «Мониторинг-Таможенный Союз» установлено,  что ввозимая партия товара ранее декларировалась в Республике Казахстан  по ДТ  № 39855101/070918/0306508 (CMR от 22.09.2018,  ДТ  № 55101/070918/0306508), товар выпущен таможенными органами  Республики Казахстан в режиме «выпуск для внутреннего потребления». 

13.12.2018 в целях реализации пункта 3 Правил уничтожения  сельскохозяйственной продукции, сырья, продовольствия, включенных  в перечень сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия, страной  происхождения которых являются Соединенные Штаты Америки, страны  Европейского Союза, Канада, Австралия, Королевство Норвегия, Украина,  Республика Албания, Черногория, Республика Исландия и Княжество  Лихтенштейн и которые по 31 декабря 2019 года запрещены к ввозу  в Российскую Федерацию (далее – Правила), утвержденных постановлением  Правительства Российской Федерации от 31.07.2015  № 774 (далее –  постановление Правительства  № 774), принято решение об изъятии  запрещенной к ввозу на территорию Российской Федерации продукции и  проведении мероприятий по её уничтожению.  

13.12.2018 водитель транспортного средства ФИО5 представил  заявление, согласно которому присутствовать при проведении процедуры  уничтожения отказался.  

Таможенный орган 13.12.2018 составил Акт (протокол) о факте изъятия  запрещенной к ввозу продукции, из которого следует, что сыр твердый  «Джюгас» в количестве нетто 20,098 тонн, код ТН ВЭД ЕАЭС 040690,  был изъят как запрещенная к ввозу продукция. 

Товарищество обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с вышеуказанным заявлением.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 15.08.2019,  оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 07.11.2019 и постановлением Арбитражного суда  Уральского округа от 06.02.2020, признано незаконным бездействие таможни,  выразившееся в невыдаче разрешения на убытие за пределы таможенной  территории Евразийского экономического союза (далее ЕАЭС) транспортного  средства с государственным регистрационным номером 939СХА09/99АОА09 с  находящимся в нем товаром, также признано недействительным решение  таможни об изъятии товара, оформленного актом (протоколом) от 13.12.2018  

 № 10504000/131218/И0002 о факте изъятия запрещенной к ввозу продукции.

Кроме того, с таможни в пользу ТОО «Молоко-М» взыскано  6 000 рублей в качестве возмещения расходов по государственной пошлине,  уплаченной при обращении в арбитражный суд. 

В кассационной жалобе, направленной в Верховный Суд Российской  Федерации, таможенный орган просит отменить судебные акты, принятые  по настоящему делу, и указывает на то, что, по его мнению, перемещение  товара, запрещенного к ввозу в Российскую Федерацию как имеющего  происхождение из государства, применившего экономические санкции в  отношении российских юридических и (или) физических лиц, по территории  Российской Федерации возможно только при помещении товара под  таможенную процедуру таможенного транзита, соблюдение которой позволит  транспортировать товар под таможенным контролем (проследить его  следование и исключить его реализацию на территории Российской  Федерации); товар, перевозимый в транспортном средстве, происходит из  

страны, применившей экономические санкции в отношении российских лиц, и,  соответственно, относится к товарам, запрещенным к ввозу на территорию  Российской Федерации в соответствии с постановлением Правительства  

 № 778, и которые могут ввозиться на территорию Российской Федерации  только в режиме таможенного транзита, однако в данном случае товар под  таможенную процедуру таможенного транзита не помещался, документы,  подтверждающие соответствующие действия не предоставлялись, что  свидетельствует об отсутствии у государственных органов Российской  Федерации достаточных оснований полагать, что доставка товаров будет  завершена в месте, расположенном за пределами Российской Федерации.  При таких обстоятельствах, по мнению подателя жалобы, оспариваемое  бездействие таможенных органов является законным.  

Кроме того, таможенный орган указывает, что иное толкование  соответствующих положений законодательства Российской Федерации о  введении ответных специальных экономических мер как реакции на  недружественные меры третьих стран, легализует схему, свидетельствующую  об обходе закона, поскольку позволяет беспрепятственно ввозить на  территорию Российской Федерации товары, в отношении которых Российской  Федерацией в ответном порядке применены меры экономического характера,  под прикрытием того, что они предназначены для других стран, при этом  контролирующие органы были бы лишены возможности с достоверностью  убеждаться, что такие товары не будут реализованы в Российской Федерации. 

Также таможенный орган указывает, что состоявшимися судебными  актами нарушается единообразие судебной практики по спорной проблеме. 

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации  Павловой Н.В. от 28.09.2020 кассационная жалоба таможенного органа  вместе с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. 

Изучив материалы дела, проверив в соответствии с положениями  статьи 291.14 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  

законность обжалуемых судебных актов, Судебная коллегия приходит  к следующим выводам. 

Удовлетворяя заявление товарищества, суды руководствовались нормами  Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее –  Таможенный кодекс), Закона о таможенном регулировании, постановлением  Правительства  № 778 и признали подтвержденным как факт происхождения  спорного товара, так и не вызывающим сомнений факт перемещения товара  через границы Российской Федерации в будущем, даже без предоставления  лицом, перевозящим запрещенный к ввозу товар, документов о таможенном  транзите. По мнению судов, ввоз в Российскую Федерацию товара,  происходящего из государства, применившего первым экономические санкции  в отношении российских лиц, и прошедшего таможенное оформление в одном  из государств-членов ЕАЭС, возможен без оформления таможенного транзита,  в таком случае достаточно подтверждения поставщика о следовании товара за  пределы Российской Федерации. При этом, по мнению судов, Российская  Федерация как участник ЕАЭС, в одностороннем порядке требований к  перемещению товаров в коммерческих целях вводить не могла, если товары,  несмотря на то, что имеют происхождение из государств, первыми  применивших экономические санкции в отношении российских лиц,  приобрели статус товаров ЕАЭС. 

Между тем судами трех инстанций при вынесении судебных актов  не учтено следующее. 

Одним из основных принципов функционирования Евразийского  экономического союза, установленных статьей 3 Договора о Евразийском  экономическом союзе (далее - Договор о ЕАЭС), является принцип  обеспечения учета национальных интересов сторон, к которым относится  обеспечение государственного суверенитета и безопасности отдельного  государства.  

Применение государствами, в том числе участвующими 

в интеграционных объединениях, самостоятельно такого вида экономических  

мер как специальные экономические меры в качестве ответной реакции на  недружественные (противоправные) экономические меры третьих стран  признается современным международным правом и реализуется на основе  принципа учета национальных интересов в целях обеспечения  государственного суверенитета и безопасности. 

В соответствии с частью 2 статьи 1 Федерального закона от 30.12.2006   № 281-ФЗ «О специальных экономических мерах» (далее – Закон  о специальных экономических мерах) специальные экономические меры  применяются в случаях возникновения совокупности обстоятельств,  требующих безотлагательной реакции на международно-противоправное  деяние либо недружественное действие иностранного государства или его  органов и должностных лиц, представляющие угрозу интересам и безопасности  Российской Федерации и (или) нарушающие права и свободы ее граждан. 

К специальным экономическим мерам относятся запрет на совершение  действий в отношении иностранного государства и (или) иностранных  организаций и граждан, а также лиц без гражданства, постоянно проживающих  на территории иностранного государства, и (или) возложение обязанности  совершения указанных действий и иные ограничения (часть 2 статьи 3 Закона  о специальных экономических мерах). 

Таким образом, право государства-члена ЕАЭС в целях обеспечения  государственного суверенитета и безопасности такого государства  самостоятельно применять специальные экономические меры в случае  недружественных (противоправных) действий в его адрес предусмотрено  нормами Договора о ЕАЭС. Российская Федерация, основываясь на нормах  своей Конституции (статьи 4, 11, 55, 67, 74, 79), и в соответствии с нормой  статьи 3 Договора о ЕАЭС, реализовала данное право посредством принятия  специального закона о специальных экономических мерах и на его основе ряда  нормативных актов о применении конкретных ответных специальных  экономических мер. 

Решение о применении специальных экономических мер в отношении  конкретного иностранного государства или иностранной организации и  граждан и сроке, в течение которого эти экономические меры будут  применяться, принимается Президентом Российской Федерации (часть 1  статьи 4 Закона о специальных экономических мерах). Полномочия Президента  Российской Федерации по принятию решения о применении специальных  экономических мер в целях обеспечения безопасности предусмотрены также  Федеральным законом от 28.12.2010  № 390-ФЗ «О безопасности»  (подпункт «а» пункта 6 статьи 8). 

Указом Президента Российской Федерации от 06.08.2014  № 560 «О применении отдельных специальных экономических мер в целях  обеспечения безопасности Российской Федерации» (в редакции  на дату спорных правоотношений; далее - Указ Президента  Российской Федерации  № 560) в целях защиты национальных интересов  Российской Федерации запрещается либо ограничивается осуществление  внешнеэкономических операций, предусматривающих ввоз на территорию  Российской Федерации отдельных видов сельскохозяйственной продукции,  сырья и продовольствия, страной происхождения которых является  государство, принявшее решение о введении экономических санкций в  отношении российских юридических и (или) физических лиц или  присоединившееся к такому решению. 

Таким образом, главным таможенно-правовым критерием применения  ответных специальных экономических мер является такая категория  таможенного права как «происхождение товара», но не критерий таможенного  режима (статья 37 Договора о ЕАЭС, глава 4 Таможенного кодекса, Решение  Совета Евразийской экономической комиссии от 13.07.2018  № 49  «Об утверждении Правил определения происхождения товаров, ввозимых  на таможенную территорию Евразийского экономического союза  (непреференциальных правил определения происхождения товаров)»  

(далее – Правила определения происхождения товаров), глава 4 Закона и  таможенном регулировании и др.). 

Под происхождением товара в международном таможенном праве  принято понимать принадлежность товара к стране, в которой товар был  полностью получен, или произведен, или подвергнут достаточной переработке  в соответствии с критериями определения происхождения товаров (раздел I  «Общие положения» Правил определения происхождения товаров). 

В данном случае товар, согласно критериям международного  таможенного права, имел происхождение из государства, первым  применившего экономические санкции в отношении российских лиц. Данный  факт подтверждается материалами дела и не оспаривался участниками спора. 

В случае ввоза указанных товаров на территорию Российской Федерации,  они подлежат уничтожению (пункт 1 Указа Президента Российской Федерации  от 29.07.2015  № 391 «Об отдельных специальных экономических мерах,  применяемых в целях обеспечения безопасности Российской Федерации»  (далее – Указ Президента Российской Федерации  № 391). 

В соответствии с пунктом 2 Правил запрещенная к ввозу продукция  подлежит незамедлительному изъятию и уничтожению после оформления акта  (протокола) о факте изъятия. В силу пункта 3 Правил решение об изъятии и  уничтожении запрещенной к ввозу продукции принимается (в том числе)  уполномоченными должностными лицами Федеральной таможенной службы,  в пределах их компетенции, обнаружившими факт осуществления  внешнеэкономических операций, предусматривающих ввоз на территорию  Российской Федерации запрещенной к ввозу продукции. 

О введении вышеуказанных ответных специальных экономических мер  Российская Федерация проинформировала, в том числе своих партнеров по  интеграционным объединениям - государства-члены Таможенного Союза и  Единого экономического пространства (среди них - Республику Беларусь и  Республику Казахстан), Евразийскую экономическую комиссию, Коллегия  которой, при участии представителей государств-членов, в том числе  

Республики Казахстан, еще 18 декабря 2014 года издала Рекомендацию  № 21  

«О нераспространении вводимых в одностороннем порядке мер,  затрагивающих внешнюю торговлю товарами, в отношении товаров,  перемещаемых в соответствии с таможенной процедурой таможенного  транзита». 

Обеспечение безопасности государства в качестве общепризнанного  основания применения государствами-членами интеграционных объединений в  одностороннем порядке не только ответных специальных экономических мер в  отношении третьих стран, совершивших недружественные (неправомерные)  действия, но даже временных мер ограничения торговли с третьими странами,  применяемых государствами-членами интеграционных объединений  (например, статья 47 Договора о ЕАЭС), или ограничений во взаимной  торговле товарами между государствами-членами интеграционного  объединения (например, пункт 1 статьи 29 Договора о ЕАЭС, статьи XX, XXI  Генерального Соглашения ВТО по тарифам и торговле 1994 г. (институт общих  исключений), статья 36 Договора о функционировании Европейского Союза)  признается как нормами международного права, так и национальным  законодательством. Допустимость введения в одностороннем порядке  государствами-членами ЕАЭС в целях обеспечения безопасности ограничений  даже во взаимной торговле подтверждена и истолкована Большой коллегией  Суда Евразийского экономического союза в Консультативном заключении  от 30.11.2017. При этом суд отметил важность применения любых мер  на пропорциональной основе. 

Законодатель Российской Федерации, осуществляя в рамках  представленной ему дискреции нормативно-правовое регулирование  отношений, связанных с применением ответных специальных экономических  мер, также основывался на принципах свободы торговли и  пропорциональности применяемых мер. 

Для этого по отношению к товарам, являющимся предметами сделок,  совершенных между лицами иностранного государства, и при этом имеющим  

происхождение из государств, первыми применивших меры экономического  принуждения в отношении российских лиц, законодателем предусмотрена, тем  не менее, возможность неприменения введенных Российской Федерацией  ответных ограничений без ущерба для безопасности страны и при соблюдении  такими субъектами определенных требований. 

Так, специальная экономическая мера в виде запрета ввоза определенных  категорий товаров не распространяется на товары, помещенные под  таможенную процедуру таможенного транзита и перевозимые через  территорию Российской Федерации в третьи страны (пункт 2 Указа Президента  Российской Федерации  № 391). Закрепление данного механизма, сохраняющего  возможность осуществления внешеэкономических операций с товарами,  попадающими под действие специальных экономических мер, направлено на  реализацию международно-правового принципа свободы таможенного  транзита. При этом обеспечивается главное условие применения специальных  экономических мер, носящих встречный характер в ответ на недружественные  (неправомерные) меры, - недопущение извлечения экономических выгод за  счет реализации товаров, происходящих из стран, первыми применивших  ограничительные экономические меры, с территории государства,  

вынужденного принимать решение о встречных мерах в интересах защиты  собственной экономики и обеспечения безопасности.  

Таким образом, в случае подтверждения происхождения товара из  страны, первой применившей принудительные экономические меры в  отношении российских лиц, условием транспортировки товаров, происходящих  их таких стран, в коммерческих целях (не для личного использования) по  территории Российской Федерации является соблюдение единственного  таможенного режима – режима таможенного транзита. Соблюдение данного  режима позволит транспортировать товар под таможенным контролем  и с достоверностью убеждаться в том, что за счет товара не будут получены  экономические выгоды с территории Российской Федерации. Иные  доказательства не являются гарантированным подтверждением данных фактов. 

Поскольку товар, ввезенный в Российскую Федерацию в рамках спорных  отношений - продовольствие, страной происхождения которого является  государство-член Европейского Союза, принявшее решение о введении  экономических санкций в отношении российских юридических и (или)  физических лиц, данный товар попадает под действие мер, установленных  указами Президента Российской Федерации о применении отдельных  специальных экономических мер в соответствии с Законом о специальных  экономических мерах. Следовательно, транспортировка товара, происходящего  из государства, принявшего решение о введении экономических санкций в  отношении российских юридических и (или) физических лиц (Литовской  Республики), по территории Российской Федерации в предпринимательских  отношениях возможна исключительно в режиме таможенного транзита.  

В настоящем случае суды удовлетворили требования заявителя, так как  признали подтвержденными как факты происхождения и качества спорного  товара, так и не вызывающими сомнений факты перемещения товара через  границы Российской Федерации в будущем и следование по её территории  товара, которое обязательно завершится ввозом товара на территорию  Республики Беларусь без предоставления лицом, перевозящим товар,  документов о таможенном транзите. Данный подход является нарушением  требований законодательства и ведет к нарушению национальных интересов  Российской Федерации. 

Доказательства транспортировки товара в режиме таможенного транзита,  который позволил бы отследить его транспортировку по территории  Российской Федерации и вывоз с таможенной территории России в объеме,  который был представлен в таможенном пункте ввоза на территорию  Российской Федерации, заявитель не представил. Соответствующие  таможенные пломбы на транспортное средство или груз не налагались. Более  того, в судебном заседании заявитель подтвердил, что не предпринимал  действий по обращению в компетентные органы Республики Казахстан,  которая была уведомлена Российской Федерацией о введении ответных  

специальных экономических мер еще в 2014 году, с целью надлежащего  оформления товара для таможенного транзита по территории Российской  Федерации. Учитывая, что к 2018 году вышеуказанные меры  действовали 3 года и к этому времени приобрели характер общеизвестного  факта, заявитель как профессиональный участник внешнеэкономической  деятельности, не проявивший должной осмотрительности при легализации  товара в целях ввоза на территорию Российской Федерации, действовал,  по меньшей мере, неразумно. 

Однако участник внешнеэкономической деятельности в силу  общепризнанного принципа международной торговли, такого как  добросовестность, обязан заранее планировать логистику перемещения  товаров, например, как в данном случае с территории Республики Казахстан  на территорию Республики Беларусь, с учетом требований законодательства  государства транзитного следования товара о специальных экономических  мерах. 

С точки зрения действия принципов правовой определенности и действия  законодательства во времени законодательство Российской Федерации  о специальных экономических мерах носит определенный характер, нормы  Указа Президента Российской Федерации  № 560 и Указа Президента  Российской Федерации  № 391 не имеют equivocum (двойного смысла) – из их  содержания однозначно ясен алгоритм поведения в ситуации, подобной  спорной, нормативные акты принимались задолго до возникновения спорной  ситуации, к данному моменту действовали значительное время, партнеры  Российской Федерации по ЕАЭС были уведомлены о введении таких мер.  Судами Российской Федерации сформирована доступная для  профессиональных участников внешнеэкономической деятельности  единообразная судебная практика применения норм указов Президента  Российской Федерации о введении специальных экономических мер,  направленная на пропорциональное применение предусмотренных в данных  нормативных актах мер, в том числе на защиту интересов лиц, соблюдающих  

требования законодательства о перемещении таких товаров в режиме  таможенного транзита (например, Определение Верховного Суда Российской  Федерации от 25.04.2018  № 308-КГ17-12587, Решение Верховного Суда  Российской Федерации от 20.02.2019  № АКПИ-1211, Определение Верховного  Суда Российской Федерации от 07.11.2019  № 307-ЭС19-12268).  

Учитывая изложенное, в случае необходимости перемещения товаров, в  отношении которых действуют специальные экономические меры,  по территории Российской Федерации, ввезенных через Казахстан, товары  должны следовать по процедуре таможенного транзита, открытой в Казахстане  через территорию Российской Федерации и подлежащей завершению в  Беларуси.  

Ввоз товара, происходящего из государства, в отношении которого одно  из государств - участников ЕАЭС применяет специальные экономические  меры, в иное государство-участник ЕАЭС, его таможенная легализация в  данном государстве с целью перемещения в государство, применяющее  специальные экономические меры, в режиме взаимной торговли государств- участников ЕАЭС, предполагающем взаимные льготы и преимущества в  отношении товаров, происходящих из этих стран, направлен на обход  законодательства государства-участника ЕАЭС о специальных экономических  мерах, такие действия носят недобросовестный характер, нивелируют  установленные запреты, направленные на защиту безопасности государства,  применившего специальные экономические меры. Сознательные же действия  по приданию товарам, являющимся предметом ответных специальных  экономических мер, статуса товаров ЕАЭС с целью их ввоза в Российскую  Федерацию в нарушение установленных требований являются обходом закона,  злоупотреблением правом, поскольку право ЕАЭС как интеграционного  объединения нацелено на развитие взаимной торговли, товары, являющиеся  предметом ответных специальных экономических мер, как происходящие не из  стран Союза, не являются товарами взаимной торговли, в отношении которых  

государства-члены Союза на взаимной основе установили свободу  передвижения, иные льготы и преференции. 

Таким образом, материалами настоящего дела подтверждается, что  заявитель, ввезший на территорию Российской Федерации товар, в отношении  которого действуют специальные экономические меры, не оформил данный  товар в соответствии с требованиями законодательства, что позволило бы  отслеживать данный товар под таможенным контролем в целях недопущения  извлечения необоснованных экономических преимуществ, на пресечение  которых направлены специальные экономические меры, равно как и  подтверждаются те факты, что заявитель не вывез незамедлительно товар с  территории Российской Федерации в соответствии с требованиями  законодательства Российской Федерации и норм международных договоров в  целях соблюдения запретов и ограничений, не ходатайствовал о вывозе товара  во время проведения таможенного контроля, напротив, настаивал на  законности своих действий, связанных с ввозом товара в Российскую  Федерации, и возможности его дальнейшей транспортировки по территории  Российской Федерации.  

Принимая во внимание изложенное, Судебная коллегия Верховного Суда  Российской Федерации отмечает, что действия и решения таможенных органов  носят законный характер, а оспариваемые судебные акты подлежат отмене  на основании части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, как принятые с существенными нарушениями норм  материального права. 

Руководствуясь статьями 176, 291.11 - 291.15 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия  по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации 

определила:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 15.08.2019  по делу  № А76-43058/2018, постановление Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 07.11.2019 и постановление Арбитражного суда  Уральского округа от 06.02.2020 по тому же делу отменить. 

Товариществу с ограниченной ответственностью «Молоко-М»  в удовлетворении заявления о признании незаконными бездействия  Челябинской таможни Уральского таможенного управления Федеральной  таможенной службы Российской Федерации, а также решения от 13.12.2018  

 № 10504000/131218/И0002 отказать. 

Председательствующий судья Н.В. Павлова  Судья М.В. Пронина Судья Д.В. Тютин