ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 № 317-ПЭК21

 

г. Москва

23 марта 2022 г.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего – Лебедева В.М.,

членов Президиума – Глазова Ю.В., Давыдова В.А., Момотова В.В., ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, -   

при секретаре Кепель С.В.

рассмотрел надзорную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсеналъ» на определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21 июля 2021 г. по делу № А40-269134/2019 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсеналъ» о признании незаконными действий Московской областной таможни по возложению на заявителя обязанности по уплате денежных средств по договору поручительства от 18 марта 2016 г. № 10000/180316/П00013 в связи с неисполнением обществом с ограниченной ответственностью «Олавс» обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов и пеней, о признании недействительными требований от 3 сентября 2019 г. № 10013000/ТрП2019/0000001, от 25 сентября 2019 г. № 10013000/ТрП2019/000000 об уплате денежных средств по указанному договору.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Кирейковой Г.Г., объяснения представителей общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсеналъ» ФИО7, ФИО8, ФИО9, поддержавших доводы жалобы, представителей Московской областной таможни ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, возражавших против удовлетворения жалобы, Президиум Верховного Суда Российской Федерации

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсеналъ»  (Москва; далее – общество) и Федеральная таможенная служба (далее - ФТС России, таможенная служба) заключили 18 марта 2016 г. договор поручительства № 01-72/003 по обеспечению уплаты таможенных пошлин, налогов лицами, осуществляющими перевозку товаров при таможенном транзите, учетный номер № 10000/180316/П00013 (далее - договор поручительства), по условиям которого общество обязалось отвечать перед таможенной службой за исполнение декларантами таможенной процедуры таможенного транзита, указанными в подпункте 3 статьи 186 Таможенного кодекса Таможенного союза (далее - Таможенный кодекс), обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов, а также пеней.

Согласно пункту 4.1 договор поручительства вступает в силу с даты предоставления таможенной службе оригинала банковской гарантии, указанной в пункте 2.1.2, и действует в течение 2-х лет.

Банковская гарантия предоставлена 19 апреля 2016 г. сроком действия до 18 марта 2018 года.

В порядке, предусмотренном пунктом 1.2 договора поручительства, сторонами подписано дополнение от 20 мая 2017 г., согласно которому поручитель принял на себя обязательство отвечать перед ФТС России за неисполнение обществом «Олавс» (должником) обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов и пеней в размере 106 520 000 руб.

Решением Новороссийской таможни от 8 июля 2019 г. № 10317000/080719/Т-00006, принятым по результатам таможенного контроля, установлено неисполнение должником - обществом с ограниченной ответственностью «Олавс» (далее - общество «Олавс») обязанности по уплате 86 305 807,98 руб. таможенных пошлин, налогов, пеней и процентов, обеспеченных договором поручительства, в связи с недоставкой товара, перевозимого в соответствии с таможенной процедурой таможенного транзита по таможенной декларации № 10317100/200517/0008416, о чем таможенная служба проинформировала общество 4 сентября 2019 г. В требовании от 3 сентября 2019 г., которое получено заявителем 6 сентября 2019 г., таможенная служба предложила обществу уплатить указанную сумму.

Общество 10 сентября 2019 г. направило в Московскую областную таможню возражения, в которых указало на то, что требование об уплате задолженности направлено после истечения срока действия договора поручительства.

Таможенная служба 25 сентября 2019 г. повторно потребовала уплаты задолженности на основании договора поручительства.

Общество, не согласившись с наличием у него обязанности по уплате таможенных платежей, обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением, в котором просило признать недействительными требования от 3 сентября 2019 г. и 25 сентября 2019 года.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из того, что правоотношения, которые послужили основанием для выставления таможенными органами требования об уплате денежной суммы по договору поручительства (оформление транзитной декларации и начало процедуры таможенного транзита), возникли в период действия договора поручительства. В соответствии с нормами таможенного законодательства сроком уплаты ввозных таможенных пошлин, налогов считается день регистрации таможенным органом транзитной декларации. Следовательно, требование об уплате денежной суммы по договору поручительства выставлено правомерно, поскольку оно относится к правоотношениям, возникшим в период действия договора.

Суды апелляционной и кассационной инстанций, отменяя решение от 2 марта 2020 г., в постановлениях от 17 августа 2020 г. и 22 декабря 2020 г. указали на то, что требование таможенного органа об уплате задолженности выставлено по истечении срока поручительства и является незаконным. Суды отметили, что иной подход приведет к возникновению у таможни права требования уплаты денежных средств по договорам поручительства без соблюдения сроков, установленных самими договорами.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации определением от 21 июля 2021 г. отменила постановления от 17 августа 2020 г. и 22 декабря 2020 г. При этом коллегия согласилась с выводом суда первой инстанции о том, что для взыскания таможенным органом задолженности по договору поручительства необходимо, чтобы правоотношения, являющиеся основанием для образования долга, возникли в период действия договора.

Судебная коллегия сослалась на положения статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), предусматривающие возможность выяснения действительной воли сторон при толковании условий договора. По мнению коллегии, в публичных правоотношениях поручительство имеет свои особенности, связанные с особой сферой применения, которые необходимо учитывать при определении момента прекращения поручительства. Договор поручительства был связан с обеспечением уплаты таможенных пошлин, налогов лицами, осуществляющими перевозку товаров при таможенном транзите. В соответствии с частью 2 статьи 164 Федерального закона от 27 ноября 2010 г. № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» (далее – Закон № 311-ФЗ) таможенные органы проводят таможенный контроль после выпуска товаров в течение трех лет с момента окончания нахождения товаров под таможенным контролем. В течение указанного срока таможенные органы могут установить обстоятельства и факты, свидетельствующие о наличии основания для взыскания таможенных пошлин. Срок уплаты ввозных таможенных пошлин, налогов считается со дня регистрации транзитной декларации.

В связи с этим Судебная коллегия указала, что в настоящем случае транзитная декларация зарегистрирована в период действия договора (20 мая 2017 г.) и именно с этой даты таможенные органы получили право контроля за соблюдением обществом «Олавс» положений таможенного законодательства. Соответственно, в течение трех лет с этой даты могло быть предъявлено требование кредитора и исполнено обязательство поручителя.

В надзорной жалобе общество, ссылаясь на наличие оснований, предусмотренных статьей 308.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просит отменить определение от 21 июля 2021 г. и оставить в силе постановления от 17 августа 2020 г. и 22 декабря 2020 года.

По мнению заявителя, определением от 21 июля 2021 г. фактически исключено гражданско-правовое регулирование отношений поручительства в таможенной сфере, предусмотренное положениями пункта 6 статьи 367  ГК РФ и статьи 146 Закона № 311-ФЗ, а также созданы условия для неравенства поручителей в гражданско-правовых отношениях и в отношениях, связанных с уплатой таможенных платежей. 

Истец указывает, что, отождествив поручителя с должником, суд не учел, что поручительство является акцессорным и применение срока его действия не приводит к искажению правовой природы поручительства. Таможенный орган, действующий разумно и добросовестно, мог принять меры для своевременного проведения мероприятий таможенного контроля и обнаружения фактов неуплаты обществом «Олавс» таможенных пошлин в пределах срока поручительства.

Кроме того, общество ссылается на неправильное толкование Судебной коллегией условий поручительства.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2022 года надзорная жалоба общества с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда Российской Федерации.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации, рассмотрев дело в порядке надзора, обсудив доводы надзорной жалобы и отзыва Московской областной таможни на нее, находит надзорную жалобу обоснованной.

Договор поручительства между страховой компанией и таможенной службой заключен 18 марта 2016 г. Следовательно, к названному договору применяются положения статьи 146 Закона № 311-ФЗ, действовавшие в период возникновения отношений из поручительства.

Согласно части 1 статьи 146 Закона № 311-ФЗ поручительство оформляется договором поручительства между таможенным органом и поручителем. К правоотношениям, связанным с заключением договора поручительства, выполнением обязательств, обеспеченных поручительством, представлением поручителю требования, прекращением поручительства, применяются положения гражданского законодательства Российской Федерации и указанного Закона.

Аналогичные по своему содержанию положения в настоящее время предусмотрены частью 3 статьи 62 Федерального закона от 3 августа 2018 г. № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Прямое указание законодательства о таможенном регулировании на применение к поручительству положений гражданского законодательства свидетельствует о том, что к соответствующим отношениям применяются правила статьи 367 ГК РФ о прекращении поручительства. При этом таможенное законодательство не содержит положений, предусматривающих какие-либо особенности прекращения поручительства в таможенной сфере.

Согласно пункту 6 статьи 367 ГК РФ поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано.

Следовательно, при решении вопроса о прекращении поручительства, направленного на обеспечение обязанностей по уплате таможенных пошлин, налогов, применяются условия договора поручительства о сроке его действия.

Вопреки выводам Судебной коллегии положения статьи 431 ГК РФ допускают возможность перехода к выяснению действительной воли сторон при толковании договора в случае неясности буквального значения содержащихся в нем слов и выражений и невозможности устранения этой неясности путем системного толкования договора (пункт 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»). Однако согласно пунктам 4.1 и 4.2 договора поручительство общества действует в течение двух лет, начиная с 19 апреля 2016 г. Данное условие не содержит неясностей, требующих системного или иного вида толкования. Из буквального содержания данного условия следует, что воля сторон договора была направлена на прекращение обеспечения по истечении срока действия поручительства, как это предусмотрено положениями пункта 6 статьи 367 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Заключая договор поручительства, таможенный орган выразил согласие со всеми условиями этого договора, в том числе с условием о сроке поручительства.

В  этой связи позиция таможенного органа о допустимости предъявления требований к поручителю по истечении срока, предусмотренного договором, не соответствует требованиям о добросовестности участников гражданских правоотношений и разумности их действий (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Вывод Судебной коллегии о возможности предъявления к поручителю требования по истечении срока поручительства в течение периода проведения мероприятий таможенного контроля фактически привел к тому, что в результате судебного толкования срок поручительства был продлен с двух до пяти лет, в противоречие с теми договоренностями, к которым пришли стороны. Такое толкование нарушило справедливые правовые ожидания поручителя, по истечении срока действия договора полагавшего себя освобожденным от соответствующей обязанности.

Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в абзаце третьем пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 г. № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве», сроки поручительства не являются сроками исковой давности, и к ним не подлежат применению положения главы 12 Гражданского кодекса Российской Федерации. Это означает, что срок действия поручительства является пресекательным сроком существования самого обеспечительного обязательства; он не может быть продлен, восстановлен, приостановлен либо прерван. В связи с этим ссылка в определении от 21 июля 2021 г. на возможность продления срока поручительства противоречит пресекательному характеру такого срока. 

Ошибочным является и указание Судебной коллегии на то, что приведенное толкование лишает поручительство содержания и смысла в таможенных правоотношениях, превращая поручителя в номинальное лицо. Таможенный орган как сторона договора поручительства при согласовании договорных условий не лишен возможности своевременно провести мероприятия таможенного контроля и обнаружить факты неосуществления транзита и, как следствие, неуплаты обществом «Олавс» таможенных платежей. Отнесение на истца риска отсутствия достаточного количества времени для проведения мероприятий таможенного контроля и своевременного обращения с требованием к поручителю в данном случае недопустимо.

Кроме того, истечение срока поручительства не влечет прекращения обязательств должника по уплате таможенных платежей и пеней, чем обеспечивается возможность взыскания задолженности и соблюдения публичных интересов.

При рассмотрении дела Судебной коллегией допущено нарушение единообразия в применении положений Гражданского кодекса Российской Федерации о толковании условий договора и последствиях истечения указанного в договоре поручительства срока, в связи с чем определение от 21 июля 2021 г. подлежит отмене, а постановления от 17 августа 2020 г. и 22 декабря 2020 г. – оставлению в силе.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 308.8, пунктом 4 части 1 статьи 308.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Президиум Верховного Суда Российской Федерации

постановил:

определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21 июля 2021 года отменить.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17 августа 2020 года и постановление Арбитражного суда Московского округа от 22 декабря 2020 года по настоящему делу оставить в силе.

Председательствующий

В.М. Лебедев