ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № 36-АПУ14-7сп 

                                                

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                г. Москва 28 августа 2014 г.  

                                                Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе  

                                                председательствующего Истоминой Г.Н. судей Таратуты И.В. и Сабурова Д.Э. 

                                                с участием государственного обвинителя - старшего прокурора  апелляционного управления Генеральной прокуратуры РФ Кривоноговой  Е.А.; защитников осужденных - адвокатов Масасина А.Е., Литвин ВС,  Ревенко Е.В., Тогушевой Л.Ю., Артеменко Л.Н.  

                                                при секретаре Барченковой М.А. 

                                                рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы осужденных  Дмитриева Д.В., Мурашкина А.А., Толипова М.Б., защитников осужденных  адвокатов Масасина А.Е., Хадикова В.П., Литвин В.С, Ревенко Е.В.,  Тогушевой Л.Ю., представителя потерпевшего М. адвоката Овчинникова Ю.Е. на приговор Смоленского областного суда с участием  присяжных заседателей от 28 апреля 2014 года, которым  

                                                Дмитриев Д.В., 

<

...> 

                                                , несудимый: 

                                                осужден по ч. 2 ст. 209 УК РФ (в редакции Федерального закона от  27.12.2009 № 377-ФЗ) к 9 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год; по п. «а» ч. 3 ст. 126 (в редакции Федерального закона от 07.12.2011   № 420-ФЗ) УК РФ к 8 годам лишения свободы; по п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ  (в редакции Федерального закона от 27.12.2009 № 377-ФЗ) к 8 годам  лишения свободы; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (в редакции  Федерального закона от 27.12.2009 № 377-ФЗ) к 8 годам 6 месяцам лишения  свободы, по ч. 2 ст. 139 УК РФ (в редакции Федерального закона от  07.03.2011 № 26-ФЗ) к штрафу в размере 150 000 рублей с освобождением от  данного наказания в связи с истечением сроков давности уголовного  преследования в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24, п.2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, п. «а»  ч. 1 ст. 78 УК РФ.  

                                                По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ  назначено 12 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого  режима с ограничением свободы на 1 год.  

                                                Мурашкин А.А. 

                                                

<

...> ранее судимый 

                                                21 июня 2010 г. по ч. 1 ст. 228 УК РФ к обязательным работам на  

                                                180 часов, наказание отбыл 03.09.2010 г.; 

                                                10 марта 2011 г. по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам 6 месяцам  

                                                лишения свободы условно с испытательным сроком на 3 года  

                                                осужден по ч. 2 ст. 209 УК РФ (в редакции Федерального закона от  27.12.2009 № 377-ФЗ) к 8 годам лишения свободы с ограничением свободы  на 6 месяцев; по п. «а» ч. 3 ст. 126 (в редакции Федерального закона от  07.12.2011 № 420-ФЗ) УК РФ к 6 годам лишения свободы; по пп. «а», «б» ч. 3  ст. 163 УК РФ (в редакции Федерального закона от 27.12.2009 № 377-ФЗ) к 7  годам лишения свободы, по ч. 2 ст. 139 УК РФ (в редакции Федерального  закона от 07.03.2011 № 26-ФЗ) к штрафу в размере 150 000 рублей с  освобождением от данного наказания в связи с истечением сроков давности  уголовного преследования в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24, п.2 ч. 1 ст. 27  УПК РФ, п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ.  

                                                По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ  назначено 9 лет лишения свободы с ограничением свободы на 6 месяцев.  

                                                В соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ условное осуждение по приговору от  10 марта 2011 года отменено и окончательно по совокупности приговоров в  соответствии со ст. 70 УК РФ назначено 10 лет лишения свободы в  исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 6  месяцев.  

                                                Савченко С. 

                                                , несудимый, осужден по ч. 2 ст. 209 УК РФ (в редакции Федерального закона от 27.12.2009 № 377-ФЗ) к 8 годам лишения свободы с ограничением свободы на 6 месяцев; по п. «а» ч. 3 ст. 126 (в редакции Федерального закона от 07.12.2011 № 420-ФЗ) УК РФ к 6 годам лишения свободы; по п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ (в редакции Федерального закона от 27.12.2009 № 377-ФЗ) к 7 годам лишения свободы. 

                                                По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ  назначено 9 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого  режима с ограничением свободы на 6 месяцев,  

                                                осужден: 

                                                Толипов М.Б. 

                                                

<

...> несудимый, 

                                                осужден по ч. 2 ст. 209 УК РФ (в редакции Федерального закона от  27.12.2009 № 377-ФЗ) к 8 годам 6 месяцам лишения свободы с  ограничением свободы на 6 месяцев; по п. «а» ч. 3 ст. 126 (в редакции  Федерального закона от 07.12.2011 № 420-ФЗ) УК РФ к 6 годам 6 месяцам  лишения свободы; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (в редакции  Федерального закона от 27.12.2009 № 377-ФЗ) к 8 годам лишения свободы,  по ч. 2 ст. 139 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.03.2011 № 26- ФЗ) к штрафу в размере 180 000 рублей с освобождением от данного  наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования в  соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24, п.2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, п. «а» ч. 1 ст. 78 УК  РФ.  

                                                По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ  назначено 10 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого  режима с ограничением свободы на 6 месяцев.  

                                                Постановлено взыскать в пользу М. в счет компенсации морального вреда с Дмитриева Л.В. 

<

...> рублей, с Савченко  СИ. - 

<

...> рублей; в пользу Г. с Дмитриева Д.В. - 

<

...> рублей, с Толипова М.Б. - 

<

...>рублей, с Мурашкина А.А. - 

<

...> рублей.  

                                                Дмитриев Л.В., Савченко СИ., Толипов М.Б. и Мурашкин А.А.  осуждены за участие в банде и совершаемых ею нападениях.  

                                                Толипов М.Б. и Мурашкин А.А. осуждены также за похищение из  корыстных побуждений Г. с угрозой применения насилия опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, организованной  группой;  

                                                Дмитриев Л.В. - за похищение из корыстных побуждений двух лиц  М. и Г. с угрозой применения насилия 

                                                з опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, организованной группой; 

                                                Савченко СИ. - за похищение из корыстных побуждений  М. организованной группой. 

                                                Преступления совершены ими в период с января 2010 года до сентября  2011 года на территории М. и С. области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.  

                                                Заслушав доклад судьи Истоминой Г.Н., изложившей содержание  обжалуемого приговора и доводы апелляционных жалоб, выступление  осужденных Дмитриева Д.В., Мурашкина А.А., Толипова МБ., Савченко  СИ., их защитников адвокатов Хадикова В.П., Масасина А.Е., Литвин ВС,  Ревенко Е.В., Тогушевой Л.Ю., Артеменко Л.Н., поддержавших доводы  жалоб, выступление государственного обвинителя Кривоноговой Е.А.,  полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия  

                                                установила: 

                                                В апелляционной жалобе адвокат Ревенко Е.В. в защиту интересов  осужденного Савченко указывает на незаконность и необоснованность  приговора в связи с допущенными судом существенными нарушениями норм  уголовно-процессуального закона.  

                                                По доводам жалобы председательствующим был нарушен порядок  допроса свидетелей К.С., И., И., в отношении которых имелся вступивший в законную силу приговор. Указанные  свидетели не были предупреждены об уголовной ответственности за дачу  заведомо ложных показаний, они отвечали только на вопросы  государственного обвинителя, стороне защиты председательствующий со  ссылкой на особый статус свидетелей не разрешил задать вопросы.  Полагает, что эти обстоятельства позволили присяжным заседателям  выделить показания этих свидетелей как наиболее правильные, что повлияло  ни их мнение и привело к вынесению обвинительного вердикта.  

                                                Вопросы № 1, 2, 5, 8, 9, 12, 15, 16, 19, 25, 26, 29, 32, 35, 36, 39, 42, 45, 46,  52, 55 сформулированы председательствующим с нарушением закона, в  утвердительной форме, в непонятных для присяжных заседателей  выражениях, они не предполагают отрицательного ответа, носят характер  подсказки и рекомендации для присяжных заседателей.  

                                                Вопросы № 1, 8, 15, 25, 35 поставлены в отношении неопределенного  круга лиц без указания фамилий и отношения каждого подсудимого к этим  действиям, что повлияло на мнение присяжных заседателей.  

 

Утвердительные ответы на вопросы № 45 и 52 не образуют состава  преступления, предусмотренного ст. 209 УК РФ, поскольку не устанавливает  признака устойчивости группы. Кроме того формулировка вопроса № 45 не  позволяет сделать вывод об участии Савченко в банде.  

                                                Назначенное Савченко наказание считает несправедливым. Суд признал  в качестве смягчающих обстоятельств активное способствование  расследованию преступлений, компенсацию потерпевшему М. морального вреда и возмещение материального ущерба. Однако суд не учел  ряд смягчающих обстоятельств то, что Савченко в ходе преступления не  осуществлял активных действий, не использовал оружие, никого не  обеспечивал оружием, приносил потерпевшему по его просьбе еду и  сигареты.  

                                                Указанные смягчающие обстоятельства в совокупности с признанием  его заслуживающим снисхождения за все преступления позволяли суду  назначить Савченко наказание с применением правил ст. 64 УК РФ.  

                                                Просит приговор отменить, направить дело на новое судебное  рассмотрение в Смоленский областной суд в ином составе судей.  

                                                Об этом же ставит вопрос в своей апелляционной жалобе адвокат  Тогушева Л.Ю. в защиту интересов Савченко.  

                                                Указывает на нарушение права Савченко на защиту, выразившееся в  том, что, несмотря на наличие у нее соглашения на осуществление защиты  Савченко в суде первой инстанции, она неоднократно не была извещена о  дне судебных заседаний, в связи с чем не принимала участия в рассмотрении  дела в эти дни. По ее ходатайству, направленному в суд 25 ноября 2013 года  с просьбой извещать ее о назначенных судебных заседаниях, а также о  предоставлении ей копии протокола судебного заседания в связи с тем, что  она не участвовала в судебном заседании, для ознакомления с показаниями  потерпевшего и свидетелей какого-либо процессуального решения не  вынесено, и ей об этом не сообщено.  

                                                Кроме того на начальном этапе судебного разбирательства в поведении  Савченко появились признаки, свидетельствующие о расстройстве психики,  о чем защита поставила суд в известность. В настоящее время состояние  Савченко усугубилось, в связи с чем, как отмечается в жалобе, он нуждается  в специализированной помощи.  

                                                Обращается в жалобе внимание и на нарушение закона при допросе в  качестве свидетеля К., который ранее был осужден. Ему не были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, он не  был предупрежден об уголовной ответственности. До его допроса в  присутствии присяжных заседателей было удовлетворено ходатайство  стороны обвинения об оглашении его показаний на предварительном следствии. В судебном заседании свидетель отказался от дачи показаний,  отказался отвечать на вопросы стороны защиты, в связи с чем сторона  защиты не смогла реализовать свои права на участие в допросе данного  свидетеля, устранить противоречия в процессуальных документах,  составленных с его участием, в результате многие вопросы (их содержание  приведено в жалобе) остались невыясненными.  

                                                Вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями,  поставлены некорректно, они изначально содержат в себе два ответа, что, по  мнению автора жалобы, препятствовало формированию мнения присяжных  заседателей.  

                                                Назначенное Савченко наказание является чрезмерно суровым.  Оказание осужденным помощи потерпевшему М., что подтвердил в судебном заседании потерпевший, в совокупности с другими  обстоятельствами надлежало признать смягчающим обстоятельством.  

                                                С учетом этих нарушений закона считает приговор подлежащим отмене,  а дело направлению на новое судебное разбирательство со стадии подготовки  к судебному заседанию.  

                                                В апелляционной жалобе адвокат Литвин ВС. в защиту интересов  осужденного Мурашкина А.А. просит приговор отменить, уголовное дело в  отношении Мурашкина А.А. прекратить по основаниям, предусмотренным п.  2 ч. 1 ст. 24 УПК.  

                                                Как указано в жалобе, приговор в отношении ее подзащитного  является незаконным, необоснованным и чрезмерно суровым.  

                                                Ссылку суда в приговоре на то, что Дмитриев Д.В., Савченко СИ,  Мурашкин А.А., Толипов М.Б. объединились с иными лицами в устойчивую  организованную вооруженную группу, созданную другим лицом для  совершения нападения на граждан, и на то, что Мурашкин принял личное  участие в нападении на Г. считает несостоятельной. 

                                                В суде установлено, что Мурашкин А.А. был знаком на бытовом  уровне только с Дмитриевым Д.В. Толипова М.Б. и Савченко СИ. не знал и  никогда с ними не встречался. Никто из перечисленных лиц, которые  участвовали в похищении Г. не давали показания в суде и на следствии, что знают Мурашкина, поддерживали с ним какие - либо  отношения. Не подтверждена никакими доказательствами неоднократность  встреч, бесед, переговоров, контактов для детализации и будущих действий  между Мурашкиным и другими фигурантами данного эпизода.  

                                                Утверждение суда в приговоре о наличии доказательств  осведомленности каждого из подсудимых, в том числе и Мурашкина А.А. о  вооруженности группы не соответствует фактическим обстоятельствам дела.  

 

В суде установлено, что Мурашкин А.А. не знал об оружии в группе,  не видел его и не предполагал его наличия, никаких действий с оружием не  совершал.  

                                                Считает, что суду не были представлены достаточные доказательства  участия Мурашкина А.А. в устойчивой вооруженной группе (банде) и в  совершенном ею нападении на Г., а потому квалификация действий Мурашкина по ч. 2 ст. 209 УК РФ является необоснованной.  

                                                Не согласна автор жалобы и с доводами суда о том, что действия  Мурашкина А.А. по захвату, перемещению и удержанию Г. квалифицируются по п. «а» ч. 3 ст. 126 УК РФ.  

                                                В суде установлено, что Мурашкиным А.А. объективная сторона  данного преступления не выполнялась: он не завладевал Г. вопреки или помимо его воли, не угрожал применением насилия, не знал о  применении оружия, не принимал участия в перемещении Г. из постоянного места жительства в другую область, никаких корыстных  побуждений не имел.  

                                                Мурашкин А.А. оказал только интеллектуальное пособничество, то  есть предоставил информацию о месте проживания Г. о похищении потерпевшего он не знал и не предполагал.  

                                                Полагает, что действия Мурашкина А.А. надлежит оценивать с  учетом положений ст. 36 УК РФ об эксцессе исполнителя.  

                                                Необоснованной считает автор жалобы и ссылку суда на то, что  действия Мурашкина А.А., связанные с проникновением в дом Г., квалифицируются по ч. 2 ст. 139 УК РФ, так как в суде установлено, что Мурашкин А.А. не проникал в жилище незаконно против воли  проживающего в нем Г. 

                                                В связи с тем, что Мурашкин А.А. не находился с соучастниками  похищения Г., не предъявлял требования неимущественного характера, не высказывал угроз применения насилия, не применял насилия к  потерпевшему, его действия неправильно квалифицированы по пп. «а, б» ч.  Зет. 163 УК РФ.  

                                                Поскольку в суде установлено, что Мурашкин А.А. не являлся  участником организованной группы, не состоял в сговоре с другими лицами  на похищение потерпевшего Г. непосредственно не участвовал в его похищении и перемещении в другую область, а также в  содержании его там, он не может нести ответственность по ч. 2 ст. 209, пп.  «а, б» ч. 3 ст. 126, пп. «а, б» ч. 3 ст. 163, ч. 2 ст. 139 УК РФ, уголовное дело в  отношении него должно быть прекращено в связи с отсутствием в его  действиях состава преступления.  

 

Осужденный Мурашкин А.А. в своей апелляционной жалобе указывает  на нарушение судом требований ст. 47 Конституции РФ, и ст. 32 УПК РФ о  подсудности. Судом оставлен без внимания тот факт, что преступления, за  которые он осужден, совершены на территории 

<

...> области.  Нарушено судом и его право на защиту. Он не заявлял ходатайства о  рассмотрении уголовного дела с участием присяжных заседателей, просил  рассмотреть дело «обычным» судом, о чем он заявил на предварительном  слушании. Однако его ходатайство было проигнорировано и материалы  уголовного дела в отношении него не были выделены в отдельное  производство.  

                                                В ходе предварительного следствия он необоснованно был ограничен  во времени ознакомления с материалами уголовного дела по окончания  предварительного следствия. Уголовное дело в отношении него по ч. 2 ст.  209 УК РФ возбуждено незаконно, при отсутствии достаточных повода и  оснований для принятия такого решения.  

                                                Обращает внимание на неправильную формулировку вопросов в  вопросном листе, согласно которой невозможен отрицательный ответ.  

                                                При вынесении приговора председательствующим проигнорирован  вердикт присяжных заседателей, которые признали недоказанным тот факт,  что он звонил Дмитриеву и предупреждал его об обращении потерпевших в  полицию. Несмотря на такой вердикт, приговором признаны установленным  эти его действия.  

                                                В обосновании признака сплоченности группы в приговоре указано,  что группа действовала с 1 января 2010 года до 5 августа 2011 года, в то  время, как из материалов дела видно, что преступления были совершены 19  февраля 2011 года и 5 августа 2011 года, чем занималась банда в другое  время, неизвестно.  

                                                Утверждает, что до возбуждения уголовного дела ни с кем из  подсудимых кроме Дмитриева, знаком не был, об оружии ничего не знал.  

                                                В связи с допущенными судом нарушениями закона просит приговор,  как не соответствующий вердикту коллегии присяжных заседателей,  отменить и прекратить в отношении него уголовное дело за отсутствием в  его действиях состава преступления.  

                                                Адвокат Масасин А.Е, в защиту Дмитриева указывает на допущенные  судом нарушения уголовно-процессуального закона, выразившиеся в том,  что суд вышел за пределы предъявленного Дмитриеву обвинения. Органами  предварительного следствия Дмитриев обвинялся в создании банды и  руководстве ею. Согласно вердикту Дмитриев не осуществлял руководство  группой и не планировал совершение преступлений. Однако суд в приговоре  указал, что Дмитриев давал указания и руководил группой при нападении на  Г.. Данное указание суда является предположением. В описанных в вердикте действиях Дмитриева по факту нападения на Г. не содержится состава какого-либо преступления. В приговоре указано, что Дмитриев обеспечил группу четырьмя автомобилями, однако в материалах  дела отсутствуют сведения о наличии указанных автомобилей.  

                                                Вместо Дмитриева суд, выходя за пределы предъявленного обвинения,  и выполняя несвойственную ему функцию, обвинил другое лицо в создании  банды и руководстве ею, а также назначил иное лицо, которое сообщило  Дмитриеву о том, что родственники Г. обратились с заявлением в полицию.  

                                                Суд признал Дмитриева участником банды, однако, без установления  организатора и руководителя банды, невозможно говорить о существовании  банды.  

                                                Указание суда в приговоре на то, что все участники знали о  вооруженности группы, носит предположительный характер и не  подтверждается материалами дела, из которых следует, что Мурашкина не  знал никто, кроме Дмитриева.  

                                                Предварительным следствием искажена роль Дмитриева в случае с  Г., о привлечении которого к ответственности за торговлю наркотиками Дмитриев неоднократно обращался в правоохранительные  органы, ему посоветовали выяснить некоторые моменты, в связи с чем он  попросил знакомого полицейского К. показать дом Г., в который Дмитриев не входил, денег у потерпевшего не требовал, не  руководил действиями других лиц и планов нападения на Г. не разрабатывал.  

                                                Обращается внимание в жалобе и на незаконность рассмотрения  Смоленским областным судом уголовного дела, подсудного Московскому  областному суду.  

                                                Просит приговор изменить: по преступлению в отношении  Г. вынести оправдательный приговор, по преступлению в отношении М. переквалифицировать действия Дмитриева на ч. 1 ст. 116 УК РФ, по обвинению в участии в банде вынести оправдательный  приговор.  

                                                Об этом же ставит вопрос в апелляционной жалобе адвокат Хадиков  В.П. в защиту Дмитриева.  

                                                По доводам жалобы при судебном разбирательстве был нарушен  уголовно-процессуальный закон, неправильно применен уголовный закон, в  результате чего вынесен несправедливый приговор.  

                                                Квалифицировав действия Дмитриева по вымогательству и похищению  потерпевших, суд признал установленным совершение преступлений в  составе организованной группы, не установив при этом факт создания  организованной устойчивой группы, в которую вступил Дмитриев. В  приговоре указано, что Дмитриев вступил в группу из нескольких лиц.  

 

Вывод суда о том, что подсудимые объединились в устойчивую  организованную вооруженную группу, созданную другим лицом,  противоречит вердикту, не подтверждается материалами дела, а потому его  действия неправильно квалифицированы.  

                                                В жалобе обращается также внимание на нарушение требований ст. 8  УПК РФ о рассмотрении уголовного дела судом, к подсудности которого оно  относится, в связи с чем все полученные доказательства должны быть  признаны недопустимыми.  

                                                В апелляционной жалобе осужденный Дмитриев Д.В. также указывает  на нарушение судом норм уголовно-процессуального закона о подсудности.  Считает, что данное уголовное дело подсудно Московскому областному  суду.  

                                                В ходе предварительного следствия нарушены положения ст. 109 УПК  РФ, в результате чего срок содержания его под стражей был незаконно  продлен до 23 месяцев.  

                                                Незаконно он был ограничен и во времени ознакомления с  материалами дела. Следователь сослался на затягивание им ознакомления,  хотя сам следователь затягивал процесс ознакомления с материалами дела,  которые не были готовы для этого.  

                                                Уголовное дело по ст. 209 УК РФ было возбуждено следователем СУ  УК РФ по Смоленской области без достаточных оснований и повода.  

                                                Считает необоснованным вывод суда о длительном существовании  банды, о ее мобильности, поскольку преступления совершены в феврале и  августе 2011 года, а наличие у него автомобилей не подтверждено  материалами дела.  

                                                Не имеется в материалах дела и доказательств вооруженности группы,  следователем просто «выдуман» автомат, суд оставил это без внимания и  «прикрыл» допущенные следователем нарушения закона.  

                                                При формировании коллегии присяжных заседателей был задан  вопрос о личных знакомствах участников процесса. Старшина присяжных  заявил о знакомстве с помощником судьи Смоленского областного суда,  несмотря на это он не был отведен и вошел в состав коллегии присяжных  заседателей.  

                                                Вопросный лист, по его мнению, составлен неправильно, с нарушением  закона. Действия всех участников преступлений «смешаны», а потому  присяжные заседатели не имели возможности дать отрицательный ответ на  поставленные вопросы.  

                                                Его действиям дана неправильная оценка, противоречащая вердикту.  Присяжные заседатели признали недоказанным его обвинение в создании  банды и руководстве ею, в связи с чем он должен быть оправдан по ст. 209  УК РФ. Отсутствие руководителя банды, что следует из вердикта,  означает, что банды не было.  

 

В материалах дела не имеется доказательств того, что он передавал  М. телефон для осуществления звонка жене, того, что он находился в месте, с которого был произведен звонок, однако судом эти  факты оставлены без внимания.  

                                                Выводы суда в приговоре о том, что он давал указания и  координировал действия других соучастников, о том, что группа была  сплоченной и мобильной, вооруженной, существовала длительное время, не  соответствуют вердикту.  

                                                Все обвинение построено на показаниях К., И.С., И., с которыми досудебные соглашения о сотрудничестве заключены незаконно. Их показания в суде не нашли подтверждения, что  видно из вердикта, которым признано недоказанным создание им банды и  руководство бандой. Суд указал, что банду создало другое лицо, однако о  каком лице идет речь, непонятно.  

                                                Просит приговор отменить как незаконный и вынести в отношении  него оправдательный приговор.  

                                                В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный Толипов  М.Б. указывает на допущенные судом нарушения закона при допросе  свидетелей, с которыми заключено досудебное соглашение о сотрудничестве,  при составлении вопросного листа, на нарушение правил подсудности  уголовного дела, приводя при этом такие же доводы, что и в жалобах других  осужденных и их защитников.  

                                                Кроме того обращает внимание на то, что несвоевременно лишь при  выполнении требований ст. 217 УПК РФ был ознакомлен с постановлениями  о назначении экспертиз, на то, что в ходе следствия с ним не были проведены  очные ставки.  

                                                Суд не принял во внимание состояние Г., находившегося в наркотическом опьянении, и допустил его допрос с участием присяжных  заседателей.  

                                                Суд не дал оценки тому, что у него отсутствовал умысел на  совершение преступлений в составе банды.  

                                                Назначенное ему наказание считает несправедливым, чрезмерно  суровым. Суд не учел состояние его здоровья, которое за время нахождения в  следственном изоляторе ухудшилось.  

                                                Взысканная с него сумма компенсации морального вреда завышена,  суд не обосновал, почему с него взыскана большая сумма в сравнении с  другими осужденными.  

                                                Просит приговор отменить, направить дело на новое судебное  разбирательство по территориальности.  

                                                В апелляционной жалобе представитель потерпевшего М. адвокат Овчинников Ю.Е. просит изменить приговор в отношении 

 

Д

<

...> и С., усилить им наказание и увеличить размер компенсации морального вреда с Дмитриева до 

<

...> рублей, с Савченко  - до 

<

...> рублей.  

                                                В обоснование этой просьбы ссылается на то, что суд не учел характер  и степень общественной опасности совершенных Дмитриевым и Савченко  ряда тяжких и особо тяжких преступлений, в результате чего назначил  чрезмерно мягкое наказание и взыскал чрезмерно малую сумму компенсации  морального вреда.  

                                                В возражениях на апелляционные жалобы осужденных и их защитников,  а также представителя потерпевшего государственный обвинитель  Бортников А.В. просит оставить приговор без изменения.  

                                                Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб,  Судебная коллегия находит, что приговор суда постановлен в соответствии с  вердиктом коллегии присяжных заседателей о виновности осужденных в  содеянном, основанном на всестороннем и полном исследовании материалов  дела.  

                                                Вердикт вынесен законным составом суда с участием присяжных  заседателей.  

                                                В ходе предварительного слушания обвиняемые Толипов и Дмитриев  поддержали заявленное ими ходатайство о рассмотрении дела с участием  присяжных заседателей, Савченко заявил ходатайство о рассмотрении дела с  участием присяжных, а обвиняемый Мурашкин отказался от суда с участием  присяжных заседателей.  

                                                Рассмотрев ходатайство Мурашкина, суд в связи с невозможностью  выделения уголовного дела в отношении Мурашкина в отдельное  производство обоснованно по причине того, что выделение дела будет  препятствовать всесторонности и объективности рассмотрения уголовного  дела, правильно назначил рассмотрение дела с участием присяжных  заседателей, (т. 26 л.д. 107-108).  

                                                Формирование коллегии присяжных заседателей проведено в судебном  заседании с соблюдением требований ст. 328 УПК РФ.  

                                                Данных о том, что в составе коллегии присяжных заседателей  принимали участие лица, которые в силу закона не имели права исполнять  обязанности присяжного заседателя, а также о том, что кандидаты в  присяжные заседатели скрыли информацию, которая могла повлиять на  принятие решения по делу и лишила стороны права на мотивированный и  немотивированный отвод, из материалов дела не усматривается.  

 

Из протокола судебного заседания следует, что на вопрос  председательствующего о знакомстве кандидатов в присяжные заседатели с  кем либо из участников процесса, кандидат в присяжные заседатели № 21  заявила о знакомстве с секретарем суда Р. что их дети учились вместе. При этом она, отвечая на вопросы сторон, пояснила, что они не  общаются и это обстоятельство не повлияет на ее объективность.  

                                                Учитывая эти данные, председательствующий обоснованно не  исключил кандидата № 21 из предварительного списка кандидатов в  присяжные заседатели и не нашел оснований для удовлетворения  мотивированного отвода стороны защиты. Впоследствии сторона защиты не  воспользовалось правом немотивированного отвода данного кандидата в  присяжные заседатели, в результате она вошла в основной состав коллегии  присяжных заседателей и была избрана старшиной.  

                                                После завершения отбора присяжных заседателей заявлений о  роспуске образованной коллегии присяжных заседателей ввиду  тенденциозности ее состава от сторон не поступило, (т. 28 л.д. 61)  

                                                По изложенным мотивам не имеется оснований для признания  незаконным состава коллегии присяжных заседателей.  

                                                Не основаны на законе и материалах дела и доводы жалоб о нарушении  подсудности.  

                                                Ходатайство обвиняемых о направлении уголовного дела по  подсудности в Московский областной суд было разрешено  председательствующим в ходе предварительного слушания.  

                                                Отказывая в его удовлетворении, председательствующий правильно  сослался на требования ч. 1, ч. 3 ст. 32 УПК РФ и в связи с тем, что  большинство преступлений совершено на территории Смоленской области  пришел к обоснованному выводу о том, что данное уголовное дело подлежит  рассмотрению Смоленским областным судом, (т. 26 л.д. 107)  

                                                Данных о том, что в суде присяжных исследовались недопустимые  доказательства или были ошибочно исключены из разбирательства дела  допустимые доказательства, или отказано сторонам в исследовании  доказательств, либо допущены иные нарушения уголовно-процессуального  закона, влекущие отмену приговора, из материалов дела не усматривается.  

                                                Доводы жалоб о нарушении судом порядка допроса свидетелей  К., С., И., И. не основаны на материалах дела. 

 

Как правильно указано в жалобе и следует из материалов дела, на  момент допроса указанных свидетелей по настоящему делу, они были  осуждены, и стороной обвинения данные лица были допрошены об  обстоятельствах совершения ими преступлений совместно с подсудимыми. В  связи с тем, что указанные лица не могут нести уголовную ответственность  за дачу заведомо ложных показаний о преступлениях, участниками которых  они являлись, председательствующий правильно не предупредил их об  уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.  

                                                Как следует из протокола судебного заседания, по ходатайству  государственного обвинителя в связи с отказом свидетелей К., С., И., И. от дачи показаний, их показания на предварительном следствии были оглашены в судебном заседании с  соблюдением требований ч. 4 ст. 281 УПК РФ, после чего свидетели  ответили на вопросы стороны обвинения. Стороне защиты также была  предоставлено возможность задать вопросы свидетелям, однако на вопросы  стороны защиты свидетели отказались отвечать, что не противоречит закону.  

                                                Вопреки доводам жалоб председательствующий ни в ходе судебного  следствия, ни в напутственном слове при изложении содержания показаний  свидетелей К.С. И., И., а также при разъяснении присяжным заседателям правил оценки доказательств не  заявлял об «особом» их статусе.  

                                                Из напутственного слова следует, что председательствующий о  правилах оценки доказательств дал следующие разъяснения. «Никакое  доказательство не имеет заранее установленной силы. В этом смысле  показания подсудимых, свидетелей в судебном заседания, заключения  экспертов, протоколы допросов лиц на предварительном следствии,  оглашенные в судебном заседании, и другие представленные вам  доказательства, равны между собой».  

                                                При таких данных оснований для признания показаний указанных  выше свидетелей недопустимыми доказательствами, об оказании  председательствующим воздействия на присяжных заседателей путем  заявления об особом статусе этих свидетелей, не имеется.  

                                                Судебное следствие проведено с соблюдением требований ч. 7 ст. 335  УПК РФ. Председательствующим были созданы необходимые условия для  осуществления сторонами предоставленных им прав. Стороны не были  ограничены в представлении доказательств. Все заявленные сторонами  ходатайства были разрешены председательствующим с соблюдением закона,  мотивы принятых решений доведены им до сведения сторон.  

 

Не усматривается из материалов дела и нарушений права на защиту  подсудимого Савченко.  

                                                Для защиты его интересов в судебном заседании были допущены  адвокаты Тогушева Л.Ю. и Ревенко Е.В.  

                                                Адвокат Тогушева Л.Ю., будучи надлежащим образом извещенной о  дне судебных заседаний, являлась не на все судебные заседания, при этом  заявлений о причинах неявки, об отложении судебного разбирательства, в  суд не направляла. Подсудимый Савченко и его защитник - адвокат Ревенко  Е.В. не возражали против продолжения судебного следствия.  

                                                Доводы жалобы адвоката Тогушевой Л.Ю. о том, что суд по ее  ходатайству от 25 ноября 2013 года, заявленному до окончания судебного  следствия, обязан был предоставить ей копию протокола судебного  заседания для ознакомления с принятыми процессуальными решениями и с  показаниями допрошенных в ее отсутствие лиц, не основаны на законе.  

                                                Вопросный лист и вердикт коллегии присяжных заседателей  соответствуют требованиям ст. ст. 339, 343 УПК РФ является ясным и не  содержит противоречий.  

                                                Вопреки доводам жалоб по каждому преступному деянию в отношении  каждого подсудимого в вопросном листе сформулировано три основных  вопроса, их содержание не носит рекомендательный характер и не  предполагает возможность только утвердительных ответов.  

                                                Присяжные заседатели имели возможность дать отрицательные ответы,  а также исключить действия подсудимых, признанные ими недоказанными,  что и было сделано ими при ответе на вопросы № 2, 16, 19, 26, 29, 36, 46,  которыми часть действий подсудимых исключена.  

                                                Вопросы № 1, 8, 15, 25, 35, 45 сформулированы о событии  преступлений, а потому в них правильно не приведены фамилии лиц,  принимавших участие в их совершении.  

                                                В силу ч. 4 ст. 347 УПК РФ стороны не вправе ставить под сомнение  правильность вердикта, вынесенного присяжными заседателями.  

                                                В этой связи доводы жалоб о недоказанности участия Мурашкина в  группе лиц, признанной бандой, о том, что он не был знаком с членами этой  группы и не был осведомлен о вооруженности группы, о непричастности  Мурашкина к похищению Г. вымогательству его денежных средств и проникновению в его дом, об отсутствии доказательств осведомленности Дмитриева о наличии у банды оружия, автомобилей, о том,  что автомат был «выдуман» следователем, не подлежат удовлетворению.  

                                                Установленным присяжными заседателями фактическим  обстоятельствам содеянного осужденными суд дал правильную  юридическую оценку.  

                                                Вердиктом признано установленным, что в целях нападения на граждан,  их захвата, перемещения в иное место и удержания для последующего  требования денежных средств в период с 1 января 2010 года по 5 августа  2011 года на территории 

<

...> и 

<

...> области была создана  группа, вооруженная травматическим и огнестрельным оружием, была  обеспечена автотранспортными средствами, форменной одеждой  сотрудников полиции и других силовых структур, наручниками, шапками  масками, государственными регистрации оными знаками.  

                                                Дмитриев, являясь участником данной группы, вовлек в нее Мурашкина,  Толипова, Савченко и иных лиц.  

                                                Мурашкин, Толипов и Савченко, будучи осведомленными о  вооруженности группы, вступили в группу и приняли участие в совершенных  этой группой преступлениях.  

                                                Принимая во внимание эти данные, а также обстоятельства совершения  преступлений в отношении Г. и М. по их похищению и вымогательству у них денежных средств, свидетельствующие о том, что  оба нападения на потерпевших совершены по схожему плану, который был  заранее разработан, совершению преступлений предшествовала тщательная  подготовка, суд правильно расценил созданную группу бандой, то есть  вооруженной организованной, устойчивой группой.  

                                                Признание признака устойчивости группы требует юридической оценки  установленных присяжными заседателями обстоятельств, а потому  председательствующий правильно не указал на устойчивость группы при  формулировке вопросов.  

                                                То обстоятельство, что вердиктом не было установлено конкретное  лицо, создавшее банду и являвшееся ее руководителем, на что обращается  внимание в жалобах, не исключает возможность признания вооруженной  устойчивой организованной группы бандой, а лиц, вступивших в эту группу  - членами банды.  

                                                Исключение при ответе на вопрос № 46 действий Дмитриева по  созданию группы, принятию решений, определяющих деятельность группы  связанных с планированием и осуществлением нападений на граждан, вопреки доводам жалобы, не влечет постановление в отношении Дмитриева  оправдательного приговора по обвинению в совершении преступления,  предусмотренного ч. 1 ст. 209 УК РФ.  

                                                Проанализировав ответ на данный вопрос, согласно которому признано  доказанным совершение Дмитриевым менее тяжкого преступления, а  именно, его участие в созданной группе, вовлечение им в группу других  лиц, обеспечение участников группы автотраспортом, а также участие в  совершенных группой преступлениях, суд правильно квалифицировал  действия Дмитриева по ч. 2 ст. 209 УК РФ как участие в банде.  

                                                Такое решение не нарушает права Дмитриева на защиту, не ухудшает  его положение, а потому суд вправе был принять его.  

                                                Вопреки доводам жалоб действия Дмитриева в приговоре и по участию в  банде и в совершении в ее составе преступлений описаны в соответствии с  вердиктом.  

                                                Правильную оценку дал суд и ответам на вопросы № 49, 52, 55 о  доказанности участия Толипова, Мурашкина и Савченко в участии в  организованной вооруженной группе и совершаемых ею преступлениях и  верно квалифицировал их действия по ч. 2 ст. 209 УК РФ.  

                                                Действия Дмитриева по захвату, перемещению и удержанию  М.и Г. действия Мурашкина и Толипова по захвату, перемещению и удержанию Г., аналогичные действия Савченко в отношении М.правильно квалифицированы по п. «а» ч. 3 ст. 126 УК РФ как похищение организованной группой человека с  угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением  оружия, из корыстных побуждений, а Дмитриева и по признаку в отношении  двух лиц.  

                                                Доводы жалобы о том, что Мурашкин не выполнял объективную  сторону похищения Г., а являлся лишь пособником, не основаны на вердикте, из которого следует, что Мурашкин объединился с другими  лицами в группу и договорился с ними, применяя насилие, проникнуть в  Г. против его воли, захватить его и потребовать у Г. денежные средства в качестве выкупа за освобождение. Во исполнение  достигнутой договоренности Мурашкин, выполняя свою роль в этом  преступлении, проехал с другими участниками, показал дом Г., сообщил состав его семьи и кратчайший маршрут движения к автодороге М1.  

 

В связи с совершением похищения потерпевших организованной  группой действия всех участников правильно расценены судом как  соисполнительство.  

                                                Установленные вердиктом обстоятельства совершения преступления в  отношении Г. свидетельствуют о том, что умыслом всех участников нападения на него охватывалось похищение потерпевшего путем  проникновения в его жилище и последующее совершение вымогательства  денежных средств у потерпевшего, а потому суд обоснованно признал всех  осужденных виновными в вымогательстве денежных средств у Г. и незаконном проникновении в его жилище.  

                                                Признание присяжными заседателями недоказанным того факта, что  Мурашкин, узнав от родственников Г. о том, что они обратились в правоохранительные органы и готовится операция по задержанию,  сообщил об этом по телефону одному из членов группы, не исключает его  ответственность за похищение Г., вымогательство у него денежных средств и проникновение в его жилище.  

                                                По указанным мотивам Судебная коллегия не может согласиться с  доводами жалоб о том, что суд дал неправильную оценку вердикту.  

                                                Нарушений норм уголовно-процессуального закона в ходе досудебного  производства, влекущих отмену приговора, из материалов дела не  усматривается.  

                                                Уголовное дело по ст. 209 УК РФ было возбуждено с соблюдением  требований ст. 146 УПК РФ.  

                                                Мера пресечения в отношении осужденных в виде заключения под  стражу и дальнейшее продление сроков содержания обвиняемых под  стражей также произведены с соблюдением закона. Обоснованность этих  решений подтверждена постановленным приговором, которым осужденные  признаны виновными в участии в банде и других преступлениях с  назначением им наказания в виде лишения свободы.  

                                                По окончании предварительного следствия все обвиняемые и их  защитники были ознакомлены с материалам дела. В связи с тем, что они явно  затягивали ознакомление с материалами дела, что подтверждается графиком,  из которого следует, что в течение двух с половиной месяцев они  ознакомились с 4 томами, по ходатайству следователя судом было принято  законное и обоснованное решение об установлении обвиняемым, в том числе  Дмитриеву и Толипову срока в течение 30 дней для ознакомления с  материалами дела.  

 

С учетом изложенного Судебная коллегия не находит оснований для  отмены приговора по доводам жалоб.  

                                                Наказание осужденным назначено соразмерно содеянному, с учетом  данных об их личности, всех обстоятельств дела, вердикта присяжных  заседателей о том, что они заслуживают снисхождения, а также влияния  назначенного наказания на их исправление.  

                                                Смягчающие обстоятельства: активное способствование осужденных  раскрытию преступлений, изобличению соучастников преступления,  добровольное частичное возмещение Савченко материального ущерба,  причиненного М. и морального вреда, а также положительные данные о личности осужденных в полной мере учтены судом при  назначении им наказания.  

                                                Какие-либо данные, свидетельствующие о наличии у Савченко  заболевания, препятствующего отбыванию наказания в виде лишения  свободы, на что обращается внимание в жалобах, в материалах дела  отсутствуют.  

                                                Исключительные обстоятельства, существенно уменьшающие степень  общественной опасности совершенных Савченко преступлений, не  установлены судом, не усматривает таковых и Судебная коллегия, а потому  не находит оснований для смягчения ему наказания с применением  положений ст. 64 УК РФ.  

                                                В полной мере учтена судом и общественная опасность совершенных  осужденными преступлений, в связи с признанием осужденных  заслуживающими снисхождения, суд в соответствии с требованиями ч. 4 ст.  65 УК РФ правильно не установил отягчающие обстоятельства.  

                                                Назначенное осужденным наказание является справедливым, а  потому Судебная коллегия не находит оснований ни для его смягчения по  доводам жалоб, ни для его усиления по доводам жалобы потерпевшего.  

                                                Размер компенсации морального вреда определен судом с учетом  степени нравственных страданий, причиненных потерпевшим, степени вины  каждого осужденного, их материального положения, а также требований  разумности и справедливости. По указанным мотивам доводы жалобы  представителя потерпевшего об увеличении размера компенсации  морального вреда с Дмитриева и Савченко удовлетворению не подлежат.  

 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928  УПК РФ, Судебная коллегия  

                                                определила: 

                                                приговор Смоленского областного суда с участием присяжных  заседателей от 28 апреля 2014 года в отношении Дмитриева Д.В., Мурашкина А.А., Савченко С.И., Толипова М.Б. оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных Дмитриева Д.В., Мурашкина А.А.,  Толипова М.Б., защитников осужденных адвокатов Масасина А.Е., Литвин  ВС, Ревенко ЕВ., Тогушевой Л.Ю., Хадикова В.П., представителя  потерпевшего М.адвоката Овчинникова Ю.Е. - без 

                                                удовлетворения. Председательствующий Судьи: