ВЕРХОВНЫЙ СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№ 306-ЭС17-11031 (6)

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва

27 августа 2020 года

Резолютивная часть определения объявлена 20 августа 2020 года. 

Полный текст определения изготовлен 27 августа 2020 года. 

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в составе: 

председательствующего судьи Корнелюк Е.С., 

судей Букиной И.А. и Разумова И.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурного управляющего открытым акционерным обществом «Казтрансстрой» (далее – должник) ФИО1 (далее – заявитель) на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.09.2018, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2019 и постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 10.02.2020 по делу № А65-27171/2015,

В судебном заседании приняли участие представители:

заявителя – ФИО2,

Федеральной налоговой службы (далее – кредитор, уполномоченный орган) – ФИО3, ФИО4 

Заслушав и обсудив доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Корнелюк Е.С., вынесшей определение от 14.07.2020 о передаче кассационной жалобы вместе с делом для рассмотрения в судебном заседании, а также объяснения представителей заявителя и кредитора, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации

У С Т А Н О В И Л А:

в рамках дела о банкротстве должника его конкурсный управляющий ФИО5, ФИО6 и общество с ограниченной ответственностью «Земтранс» обратились в суд с заявлениями, объединёнными в одно производство для совместного рассмотрения, о признании договора купли-продажи от 05.10.2015, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Вспомогательное строительное управление» (далее – общество «ВСУ»), договора купли-продажи от 01.03.2016, заключенного между обществом «ВСУ» и обществом с ограниченной ответственностью «РСУ» (далее – общество «РСУ»), по продаже имущества должника – сооружения (тепловые сети), протяженностью 1712,5 п.м., назначение: нежилое, инвентарный номер 18400, адрес объекта: Республика Татарстан, г. Казань, Приволжский район, кадастровый номер 16:50:000000:14802 (далее – тепловые сети), недействительными сделками по основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс); применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.09.2017, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2017, заявления удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 11.04.2018 указанные судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

При новом рассмотрении конкурсный управляющий уточнил заявление, просил признать недействительным и договор купли-продажи тепловых сетей от 26.10.2016, заключенный между обществом «РСУ» и ФИО7 на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.09.2018 заявления удовлетворены частично. Признаны недействительными договоры купли-продажи от 05.10.2015 и от 01.03.2016. В качестве применения последствий недействительности сделок с общества «ВСУ» в пользу должника взыскано 7 118 130 рублей рыночной стоимости тепловых сетей. В части иска к ФИО7 производство прекращено.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2019 определение суда первой инстанции от 03.09.2018 отменено в части применения последствий недействительности сделок, в отменённой части принят новый судебный акт об обязании общества «РСУ» возвратить в конкурсную массу должника тепловые сети. В остальной части принятое на новом рассмотрении определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 10.02.2020 отменено постановление апелляционного суда от 24.09.2019 в части обязания общества «РСУ» возвратить тепловые сети в конкурсную массу. С общества «РСУ» в пользу должника взыскано 7 118 130 рублей рыночной стоимости имущества. В остальной части постановление апелляционного суда от 24.09.2019 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, и поступивших на неё дополнениях заявитель просит отменить указанные судебные акты и направить спор на новое рассмотрение.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы кассационной жалобы.

Представители кредитора согласились с позицией заявителя кассационной жалобы, поддержав доводы ранее представленного на неё отзыва в порядке статьи 291.4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, заслушав представителей заявителя и кредитора, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, поступивших на неё дополнении и отзыве, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 05.10.2015 должник и ранее учреждённое им общество «ВСУ» заключили договор купли – продажи тепловых сетей, определив стоимость предмета сделки в размере 575 000 рублей, оформив оплату договора соглашением о зачёте от 30.10.2015.

Определением Арбитражного Республики Татарстан от 10.12.2015 по настоящему делу в отношении должника была введена процедура наблюдения.

Общество «ВСУ» реализовало тепловые сети обществу «РСУ» по договору купли-продажи от 01.03.2016 за 600 000 рублей, а последнее в тот же день оплатило их приобретение платёжным поручением № 1.

После признания 26.04.2016 должника банкротом и открытия в отношении него конкурсного производства, общество «РСУ» передало названный актив своему учредителю и одновременно заместителю генерального директора должника ФИО7, заключив с ним договор купли-продажи                      от 26.10.2016, определив стоимость тепловых сетей в размере 600 000 рублей и произведя оплату соглашением о зачёте встречных однородных требований сторон от 14.10.2016. 

03.11.2016 ФИО7 стал собственником тепловых сетей, о чём в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним внесена соответствующая запись.

16.12.2016 постановлением Государственного комитета Республики Татарстан по тарифам № 5-74/т7 для использования тепловых сетей обществу «РСУ» были установлены тарифы на услуги по передаче тепловой энергии, оказываемые теплосетевыми организациями, на 2017-2019 годы.

Полагая, что все три договора купли – продажи являются недействительными сделками, конкурсный управляющий и кредиторы должника обратились в суд настоящими требованиями.

Повторно разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 10, 166, 167, 170 Гражданского кодекса, статьями 2, 19, 61.2, 61.6 Закона о банкротстве, исходил из мнимости оспариваемой цепочки сделок, последовательно заключенных входящими в одну группу лицами, прикрывающей безвозмездный вывод тепловых сетей из конкурсной массы должника. 

Прекращая производство в части заявленных требований к ФИО7, суд первой инстанции, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о неподсудности спора арбитражному суду, поскольку ответчик является физическим лицом. 

Выводы суда первой инстанции в части прекращения производства по спору в отношении ФИО7 были поддержаны судами апелляционной инстанции и округа.

Применяя последствия недействительности сделок в виде взыскания с общества «ВСУ» рыночной стоимости тепловых сетей на момент заключения первого из цепочки оспариваемых договора купли-продажи от 05.10.2015, суд первой инстанции указал на то, что после отчуждения объект перешёл в собственность общества «РСУ», что исключает возврат в конкурсную массу.

Поддерживая выводы суда первой инстанции о недействительности всей цепочки сделок, о чем ответчики не могли не знать ввиду своей аффилированности, а также указывая на мнимость договора купли-продажи от 26.10.2016, заключенного между обществом «РСУ» и ФИО7, апелляционный суд не согласился с выводом об определении последствий недействительности сделок, посчитав, что нарушенные права заявителей подлежат защите с использованием правового механизма, установленного частями 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса, обязав фактического владельца объекта – общества «РСУ» возвратить тепловые сети в конкурсную массу должника.

Суд округа согласился с выводами судов о признании всех оспариваемых сделок недействительными, но не нашел оснований для истребования тепловых сетей у общества «РСУ», постановив взыскать с него рыночную стоимость объекта, хотя и находящегося во владении общества «РСУ», но принадлежащего на праве собственности иному лицу – ФИО7

Между тем судами не учтено следующее.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

В первом случае, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьёй 167 Гражданского кодекса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 N 6-П). Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учётом разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» - требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях – вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности.

Однако возможна обратная ситуация, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путём подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка – сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее – бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку – ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Констатировав мнимость оспариваемых сделок, в том числе последней, заключенной между обществом «РСУ» и ФИО7, суды не исследовали вопрос о том, являлись ли сделки притворными, возможно прикрывающими по сути одну реально совершённую сделку – вывод актива должника в пользу бенефициара ФИО7 (заместителя генерального директора должника, учредителя и директора общества «РСУ») как конечного собственника, фактического выгодоприобретателя и непосредственного участника рассматриваемой взаимосвязанной цепочки сделок.

На подобную возможность указывали разумные сомнения в отсутствии у обществ «ВСУ» и «РСУ» реальных намерений по приобретению актива должника, последовательность действий указанных лиц по отчуждению тепловых сетей спустя непродолжительный период владения, привлечение ФИО7 к участию в цепочке сделок учреждённого и возглавляемого им общества «РСУ» с целью установления последнему тарифов на услуги по передаче тепловой энергии ввиду отсутствия возможности использования тепловых сетей по назначению лично (как физическим лицом), получение ФИО7 через подконтрольное ему общество «РСУ» в период с октября 2016 года по апрель 2018 года необоснованной выгоды в виде денежных средств за услуги по передаче тепловой энергии, о чем указывал уполномоченный орган.

Без исследования названных обстоятельств (в частности, способных подтвердить или опровергнуть сомнения о том, являлся ли последний договор купли-продажи наряду с первыми двумя единой цепочкой сделок, прикрывающих прямой переход от должника через номинальных участников – обществ «ВСУ» и «РСУ» титула собственника тепловых сетей непосредственно ФИО7) не мог быть правильно разрешен и вопрос применения последствий недействительности сделок. В этой связи, преждевременно прекратив производство по спору в отношении ФИО7 без установления его процессуального статуса и возможности оспаривания всех трёх договоров купли – продажи в деле о банкротстве должника, суды первой и апелляционной инстанции допустили существенное нарушение и норм процессуального права.

Суд округа данные нарушения не устранил.

Допущенные судами нарушения норм права являются существенными, без их устранения невозможны восстановление и защита прав и законных интересов заявителя, в связи с чем, судебные акты судов первой, апелляционной инстанции и округа следует отменить на основании части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции для исследования указанных обстоятельств.

При новом рассмотрении спора суду надлежит учесть изложенное, исследовать и оценить представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, правильно применив нормы материального и процессуального права, принять законный и обоснованный судебный акт. 

Руководствуясь статьями 291.11, 291.13 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации

О П Р Е Д Е Л И Л А:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.09.2018, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2019 и постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 10.02.2020 по делу № А65-27171/2015 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

Определение вступает в законную силу с момента вынесения и может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке надзора в трехмесячный срок.

Председательствующий судьяЕ.С. Корнелюк

СудьяИ.А. Букина

Судья И.В. Разумов