ВЕРХОВНЫЙ СУД 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 72-АПУ 19-5 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

  г. Москва 10 июля 2019 г.  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе:  

председательствующего Иванова Г.П., 

судей Ведерниковой О.Н., Шамова А.В.,  при секретаре Ивановой А.А.  

рассмотрела уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного  ФИО1 и защитника осужденного адвоката Ситникова Е.П. на приговор  Забайкальского краевого суда от 15 апреля 2019 года, по которому  

ФИО1, 

<

...>  

<

...> ранее не судимый,-

осужден по п. «д» ч.2 ст. 105 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на  срок девятнадцать лет с отбыванием наказания в исправительной колонии  строгого режима, с ограничением свободы на срок 2 года.  

В соответствии ч.1 ст. 53 УК РФ ФИО1 установлены  следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания  (пребывания) с 22 до 06 часов, не изменять место жительства, не выезжать за  пределы того муниципального образования, где осужденный будет  

проживать после отбывания лишения свободы без согласия уголовно- 

исполнительной инспекции, являться в уголовно-исполнительную  

инспекцию два раза в месяц для регистрации. 

Взыскано с осужденного ФИО1: в пользу Б. в 

счет компенсации морального вреда 2 000 000 (два миллиона) рублей; в  

пользу Р. в счет компенсации морального вреда 5 000 000 (пять 

миллионов) рублей. 

По приговору разрешена судьба вещественных доказательств и решен  

вопрос о процессуальных издержках. 

Заслушав доклад судьи Ведерниковой ОН., выступления осужденного  

ФИО1 и адвоката Ситникова Е.П., поддержавших доводы жалоб,  

мнение прокурора Генеральной прокуратуры РФ ФИО2, полагавшего  

приговор оставить без изменения, Судебная коллегия 

установила: 

ФИО1 осужден за убийство Р. совершенное с 

особой жестокостью. 

Преступление совершено 23-24 сентября 2018 г. в г. Чита  

Забайкальского края при обстоятельствах, указанных в приговоре. В апелляционных жалобах: 

• осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда в  связи с недоказанностью его причастности к преступлению,  оспаривает показания свидетелей, в том числе, родственников и  сына погибшей, которого, как он считает, уговорили оговорить его.  Просит обратить внимание на экспертов, делавших вскрытие,  которые не могли определить дату смерти, ссылается на заключения  эксперта С., специалистов Г.А. о причинах смерти потерпевшей. Считает, что у следствия не было  существенных доказательств, судебный процесс построен на  доводах и эмоциях родных, просит обратить внимание на  видеозаписи допросов сына погибшей, утверждает, что с погибшей  и ее сыном жили в мире и согласии, просит разобраться в деле,  приговор и гражданский иск отменить, его оправдать.  

• адвокат Ситников Е.П. считает, что его подзащитный непричастен  к преступлению, доказательств его вины не добыто, основным  доказательством являются показания малолетнего Р., в которых имеются противоречия и отличия от письменного протокола его допроса, ссылается на показания  свидетелей Ф.Ш.. Утверждает, что заключение 

комиссии экспертов № 13 от 28.01.2019 г. не содержит выводов о  

механизме введения уксусной кислоты в организм Р., а 

именно, о том, что она была введена насильственным способом;  

факт наличия уксусной кислоты в квартире не установлен;  

оспаривает время совершения преступления, установленное в  

приговоре; ссылается на заключение эксперта С. 

специалиста А. утверждает, что сведения об обжоге вокруг 

красной каймы губ потерпевшей как доказательстве  

насильственного вливания кислоты в судебном заседании не  

исследовались. Просит приговор отменить, ФИО1 оправдать. 

В возражениях на доводы жалобы осужденного ФИО1  государственный обвинитель С.В.Быков выражает несогласие с  изложенными в них доводами, просит оставить приговор без изменения.  

Изучив материалы дела, проверив и обсудив доводы апелляционных  жалоб и возражений на них, Судебная коллегия приходит к следующим  выводам.  

Виновность осужденного в совершении преступления, установленного  приговором, подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в  судебном заседании, включая показания несовершеннолетнего Р. очевидца содеянного; показания потерпевшей Б. и свидетелей; протоколы следственных действий; заключения экспертов;  другие доказательства, исследованные судом и изложенные в приговоре.  

Анализ собранных по делу и исследованных в судебном заседании  доказательств позволил суду установить фактические обстоятельства  совершенного преступления и сделать вывод о доказанности вины ФИО1 в совершении убийства потерпевшей Р. с особой жестокостью.  

Суд признал неправдивыми и не соответствующими  действительности заявления ФИО1 о его непричастности к смерти  Р. о его неведении, каким образом уксусная кислота оказалась в организме потерпевшей, а также необоснованными доводы  стороны защиты, что обстоятельства отравления Р. не установлены.  

Доводы осужденного о том, что Р. сама, по своей воле выпила уксусную кислоту, что потерпевшая несколько дней перед смертью  злоупотребляла спиртными напитками, плохо себя чувствовала из-за  повышенного давления, при этом бесконтрольно употребляла в большом  количестве лекарства, пила таблетки и ставила самостоятельно уколы, что и  

привело к смерти, получили в приговоре оценку суда, который признал их  несостоятельными и надуманными.  

Обосновывая свое решение, суд указал, что все допрошенные в  судебном заседании свидетели, знающие Р. как в трудовом коллективе, так и в повседневной жизни, а также родственники утверждают,  что Р. вела здоровый, активный образ жизни, следила за своим здоровьем, внешностью, не злоупотребляла спиртными напитками.  

Указанные обстоятельста полностью согласуются с тем фактом, что  при исследовании трупа потерпевшей, этиловый алкоголь в ее крови и моче  не обнаружен, то есть на момент смерти Р. находилась в трезвом состоянии.  

Вместе с тем, в судебном заседании установлено, что ФИО1  злоупотреблял спиртными напитками, при этом употреблял алкоголь  запойно, по несколько дней, а в состоянии алкогольного опьянения  становился агрессивным. О склонности ФИО1 к алкоголизму не  отрицала в суде и его мать - Л. а эксперты при проведении психиатрической экспертизы, кроме склонности к злоупотреблению  алкоголем, обратили внимание, что у подсудимого выявлены такие  особенности характера и поведенческих нарушений, как нетерпимость  регламентации поведения, конфликтность, агрессивность, эмоциональная  неустойчивость, негативизм, демонстративность, склонность к  внешнеобвиняющим формам эмоционального реагирования, скрытность,  безответственность, неискренность (т.2 л.д.1-6).  

Кроме того, в судебном заседании достоверно установлено, что  никаких проблем со здоровьем у Р. не было, у нее не было хронических заболеваний, иногда понижалось давление, но, как поясняют  родственники, повышала давление она не лекарствами, а выпив кофе.  Таблеток для повышения либо понижения давления у нее не имелось.  

При исследовании трупа Р. никаких следов инъекцией не обнаружено, хотя как заверила суд эксперт С. если бы таковые имелись, она не могла их не увидеть, поскольку в месте укола  обязательно останутся повреждения кожных покровов.  

Судом были осмотрены изъятые в квартире Р. одноразовые шприцы по 5 мл с иглами, и суд имел возможность убедиться,  что иглы к шприцам указанного объема имеют большой диаметр и после  введения инъекции такой иглой на теле безусловно останется повреждение.  

При принятии решения по делу судом правильно учтены показания  свидетелей, которые обращали внимание суда на доброжелательный,  позитивный, жизнерадостный и оптимистичный характер потерпевшей,  которая очень заботилась и любила своих сыновей, один из которых служил  в Российской Армии, а второй был поздним, малолетним ребенком, строила  планы, связанные с их воспитанием, лечением и обучением, за три месяца  перед смертью потерпевшая получила ипотечный кредит и купила квартиру,  в которой делала ремонт.  

Указанные выше обстоятельства позволили суду прийти к выводу о  том, что Р. не могла совершить самоубийство, выпив уксусную кислоту, тем более в присутствии малолетнего сына.  

Необоснованными суд признал также заявления стороны защиты о  том, что показания свидетелей обвинения, являющихся родственниками  погибшей, являются домыслами следователя, основанными на  предположениях, полученных из разговора с малолетним Р. 

В основу приговора суд правильно положил показания  несовершеннолетнего Р. оглашенные в судебном заседании в порядке ч.б ст. 281 УПК РФ, из которых, в частности следует, что мать  бегала на балкон и кричала: «Спасите и помогите», после чего ФИО1 стал  поить мать «пивом». «Пиво» было прозрачное, как вода, было оно в  маленькой бутылочке, но только как от растительного масла. ФИО1 затолкал  матери в рот бутылку, и пиво лилось матери в рот, мать не хотела «пиво»,  поэтому выплевывала «пиво» «фонтанчиком», а еще она хотела за это  стукнуть ФИО1, «махала руками и мычала, как корова». «Пиво» ФИО1 взял  на кухне в гарнитуре, а поил мать в комнате. Когда мать выпила «пиво»,  ФИО1 выбросил бутылку в мусорное ведро на кухне. Когда он жил в новой  квартире после дня рождения матери, он играл телефоном матери,  фотографировал её, когда она «ползала как червяк». Мать ему ничего не  говорила, только «мычала и шипела». Он не мог понять, почему мать так  делает, раньше так не было, он напугался и плакал. Он хотел позвать на  помощь, но ФИО1 его держал (т. 1 л.д. 133-136). Допрошенный повторно с  использованием видеозаписи, несовершеннолетний потерпевший Р.. дал аналогичные показания. 

Просмотрев видеозапись допроса несовершеннолетнего потерпевшего  Р. суд имел возможность убедиться, что его показания в протоколе допроса, изложенном в письменном виде, полностью  соответствуют фактически рассказанному потерпевшим. Малолетний  Р. в свободном рассказе, самостоятельно, в игровой форме, без каких-либо наводящих вопросов, давления и подсказок со стороны взрослых  участников следственного действия рассказывал об обстоятельствах,  

происходящих в квартире перед смертью Р. пояснял и показывал на себе действия и поведение матери и Ларина. При этом,  несмотря на длительный срок, прошедший после событий 23-26 сентября  2018 года, Р. имея небольшой словарный запас и не владея общепринятыми понятиями, четко отвечал на уточняющие вопросы,  разъяснял в силу своих возможностей непонятные следователю детали и  настаивал на своем рассказе.  

Доводы стороны защиты о невозможности совершения преступления  в период с 18 часов 35 минут 23 сентября 2018г. до 12 часов 40 минут 24  сентября 2018 года рассматривались судом первой инстанции и признаны им  безосновательными и не соответствующими установленным в суде  фактическим обстоятельствам по мотивам, подробно изложенными в  приговоре.  

Факт наличия уксусной кислоты в квартире, вопреки утверждениям  стороны защиты, также бесспорно установлен, поскольку допрошенные в  судебном заседании свидетели К. и Т. в суде твердо заявили, что продав квартиру Р. они оставили в квартире ненужную им мебель, бутылки с бытовой химией, соль и уксусную кислоту.  

Не доверять показаниям указанных свидетелей у суда оснований не  имелось.  

Согласно заключению судебно - медицинской экспертизы трупа   № 1334 от 28 сентября 2018 г., исследованному в судебном заседании, смерть  Р. наступила от острого отравления уксусной кислотой (возникшего за 2-3 суток до наступления смерти), осложнившегося  некоронарогенным некрозом миокарда. Отравление уксусной кислотой  является опасным для жизни человека состоянием, создает  непосредственную угрозу для жизни, и по этому признаку квалифицируется  как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью. Кайма губ отечная  красно-синюшного цвета. При судебно-химическом исследовании крови,  мочи от трупа гр. Р. этиловый спирт не обнаружен (т. 1 л.д. 22-29).  

В судебном заседании судебно - медицинский эксперт С.., полностью подтвердив выводы проведенной ею экспертизы, пояснила, что в ходе исследования трупа следов от уколов не обнаружено, при этом  химический ожог кожных покровов окружности рта трупа Р. напоминает по форме вертикальные потеки, идущие от углов рта вниз к  подбородку, что свидетельствует о вертикальном положении головы в  момент контакта с уксусной кислотой.  

Тот факт, что в компетенцию комиссии экспертов, проводивших  экспертизу № 13/19 от 14 января 2019 г. (по материалам дела), не входит  установление насильственного характера вливания уксусной кислоты, не  опровергает выводы суда о фактических обстоятельствах содеянного.  

Правовая оценка содеянного ФИО1 дана правильная, в  соответствии с требованиями закона.  

Об умысле на убийство потерпевшей свидетельствует избранный  подсудимым ФИО1 способ убийства, целенаправленный характер  его действий, находящийся в прямой причинной связи с наступившими  последствиями. ФИО1, вливая в ротовую полость потерпевшей  Р. 70% уксусную кислоту, осознавал, что совершает действия, опасные для жизни потерпевшей, предвидел неизбежность наступления  смерти потерпевшей, и желал наступления её смерти.  

Кроме того, химический ожог в области красной каймы губ говорит о  достаточной дозе токсиканта, полученной одновременно, что характерно  насильственному воздействию, то есть при нежелании приема внутрь  указанного вещества.  

Суд пришел к обоснованному выводу о том, умыслом подсудимого  охватывалось совершение убийства с особой жестокостью, исходя из способа  убийства, поскольку, подавляя сопротивление потерпевшей, силой вливая в  ротовую полость потерпевшей Р. 70% уксусную кислоту в присутствии её малолетнего сына, он осознавал, что потерпевшая после  полученного химического ожога слизистых внутренних органов и  отравления кислотой будет испытывать особые мучения и страдания и, желая  этого, действовал безжалостно и бессердечно.  

После этого, видя, что потерпевшая испытывает особые физические и  нравственные страдания, связанные с мучениями, вызванными сильным  выраженным болевым синдромом, невозможностью принимать пишу и  самостоятельно выполнять иные потребности организма, на протяжении  длительного времени, до 72 часов, не предпринял каких-либо мер по  оказанию помощи потерпевшей, а дождался наступления её смерти.  

Кроме того, ФИО1 достоверно зная, что потерпевшая Р.. приходится матерью малолетнего Р. не мог не осознавать, что совершая убийство матери, причиняет ему особые  страдания.  

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с законом, с учетом  характера и степени общественной опасности совершенного преступления,  

данных, характеризующих личность виновного, в том числе обстоятельств,  смягчающих и отягчающих наказание, а также влияния назначенного  наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.  

Решение по гражданскому иску потерпевшей Б. заявленному к подсудимому о компенсации ей морального вреда,  причиненного в результате убийства Р. в сумме 2 000 000 рублей, а также в сумме 5 000 000 рублей - в пользу малолетнего  потерпевшего Р. принято судом в соответствии с законом, с учетом степени вины подсудимого, материального положения его и его  семьи, а также степени нравственных страданий потерпевшей Б.., малолетнего потерпевшего Р. которые в результате преступления потеряли самого близкого и родного им человека - дочь и  мать, перенесли и продолжают переносить тяжелые нравственные страдания,  и, по мнению суда, эти страдания невозможно компенсировать меньшими  суммами, а также исходя из принципов соразмерности и разумности.  

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые  повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного  судебного решения, судом не допущено.  

Руководствуясь ст.389'\ 389^, 389'*, 389*, 389=*, 389^ УПК РФ,  Судебная коллегия  

определила: 

приговор Забайкальского краевого суда от 15 апреля 2019 года в отношении  ФИО1 оставить без изменения,  апелляционные жалобы - без удовлетворения.  

Председательствующий Судьи