УИД 41RS0001-01-2024-012391-97

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№ 60-КГ26-1-К9

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Москва	 4 мая 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Пчелинцевой Л.М., судей Вавилычевой Т.Ю. и Юрьева И.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании 4 мая 2026 г. кассационную жалобу представителя ФИО1 по доверенности ФИО2 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 5 июня 2025 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 18 сентября 2025 г.

по делу № 2-1054/2025 Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края по иску ФИО1 к федеральному казённому учреждению «Военный комиссариат Камчатского края» о признании незаконным отказа в назначении пенсии по случаю потери кормильца, признании права на одновременное получение пенсии по случаю потери кормильца и страховой пенсии по старости, возложении обязанности назначить пенсию по случаю потери кормильца.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Вавилычевой Т.Ю., объяснения представителя ФИО1 по

доверенности ФИО2, поддержавшего доводы кассационной жалобы,

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

ФИО1 через представителя по доверенности ФИО2 25 ноября 2024 г. обратилась в суд с иском к федеральному казённому учреждению «Военный комиссариат Камчатского края» (далее также - военный комиссариат Камчатского края) о признании незаконным отказа в назначении пенсии по случаю потери кормильца, признании права на одновременное получение пенсии по случаю потери кормильца и страховой пенсии по старости, возложении обязанности назначить пенсию по случаю потери кормильца.

В обоснование заявленных требований представителем истца указано, что ФИО1, 

<

...> года рождения, является матерью военнослужащего ФИО3. С 25 октября 2022 г. ФИО1 получает страховую пенсию по старости.

ФИО3 с 15 февраля 2013 г. проходил военную службу по контракту, имел воинское звание «мичман».

25 октября 2022 г. ФИО3 умер.

Согласно заключению по материалам административного расследования, утверждённому командиром войсковой части 26 октября 2022 г., смерть мичмана ФИО3 наступила при исполнении им обязанностей военной службы в результате внутримозгового кровоизлияния. Признаков насильственной смерти нет. Алкогольное и наркотическое опьянения не установлены.

Приказом от 1 ноября 2022 г. мичман ФИО3 исключён из списков личного состава Вооружённых Сил Российской Федерации в связи со смертью. В этом приказе указано, что смерть ФИО3 наступила в период прохождения военной службы, связана с исполнением обязанностей военной службы.

Заключением военно-врачебной комиссии от 13 декабря 2023 г. заболевание ФИО3, послужившее причиной его смерти, признано заболеванием, полученным в период военной службы.

Решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 17 августа 2023 г., вступившим в законную силу, установлен факт нахождения ФИО1 на иждивении ФИО3, умершего 25 октября 2022 г.

Решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 25 июня 2024 г., вступившим в законную силу, установлено, что смерть мичмана ФИО3 наступила при исполнении им обязанностей военной

службы.

3 октября 2024 г. ФИО1, ссылаясь на решение суда от 25 июня 2024 г., обратилась в военный комиссариат Камчатского края с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца.

Письмом военного комиссара Камчатского края от 31 октября 2024 г. ФИО1 было отказано в назначении пенсии по случаю потери кормильца по причине отсутствия у неё права на одновременное получение двух пенсий в соответствии со статьёй 7 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей» (далее также - Закон Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1), так как заключением военно-врачебной комиссии от 13 декабря 2023 г. заболевание ФИО3, послужившее причиной его смерти, признано заболеванием, полученным в период военной службы, что в силу положений статьи 21 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 исключает возможность одновременного получения ФИО1 двух пенсий - пенсии по случаю кормильца и страховой пенсии по старости.

Отказ военного комиссара Камчатского края в назначении пенсии по случаю потери кормильца ФИО1 считает незаконным, поскольку смерть её сына ФИО3 наступила при исполнении обязанностей военной службы, что подтверждено в том числе решением суда от 25 июня 2024 г., в связи с чем она на основании положений статей 7, 21, 30 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 имеет право на одновременное получение двух пенсий - пенсии по случаю кормильца и страховой пенсии по старости.

Ответчик в суде иск не признал.

Решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 11 февраля 2025 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены. Признан незаконным отказ федерального казённого учреждения «Военный комиссариат Камчатского края» в назначении ФИО1 пенсии по случаю потери кормильца, оформленный письмом военного комиссара Камчатского края от 31 октября 2022 г. № ЦСО/5852.

За ФИО1 признано право на единовременное получение двух пенсий - пенсии по случаю потери кормильца, предусмотренной статьёй 30 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1, и страховой пенсии по старости.

На федеральное казённое учреждение «Военный комиссариат Камчатского края» возложена обязанность назначить ФИО1 пенсию

по случаю потери кормильца с 3 октября 2024 г.

С федерального казённого учреждения «Военный комиссариат Камчатского края» в пользу ФИО1 взысканы расходы на уплату государственной пошлины в размере 3000 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 5 июня 2025 г. решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 18 сентября 2025 г. апелляционное определение суда апелляционной инстанции оставлено без изменения.

В поданной в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации кассационной жалобе представителя ФИО1 по доверенности ФИО2 ставится вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены, как незаконных, апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 5 июня 2025 г., определения судебной коллегии по гражданским делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 18 сентября 2025 г. и оставления в силе решения Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 11 февраля 2025 г.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы 22 декабря 2025 г. судьёй Верховного Суда Российской Федерации Пчелинцевой Л.М. дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Вавилычевой Т.Ю. от 23 марта 2026 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

В судебное заседание Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации представители ответчика военного комиссариата Камчатского края и третьего лица отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Камчатскому краю, надлежаще извещённые о времени и месте рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, не явились, о причинах неявки сведений не представили. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь частью четвёртой статьи 390

Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, поскольку имеются предусмотренные законом основания для отмены в кассационном порядке обжалуемых судебных постановлений судов апелляционной и кассационной

инстанций и оставления в силе решения суда первой инстанции.

Основаниями для отмены или изменения судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу, что в настоящем деле такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права были допущены судом апелляционной инстанции, а также кассационным судом общей юрисдикции, и они выразились в следующем.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО1, 

<

...> года рождения, является матерью ФИО3, 

<

...> года рождения.

С 24 августа 2013 г. ФИО1 получает страховую пенсию по старости.

С 15 февраля 2013 г. ФИО3 проходил военную службу по контракту, имел воинское звание «мичман».

25 октября 2022 г. ФИО3 умер.

Согласно заключению по материалам административного расследования, утверждённому командиром войсковой части 26 октября 2022 г., смерть мичмана ФИО3 наступила при исполнении им обязанностей военной службы в результате внутримозгового кровоизлияния. Признаков насильственной смерти нет. Алкогольное и наркотическое опьянения не установлены.

Приказом начальника 

<

...> центра Тихоокеанского флота от 1 ноября 2022 г. мичман ФИО3 исключён из списков личного состава Вооружённых Сил Российской Федерации в связи со смертью. В приказе указано, что смерть ФИО3 наступила в период прохождения военной службы, связана с исполнением обязанностей военной службы.

Приказом командира войсковой части 

<

...> от 1 ноября 2022 г. мичман ФИО3 с 26 октября 2022 г. исключён из списков личного состава части и всех видов обеспечения в связи со смертью. В приказе содержатся сведения о том, что смерть ФИО3 наступила в период прохождения военной службы, при исполнении военной службы.

Вступившим в законную силу решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 17 августа 2023 г. установлен факт нахождения ФИО1 на иждивении ФИО3, умершего 25 октября 2022 г.

Заключением военно-врачебной комиссии отдела (военно-врачебной экспертизы г. Петропавловска-Камчатского) филиала № 4 федерального государственного казённого учреждения «Главный центра военно-врачебной

экспертизы» Министерства обороны Российской Федерации от 13 декабря

2023 г. (далее также - заключение военно-врачебной комиссии от 13 декабря 2023 г.) заболевание ФИО3, приведшее к его смерти, признано заболеванием, полученным в период военной службы.

Вступившим законную силу решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 25 июня 2024 г. за ФИО1 признано право на получение ежемесячной денежной компенсации, предусмотренной частью 9 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат». Этим же решением была установлена причина смерти военнослужащего ФИО3 - вследствие заболевания, полученного при исполнении обязанностей военной службы.

3 октября 2024 г. ФИО1, ссылаясь на то, что её сын ФИО3 умер вследствие заболевания, полученного при исполнении обязанностей военной службы, что подтверждено решением суда от 25 июня 2024 г., обратилась в военный комиссариат Камчатского края с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца в соответствии со статьёй 30 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1.

Письмом военного комиссара Камчатского края от 31 октября 2024 г. ФИО1 было отказано в назначении пенсии по случаю потери кормильца по причине отсутствия у неё права на одновременное получение двух пенсий. ФИО1 с указанием на часть первую статьи 7, пункт «б» статьи 21 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 разъяснено, что семьям лиц, умерших вследствие заболевания, полученного в период военной службы, имеющим одновременное право на различные пенсии в соответствии с законодательством Российской Федерации, устанавливается одна пенсия по их выбору. Для назначения пенсии по случаю потери кормильца ФИО1 было предложено представить в военный комиссариат Камчатского края справку из отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Камчатскому краю с датой прекращения выплаты ей страховой пенсии по старости.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования ФИО1 о признании незаконным отказа в назначении пенсии по случаю потери кормильца, признании права на одновременное получение пенсии по случаю потери кормильца и страховой пенсии по старости, возложении обязанности назначить пенсию по случаю потери кормильца, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 7, 21, 28-30 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1, статьи 37 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», исходил из того, что для назначения пенсии по случаю потери кормильца на льготных условиях родителям лиц, указанных в статье 1 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1, необходимо достижение родителями таких лиц соответствующего возраста (50 лет для женщин, 55 лет для мужчин) и

наступление смерти кормильца вследствие военной травмы - ранения,

контузии, увечья или иного заболевания, полученного кормильцем при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей).

Принимая во внимание, что вступившим в законную силу решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 25 июня 2024 г. установлено, что причиной смерти мичмана ФИО3 явилось заболевание, полученное им при исполнении обязанностей военной службы, суд первой инстанции с учётом положений части второй статьи 13, части второй статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (об обязательности судебных постановлений, о преюдициальном значении обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, в котором участвовали те же лица), пришёл к выводу о наличии оснований для признания за ФИО1 права на одновременное получение пенсии по случаю потери кормильца и страховой пенсии по старости и о незаконности отказа военного комиссариата Камчатского края в назначении ФИО1 пенсии по случаю потери кормильца.

Суд апелляционной инстанции с такими выводами суда первой инстанции не согласился, отменил решение суда первой инстанции и принял по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1

Суд апелляционной инстанции указал на то, что определение причинной связи увечий, заболеваний лиц, пенсионное обеспечение которых осуществляется в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1, с исполнением обязанностей военной службы в силу подпункта «г» пункта 3 Положения о военно-врачебной экспертизе, утверждённого постановлением Правительства Российской Федерации от 4 июля 2013 г. № 565, относится к компетенции военно-врачебной комиссии.

По мнению суда апелляционной инстанции, поскольку заключением военно-врачебной комиссии от 13 декабря 2023 г., которое в установленном законом порядке не оспаривалось и отменено не было, заболевание ФИО3, приведшее к его смерти, признано заболеванием, полученным в период военной службы, а не военной травмой, то выводы суда первой инстанции о праве ФИО1 на одновременное получение пенсии по случаю потери кормильца и страховой пенсии по старости, сделанные вопреки данному заключению военно-врачебной комиссии, являются неправомерными.

Суд апелляционной инстанции полагал, что вступившее в законную силу решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 25 июня 2024 г. для настоящего спора о признании за ФИО1 права на получение пенсии по случаю потери кормильца преюдициального значения не имеет, так как предметом ранее рассмотренного спора являлись иные правоотношения, основанные на применении норм Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и

предоставлении им отдельных выплат».

Судебная коллегия по гражданским делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции, оставляя без изменения апелляционное определение суда апелляционной инстанции, не установила нарушения либо неправильного применения судом апелляционной инстанции норм материального права или норм процессуального права.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что выводы суда апелляционной инстанции, а также кассационного суда общей юрисдикции основаны на неправильном применении норм материального права, регулирующих спорные отношения, и сделаны с существенным нарушением норм процессуального права.

Пенсионное обеспечение лиц, проходивших военную службу, иных категорий лиц и их семей урегулировано Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей».

Статьёй 1 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 определён круг лиц, на которых распространяется действие данного закона. В их числе лица, проходившие военную службу в качестве офицеров, прапорщиков и мичманов в Вооружённых Силах Российской Федерации, и семьи этих лиц (абзац второй пункта «а» статьи 1).

Согласно части второй статьи 5 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 в случае гибели или смерти лиц, указанных в статье 1 данного закона, их семьи при наличии условий, предусмотренных этим законом, приобретают право на пенсию по случаю потери кормильца.

Условия, определяющие право на пенсию по случаю потери кормильца, установлены в статье 28 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1, в соответствии с которой пенсия по случаю потери кормильца назначается, в частности, семьям лиц, указанных в статье 1 этого закона, если кормилец умер (погиб) во время прохождения службы или не позднее трёх месяцев со дня увольнения со службы либо позднее этого срока, но вследствие ранения, контузии, увечья или заболевания, полученных в период прохождения службы.

Частью первой статьи 29 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 предусмотрено, что право на пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умерших (погибших) лиц, указанных в статье 1 названного закона, состоявшие на их иждивении.

В силу части первой статьи 30 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 родители лиц, указанных в статье 1 данного закона, умерших (погибших) вследствие причин, перечисленных в пункте «а»

статьи 21 этого закона (за исключением случаев, когда смерть указанных лиц

наступила в результате их противоправных действий), имеют право на пенсию по случаю потери кормильца по достижении ими возраста 55 и 50 лет (соответственно мужчины и женщины) независимо от того, находились ли они на иждивении умерших (погибших). При этом пенсия устанавливается каждому из родителей в размере, предусмотренном названным законом.

Частью четвёртой статьи 7 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 закреплено, что родители лиц, указанных в статье 1 этого закона, умерших (погибших) вследствие причин, перечисленных в пункте «а» статьи 21 названного закона (за исключением случаев, когда смерть указанных лиц наступила в результате их противоправных действий), имеют право на одновременное получение двух пенсий. Им могут устанавливаться пенсия по случаю потери кормильца, предусмотренная статьёй 30 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1, и любая другая пенсия, установленная в соответствии с законодательством Российской Федерации (за исключением пенсии по случаю потери кормильца или социальной пенсии по случаю потери кормильца).

В соответствии с пунктом «а» статьи 21 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 в качестве причины смерти (гибели) лиц, указанных в статье 1 названного закона, предусмотрена военная травма - ранение, контузия, увечье или заболевание, полученные при защите Родины, в том числе полученные в связи с пребыванием на фронте, прохождением службы за границей в государствах, где велись боевые действия, или при исполнении иных обязанностей военной службы (служебных обязанностей).

В пункте 1 статьи 37 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» приведены случаи, когда военнослужащий признаётся исполняющим обязанности военной службы, в частности при исполнении должностных обязанностей (подпункт «б» пункта 1).

В пункте 2 статьи 37 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» содержится исчерпывающий перечень обстоятельств, когда военнослужащий не признаётся погибшим (умершим), получившим увечье (ранение, травму, контузию) или заболевание при исполнении обязанностей военной службы, а именно если это явилось следствием: самовольного нахождения вне расположения воинской части или установленного за пределами воинской части места военной службы, за исключением случаев, предусмотренных подпунктами «л», «м», «н», «о», «п» и «р» пункта 1 статьи 37 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе»; добровольного приведения себя в состояние опьянения; совершения им деяния, признанного в установленном порядке общественно опасным (подпункты «а» - «в» пункта 2 статьи 37).

Из изложенных нормативных положений следует, что в случае гибели (смерти) военнослужащих их семьи приобретают право на пенсию по случаю потери кормильца. Такая пенсия назначается нетрудоспособным членам семьи

умерших (погибших) военнослужащих при условии смерти (гибели)

военнослужащего во время прохождения службы или не позднее трёх месяцев со дня увольнения со службы либо позднее этого срока, но вследствие ранения, контузии, увечья или заболевания, полученных в период прохождения службы.

При наступлении смерти (гибели) военнослужащего вследствие военной травмы, которой признаётся в том числе заболевание, полученное им при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей), его родители, достигшие на дату смерти (гибели) военнослужащего соответствующего возраста (для женщин 50 лет, для мужчин 55 лет), имеют право на одновременное получение двух пенсий: пенсии по случаю кормильца, предусмотренной статьёй 30 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1, и любой другой пенсии, установленной в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции, которым исковые требования ФИО1 о признании незаконным отказа в назначении пенсии по случаю потери кормильца, признании права на одновременное получение пенсии по случаю потери кормильца и страховой пенсии по старости, возложении обязанности назначить пенсию по случаю потери кормильца удовлетворены, и принимая по делу новое решение об отказе в удовлетворении этих требований, приведённое правовое регулирование отношений, связанных с пенсионным обеспечением членов семьи умерших (погибших) военнослужащих применил неправильно.

Суд апелляционной инстанции не учёл, что право на одновременное получение двух пенсий (пенсии по случаю кормильца, предусмотренной статьёй 30 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1, и любой другой пенсии, установленной в соответствии с законодательством Российской Федерации) имеют родители умершего военнослужащего, достигшие соответствующего возраста (женщины - 50 лет, мужчины - 55 лет) в случае его смерти не только от ранения, контузии, увечья, но и от заболевания, полученных при исполнении обязанностей военной службы. Кроме того, суд апелляционной инстанции допустил существенное нарушение норм процессуального права (статей 13, 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) об обязательности вступивших в законную силу судебных постановлений.

В силу части второй статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Согласно части второй статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны

для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат

оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных данным кодексом.

Указывая в обоснование отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 на то, что заключением военно-врачебной комиссии от 13 декабря 2023 г., в компетенцию которой входит определение причинной связи увечий, заболеваний лиц, пенсионное обеспечение которых осуществляется в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1, заболевание ФИО3, приведшее к его смерти, признано заболеванием, полученным в период военной службы, а не военной травмой, то есть отсутствует причинная связь смерти ФИО3 с исполнением им служебных обязанностей, суд апелляционной инстанции не принял во внимание, что вступившим законную силу решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 25 июня 2024 г. была установлена причина смерти военнослужащего ФИО3 - вследствие заболевания, полученного при исполнении обязанностей военной службы. Из этого факта следовало исходить суду апелляционной инстанции и в настоящем деле при рассмотрении апелляционной жалобы военного комиссариата Камчатского края, поскольку данное решение суда в силу приведённых норм процессуального закона подлежит безусловному применению к спорным отношениям.

Мнение суда апелляционной инстанции о том, что вступившее в законную силу решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 25 июня 2024 г. для настоящего спора преюдициального значения не имеет, так как предметом ранее рассмотренного спора являлись иные правоотношения, основанные на применении норм Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», ошибочно, поскольку условием как для назначения членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего ежемесячной денежной компенсации, предусмотренной частью 9 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», так и для назначения его родителям пенсии по случаю потери кормильца в соответствии с частью четвёртой статьи 7 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 является гибель (смерть) военнослужащего вследствие военной травмы, которой признаётся в том числе заболевание, полученное при исполнении обязанностей военной службы, что судом апелляционной инстанции ввиду неправильного толкования норм материального права, регулирующих спорные отношения, учтено не было.

Такое отношение суда апелляционной инстанции к вступившему в законную силу решению Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 25 июня 2024 г. нарушило принцип правовой определённости и обеспечения стабильности принятых судебных актов и привело к необоснованному различию в правах граждан, принадлежащих к

одной и той же категории лиц - членам семьи погибшего (умершего)

военнослужащего, и создало такую ситуацию, при которой член семьи погибшего (умершего) военнослужащего, обратившийся за назначением пенсии по случаю потери кормильца на льготных условиях, вынужден был доказывать факт, имеющий юридическое значение, ранее уже установленный судебным постановлением.

Суд апелляционной инстанции проигнорировал и то обстоятельство, что представленными в материалы дела доказательствами, в числе которых заключение по материалам административного расследования по факту смерти военнослужащего мичмана ФИО3, утверждённое командиром военной части 26 октября 2022 г., приказ командира войсковой части от 1 ноября 2022 г., подтверждено, что смерть мичмана ФИО3 наступила при исполнении обязанностей военной службы. При этом обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 37 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», исключающих возможность признания мичмана ФИО3 умершим при исполнении обязанностей военной службы, ни в ходе административного расследования по факту смерти мичмана ФИО3, проводимого войсковой частью, ни в ходе судебного разбирательства установлено не было.

В отличие от суда апелляционной инстанции суд первой инстанции правильно применил нормы процессуального права, принял во внимание установленные вступившим в законную силу решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 25 июня 2024 г. обстоятельства, касающиеся смерти мичмана ФИО3, наступившей вследствие заболевания, полученного при исполнении обязанностей военной службы, и с учётом положений пункта 1 статьи 37 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», которым предусмотрен исчерпывающий перечень случаев, когда военнослужащий признаётся исполняющим обязанности военной службы, и представленных доказательств пришёл к выводу о наличии оснований для признания за ФИО1 права на одновременное получение пенсии по случаю потери кормильца и страховой пенсии по старости и о незаконности отказа военного комиссариата Камчатского края в назначении ФИО1 пенсии по случаю потери кормильца.

Ввиду изложенного у суда апелляционной инстанции не имелось установленных статьёй 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда первой инстанции и принятия по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1

Кассационный суд общей юрисдикции, проверяя по кассационной жалобе представителя ФИО1 по доверенности ФИО2 законность апелляционного определения суда апелляционной инстанции, допущенные им нарушения норм права не выявил и не устранил, тем самым не выполнил требования статьи 3796 и частей первой - третьей статьи 3797 Гражданского

процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании приведённого апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 5 июня 2025 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 18 сентября 2025 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации признаёт незаконными. Они приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов заявителя кассационной жалобы ФИО1, что, согласно статье 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является основанием для отмены указанных судебных постановлений и оставления в силе решения суда первой инстанции, правильно разрешившего данный спор в соответствии с подлежащими применению к спорным отношениям нормами материального права, требованиями процессуального закона и установленными по делу обстоятельствами.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 39014, 39015, 3901 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 5 июня 2025 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 18 сентября 2025 г. по делу № 2-1054/2025 Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края по иску ФИО1 к федеральному казённому учреждению «Военный комиссариат Камчатского края» о признании незаконным отказа в назначении пенсии по случаю потери кормильца, о признании права на одновременное получение пенсии по случаю потери кормильца и страховой пенсии по старости, о возложении обязанности назначить пенсию по случаю потери кормильца отменить.

Оставить в силе решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 11 февраля 2025 г. по указанному делу.

Председательствующий