ВЕРХОВНЫЙ СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 301-ЭС22-16340

Дело № А43-36650/2019

22 декабря 2022 г.

г. Москва

 

резолютивная часть определения объявлена 15.12.2022

полный текст определения изготовлен 22.12.2022

 

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего судьи Разумова И.В., 

судей Зарубиной Е.Н. и Капкаева Д.В. –

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2022 и постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 27.06.2022 по делу № А43-36650/2019 Арбитражного суда Нижегородской области.

В судебном заседании приняли участие представители:

ФИО1 – ФИО2 (по доверенности от 25.05.2021), ФИО3 (по доверенности от 25.05.2021);

общества с ограниченной ответственностью «Торгово-офисный центр «СВ» – ФИО4 (по доверенности от 10.01.2022).

Заслушав и обсудив доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Разумова И.В., объяснения представителей ФИО1, поддержавших доводы кассационной жалобы, а также объяснения представителя общества с ограниченной ответственностью «Торгово-офисный центр «СВ», просившего оставить обжалуемые судебные акты без изменения, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации

У С Т А Н О В И Л А:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мостострой» (далее – общество) общество с ограниченной ответственностью «Торгово-офисный центр «СВ» (далее – центр) обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника его требований – 5 630 000 рублей платы за пользование краном монтажным РДК-25 за период с 18.05.2017 по 02.12.2018, рассчитанной по цене, которая, по его мнению, обычно взимается за аренду такого крана, 5 064 000 рублей платы за пользование дизельным генератором АД 100 за период с 18.05.2017 по 04.11.2020, исчисленной исходя из цены, которая, как оно полагало, обычно взимается за аренду такого генератора, а также 1 774 036 рублей в возмещение убытков, возникших в связи с несохранностью упомянутых крана и генератора.

Определением суда первой инстанции от 16.07.2021 требования центра признаны необоснованными, во включении спорной задолженности в реестр требований кредиторов отказано.

Постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2022 определение суда первой инстанции отменено в части отказа во включении в реестр требований кредиторов общества 1 736 900 рублей, в этой части требование центра о возмещении убытков признано обоснованным и включено в реестр с удовлетворением в третью очередь.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа постановлением от 27.06.2022 отменил определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в части отказа во включении в реестр требований кредиторов общества платы за пользование генератором, в отменной части обособленный спор направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в остальной части постановление суда апелляционной инстанции оставил без изменения.

В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, единственный участник общества ФИО1 просит постановления судов апелляционной инстанции и округа отменить, определение суда первой инстанции – оставить в силе.

В отзыве на кассационную жалобу центр просит обжалуемые постановления оставить без изменения как соответствующие действующему законодательству.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2022 жалоба передана на рассмотрение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, отзыве на нее, объяснениях представителей ФИО1 и центра, явившихся в судебное заседание, судебная коллегия считает, что жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и усматривается из материалов дела, 13.02.2017 центр (арендодатель) и общество (арендатор) заключили договор аренды самоходного крана РДК-25 (1975 года выпуска с дизельным генератором под капотом) с экипажем на срок с 13.02.2017 по 31.03.2017.

Сторонами договора аренды самоходный кран оценен в 1 500 000 рублей, генератор – в 500 000 рублей.

В договоре закреплено положение о том, что самоходный кран передается в аренду в целях выполнения подрядных работ по строительству участка автомобильной дороги с путепроводом через железную дорогу и реку Инсар.

По условиям договора управление оборудованием и механизмами, образующими самоходный кран с генератором под капотом, их техническую эксплуатацию осуществляет персонал центра (арендодателя).

Стороны 13.02.2017 оформили акт о передаче крана в аренду.

Согласно договору после окончания согласованного срока аренды самоходный кран возвращается арендодателю также по акту приема-передачи в месте нахождения строительного объекта.

Из постановления Октябрьского районного суда города Саранска Республики Мордовия от 27.12.2018 по уголовному делу № 1-287/2018 следует, что 18.02.2017 машинист самоходного крана по семейным обстоятельствам вынужден был остановить работу и уехать домой. Он закрыл кран на навесной замок, ключи от которого находились только у руководителя центра ФИО5 После этого ФИО5, не являющийся аттестованным машинистом крана, не обладая правами на управление и не имея соответствующих навыков, достоверно зная о том, что самоходный кран не подвергался техническому освидетельствованию и не проходил экспертизу промышленной безопасности, приступил к выполнению строительных работ. Это привело к опрокидыванию крана, поломке его стрелы и гибели электрика, находящегося в непосредственной близости от места аварии.

В тот же день начато расследование уголовного дела по факту нарушения правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшего по неосторожности смерть человека, произведен осмотр места происшествия.

В претензии от 10.05.2017 № 41/СВ центр просил общество направить на строительный объект полномочного представителя для составления надлежащего акта приема-передачи из аренды самоходного крана с генератором. Общество, считающее договор аренды незаключенным, отказалось подписывать акт, что послужило причиной обращения центра в арбитражный суд с иском к обществу об обязании вернуть арендованное имущество (дело № А43-21743/2017 Арбитражного суда Нижегородской области).

Как установил суд первой инстанции, общество закончило выполнять строительные работы на объекте (участке автодороги) не позднее 03.07.2017.

Постановлением следователя от 27.10.2017 самоходный кран приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства. В резолютивной части постановления указано, что в связи с оспариванием прав на кран в суде вернуть его законному владельцу на ответственное хранение не представляется возможным, самоходный кран должен храниться в месте падения.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Нижегородской области от 20.09.2017, с учетом уточнившего его постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2018 по делу № А43-21743/2017, на общество возложена обязанность возвратить центру самоходный кран с дизельным генератором под капотом путем подписания акта приема-передачи.

Впоследствии судебный пристав-исполнитель обратился в суд с заявлением о разъяснении судебного решения по делу № А43-21743/2017, сославшись на наличие постановления следователя о признании крана вещественным доказательством. Определением суда первой инстанции от 08.11.2018 разъяснено, что приставу надлежит известить о вступлении в законную силу судебного решения следователя, в чьем производстве находится уголовное дело, для определения порядка хранения вещественного доказательства и его ответственного хранителя.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 19.12.2018 по делу № А43-21743/2017 обществу отказано в удовлетворении его ходатайства об отсрочке исполнения решения суда по указанному делу. Суд пришел к выводу о том, что общество обязано подписать акт приема-передачи, что не направлено на фактическую передачу имущества, а лишь свидетельствует о документальном оформлении факта завершения арендных отношений между сторонами так, как это предусмотрено заключенным ими договором. В связи с этим суд не усмотрел объективных причин невозможности передачи крана центру путем подписания акта приема-передачи.

В период с 09.10.2018 по 10.10.2018 ФИО6, ФИО7 и ФИО8, действуя по предварительному сговору, тайно похитили узлы и агрегаты крана, принадлежащего центру, общим весом 690 кг, сдав их в пункт приема металлолома за 9 660 рублей (приговор Октябрьского районного суда города Саранска Республики Мордовия от 01.03.2019 по уголовному делу № 1-75/19). 

Затем (02.12.2018) ФИО9 отделил от крана часть деталей общим весом 13 080 кг, после чего погрузил их в автомобиль для транспортировки в пункт приема лома. В этот момент преступные действия ФИО9 пресечены прибывшими на место происшествия сотрудниками полиции (постановление мирового судьи о прекращении уголовного дела и назначении меры уголовно-правового характера в виде штрафа от 09.08.2019 по делу № 1-14/2019).

По расписке от 04.12.2018 руководитель центра ФИО5 получил от сотрудников полиции узлы и агрегаты самоходного крана, отделенные ФИО9

Постановлением Октябрьского районного суда города Саранска Республики Мордовия от 27.12.2018 по делу № 1-287/2018 уголовное преследование в отношении руководителя центра ФИО5 по части 2 статьи 216 Уголовного кодекса Российской Федерации прекращено в связи с примирением сторон. Этим постановлением вещественное доказательство – самоходный кран – признан подлежащим передаче центру как законному владельцу на основании пункта 6 части 3 статьи 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В ходе совместного осмотра крана представителями центра и общества, состоявшегося 09.07.2019, установлено, что он полностью разукомплектован, представляет собой металлолом, остатков, годных к реализации, не выявлено.

Отказывая в удовлетворении требования центра о возмещении убытков в связи с несохранностью самоходного крана с дизельным генератором, суд первой инстанции исходил из того, что он выбыл из владения общества 18.02.2017 по независящим от него причинам и в последующем арендатору не возвращался, в связи с чем общество не обязано было обеспечивать сохранность чужого имущества. Суд учел выводы, изложенные в постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 23.11.2020 по делу № А43-14333/2019 по иску центра к обществу о возмещении тех же убытков, которым были отменены ранее принятые судебные акты об удовлетворении иска центра и спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции (впоследствии иск оставлен без рассмотрения ввиду открытия конкурсного производства в отношении общества, а соответствующее требование центр заново предъявил в деле о банкротстве общества).

Требования центра о включении в реестр требований кредиторов общества платы за пользование краном и дизельным генератором в общей сумме 10 694 000 рублей признано судом необоснованным ввиду того, что 18.02.2017 руководитель центра ФИО5 совершил действия, результатом которых стало крушение крана, приведшее к невозможности его дальнейшего использования в целях, установленных договором аренды.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции в части, касающейся платы за пользование краном и генератором.

В остальной части суд заявление центра удовлетворил, указав на то, что общество на протяжении всего периода рассмотрения дела № А43-21743/2017 и после вступления в силу судебных актов, принятых по этому делу, должно было действовать осмотрительно, предполагать возможность наступления для него негативных последствий в виде возмещения убытков в случае непринятия мер по обеспечению сохранности объекта аренды, учитывая, что акт о его обратной передаче арендодателю сторонами договора не был подписан. Невозможность продолжения арендных отношений, возникшая по вине руководителя центра, не является основанием для освобождения общества от обязанности компенсировать возникшие на стороне центра убытки.

Суд округа признал верным вывод суда апелляционной инстанции относительно того, что виновные действия общества по неисполнению решения суда по делу № А43-21743/2017 стали необходимой причиной возникновения убытков у центра. Отменяя судебный акты в части платы за использование генератора, окружной суд указал на то, что он является вещью, которая может функционировать с иным механизмом как источник энергии. После аварии генератор находился в исправном состоянии и мог быть использован по назначению, а потому общество обязано возместить плату за аренду генератора, которая могла быть получена центром при обычном обороте.

Между тем судами апелляционной инстанции и округа не учтено следующее.

Суды квалифицировали отношения общества и центра как отношения по поводу аренды транспортного средства с экипажем, регулируемые положениями подпараграфа 1 параграфа 3 главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Такую квалификацию центр считал правильной как при рассмотрении дела № А43-21743/2017 Арбитражного суда Нижегородской области (по иску центра об обязании вернуть арендованное имущество), так и рамках настоящего дела (о банкротстве общества).

Особенность договора аренды транспортного средства с экипажем заключается в том, что по такому договору арендодатель обязан не только предоставить транспортное средство, но и оказывать услуги по его управлению и технической эксплуатации, причем таким образом, чтобы обеспечивалась нормальная и безопасная эксплуатация арендуемого средства в соответствии с целями аренды, указанными в договоре (статья 632, пункт 1 статьи 635 ГК РФ). На арендодателе лежит и обязанность поддерживать надлежащее состояние транспортного средства в течение всего срока аренды, включая проведение текущего и капитального ремонтов, предоставление необходимых принадлежностей (статьи 634 ГК РФ).

Поскольку экипаж арендодателя осуществляет управление и техническую эксплуатацию, само транспортное средство всегда находится под его контролем. В силу этого, по общему правилу, закрепленному в статье 639 ГК РФ, негативные последствия, возникающие при гибели или повреждении арендованного имущества, относятся на арендодателя, если только он не докажет, что гибель или повреждение произошли по обстоятельствам, за которые отвечает арендатор в соответствии с законом или договором аренды.

В рассматриваемом случае самоходный кран был поврежден по вине арендодателя (центра) в лице его единоличного исполнительного органа. Эти повреждения являлись настолько существенными, что кран полностью утратил эксплуатационные свойства, исключалась дальнейшая возможность его использования в соответствии с целями аренды, закрепленными в договоре. Сразу после аварии на стороне центра в силу статьи 634 ГК РФ возникла обязанность привести самоходный кран в надлежащее состояние или предоставить обществу другое транспортное средство для продолжения арендных отношений, а значит, именно центр обязан был обеспечить проведение ремонтных работ на месте падения, либо доставить кран в ремонтную мастерскую, либо заменить его на иной. Однако никаких мер по ликвидации последствий аварии центр не предпринял. В связи с этим общество в соответствии с пунктом 2 статьи 328 ГК РФ вправе было приостановить исполнение своих встречных обязательств, в том числе по внесению платы за пользование самоходным краном с генератором под капотом. 

Ни в рамках настоящего дела, ни в ходе рассмотрения дела № А43-21743/2017 Арбитражного суда Нижегородской области судами не был установлен факт удержания обществом самоходного крана с генератором после аварии.

При таких обстоятельствах, заявление центра о включении в реестр требований кредиторов общества платы за пользование самоходным краном с генератором под капотом, начисленной за период времени после крушения, не подлежало удовлетворению.

В момент падения самоходного крана он находился во владении единоличного исполнительного органа центра (арендодателя). Судами не был установлен факт последующей передачи владения обществу (арендатору). При этом ни законом, ни договором, ни актом органа предварительного расследования на арендатора не возложена обязанность по обеспечению сохранности не находящегося в его владении транспортного средства после полной утраты им по вине арендодателя эксплуатационных свойств, то есть вещи, переставшей являться объектом аренды.

По сути, центр после происшествия оставил на месте падения принадлежащее ему имущество, не пригодное более для сдачи в аренду, не предпринял мер к обеспечению его сохранности, а впоследствии безосновательно попытался переложить последствия своего бездействия на общество, которое не использовало и не могло использовать чужую вещь.

Так как убытки, возникшие вследствие несохранности упавшего самоходного крана, не обусловлены ненадлежащим исполнением каких-либо договорных обязательств обществом, они не могли быть отнесены на последнее (статьи 393, 401 ГК РФ).

Суды апелляционной инстанции и округа, признавая требования центра обоснованными в части, сослались лишь на судебные акты по делу № А43-21743/2017 Арбитражного суда Нижегородской области, которыми на общество возложена обязанность возвратить центру самоходный кран с дизельным генератором под капотом путем подписания акта приема-передачи, поставив в вину обществу их неисполнение.

Однако определением от 19.12.2018, суд, рассмотревший иск центра, фактически разъяснил свое решение, указав на то, что оно сводится не к обязанию общества осуществить фактическую передачу имущества, а к понуждению его к подписанию предусмотренного договором акта - документа, свидетельствующего о завершении арендных отношений. В этом определении ясно изложена и позиция самого центра относительно существа судебного решения: центр настаивал на необходимости подписании акта без перемещения самоходного крана, то есть не просил вернуть ему утраченное владение.

Неисполнение обществом такого судебного акта (об обязании подписать документ) не явилось необходимой причиной возникновения убытков на стороне центра.

С учетом изложенного, у судов апелляционной инстанции и округа не имелось оснований для отмены законного и обоснованного определения суда первой инстанции.

Допущенные судами апелляционной инстанции и округа нарушения норм права являются существенными, без их устранения невозможны восстановление и защита прав и законных интересов общества, в связи с чем принятые этими судами постановления следует отменить на основании части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определение суда первой инстанции – оставить в силе.

Руководствуясь статьями 291.11 – 291.14 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации

О П Р Е Д Е Л И Л А:

постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2022 и постановление Арбитражного суда Волго-Вятского круга от 27.06.2022 по делу № А43-36650/2019 Арбитражного суда Нижегородской области отменить.

Определение Арбитражного суда Нижегородской области от 16.07.2021 по указанному делу оставить в силе.

Настоящее определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке надзора в Верховный Суд Российской Федерации в трехмесячный срок. 

 

Председательствующий судья                      И.В. Разумов

судья                    Е.Н. Зарубина

судья            Д.В. Капкаев