ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 85-УД26-2-К1

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

14 мая 2026 г.

г. Москва

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего судьи Сабурова Д.Э., судей Пейсиковой ЕВ. и Рудакова Е.В.,

при ведении протокола секретарем Токаревой А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Шилова Р.В. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Козельского районного суда Калужской области от 18 декабря 2024 г., апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Калужского областного суда от 4 марта 2025 г. и определение судебной коллегии по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 26 августа 2025 г.

По приговору Козельского районного суда Калужской области от 18 декабря 2024 г.

ФИО1, 

<

...>, 

<

...>

осужден:

- по ч.1 ст.292 УК РФ к штрафу в размере 40 000 руб., с освобождением от наказания на основании п.З ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования;

- по ч.З ст. 159 УК РФ к штрафу в размере 200 000 руб.

Постановлено взыскать со ФИО1, в пользу администрации MP 

<

...> 470 623 руб. 89 коп. в счет возмещения причиненного материального ущерба.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Калужского областного суда от 4 марта 2025 г. приговор в части решения по гражданскому иску отменен, дело в этой части направлено на новое рассмотрение в тот же суд в порядке гражданского судопроизводства.

Этот же приговор изменен, исключено из решения о сохранении ареста на имущество осужденного ФИО1 указание на его сохранение до исполнения приговора в части обеспечения исполнения наказания в виде штрафа. В остальной части приговор оставлен без изменения.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 26 августа 2025 г. приговор и апелляционное определение оставлены без изменения.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Пейсиковой Е.В., изложившей обстоятельства дела, доводы, содержащиеся в кассационной жалобе, выступление осужденного ФИО1 и адвоката Шилова Р.В. в его защиту, поддержавших доводы кассационной жалобы, мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Копалиной П.Л., полагавшей кассационное и апелляционное определение отменить, уголовное дело передать на новое апелляционное рассмотрение, Судебная коллегия

установила:

по приговору суда ФИО1 признан виновным и осужден за служебный подлог, то есть внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, если это деяние совершено из корыстной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ч.1 ст.2921 УК РФ), а также за мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное лицом, с использованием своего служебного положения, в крупном размере.

Преступления совершены при обстоятельствах, изложенных в

приговоре.

В кассационной жалобе адвокат Шилов Р.В. в интересах осужденного ФИО1, оспаривая законность состоявшихся судебных решений, просит их отменить и передать уголовное дело на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование доводов указывает, что постановленный в отношении ФИО1 приговор, как основанный на противоречиях, не отвечает требованиям закона, в его основу положены доказательства, которые не получили надлежащей оценки суда. Утверждает, что доказательства, вопреки разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре», приведены судом без конкретизации применительно к каждому преступлению. Приводит доводы о незаконности осуждения ФИО1 по ч.З ст. 159 УК РФ ввиду отсутствия в его действиях состава преступления, в том числе отсутствия корыстного мотива, как обязательного признака состава преступления. Указывает на то, что признавая ФИО1 В .А. виновным в совершении мошенничества, суд не привел в приговоре доказательств, свидетельствующих о наличии у него корыстной цели на совершение хищения чужого имущества, которая органом следствия ему не вменялась, и оставил без внимания тот факт, что ФИО1 денежные средства в свою пользу не обращал, а выплатил их в качестве заработной платы сотрудникам предприятия, руководителем которого он являлся, что не может свидетельствовать о незаконном завладении чужим имуществом, в связи с чем уголовное дело в данной части подлежало прекращению на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ. Автор жалобы, ссылаясь на содержание обвинительного заключения, обращает внимание на то, что суд указал в приговоре применительно к преступлению, предусмотренному ч.З ст. 159 УК РФ, о наличии у ФИО1 корыстной заинтересованности, в то время как органом следствия последнему предъявлено обвинение в совершении преступления из корыстных побуждений, тем самым, как полагает адвокат, в нарушение положений ст.252 УПК РФ суд вышел за пределы предъявленного ФИО1 обвинения, чем ухудшил его положение. При вынесении приговора суд не учел отсутствие по делу доказательств, свидетельствующих о наличии обмана со стороны осужденного по отношению к должностным лицам администрации MP 

<

...> кроме того, не установил, каким образом ФИО1 были похищены денежные средства, в том числе не установлены время и место совершения преступления, а также размер причиненного преступлением ущерба с учетом налога на добавленную стоимость, включенного в стоимость выполненных работ в рамках заключенного муниципального контракта.

Автор жалобы также находит незаконными выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.292 УК РФ, ввиду отсутствия в его действиях корыстной заинтересованности, как обязательного признака состава указанного преступления. Приводит доводы

о том, что по факту служебного подлога ФИО1 необоснованно

инкриминировано совершение данного преступления в период с 25 августа 2022 г. по 7 сентября 2022 г., поскольку состав данного преступления является формальным и считается оконченным с момента внесения в официальный документ заведомо ложных сведений. Акцентирует внимание на том, что в приговоре не получили оценку такие доказательства, как локальный сметный расчет специалиста Л. показания этого специалиста, а также заключение специалиста от 16 декабря 2024 г. Анализируя имеющиеся по делу экспертные исследования, а также показания представителей потерпевшего и показания свидетелей, которые, по мнению автора жалобы, не нашли своего отражения в приговоре, ставит под сомнение выводы суда о том, что собранные по делу доказательства подтверждают виновность ФИО1 в совершении служебного подлога и мошенничества. Считает, что заключения, выполненные экспертом Л. являются недопустимыми доказательствами, так как не отвечают требованиям закона, а неоднократные ходатайства стороны защиты о проведении по делу повторной экспертизы оставлены председательствующим без удовлетворения, что свидетельствует об обвинительном уклоне суда.

Полагает, что судами апелляционной и кассационной инстанций, не были надлежащим образом проверены доводы стороны защиты, приведенные в жалобах, о незаконности приговора, в связи с чем вынесенные судебные решения не соответствуют требованиям закона. Автор жалобы указывает на то, что суд апелляционной инстанции доводы жалобы стороны защиты в части отсутствия в приговоре оценки заключения специалиста от 16 декабря 2024 г., несоответствия приведенных в приговоре показаний свидетеля К. его показаниям, данным в судебном заседании и отраженным в протоколе судебного заседания, в апелляционном определении не изложил и оценки им не дал.

Проверив материалы уголовного дела, доводы кассационной жалобы и заслушав стороны, Судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 40115 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Согласно ч.2 ст.297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с ч.4 ст.302 УПК РФ обвинительный приговор не

может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии,

что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Данные требования закона были нарушены при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО1

Как установлено судом в приговоре, ФИО1, будучи исполняющим обязанности директора МУП МРЭП МО MP 

<

...>, в рамках заключенного с администрацией MP 

<

...> муниципального контракта на производство ремонтно-восстановительных работ переправы в дер. 

<

...> СП 

<

...>, путем внесения в официальные документы, а именно, акт о приемке выполненных работ и справку о стоимости выполненных работ и затрат, заведомо ложных сведений об объеме и стоимости выполненных работ, похитил путем обмана и злоупотребления доверием принадлежащее администрации MP 

<

...> имущество в виде денежных средств в размере 470 623 руб. 89 коп.

Признав установленным совершение ФИО1 мошенничества и служебного подлога, суд квалифицировал действия по ч.1 ст.292 и ч.З ст.159УКРФ.

Мотивируя вывод о виновности ФИО1 в содеянном, суд указал, что он, используя свое служебное положение с корыстной целью внес в официальные документы заведомо ложные сведения и похитил денежные средства, принадлежащие MP 

<

...>

Суды апелляционной и кассационной инстанций согласились с такими выводами суда.

Между тем, согласно ст. 159 УК РФ, мошенничеством являются действия лица, направленные на хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием.

В соответствии с примечанием 1 к ст. 158 УК РФ под хищением в статьях Уголовного кодекса Российской Федерации понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Субъективная сторона данного преступления характеризуется прямым умыслом, то есть лицо должно осознавать общественную опасность своих

действий (бездействия), предвидеть возможность или неизбежность

наступления общественно опасных последствий и желать их наступления, а также наличием корыстной цели.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 г. № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», при решении вопроса о виновности лица в совершении мошенничества суды должны иметь в виду, что обязательным признаком хищения является наличие у лица корыстной цели, то есть стремления изъять и (или) обратить чужое имущество в свою пользу либо распорядиться указанным имуществом как своим собственным, в том числе путем передачи его в обладание других лиц, круг которых не ограничен.

Исходя из изложенной в пункте 4 указанного постановления Пленума правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, умысел, направленный на хищение чужого имущества, возникает у лица до получения чужого имущества или права на него. При этом в каждом конкретном случае необходимо с учетом всех обстоятельств дела установить, что лицо заведомо не намеревалось исполнять свои обязательства.

Однако, как следует из показаний ФИО1, приведенных в приговоре, он является исполняющим обязанности директора МУП МРЭП МО MP 

<

...> занимающимся определенного рода деятельностью, в том числе обслуживанием дорог. Весной 2022 года, в связи с многочисленными жалобами жителей, встал вопрос о ремонте переправы в дер.

<

...> им на месте был оценен объем работ, составлена смета, в соответствии с которой она выходила более 1 400 000 руб., однако в администрации ему сообщили об отсутствии таких денег и необходимости уложиться в 612 000 руб. 28 июля 2022 г. между МУП МРЭП МО MP 

<

...> и администрацией района MP 

<

...> был заключен муниципальный контракт на производство ремонтно-восстановительных работ переправы в дер. 

<

...> СП 

<

...> По окончании работ их объем и качество были приняты заказчиком в лице администрации района, составлен акт о выполненных работах, в котором были указаны сведения о количестве и времени работы техники, совпадающие с данными контракта, после чего со стороны администрации была произведена оплата работ на указанную в контракте сумму в размере 612 144 руб., которая поступила на расчетный счет предприятия. Все поступившие по контракту денежные средства были направлены на выплаты заработной платы сотрудникам предприятия. Виновным в совершении инкриминируемых ему деяний он себя не считает, поскольку стоимость фактически выполненной на объекте работы значительно превышает

стоимость, уплаченную по контракту.

Из показаний представителя потерпевшего - администрации MP 

<

...> К. следует, что 7 июля 2022 г. был ураган, произошла чрезвычайная ситуация, которая повредила переправу в дер.

<

...>СП 

<

...>. 28 июля 2022 г. между администрацией MP 

<

...> и МУП МРЭП МО MP 

<

...> на основании п.9 ч.1 ст.93 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ и протокола заседания комиссии по предупреждению ликвидации чрезвычайных ситуаций был заключен муниципальный контракт, в соответствии с условиями которого подрядчик МУП МРЭП МО MP 

<

...> должен был произвести ремонтно-восстановительные работы переправы. Работы по контракту были выполнены в соответствии с его условиями и в сроки, установленные контрактом. При приемке работ заказчик, в лице администрации MP 

<

...>, нарушений по обязательствам не выявил, работы были выполнены в полном объеме, приняты и оплачены подрядчику в соответствии с условиями контракта при отсутствии к подрядчику претензий.

По показаниям свидетеля Е. - заместителя главы администрации MP 

<

...> в 2022 году, в результате неблагоприятных погодных условий, произошло разрушение переправы через р.

<

...> вблизи дер.

<

...> в связи с этим было необходимо в срочном порядке производить ремонт переправы. Между администрацией MP 

<

...> и МУП МРЭП МО MP 

<

...>был заключен муниципальный контракт на ремонт переправы. По окончании работ она лично выезжала на данную переправу и убедилась, что все работы были выполнены, после чего был составлен и подписан акт выполненных работ и произведена оплата по контракту. Денежные средства были переведены на расчетный счет МУП МРЭП МО MP 

<

...> и в дальнейшем использованы ФИО1 на нужды предприятия.

Согласно показаниям свидетеля И. - заместителя начальника отдела муниципального хозяйства администрации MP 

<

...> в его обязанности входило взаимодействие с подрядчиками по заключенными договорам, организация и планирование работы в сфере ЖКХ. В 2022 году, в результате паводка, произошло частичное разрушение переправы через р. 

<

...> было проведено заседание комиссии по ликвидации чрезвычайных ситуаций. В результате заседания комиссии принято решение о заключении контракта с МУП МРЭП МО MP 

<

...> на ремонт данной переправы. В ходе выполнения работ он выезжал на место и наблюдал ход производства работ. По окончании работ им также был

осуществлен выезд на переправу, которая была осмотрена, претензий не

вызвала ни по объему, ни по качеству. Им был подписан акт о приемке выполненных работ, объем которых совпадал с данными контракта. Фактически произведенный на объекте объем работ им не проверялся. После этого денежные средства в полном объеме поступили на расчетный счет МУП МРЭП МО MP 

<

...>

По показаниям свидетеля З.- заведующей в администрации MP «Козельский район» отделом экономического развития и инвестиций, 28 июля 2022 г. на основании протокола заседания комиссии по чрезвычайным ситуациям с МУП МРЭП МО MP 

<

...> был заключен муниципальный контракт на выполнение ремонтно-восстановительных работ переправы. При заключении контракта, в силу невозможности применения других методов, в соответствии с п.9 ч.1 ст.93 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ был применен затратный метод (калькуляционный расчет), в котором указаны затраты на выполнение ремонтно-восстановительных работ. Составление сметы, в данном случае, было не обязательно. Выполненные работы принимаются по фактическому объему работ, следовательно сумма выполненных работ может отличаться от суммы, указанной в калькуляционном расчете, как в большую, так и в меньшую стороны. Контроль и приемка выполненных работ осуществлялась специалистом администрации MP 

<

...> И. По данному контракту сторонние экспертные организации для определения фактического объема и качестве работ не привлекались.

Из показаний свидетеля М. - ведущего экономиста МУП МРЭП МО MP 

<

...>, по поручению ФИО1 ею были составлены акты по форме КС-2 и КС-3. Сведения в указанные акты она вносила по указанию ФИО1 Насколько она помнит, количество техники и количество часов ее работы в актах совпадало с данными контракта. После этого она отдала документы на подпись ФИО1, а затем отнесла их в администрацию района, после чего на счет МУП МРЭП МО MP 

<

...> поступили денежные средства, которые сразу были направлены на выплату заработной платы сотрудникам организации.

Согласно показаниям свидетелей К.С. Т.А. Л.Б. К.Г. Г.Ч. они принимали участие в работе по ремонту переправы с использованием техники.

Из материалов уголовного дела, в частности, калькуляционного расчета, на производство ремонтно-восстановительных работ переправы в

дер.

<

...>СП 

<

...>(т.1, л.д.211), протокола

внеочередного заседания комиссии по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций от 8 июля 2022 г. (т.1, л.д.219-220), муниципального контракта на производство ремонтно-восстановительных работ переправы в дер СП « от 28 июля 2022 г. (т.1, л.д.184-195), акта о приемке выполненных работ от 25 августа 2022 г. (т.1, л.д.222), исследованных в судебном заседании, следует, что администрацией MP

в связи с повреждением в дер. СП

переправы, с МУП МРЭП МО MP

в лице исполняющего обязанности директора ФИО1, в рамках Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ был заключен муниципальный контракт на производство ремонтно-восстановительных работ данной переправы. Работы по муниципальному контракту проведены МУП МРЭП МО MP 

<

...> в соответствии с этим контрактом, по результатам исполнения которого, объект в виде переправы восстановлен и принят в эксплуатацию администрацией MP 

<

...> по цене, указанной заказчиком в муниципальном контракте, при отсутствии каких-либо недостатков и претензий к ФИО1, как к руководителю предприятия, после чего денежные средства в размере 612 144 руб. 00 коп., указанном в муниципальном контракте, поступили на расчетный счет МУП МРЭП МО MP 

<

...>

Таким образом, как установлено судом, денежные средства в размере 612 144 руб. 00 коп., были получены ФИО1 в рамках заключенного с администрацией MP

<

...> муниципального контракта и в пределах установленной данным контрактом стоимости работ. Каких-либо объективных доказательств тому, что у ФИО1 на момент его заключения имелся умысел на хищение чужого имущества, то есть на мошенничество, судом не установлено.

Выводы суда о причинении администрации MP 

<

...> материального ущерба, с учетом того, что судом достоверно установлен факт выполнения руководимой ФИО1 организацией в рамках муниципального контракта ремонтно-восстановительных работ переправы, заключенного в соответствии с Федеральным законом «О контрактной системе в сфере закупок, товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ, которая была принята заказчиком в лице администрации MP 

<

...>не могут свидетельствовать о наличии в действиях ФИО1 признаков мошенничества применительно к инкриминируемым ему

действиям.

Представленные же в заключениях эксперта Л. (т.2, л.д. 157-172; т.З, л.д. 147-171) данные о разнице между фактической стоимостью выполненной ФИО1 в рамках исполнения контракта работы и перечисленной суммы денежных средств на расчетный счет предприятия, при указанных в приговоре обстоятельствах, сами по себе не могут предрешать выводы суда о виновности ФИО1 в совершении мошенничества при заключении контракта с администрацией MP 

<

...>на производство ремонтно-восстановительных работ, принятых заказчиком без претензий.

Судами вышестоящих инстанций при проверке законности в апелляционном и кассационном порядке постановленного в отношении ФИО1 приговора указанные выше обстоятельства обставлены без должного внимания.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия приходит к выводу о необходимости отменить апелляционное и кассационное определения, а уголовное дело передать на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд иным составом суда. При новом апелляционном рассмотрении уголовного дела необходимо проверить иные доводы адвоката, указанные в кассационной жалобе, и дать содеянному ФИО1 надлежащую юридическую оценку.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 401' , 401 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Калужского областного суда от 4 марта 2025 г. и определение судебной коллегии по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 26 августа 2025 г. в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело передать на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд иным составом суда.

Председательствующий судья

Судьи