'*,.'Ц'" .->*' ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 73-АПУ18-14 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 16 ноября 2018 г.  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе:  

председательствующего Иванова Г.П. 

судей Ведерниковой О.Н., Зыкина В.Я. 

при секретаре Малаховой Е.И. 

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным  жалобам осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3,  ФИО4, а также адвоката Клюкина ОН. в защиту ФИО2 на  приговор Верховного Суда Республики Бурятия от 14 марта 2018 года, которым  

ФИО3, 

<

...>  

<

...> не судимый, 

осужден: 

- по ч. 2 ст. 162 УК РФ - к лишению свободы на срок 4 года 3 месяца с  ограничением свободы на 6 месяцев;  

- по ч. 1 ст. 209 УК РФ - к лишению свободы на срок 10 лет с ограничением свободы на 1 год;  

^г 

- по п. «а» ч. Зет. 161 УК РФ - к лишению свободы на срок 6 лет с ограничением свободы на 6 месяцев;  

- по п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ (по эпизоду от 13.10.2015 г.) - к лишению  свободы на срок 8 лет с ограничением свободы на 1 год;  

- по п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ (по эпизоду от 15.10.2015 г.) - к лишению  свободы на срок 8 лет 3 месяца с ограничением свободы на 1 год;  

- по п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ (по эпизоду от 16.10.2015 г.) - к лишению  свободы на срок 8 лет 3 месяца с ограничением свободы на 1 год;  

- по ч. 3 ст. 162 УК РФ (по эпизоду от 27.10.2015 г.) - к лишению свободы  на срок 7 лет 3 месяца с ограничением свободы на 1 год;  

- по п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ (по эпизоду от 30.10.2015 г.) - к лишению  свободы на срок 8 лет 3 месяца с ограничением свободы на 1 год;  

- по п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ (по эпизоду от 31.10.2015 г.) - к лишению  свободы на срок 8 лет 3 месяца лишения свободы с ограничением свободы на 1  год;  

- по ч. 3 ст. 222 УК РФ - к лишению свободы на срок 5 лет; 

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний,  ФИО3 окончательно назначено 13 лет лишения свободы с отбыва- нием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением  свободы сроком на 2 года, с установлением ограничений и обязанностей, указанных в приговоре;  

ФИО4, 

<

...>  

<

...> ранее судимый: 

1) 19.05.2006 г. Верховным Судом Республики Бурятия 

по ч. 3 ст. 158 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с  

испытательным сроком 2 года; 

2) 06.08.2008 г. Кяхтинским районным судом Республики Бурятия по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 2 годам лишения свободы, 

на основании ст. 70 УК РФ окончательно назначено 4 года 6  

месяцев лишения свободы; освобожден 01.02.2013 г. после  

отбытия наказания с установлением административного над- 

зора; 

3) 27.09.2017 г. Советским районным судом г. Улан-Удэ 

Республики Бурятия по ч. 2 ст. 294 УК РФ к штрафу в размере 40 000 рублей в доход государства,  

осужден: 

- по ч. 2 ст. 209 УК РФ - к лишению свободы на срок 8 лет с ограничением свободы на 6 месяцев;  

- по п. «а» ч. 3 ст. 161 УК РФ - к лишению свободы на срок 6 лет 3 месяца с ограничением свободы на 6 месяцев;  

- по п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ (по эпизоду от 13.10.2015 г.) - к лишению  свободы на срок 8 лет 3 месяца с ограничением свободы на 1 год;  

свободы на срок 8 лет 6 месяца с ограничением свободы на 1 год;  

- по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 161 УК РФ (по эпизоду от 27.10.2015 г.) - к  лишению свободы на срок 6 лет с ограничением свободы на 1 год;  

- по п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ (по эпизоду от 30.10.2015 г.) - к лишению  свободы на срок 8 лет 6 месяца с ограничением свободы на 1 год;  

- по п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ (по эпизоду от 31.10.2015 г.) - к лишению  свободы на срок 8 лет 6 месяца с ограничением свободы на 1 год.  

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний,  назначено 12 лет лишения свободы, с ограничением свободы на 2 года.  

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем  частичного сложения наказания с наказанием по приговору Советского районного суда г. Улан-Удэ Республики Бурятия от 27.09.2017 г., ФИО4  окончательно назначено наказание в виде 12 лет лишения свободы с отбывани- ем наказания в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 40 000 рублей в доход государства, с ограничением свободы на 2 года с установлением ограничений и обязанностей, указанных в приговоре. Наказание в  виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно;  

ФИО2, 

<

...>  

<

...> ранее судимый:  

1) 20.07.2010 г. Тарбагатайским районным судом Республики Бурятия по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год; 

2) 23.12.2010 г. Октябрьским районным судом г. Улан-

Удэ Республики Бурятия по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 158, п.  

«г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ частично присоединено неотбытое наказание по приговорам от 28.05.2009 г. и от 20.07.2010 г., окончательно назначено 3 года 6 месяцев лишения свободы; осво- 

божден 14.01.2014 г. после отбытия наказания с установлением административного надзора,  

осужден: 

- по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по эпизоду от 17.08.2015 г.) - к лишению  свободы на срок 2 года 3 месяца с ограничением свободы на 3 месяца;  

- по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по эпизоду от 22.09.2015 г.) - к лишению  свободы на срок 2 года с ограничением свободы на 3 месяца;  

- по ч. 2 ст. 209 УК РФ - к лишению свободы на срок 8 лет 3 месяца с ограничением свободы на 6 месяцев;  

- по п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ (по эпизоду от 13.10.2015 г.) - к лишению  свободы на срок 8 лет 9 месяцев с ограничением свободы на 1 год;  

свободы на срок 8 лет 9 месяцев с ограничением свободы на 1 год;  

- по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 161 УК РФ (по эпизоду от 27.10.2015 г.) - к  лишению свободы на срок 6 лет 3 месяца с ограничением свободы на 1 год;  

- по п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ (по эпизоду от 31.10.2015 г.) - к лишению  свободы на срок 8 лет 9 месяцев с ограничением свободы на 1 год;  

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний,  ФИО2 окончательно назначено 11 лет 6 месяцев лишения свободы с от- быванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на 2 года, с установлением ограничений и обязанностей,  указанных в приговоре;  

ФИО1, 

<

...>  

<

...> ранее судимый: 09.09.2014 г. Октябрьским районным судом г. Улан-Удэ  

Республики Бурятия по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 2 годам  

лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, со  

штрафом в размере 10 000 рублей, 

осужден по ч. 3 ст. 162 УК РФ к лишению свободы на срок 7 лет с ограничением свободы на 1 год.  

На основании ч. 5 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ Республики Бурятия от  09.09.2014 г., и на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, путем  частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору Октябрь- ского районного суда г. Улан-Удэ Республики Бурятия от 09.09.2014 г., ФИО1 окончательно назначено 7 лет 6 месяцев лишения свободы с от- быванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на 1 год, с установлением ограничений и обязанностей,  указанных в приговоре.  

Срок наказания ФИО3, ФИО4, ФИО2 и ФИО1 исчислен с 14 марта 2018 года.  

Зачтено ФИО3, ФИО4 в срок наказания время задержания и содержания под стражей в период предварительного следствия и  судебного разбирательства с 31 октября 2015 года по 14 марта 2018 года.  

Зачтено ФИО2 в срок наказания время задержания и содержания  под стражей в период предварительного следствия и судебного разбирательства  25 сентября 2015 г. по 26 сентября 2015 г., с 31 октября 2015 года по 14 марта  2018 года.  

Зачтено ФИО1 в срок наказания время задержания и содержания под стражей в период предварительного следствия с 25.11.2015 г. по  17.03.2016 г.  

В приговоре приняты решения по гражданским искам Ж.С.- 

<

...> представителя потерпевшего ООО «

<

...> С. представителя потерпевшего ООО «

<

...>» Ц. представителя потерпевшего ИП П.П. представителя потерпевшего ООО «

<

...>» Д. представителя потерпевшего ООО «

<

...> М. 

В приговоре содержатся решения о мере пресечения осужденных, о про- цессуальных издержках, взысканных с осужденных, и о судьбе вещественных  доказательств по делу.  

Этим же приговором осужден ФИО5, приговор  в отношении которого не обжалован.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зыкина  В.Я., объяснения осужденных Могилевского ВВ., ФИО2, ФИО3, ФИО4 по доводам апелляционных жалоб, выступления адвоката  Комаровой Л.И. - в защиту осужденного ФИО1, адвоката Арутю- новой И.В. - в защиту осужденного ФИО2, адвоката Провозина И.В. - в  защиту осужденного ФИО3, адвоката Шикалевой И.А. - в защиту  осужденного ФИО4, - просивших об удовлетворении апелляционных  жалоб, мнение осужденного ФИО5 и его защитника - адвоката Кротовой  СВ., не возражавших против поданных апелляционных жалоб, выступление  представителя Генеральной прокуратуры Российской Федерации прокурора  Полеводова С.Н., возражавшего против доводов жалоб и просившего приговор  оставить без изменения, судебная коллегия  

установила: 

ФИО3 осужден за создание устойчивой вооружённой группы > 

(банды) в целях нападения на граждан и организации, и руководство бандой, а  ФИО4, ФИО2 осуждены за участие в банде и в совершаемых ею  нападениях.  

ФИО3, ФИО4, ФИО2 также осуждены за ряд  разбойных нападений в целях хищения чужого имущества, совершенных с  угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, в том числе с  применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия,  организованной группой.  

ФИО3. и ФИО1 осуждены за разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения  насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному  сговору, с незаконным проникновением в помещение, в крупном размере.  

ФИО3 и ФИО4 осуждены за разбой, совершенный с  угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, организованной  группой.  

ФИО3. осужден за разбой, совершенный с угрозой применения  насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному  сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия.  

ФИО3 и ФИО4 осуждены за грабеж, то есть открытое  хищение чужого имущества, совершенный организованной группой.  

ФИО4 и ФИО2 осуждены за покушение на грабеж, с  незаконным проникновением в помещение, в крупном размере, организованной  группой.  

ФИО2 осужден за кражи чужого имущества, совершенные с при- чинением значительного ущерба гражданам.  

ФИО3 осужден за незаконное ношение огнестрельного  оружия, совершенное организованной группой.  

Преступления совершены при обстоятельствах, указанных в приговоре. 

На данный приговор осужденными ФИО1, ФИО2,  ФИО3 и ФИО4, а также адвокатом Клюкиным О.Н. в  защиту ФИО2 поданы апелляционные жалобы, в которых они выража- ют несогласие с приговором, считая его незаконным, необоснованным и не- справедливым.  

В апелляционных жалобах и дополнениях к ним: 

Осужденный Могилевский указывает, что не согласен с квалификацией  его действий по с.З ст. 162 УК РФ; ссылаясь на свои показания, утверждает, что  согласился с предложением Ведерникова совершить лишь грабеж из ломбарда,  при этом договоренности о применении насилия к потерпевшей между ними не  было; его показания на предварительном следствии являются недостоверными,  и в протоколах допросов изложены неверно, таких показаний следователю он  не давал; он не имел возможности ознакомиться с протоколами и принести на  них свои замечания, поскольку следователем они были составлены небрежно и  плохо читаемы, кроме того, ему было предоставлено мало времени для озна- комления с протоколами. Заявляет, что реальной угрозы для жизни и здоровья  потерпевшей И. с его стороны не было, сам он (Могилевский) какого- либо насилия к потерпевшей не применял и угроз ей не высказывал; показания  потерпевшей И., данные в судебном заседании, считает противоречи- выми и недостоверными; утверждает, что государственный обвинитель - прокурор Акулов И.Н. перед судебными заседаниями неоднократно приглашал в  свой кабинет свидетелей и потерпевших, на которых оказывал давление; веще- ственные доказательства (по эпизоду нападения на ООО «

<

...>»)  считает недопустимыми доказательствами, полученными органами следствия с  нарушением закона, при этом обращает внимание на разные места обнаруже- ния и изъятия этих вещей (куртки, шапки, ножа, связки ключей) в помещении  ломбарда; полагает, что его действия должны быть квалифицированы как грабеж. Приговор осужденный Могилевский считает несправедливым вследствие  

чрезмерной суровости назначенного наказания, указывает, что при назначении  наказании суд не в полной мере учел данные о его личности, семейное положение, наличие на иждивении детей, состояние здоровья жены, а также состояние  здоровья его бабушки, являющейся инвалидом 2 группы и нуждающейся в его  помощи. Просит приговор отменить и дело направить на новое судебное рас- смотрение.  

Осужденный ФИО2 и его защитник-адвокат Клюкин, ссылаясь на ис- следованные в судебном заседании доказательства, в том числе показания ФИО2, указывают, что показания ФИО2, данные на предварительном следствии в качестве подозреваемого, обвиняемого и при проверке на месте от  01.11.2015, являются недопустимыми доказательствами, полученными с нарушением закона. Осужденный ФИО2 заявляет, что его право на защиту было  нарушено, поскольку при производстве первоначальных следственных действий отсутствовал избранный им защитник - адвокат Клюкин О.Н. В апелляционных жалобах также указывается, что следователем К., проводившей следственные действия с участием ФИО2, были нарушены требования закона  - положения ст. 166 УПК РФ, предъявляемые к протоколу следственного действия; неправильное указание в протоколе проверки показаний на месте времени  проведения следственного действия суд необоснованно расценил как «техниче- скую ошибку», допущенную следователем. Авторы жалоб утверждают, что к  ФИО2 на предварительном следствии со стороны сотрудников полиции при- менялись незаконные методы расследования, в том числе пытки, что свиде- тельствует о недопустимости полученных таким образом его показаний, которые были положены судом в основу приговора. При этом защитник ссылается  на результаты медицинского освидетельствования ФИО2, проведенного  01.11.2015, согласно которым у ФИО2 в области носа и на других частях тела  обнаружены телесные повреждения - кровоподтеки и ссадины. Защитник утверждает, что, несмотря на ходатайство стороны защиты о вызове эксперта - психолога А. суд по собственной инициативе вызвал для допроса другого специалиста: врача-психиатра Д. Осужденный и его защитник полагают, что доказательств участия ФИО2 в банде стороной обвинения суду не представлено, а показания осужденного ФИО6, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство в связи с за- ключением досудебного соглашения о сотрудничестве, являются недостоверными, и не могли быть использованы судом в качестве доказательств участия  ФИО2 в банде, при этом осужденный ФИО2 указывает, что ФИО6 оговорил его в совершении данного преступления; как считает ФИО2, суд выбо- рочно использовал показания ФИО6 в качестве доказательств его (ФИО2) виновности, оставив без внимания те из них, которые не согласуются с другими доказательствами по делу. Осужденный ФИО2 утверждает, что его право  на защиту было нарушено, поскольку в связи с отказом ФИО6 от дачи показаний он был лишен возможности задать ему вопросы. Приговор суда, по  мнению осужденного, составлен с нарушением требований закона, поскольку  не содержит анализа всех представленных сторонами доказательств, и фактиче- 

ски является копированием обвинительного заключения. В действиях ФИО2,  как считает осужденный и его защитник, отсутствует состав бандитизма, в ча- стности, такие признаки как тщательное планирование преступлений, стабиль- ность состава и жесткая дисциплина в группе, устойчивость, сплоченность и  организованность участников преступлений. Осужденный и его защитник ут- верждают, что ФИО2 был привлечен ФИО6 и Ведерниковым для совершения конкретных преступлений, а не как участник банды. Они также ука- зывают, что ФИО2 со слов ФИО4 было известно, что использовавшийся  для устрашения потерпевших обрез не пригоден для стрельбы. Поскольку, как  считают осужденный и его защитник, участие ФИО2 в банде не нашло своего  подтверждения, то он должен быть оправдан по данному обвинению. Как полагает осужденный, признав его участие в банде, суд вышел за пределы предъяв- ленного ему обвинения. Назначенное наказание ФИО2 считает чрезмерно су- ровым, просит обратить внимание на его семейное положение: заключение  брака и рождение дочери. В итоге осужденный ФИО2 и защитник-адвокат  Клюкин просят приговор отменить, а уголовное дело направить на новое рас- смотрение в ином составе суда.  

Осужденный Ведерников указывает, что в его действиях отсутствует состав преступления, предусмотренного ч.1 ст.209 УК РФ, поскольку между ним  и другими соучастниками преступлений не было устойчивых связей, сплочен- ности, организованности, а также тщательной подготовки к совершению преступлений; стороной обвинения не представлено доказательств, подтверждаю- щих вооруженность группы; утверждает, что применяемое при нападениях  оружие не было специально приобретено для совершения каких-либо преступлений, а хранилось у обвиняемых задолго до того момента, когда было совер- шено первое преступление; обращает внимание на спонтанность выбора объек- тов нападений, разный состав соучастников совершенных преступлений, отсутствие лидера и строгой дисциплины внутри группы; высказывает несогласие'  с тем, как в обвинительном заключении и в приговоре трактуется его роль как  организатора и руководителя разбойных нападений; ссылаясь на показания  ФИО6, ФИО4 и ФИО2, а также приводя показания других допро- шенных в судебном заседании лиц, Ведерников полагает, что выводы суда о его  виновности в создании банды и руководстве бандой, равно как и в совершении  преступлений в составе организованной группы, не подтверждены доказательствами, исследованными в судебном заседании; не согласен с квалификацией  его действий по ч.З ст. 162 УК РФ, полагая, что совершенное им деяние должно  быть квалифицировано как покушение на грабеж; высказывает несогласие с  квалификацией его действий по п. «а» ч.4 ст. 162 УК РФ, как разбой, совершенный «организованной группой», полагает, что его действия по пяти разбойным  нападениям должны быть квалифицированы по ч.2 ст. 162 УК РФ, а по эпизоду  нападения на потерпевшего С. - с применением ст.ЗО УК РФ, т.е. как покушение на преступление; не согласен с квалификацией его действий по ч.З  ст.222 УК РФ; заявляет, что не участвовал в нападении на магазин «Пчелка»  ООО «

<

...> 25.12.2014, а осужденный ФИО6 оговорил его в совершении  

данного преступления; обращает внимание на противоречия в показаниях ФИО5 и ФИО6; утверждает, что доказательств его участия в открытом хище- нии имущества Б., кроме показаний ФИО6, в деле не имеется. Осужденный также утверждает, что его право на защиту было нарушено, поскольку в связи с отказом ФИО6 от дачи показаний, он (Ведерников) был  лишен возможности задавать ему вопросы; заявляет об оговоре его ФИО6  в совершении бандитизма; указывает, что предварительное следствие и судебное разбирательство проведены односторонне и с обвинительным уклоном, его  (Ведерникова) показания, данные в судебном заседании, судом необоснованно  отвергнуты; в ходе следствия не была проведена экспертиза патронов, изъятых  из автомобиля при задержании, экспертами и судом не выяснены вопросы о  том, был ли заряжен обрез ружья патронами, признанными вещественными доказательствами по делу; утверждает, что обрез ружья был заряжен оператив- ными сотрудниками полиции после задержания подозреваемых в целях фаль- сификации доказательств и фабрикации уголовного дела. В итоге осужденный  Ведерников просит приговор отменить, а уголовное дело направить на новое  рассмотрение в ином составе суда.  

Осужденный ФИО4, приводя в жалобе собственный анализ доказательств и хронологию инкриминируемых событий, указывает, что выводы  суда о его виновности в совершении преступления, предусмотренного ч.2  ст.209 УК РФ, не подтверждены доказательствами, исследованными в судебном  заседании, и основаны на показаниях ФИО6, который, как утверждает  ФИО4, оговорил его и других осужденных, с целью избежать строгого наказания за собственные преступления. Ссылаясь на исследованные в судебном  заседании доказательства, в том числе свои показания и показания других осужденных по данному делу лиц, ФИО4 заявляет о непричастности к банди- тизму, а также к совершению открытого хищения (грабежа) имущества, при- надлежащего Б. утверждает, что уголовное дело в отношении не- го сфабриковано следователем при содействии ФИО6, с которым органами следствия было заключено досудебное соглашение о сотрудничестве;  приводя содержание показаний ФИО6, данных в период предварительного  следствия, обращает внимание на их противоречивость и непоследователь- ность. Считает, что в его (ФИО4) деянии и действиях других осужденных  отсутствуют признаки состава преступления, предусмотренного ст.209 УК РФ,  в том числе такие как устойчивость, сплоченность, организованность группы,  стабильность ее состава, наличие в группе руководителя (лидера), тщательное  планирование преступлений, а также отсутствуют признаки «организованной  группы» лиц; утверждает, что доказательств его (ФИО4) осведомленности  о существовании банды, участие в которой ему инкриминировано, органами  следствия суду не представлено; обрез ружья, с использованием которого со- вершались разбойные нападения, принадлежал ФИО6, использовался по- следним лично или передавался Ведерникову для участия в конкретных пре- ступлениях - разбойных нападениях, и не состоял на вооружении группы; дан- ное обстоятельство, по мнению ФИО4, свидетельствует об отсутствии та- 

кого признака бандитизма как «вооруженность» группы; заявляет, что доказательства пригодности обреза ружья и патронов к производству выстрелов отсутствуют; ставит под сомнение идентичность патронов, найденных в салоне  микроавтобуса при задержании, и патронов, представленных экспертам для их  исследования. По мнению ФИО4, отсутствие доказательств, подтвер- ждающих пригодность обреза ружья и патронов к производству выстрелов, ис- ключает возможность квалификации его действий по ч.2 ст.209 УК РФ; обращает внимание на отсутствие у него (ФИО4) пневматического пистолета  при нападении на работников магазина «

<

...> ООО «

<

...>; заявляет,  что при нападении на экспресс-бар « (ИП П.), на магазины «Продукты» ООО «

<

...>» и «

<

...>» ООО «

<

...>» демонстрировался неис- правный, незаряженный газобаллонный пневматический пистолет, без намере- ния его использования для причинения вреда, опасного для жизни и здоровья  потерпевших; утверждает, что не знал о наличии у Ведерникова ножа при нападении на ломбард ООО «

<

...>», и полагает, что по данному эпизоду его действия необходимо квалифицировать как покушение на грабеж, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, в крупном размере. Заявляет, что угроз применения  насилия, опасного для жизни и здоровья, в отношении потерпевшего С. высказано не было, квалифицирующий признак совершение преступлений «организованной группой» не нашел своего подтверждения в ходе судебного следствия. Полагает, что в связи с нарушениями органами следствия уголовно- процессуального закона уголовное дело подлежало возвращению судом проку- рору на основании ст.237 УПК РФ. В итоге ФИО4 просит оправдать его  по обвинению в открытом хищении имущества Б., а также в участии в банде, квалифицировать его действия в соответствии с ч.2 ст. 162 УК РФ, т.е.  как разбойное нападение, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни или здоровья, группой лиц по предварительному сговору; исклю- чить из обвинения квалифицирующие признаки совершение преступлений «организованной группой», «с применением насилия, опасного для жизни и здоровья», а также «с применением оружия и предметов, используемых в качестве  оружия». По эпизоду нападения на ломбард ООО «

<

...>» просит  квалифицировать его действия по ч.З ст.ЗО, пп. «а», «в», «д» ч.2 ст.161 УК РФ.  

Государственным обвинителем - прокурором прокуратуры Республики  Бурятия Акуловым И.Н. поданы письменные возражения на апелляционные  жалобы осужденных Могилевского В .В., ФИО2, ФИО3,  ФИО4, а также адвоката Клюкина О.Н., доводы которых прокурор  считает необоснованными, полагает, что оснований для отмены либо изменения приговора не имеется.  

Проверив уголовное дело, судебная коллегия не находит оснований для  удовлетворения апелляционных жалоб осужденных и защитника.  

Содержащиеся в жалобах утверждения осужденных Ведерникова, ФИО4, ФИО2 о непричастности к бандитизму, а также доводы Ведерникова  о непричастности к нападению на магазин «Пчелка» ООО «

<

...>», о его ого- 

воре ФИО6, доводы Ведерникова и ФИО4 о непричастности к от- крытому хищению имущества потерпевшей Б. аналогичные тем, которые были выдвинуты ими в ходе судебного разбирательства дела по существу, судом первой инстанции тщательно проверены и обоснованно отвергнуты в  приговоре.  

Выводы суда о виновности Могилевского В .В., ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в совершении инкриминированных им преступлений основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, содержание которых достаточно подробно приведено в приговоре.  

В приговоре приведены доказательства по каждому преступлению и в отношении каждого подсудимого, в том числе и по тем преступлениям, доказан- ность которых оспаривается осужденными ФИО1, ФИО2,  ФИО3, ФИО4 и адвокатом Клюкиным О.Н. в апелляционных жалобах.  

Оснований не согласиться с изложенными в приговоре выводами суда не  имеется, поскольку они мотивированы и основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, проверенных и оцененных судом по правилам,  установленным статьями 87,88 УПК РФ.  

Несогласие осужденных и защитника с оценкой доказательств, данной  судом, не может являться основанием для отмены или изменения приговора.  

Судом первой инстанции были проверены доводы подсудимых и их защитников о том, что занесенные в протоколы первоначальных следственных  действий показания Ведерникова, ФИО2 и ФИО4 получены под прину- ждением, в связи с применением к ним недозволенных методов ведения рас- следования, с нарушением процессуального закона.  

Данные доводы обоснованно отвергнуты в приговоре. 

В целях проверки доводов подсудимых о применении к ним незаконных  методов следствия, в том числе насилия, судом в качестве свидетелей были до- прошены сотрудники полиции Ш.Б. Д. следователи М.Д. К.И. экс- перты Д.Д. просмотрена в судебном заседании ви- деозапись, сделанная на месте задержания, исследованы журналы учета лиц,  содержащихся в ИВС, результаты их медицинских осмотров и другие медицинские документы.  

При этом судом установлено, что по жалобе ФИО2 органами следствия  проводилась проверка, по результатам которой 20.11.2017 вынесено постанов- ление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Д.Г. Б. и иных сотрудников МВД по Республике Бурятия за отсутствием в их действиях состава преступления. Установлено, что об- наруженные у ФИО2 телесные повреждения причинены при падении в момент задержания.  

Проанализировав все доказательства, представленные сторонами, в том  числе протоколы допросов, проверок показаний на месте, из которых следует,  что следственные действия с подозреваемыми, обвиняемыми проводились с  

участием защитников, с соблюдением норм уголовно-процессуального закона,  суд пришел к обоснованному выводу о несостоятельности доводов подсудимых  о даче ими первоначальных показаний под давлением сотрудников правоохра- нительных органов.  

Суд правильно установил, что телесные повреждения, обнаруженные у  Ведерникова, ФИО4 и ФИО2, были получены ими в момент задержания.  

Частичное изменение Ведерниковым, ФИО4 и ФИО2 своих  показаний, данных на предварительном следствии, суд обоснованно расценил  как избранный ими способ защиты.  

Требования уголовно-процессуального закона, в том числе положения  ст. 166 УПК РФ, предъявляемые к протоколу следственного действия, вопреки  содержащимся в апелляционных жалобах осужденного ФИО2 и его защитника утверждениям, следователем не нарушены.  

Исследовав протоколы следственных действий, допросив в качестве сви- детеля следователя К. суд установил, что при указании времени в протоколе проверки показаний ФИО2 на месте, она могла допустить ошибку.  При этом судом учтено, что сторонами не оспаривался сам факт проведения  указанного следственного действия. Приложенные к протоколу фотографии  также подтверждают, что проверка показаний ФИО2 действительно прово- дилась. Судом сделан обоснованный вывод о том, что само по себе неправиль- ное указание времени в протоколе не влияет на законность проведения следственного действия.  

Нарушений закона, которые бы свидетельствовали о недопустимости доказательств, положенных в основу приговора, судом первой инстанции не установлено и из материалов уголовного дела не усматривается.  

Все доводы подсудимых и их защитников о недопустимости доказательств - протоколов следственных действий, проведенных с участием подсудимых, судом рассмотрены и в приговоре обоснованно признаны несостоятель- ными.  

Доводы осужденных о том, что осужденный ФИО6, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство в связи с заключе- нием досудебного соглашения о сотрудничестве, оговорил каждого из них с целью облегчить свою участь и избежать сурового наказания за совершенные им  преступления, являются необоснованными.  

Показания ФИО6, данные им в период предварительного следствия, не содержат существенных противоречий, которые бы позволили суду  усомниться в их правдивости и достоверности.  

Доводы осужденных о нарушении их права на защиту в связи с тем, что  ФИО6 в суде отказался от дачи показаний, нельзя признать обоснованными.  

Председательствующий судья разъяснил ФИО6 его права, преду- смотренные ст. 51 Конституции Российской Федерации, согласно которой никто  не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких род- ственников, круг которых определяется федеральным законом, а также преду- предил его о предусмотренных главой 40.1 УПК РФ последствиях нарушения  

при даче показаний обязательств, указанных в досудебном соглашении о сотрудничестве, в том числе в случае умышленного сообщения ложных сведений  или умышленного сокрытия от судебного следствия каких-либо существенных  сведений.  

ФИО6, учитывая, что его обвинение связано с обвинением других  подсудимых по данному делу, законно воспользовался гарантированным Кон- ституцией Российской Федерации правом не свидетельствовать против самого  себя. Правильность своих показаний, данных на предварительном следствии,  он подтвердил в судебном заседании после их оглашения.  

Показания ФИО6, данные на предварительном следствии, изобли- чающие подсудимых - соучастников преступлений, суд оценил в совокупности  с иными доказательствами по делу, и пришел к выводу об их достоверности,  поскольку они непротиворечивы и подтверждены другими доказательствами,  приведенными в приговоре.  

Каких-либо оснований для оговора подсудимых ФИО6, равно как и  оговора их потерпевшими, судом первой инстанции не установлено и из материалов уголовного дела не усматривается.  

Утверждение осужденных и защитника о том, что использовавшийся при  нападениях на потерпевших обрез ружья был не заряжен и не пригоден для  стрельбы, а также доводы осужденного Ведерникова о том, что применяемое  при нападениях оружие не состояло на вооружении группы, опровергаются  доказательствами, исследованными в заседании суда первой инстанции.  

Суд на основании показаний Ведерникова, ФИО4, ФИО2, ФИО6, данных в ходе предварительного следствия, содержание которых приведено в протоколах следственных действий и в приговоре, а также исходя из об- стоятельств совершенных подсудимыми преступлений, правильно установил,  что они заранее объединились в устойчивую вооруженную преступную группу  в целях совершения нападений на граждан, магазины, бары и ломбарды. На  вооружении банды находился обрез одноствольного охотничьего ружья 16 калибра, который при совершении преступлений в составе банды использовался  Ведерниковым в ходе разбойных нападений на сотрудников магазина ООО  «

<

...>», экспресс - бара «

<

...>», алкомаркета ООО «

<

...> и на потерпевшего С. 

Выводы суда о том, что указанный обрез ружья являлся пригодным для  производства выстрелов и был заряжен, подтверждаются и иными  доказательствами, исследованными судом.  

Так, непосредственно после совершенного разбойного нападения на ал- комаркет «

<

...>» Ведерников и другие подсудимые были задержаны, а в микроавтобусе «8зап§ Уоп§ Ыапа», на котором они передвигались, при осмотре  был обнаружен обрез одноствольного охотничьего ружья 16 калибра, из па- тронника которого извлечен заряженный патрон, а на панели приборов обнаружен еще один заряженный патрон 16 калибра. Также в автобусе были обна- ружены и изъяты газобаллонный пистолет и бейсбольная бита. Все обнаружен- ные в микроавтобусе предметы, в том числе обрез ружья и патроны, были изъя- 

ты, упакованы и опечатаны. Впоследствии, данные предметы были осмотрены  следователем, упакованы и направлены на экспертизу.  

Из заключения баллистической экспертизы № 508 видно, что именно  данное оружие и патроны были предметами экспертного исследования. Согласно заключению судебной баллистической экспертизы, предмет, представлен- ный на экспертизу, является гладкоствольным огнестрельным оружием, изго- товленным самодельным способом, путем внесения изменений в конструкцию  гладкоствольного охотничьего ружья модели «ЗК» 16 калибра; оружие пригод- но для стрельбы охотничьими патронами 16 калибра, а два патрона являются  боеприпасами - охотничьими патронами для гладкоствольных охотничьих ру- жей 16 калибра. Оба патрона пригодны для стрельбы.  

Данные доказательства опровергают доводы осужденных о непригодно- сти оружия к выстрелам и о его не заряженности в ходе разбойных нападений, а  также о том, что экспертам на исследование якобы были представлены другие  патроны.  

Из показаний Ведерникова, ФИО4, ФИО2, ФИО6, данных в  ходе предварительного следствия, суд установил, что все участники преступлений были осведомлены о наличии в банде оружия и о том, что используемый  ими для устрашения потерпевших обрез охотничьего ружья был исправным и  заряженным.  

Доводы ФИО3 о том, что оперативные сотрудники уголовного  розыска сами зарядили обнаруженный в микроавтобусе обрез ружья, с целью  фальсификации доказательств и фабрикации уголовного дела, явно надуманы и  опровергаются совокупностью приведенных в приговоре доказательств, которые свидетельствуют о том, что обрез охотничьего ружья до его обнаружения  был заряжен, а при совершении Ведерниковым и другими участниками банды  разбойных нападений он был также заряжен и исправен.  

Неисправность использовавшегося в ходе совершения преступлений  пневматического газобаллонного пистолета, внешне похожего на боевой пистолет системы ФИО7, на что обращается внимание в апелляционных жалобах, не влияет на квалификацию действий подсудимых, поскольку судом установлено, что кроме данного пистолета на вооружении банды находился пригодный к производству выстрелов обрез ружья, а также патроны к нему. Дан- ный пистолет наряду с огнестрельным оружием (заряженным обрезом) приме- нялся при нападениях на экспресс-бар «

<

...>г» ИП П. на магазин алкомаркет «Джин» ООО «

<

...>», а также самостоятельно использовался для устрашения потерпевшей ФИО8 при нападении на магазин «ФИО9- ты» ООО «

<

...>».  

Утверждение защитника о том, что суд по собственной инициативе, вопреки ходатайству стороны защиты о вызове эксперта - психолога А.., нарушив право ФИО2 на защиту, вызвал и допросил другого эксперта - врача-психиатра Д. не может быть признано обоснованным. 

Как следует из протокола судебного заседания, ходатайство защитника- адвоката Клюкина О.Н. о вызове в судебное заседание для допроса эксперта - 

психолога было мотивировано тем, что к подсудимым: ФИО2, ФИО4 и  Ведерникову, по их утверждению, применялось насилие со стороны сотрудников полиции, в результате чего у них были признаки асфиксии, они вынуждены  были дать «признательные показания» и оговорить себя и друг друга.  

Для проверки этих доводов подсудимых о последствиях асфиксии на цен- тральную нервную систему человека сторона защиты просила вызвать эксперта - психолога А. Защитник также полагал, что кроме А.для допроса в качестве специалиста целесообразно было бы вызвать и эксперта- психиатра Д.. 

В целях проверки доводов подсудимых о применении к ним на предварительном следствии насилия, судом было принято решение о вызове для допроса в качестве специалиста врача-психиатра, который мог бы ответить на  вопросы о нейрофизиологических последствиях асфиксии, а в удовлетворении  ходатайства защиты о вызове эксперта-психолога А. отказано, поскольку судом установлено, что разрешение этих вопросов не относится к ее компетенции (т.25 л.д.44-45).  

Таким образом, судом было принято законное и обоснованное решение о  вызове в судебное заседание эксперта-психиатра Д. и правильно отка- зано в вызове для допроса эксперта-психолога А. 

Утверждение осужденного ФИО2 о том, что его право на защиту было  нарушено, поскольку при производстве следственных действий с его участием  отсутствовал избранный им защитник - адвокат Клюкин О.Н., с которым, как  он утверждает было заключено соответствующее соглашение, не соответствует  действительности, и опровергается материалами уголовного дела.  

Из материалов дела, а также протоколов следственных действий следует,  что ФИО2 с момента его задержания не делал заявлений о том, что у него заключено соглашение с адвокатом Клюкиным О.Н. на его защиту, или что дан- ный адвокат приглашен им или его родственниками для участия в деле.  

При задержании ФИО2 в качестве подозреваемого ему следователем  были разъяснены все права, в том числе право пользоваться помощью защитника и иметь с ним свидание наедине и конфиденциально до его первого допроса.  

С назначением ему на основании ст. 50, 51 УПК РФ защитников в лице  адвокатов, которые принимали участие в первоначальных следственных действиях при допросах в качестве подозреваемого, обвиняемого и проверке показаний на месте преступления, ФИО2 был согласен и заявлений об их отво- дах не делал.  

Адвокат Клюкин О.Н. по назначению следователя принимал участие в  ряде следственных действий в качестве защитника ФИО2, в том числе  при ознакомлении обвиняемого с материалами уголовного дела после оконча- ния предварительного следствия, а также осуществлял защиту ФИО2 в суде  первой инстанции.  

Таким образом, право на защиту ФИО2 нарушено не было.  

Вопреки утверждению ФИО2, суд не вышел за пределы предъявленно- го ему обвинения.  

Все доказательства, положенные в основу приговора, являются  допустимыми, так как получены в соответствии с требованиями уголовно- процессуального закона.  

Содержащиеся в апелляционных жалобах доводы осужденных о необъек- тивности суда при рассмотрении дела - несостоятельны.  

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие прове- дено в соответствии с требованиями ст. 273 - 291 УПК РФ, полно и всесторон- не, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, без на- рушений уголовно-процессуального закона.  

Стороне обвинения и защиты были предоставлены равные возможности  для реализации своих прав, при этом каких-либо ограничений прав ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 допущено не  было.  

Все представленные сторонами доказательства исследованы, заявленные  ходатайства, в том числе о возвращении дела прокурору, о признании доказательств недопустимыми, разрешены судом в установленном законом порядке, в  соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ и по ним приняты мотивирован- ные постановления.  

Приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, в  нем приведены доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в  совершении преступлений, и мотивы, по которым суд отверг доводы стороны  защиты.  

Действия осужденных в приговоре судом юридически квалифицированы  правильно по всем инкриминированным им преступлениям.  

Утверждение осужденных Ведерникова, ФИО4 и ФИО2 об отсут- ствии в их действиях состава преступления - бандитизма - несостоятельны.  

На основании приведенных в приговоре доказательств, в том числе показаний, данных Ведерниковым, ФИО4, ФИО2 и ФИО6 на предварительном следствии в присутствии защитников, судом установлено, что Ведерников и ФИО6, испытывая материальные затруднения, решили создать  устойчивую вооруженную преступную группу (банду) для нападений на граждан, магазины, бары и ломбарды, расположенные на территории г. Улан-Удэ  Республики Бурятия, с целью хищения денежных средств. Для этого они соз- дали вооруженную группу, в состав которой вошли друг Ведерникова ФИО4 и знакомый последнего - ФИО2. Всех членов банды объединяла единая  цель - завладение чужим имуществом преступным путем. По указанию Ведерникова члены банды, принимавшие непосредственное участие в хищениях, на- девали маски и перчатки, чтобы не быть опознанными. На вооружении банды  был обрез гладкоствольного охотничьего ружья и боеприпасы к нему, о чем  были осведомлены все участники банды, которые осознавали возможность ис- пользования и применения огнестрельного оружия при совершении разбойных  

нападений. Для устрашения потерпевших в некоторых нападениях использова- лись бита и пневматический газобаллонный многозарядный пистолет. Во время  совершения преступлений использовался автомобиль, которым пользовался и  управлял ФИО6. Показания всех подсудимых, данные на предварительном  следствии, свидетельствуют о том, что они при совершении преступлений дей- ствовали согласованно, осуществляли совместные, согласно отведенным ролям  действия, направленные на достижение единого преступного результата, в том  числе путем создания угрозы немедленного применения насилия к потерпев- шим. Ведерников совместно с членами банды планировал преступления, рас- пределял роли каждого при совершении конкретных преступлений, принимал  непосредственное участие в совершении разбойных нападений. Выбор объекта  преступления осуществлялся Ведерниковым или ФИО4; ФИО6 осу- ществлял доставку членов банды на микроавтобусе к местам преступлений и  после совершения преступления обеспечивал быстрый отход; ФИО4 произ- водил предварительную разведку объектов. За период существования банды ее  членами был совершен ряд преступлений против собственности граждан и  юридических лиц.  

Такие признаки банды как организованность, устойчивость, сплоченность  и вооруженность преступной группы в приговоре приведены, и выводы суда в  этой части достаточно мотивированы.  

Доводы Могилевского и Ведерникова о том, что их действия неправиль- но квалифицированы по ч.З ст. 162 УК РФ, поскольку реальности угрозы для  жизни и здоровья потерпевшей И. не было, а сами они какого-либо насилия к потерпевшей не применяли и угроз ей не высказывали - не могут быть признаны обоснованными.  

Как установлено судом, 26 октября 2015 года Ведерников, являясь руково- дителем банды, встретился с членом банды ФИО4 с целью подыскания  объекта для совершения разбойного нападения. ФИО4, предполагая, что в  ломбарде ООО «

<

...>», расположенном по ул. Шумяцкого, д. 2, хра- нится крупная денежная сумма и ювелирные изделия, зная, что там отсутствует  охрана и работает один продавец, предложил Ведерникову совершить хищение  хранившихся там денег и ювелирных изделий. Ведерников, как руководитель  банды, принял решение о совершении открытого хищения денег и ювелирных  изделий из ломбарда ООО «

<

...>, о чем сообщил членам банды  ФИО4 и ФИО2, которые согласились с данным предложением. С целью  облегчения совершения преступления Ведерников решил привлечь в качестве  исполнителя своего знакомого Могилевского, которому в тот же день назначил  встречу. В этот же день Ведерников обратился к своему другу Л. с просьбой на следующий день доставить его на автомобиле в указанное им ме- сто, не сообщая о целях поездки.  

На следующий день, 27 октября 2015 года, Ведерников встретился с членами банды ФИО4, ФИО2 и своими знакомыми Могилевским, Л. г

<

...> и предложил Могилевскому принять участие в совершении совместно с  ним, ФИО2 и ФИО4 открытого хищения денег и ювелирных изде- 

лий ломбарда ООО «

<

...>д», пообещав долю от похищенного, не по- свящая его об их членстве в банде. Могилевский согласился с предложением  Ведерникова. После этого Ведерников, ФИО4, ФИО2 и Могилевский раз- работали детальный план совершения преступления; Ведерников распределил  роли, при этом решил совершить преступление незамедлительно, без применения оружия и предметов, используемых в качестве оружия; было принято решение для доставления к месту преступления использовать автомобиль под  управлением Л., а при совершении преступления использовать медицинские перчатки, а для сокрытия лиц - медицинские маски. Согласно разработанному плану, в этот же день, Ведерников, ФИО4, ФИО2 и Могилевский на автомобиле «ТоуоШ Магк-2» под управлением Л. приехали к дому 9 по ул. Шумяцкого г. Улан-Удэ РБ, оттуда прошли к дому № 2 по ул. Шумяцкого.  ФИО4 остался снаружи наблюдать за окружающей обстановкой, ожидая  появления товароведа ломбарда И. Остальные, надев медицинские перчатки и медицинские маски для сокрытия лиц, прошли внутрь указанного  дома. ФИО2 занял место в коридоре, а Ведерников и Могилевский - в туалете;  при этом у Ведерникова в кармане куртки находился нож, о наличии которого  не были осведомлены Могилевский, ФИО2 и ФИО4.  

Через некоторое время ФИО4, увидев подходившую к указанному  дому товароведа ломбарда ООО «

<

...> И. посредством сотовой связи сообщил об этом ФИО2, а ФИО2, в свою очередь, сообщил об  этом Ведерникову и Могилевскому. Дождавшись, когда товаровед И. стала открывать ключом входную дверь ломбарда, Ведерников и Могилевский,  действуя согласно разработанному плану, подбежали к ней, Ведерников зажал  ей рот рукой, после чего совместно с Могилевским насильно завел  потерпевшую в помещение туалета. Могилевский, выходя за рамки  оговоренного плана совершения преступления, с целью подавления воли  потерпевшей к сопротивлению, силой удерживал И. в туалете и зажимал ей рот, при этом высказал ей угрозу применения ножа в случае оказания  сопротивления, т.е. угрозу применения насилия опасного для жизни и здоровья.  И. находясь в замкнутом пространстве туалета вместе с двумя нападавшими, высказанную угрозу применения к ней насилия, опасного для  жизни и здоровья, восприняла реально и не стала оказывать сопротивления.  Воспользовавшись тем, что в результате высказанной угрозы воля И. к сопротивлению была парализована, Ведерников выхватил из ее рук ключ, с  помощью которого открыл входную дверь ломбарда, незаконно проник туда с  целью хищения денежных средств и ювелирных изделий.  

И

<

...>, увидев через приоткрытую дверь туалета неустановленного  мужчину, позвала на помощь; на ее крик из помещения компьютерного клуба,  расположенного в этом же доме, вышел З. который вместе с неустановленным мужчиной пытался задержать Ведерникова, и в ходе борьбы  снял с него куртку, во внутреннем кармане которой находился нож.  

После этого Ведерников, Могилевский, ФИО2 и ФИО4 проследовали  к автомобилю Ле

<

...> на котором скрылись с места преступления.  

Таким образом, судом сделан правильный вывод о том, что ФИО2 и  ФИО4, действуя в составе организованной группы, покушались на  открытое хищение имущества ООО «

<

...> в крупном размере, с  незаконным проникновением в помещение, а Могилевский и Ведерников,  действуя группой лиц по предварительному сговору, совершили разбойное  нападение на товароведа ломбарда ООО «

<

...>» И. с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с незаконным  проникновением в помещение, в крупном размере, однако денежные средства в  сумме 158 000 рублей и ювелирные изделия на сумму 341 600 рублей ООО  «

<

...>», хранящиеся в сейфе указанного ломбарда, подсудимыми не  были похищены по независящим от них обстоятельствам.  

Утверждение ФИО1 о том, что он согласился с предложением ФИО3 совершить грабеж из ломбарда, и при этом договоренности о применении насилия либо о высказывании угроз потерпевшей между ни- ми не было, не влияет на правовую квалификацию его действий, поскольку судом установлено, что угрозу применения ножа в случае оказания сопротивления, т.е. угрозу применения насилия опасного для жизни и здоровья, Могилевский высказал потерпевшей, выходя за рамки оговоренного плана, с целью подавления воли потерпевшей к сопротивлению, при этом силой удерживал И. в туалете, зажимая ей рот. 

Обстоятельства совершенного преступления: внезапное нападение 2-х  мужчин в масках, перемещение потерпевшей против ее воли в помещение с ог- раниченным пространством - туалет, удержание ее там с зажатым ртом, выска- зывание угрозы применения ножа, позволили суду сделать вывод, что нападение было реальным и действительным; потерпевшая И., несмотря на то, что не видела нож, угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья,  воспринимала реально и с учетом сложившейся обстановки опасалась осущест- вления этой угрозы.  

При таких обстоятельствах действия Могилевского, применявшего насилие к потерпевшей И. и удерживавшего ее туалете, зажимавшего ей рот рукой и высказывавшего угрозу применения ножа, а также действия Ведерникова, который, применяя насилие, помог Могилевскому затащить И. в туалет и отобрал у нее ключи, после чего, воспользовавшись тем, что в результате действий ФИО10 была напугана и обездвижена, попытался похитить имущество из ломбарда, суд правильно квалифицировал как разбой,  совершенный группой лиц по предварительному сговору. При этом судом уч- тено, что Могилевский и Ведерников заранее договаривались совершить открытое хищение из ломбарда, но Могилевский вышел за пределы предварительного сговора, совершив разбой, а Ведерников, воспользовавшись выска- занной Могилевским угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, продолжил совершать хищение, которое не было доведено до конца по  не зависящим от них обстоятельствам.  

Поскольку стороной обвинения не было представлено доказательств ос- ведомленности ФИО4 и ФИО2 о намерении Ведерникова использовать в  

ходе совершения преступления в качестве оружия нож, а также доказательств  их договоренности с Ведерниковым и Могилевским о применении к И. насилия, опасного для жизни или здоровья, высказывания ей угроз применения  такого насилия, суд обоснованно квалифицировал действия ФИО4 и ФИО2 как покушение на грабеж.  

Учитывая, что Ведерников, ФИО4, ФИО2 заранее объединились в  организованную преступную группу для нападения на граждан, магазины, ломбарды в целях хищения чужого имущества, разработанный ими план совершения данного преступления подразумевал открытое хищение денег и ценностей  из ломбарда, действия ФИО4 и ФИО2 правильно квалифицированы как  покушение на грабеж, совершенный организованной группой.  

У суда не было оснований не доверять показаниям потерпевшей И. в

<

...> рассказавшей суду об обстоятельствах совершенного на нее нападения и о действиях Могилевского и Ведерникова, поскольку они непротиворе- чивы, согласуются с другими доказательствами, в том числе показаниями свидетелей З.П. представителя потерпевшего 

<

...> протоколами осмотра места происшествия и предметов.  

Судом обоснованно отмечено, что показания потерпевшей И. о том, что в момент нападения ей высказывалась угроза применения ножа, согласуются и с показаниями Могилевского, не отрицавшего при допросе в качестве  обвиняемого, что он действительно мог угрожать работнице ломбарда словами,  а именно мог сказать, что ранит ее ножом, и ее никто не найдет.  

Доводы Могилевского о том, что его показания в качестве подозреваемого и обвиняемого, данные на предварительном следствии являются недостоверными, поскольку они, якобы, искажены в протоколах, а также о том, что он не  смог ознакомиться с протоколами из-за их небрежного составления следователем, и не смог подать на них свои замечания из-за недостатка времени для оз- накомления с протоколами - ничем не подтверждены. Эти доводы опровергаются протоколами допросов Могилевского и проверки его показаний на месте  преступления, которые, как видно из материалов дела, были составлены следователем в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона; про- чтение протоколов не вызывает затруднений. Каких-либо заявлений о недос- татках протоколов, в том числе о том, что занесенные в них показания отраже- ны неверно и что ему не было предоставлено достаточного времени для озна- комления с протоколами, Могилевский после ознакомления с протоколами  следственных действий не делал.  

Ничем не подтверждены доводы жалобы Могилевского о том, что госу- дарственный обвинитель-прокурор Акулов И.Н. перед судебными заседаниями  якобы приглашал в свой кабинет свидетелей, потерпевших и оказывал на них  давление. ,  

Вещественные доказательства по эпизоду нападения на ООО «

<

...>-

<

...>», вопреки утверждению Могилевского, на предварительном следствии были получены с соблюдением установленной уголовно-процессуальным законом процедуры.  

Доводы жалоб осужденных о том, что их действия по эпизоду нападения  на потерпевшего С. неправильно квалифицированы судом как разбой, поскольку угроз применения насилия, опасного для жизни и здоровья, в отношении потерпевшего высказано не было, не могут быть признаны обоснованными.  

Как установлено судом, 15 октября 2015 года Ведерников с целью  совершения разбойного нападения встретился с членами банды ФИО2,  ФИО4 и ФИО6, с которыми разработал детальный план  разбойного нападения на С. в квартире которого, как они полагали, может храниться крупная денежная сумма. При совершении  преступления они решили использовать огнестрельное оружие - обрез ружья и  металлический автомобильный баллонный ключ, а также перчатки и  медицинские маски для сокрытия лиц.  

В тот же день, действуя согласно разработанному плану, ФИО4  позвонил в квартиру Ст

<

...>, представившись соседом. Когда С. открыл входную дверь, Ведерников с целью подавления воли к сопротивлению,  направил на С. пригодный к производству выстрелов обрез ружья, заряженный патроном, и потребовал лечь на пол, не оказывать сопротивления.  В это время ФИО6 с металлическим автомобильным баллонным ключом, а  также ФИО4 и ФИО2, действуя с Ведерниковым в составе банды, стояли  сзади последнего, готовые ворваться в указанную квартиру с целью хищения  денежных средств. С., видя направленный на него обрез ружья и восприняв угрозу для своей жизни и здоровья как реальную, рукой отвел от  себя ствол обреза ружья, нанес удар в лицо Ведерникова и попытался выбежать  из квартиры в подъезд. В этот момент один из нападавших выкрикнул  словесную угрозу: «Стреляй!»; ФИО6 с целью подавления воли  потерпевшего к сопротивлению нанес С. удар металлическим автомобильным баллонным ключом по локтю, причинив физическую боль.  После того как С. смог выбежать в подъезд дома, призывая соседей на помощь, Ведерников, ФИО4, ФИО2 и ФИО6, опасаясь быть  задержанными, покинули подъезд указанного дома, скрывшись с места  происшествия на микроавтобусе.  

При таких обстоятельствах действия Ведерникова, ФИО4 и ФИО2  правильно квалифицированы по п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ, как разбой, то есть  нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, организованной группой.  

Вопреки содержащимся в апелляционных жалобах утверждениям, действия Ведерникова правильно квалифицированы по ч.З ст.222 УК РФ, поскольку  судом установлено, что он в период времени с 13 по 31 октября 2015 года, действуя в составе устойчивой вооруженной преступной группы (банды), носил  при себе и применял с целью облегчения совершения преступлений (разбойных  нападений) обрез ружья, изготовленный самодельным способом, путем внесе- ния изменений в конструкцию гладкоствольного охотничьего ружья модели  

«ЗК» 16 калибра, пригодный к производству выстрелов, а также два патрона к  гладкоствольному охотничьему ружью 16 калибра, являющиеся боеприпасами,  пригодными для стрельбы.  

Утверждения осужденных о том, что уголовное дело сфабриковано следователем при содействии ФИО6, с которым органами следствия было  заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, ничем не подтверждены и  опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств, которые, как  видно из материалов дела, были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.  

В приговоре приведено фактическое и правовое обоснование сделанных  судом выводов по всем юридически значимым вопросам, в том числе касаю- щимся допустимости доказательств и юридической квалификации действий  осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4  

Судебная коллегия не усматривает причин не согласиться с выводами суда  первой инстанции, поскольку они мотивированы и основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании; нормы уголовного и уголовно- процессуального законов судом применены правильно.  

Наказание ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 назначено в соответствии с требованиями уголовного закона, и с уче- том положений статей 6, 60 УК РФ.  

При назначении подсудимым наказания суд учел характер и степень фак- тического участия каждого из подсудимых в совершении преступлений, об- стоятельства, смягчающие наказание.  

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО2, обоснованно  признан рецидив преступлений.  

Назначенное наказание соответствует характеру и степени общественной  опасности совершенных преступлений, обстоятельствам их совершения, лично- стям осужденных.  

Семейное положение осужденных, а также состояние их здоровья, на что  обращается внимание в апелляционных жалобах, учтены судом при назначении  наказания.  

Представленная ФИО1 в судебном заседании апелляционной  инстанции медицинская справка о состоянии здоровья его жены - М.. не является основанием для смягчения назначенного ему наказания. 

Каких-либо оснований для смягчения наказания осужденным Могилевскому, ФИО2, Ведерникову и ФИО4 судебная коллегия не усматривает, поскольку оно назначено в соответствии с требованиями уголовного закона и является справедливым.  

Исходя из изложенного и руководствуясь ст.ст. 389 ,389 ,389 , 389  УПК РФ, судебная коллегия  

определила: 

приговор Верховного Суда Республики Бурятия от 14 марта 2018 года в  

отношении ФИО1, ФИО2- 

вича, ФИО3 и ФИО4  

оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения. Председательствующий Судьи