ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № 45-009-118сп 

                                                КАССАЦИОННОЕ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 г. Москва 9 ноября 2009 г. 

                                                Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе  

                                                председательствующего - Пелевина Н.П. судей - Ворожцова С.А Похил А.И. при секретаре - Алиеве А.И. 

                                                рассмотрела в судебном заседании 9 ноября 2009 года кассационные  жалобы осужденного Кичигина В.Л. на приговор Свердловского областного  суда с участием присяжных заседателей от 10 сентября 2009 года, которым  

                                                Кичигин В.Л., 

<

...> - 

                                                осужден: по ст. 317 УК РФ к пожизненному лишению свободы; по ч. 1 ст. 222 УК РФ - к 2 годам лишения свободы. 

 

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений  назначено пожизненное лишение свободы с отбыванием в исправительной  колонии особого режима.  

                                                Постановлено взыскать с Кичигина В.Л. - 

<

...> рублей в пользу Н. в счет возмещения расходов на погребение;  

                                                 

<

...> рублей в пользу УВД по городскому округу 

<

...> области в возмещение материального ущерба;  

                                                

<

...> рублей в пользу Н. в качестве компенсации морального вреда; 

                                                

<

...> рублей в пользу М.в качестве компенсации морального вреда; 

                                                 

<

...> рублей в пользу М. в качестве компенсации морального вреда. 

                                                М 

<

...> в иске о компенсации морального вреда в пользу М. и М. отказано. 

                                                Признано за М. право на удовлетворение иска о возмещении вреда, причиненного смертью кормильца,  передав вопрос о его размере для рассмотрения в порядке гражданского  судопроизводства.  

                                                По делу решена судьба вещественных доказательств.  

                                                Заслушав доклад судьи Ворожцова С.А., объяснения осужденного  Кичигина В.Л. в режиме видеоконференцсвязи, адвоката Долматовой С.Д.,  поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение прокурора Савинова  Н.В., полагавшего оставить приговор без изменения,  

                                                судебная коллегия 

                                                установила: 

                                                в кассационной жалобе сужденный Кичигин просит приговор  отменить и направить дело на новое судебное рассмотрение со стадии  вынесения вердикта присяжными заседателями.  

                                                Кичигин в жалобе указывает, что приговор является несправедливым,  поскольку судом не были учтены положительные характеристики с места  жительства, места работы и с места содержания. Не учтены солидный трудовой стаж и наличие трудовой пенсии. Суд проигнорировал имеющиеся  в деле смягчающие обстоятельства, а именно его явку с повинной.  

                                                Осужденный полагает, что при рассмотрении уголовного дела были  допущены нарушения уголовно - процессуального закона.  

                                                На предварительном следствии к нему были применены насилие и  всевозможные пытки при добывании первоначальных и нужных в той форме  органам следствия показаний.  

                                                Суд практически лишил его защиты, поскольку адвокат, участвовавшая  в судебном следствии, показала себя неквалифицированным специалистом и  его фактически не защищала.  

                                                Суд не ознакомил потерпевшего К. с его правом на свидетельский иммунитет и правом на примирение сторон.  

                                                Свидетель К. решила воспользоваться свидетельским иммунитетом, несмотря на это данный свидетель была допрошена в  судебном заседании.  

                                                Суд необоснованно не удовлетворял его ходатайства и протесты, в  напутственном слове игнорировал принципы объективности и  беспристрастности.  

                                                Осужденный полагает, что совершил преступления в состоянии  аффекта, вызванного раздором с сыном и неправомерными действиями  милиционеров, которые его нецензурно оскорбляли, унижали и угрожали  ему.  

                                                По мнению Кичигина, суд необоснованно отказал ему в ходатайстве  поставить перед присяжными заседателями только один вопрос о  доказанности совершения преступления в состоянии аффекта. Этим самым  суд направил весь ход судебного следствия в обвинительную,  необъективную и беспристрастную сторону.  

                                                В жалобе осужденный ходатайствует о проведении стационарной  психолого-психиатрической экспертизы с учетом наличия у него  неизлечимой болезни - эпилепсии.  

                                                Государственный обвинитель Богатырев А.Н. в возражениях на  жалобу не усматривает оснований для ее удовлетворения.  

                                                Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы,  возражений на жалобу, судебная коллегия находит, что приговор суда  постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей и  в полном соответствии с требованиями уголовно - процессуального закона.  

                                                В соответствии с ч. 2 ст. 379 УПК РФ, основаниями отмены или  изменения судебных решений, вынесенных с участием присяжных  заседателей, являются нарушение уголовно-процессуального закона,  неправильное применение уголовного закона и несправедливость приговора.  

 

Судебная коллегия считает, что таких нарушений по делу не  допущено.  

                                                Данных о том, что в суде присяжных исследовались недопустимые  доказательства или было отказано сторонам в исследовании доказательств,  либо допущены иные нарушения уголовно-процессуального закона,  влекущие отмену приговора, из материалов дела не усматривается.  

                                                Статья 75 УПК РФ предусматривает возможность признания  недопустимыми доказательствами лишь тех, которые получены с  нарушением норм УПК РФ. Таких фактов в ходе судебного заседания не  было установлено.  

                                                Как видно из материалов дела, коллегии присяжных заседателей  представлялись лишь относимые и допустимые доказательства обвинения. В  присутствии присяжных заседателей разрешались исключительно вопросы,  предусмотренные п. 1,2 и 4 ч. 1 ст. 299 УПК.  

                                                Согласно протоколу судебного заседания свидетель К. решила воспользоваться свидетельским иммунитетом и не говорить против  своего мужа. На все другие вопросы, в том числе, связанные с ее сыном  была готова ответить.  

                                                Потерпевшему К. также разъяснялись права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ. Как видно из протокола судебного заседания,  потерпевший изъявил желание давать показания.  

                                                Таким образом, доводы жалобы о том, что судом было нарушено право  потерпевшего и свидетеля К. на свидетельский иммунитет, судебная коллегия находит не состоятельными.  

                                                В судебном заседании потерпевший К. заявил, что простил отца за нанесение побоев, примирился с ним, не желает привлекать его к  уголовной ответственности и просил прекратить уголовное дело.  

                                                Суд на основании требований уголовно - процессуального закона  вынес обоснованное постановление о прекращении в отношении Кичигина  В.Л. дела по ч. 1 ст. 116 УК РФ в связи с примирением потерпевшего с  подсудимым (т. 8 л.д. 155-156).  

                                                В связи с этим судебная коллегия признает необоснованными доводы  жалобы о том, что потерпевшему К. якобы не разъяснялось право на примирение сторон.  

 

Доводы жалобы осужденного о якобы примененных к нему  незаконных методах ведения следствия, по мнению судебной коллегии,  также являются не состоятельными.  

                                                Судом проверялись аналогичные заявления Кичигина в судебном  заседании и своего подтверждения не нашли.  

                                                При этом председательствующим неоднократно разъяснял присяжным  заседателям, в том числе и в напутственном слове, что нельзя принимать во  внимание показания Кичигина о том, что он давал показания якобы под  влиянием физического насилия.  

                                                Материалами дела не установлено, что со стороны  председательствующего проявлялись предвзятость, необъективность или  заинтересованность в исходе дела.  

                                                Требования ст. 15 УПК РФ не были нарушены. 

                                                Прения сторон проведены в соответствии с требованиями ст. 336  УПК РФ.  

                                                Напутственное слово председательствующего соответствует  положениям ст. 340 УПК РФ.  

                                                Содержание сформулированных вопросов за рамки  предъявленного обвинения не выходит.  

                                                Считать поставленные вопросы не понятными присяжным  заседателем, оснований не имеется.  

                                                Вердикт полностью соответствует требованиям ст. 343 УПК РФ. Противоречий в ответах на поставленные вопросы не имеется. 

                                                Необоснованными судебная коллегия находит приведенные в жалобе  доводы о неправильной квалификации действий осужденного.  

                                                По мнению судебной коллегии, действия осужденного судом  квалифицированы правильно.  

                                                Из протокола судебного заседания вино, что подсудимый и адвокат не  оспаривали факта преступлений, но подсудимый говорил о том, что его  оскорбило поведение сотрудников милиции, и он находился в состоянии  сильного душевного волнения.  

 

При окончательном формировании вопросного листа  председательствующим были учтены предложения Кичигина о том, что он  якобы стрелял ответ на оскорбления и угрозы работников милиции и был  поставлен вопрос № 12 «...доказано, ли что Кичигин В.Л. совершил действия  после того, как сотрудники милиции М.и Н. в грубой форме стали высказывать ему угрозы о привлечении к  ответственности»  

                                                Как видно из вердикта присяжных заседателей, последние на это вопрос  единогласно ответили «нет, не доказано» (т.8 л. д. 148).  

                                                Таким образом, судом не установлено, что Кичигин при совершении  преступлений находился в состоянии аффекта.  

                                                Об умысле Кичигина В.Л. на причинение смерти двум потерпевшим,  как правильно отмечено в приговоре, свидетельствуют признанные  доказанными вердиктом коллегии присяжных заседателей действия  подсудимого, который осознавал, что одетые в форменную одежду лица  являлись сотрудниками милиции, исполнявшими свои служебные  обязанности, и умышленно произвел выстрелы из пистолета в жизненно  важные органы указанных лиц, явившиеся опасными для жизни, и ставшие  непосредственной причиной их смерти.  

                                                В связи с этим суд правильно квалифицировал действия осужденного  в этой части по ст. 317 УК РФ.  

                                                По эпизоду незаконного оборота пистолета и патронов к нему, исходя из  признанных доказанными вердиктом коллегии присяжных заседателей  деяний, суд также правильно квалифицировал действия Кичигина по ч. 1 ст.  222 УК РФ.  

                                                Факт нахождения Кичигина в состоянии опьянения материалами дела  был подтвержден.  

                                                Вменяемость Кичигина у суда обоснованно сомнений не вызывала. 

                                                В приговоре суд правильно отметил, что на учете у психиатра и  нарколога Кичигин не состоял, его поведение во время совершения  преступлений и в последующий период, в том числе в ходе предварительного  следствия и в судебном заседании свидетельствует о его психической  полноценности.  

                                                По заключению комплексной психолого-психиатрической экспертизы  Кичигин В.Л. каким-либо психическим расстройством не страдал и не  страдает. Он обнаруживает признаки органического заболевания головного  мозга с эмоционально-волевой неустойчивостью, однако оно не достигает  уровня хронического расстройства и не лишает Кичигина способности  осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий  и руководить ими. На это не повлияло и его обследование в психиатрическом стационаре в 1962-1964 гг. В период совершения правонарушений он также  не обнаруживал признаков временных болезненных расстройств.  

                                                В связи с этим оснований для проведения еще какой-либо экспертизы  в отношении Кичигина у суда не имелось.  

                                                Не было допущено по делу и нарушения права на защиту  осужденного. Как видно из материалов дела Кичигин не сделал  самостоятельного выбора защитника, поэтому ему был предоставлен  защитник по назначению суда. Адвокат Кичигина осуществлял защиту в  соответствии с требованиями УПК РФ. Согласно протоколу судебного  заседания, Кичигин от данного защитника не отказывался.  

                                                Наказание осужденному назначено с учетом требований уголовного  закона, с учетом общественной опасности и тяжести, совершенных им  деяний, цели наказания, а также данных о личности, положительных  характеристик по месту жительства и работы, и не является не  справедливым.  

                                                Суд в соответствии с требованиями закона не мог учесть явку с  повинной как смягчающее наказание обстоятельство.  

                                                В приговоре суд правильно отметил, что написание письменных  объяснений по известным фактам преступлений лицом, которое и  задерживают по подозрению в их совершении, не может признаваться явкой  с повинной только потому, что так озаглавлено, так как не соответствует  требованиям ч. 1 ст. 142 УПК Российской Федерации, предусматривающей  добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении..  

                                                В этой связи указанный документ в судебном заседании с участием  присяжных заседателей в качестве доказательства не исследовался, он не  положен в основу обвинения и приговора, поэтому, как правильно суд указал  в приговоре, нет оснований признавать его явкой с повинной и смягчающим  наказание обстоятельством согласно п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ.  

                                                Каких - либо оснований для изменения приговора, либо отмены  приговора в отношении Кичигина, судебная коллегия не усматривает.  

                                                На основании изложенного и руководствуясь ст. 377, ст. 378, ст. 388  УПК РФ, судебная коллегия  

                                                определила: приговор Свердловского областного суда с участием присяжных заседателей от 10 сентября 2009 года в отношении Кичигина В.Л. оставить без изменения, а кассационную жалобу осужденного- без удовлетворения. 

                                                Председательствующий: подпись судьи: две подписи верно: Судья Верховного Суда РФ с.А. Ворожцов