верховный судРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № АПЛ21-487

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 14 декабря 2021 г. 

Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в  составе 

председательствующего Манохиной Г.В., членов коллегии Зайцева В.Ю., 

ФИО1

при секретаре Горбачевой Е.А. 

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по  административному исковому заявлению ФИО2 о присуждении компенсации за нарушение права на  судопроизводство в разумный срок 

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Верховного Суда  Российской Федерации от 19 августа 2021 г. по делу № АКПИ21-584, которым  в удовлетворении административного искового заявления отказано. 

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Манохиной Г.В., объяснения ФИО2, принимавшего участие в  судебном заседании посредством видеоконференц-связи и поддержавшего  доводы апелляционной жалобы, возражения относительно доводов  апелляционной жалобы представителя Министерства финансов Российской  Федерации ФИО3, Апелляционная коллегия Верховного Суда  Российской Федерации 

установила:

по приговору Ростовского областного суда от 11 декабря 2020 г.  ФИО2 признан виновным в совершении преступлений,  предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации (далее  также - УК РФ), ему назначено наказание в виде 16 лет лишения свободы с 

отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с  ограничением свободы сроком на 2 года. Апелляционным определением  судебной коллегии по уголовным делам Третьего апелляционного суда общей  юрисдикции от 30 марта 2021 г. указанный приговор оставлен без изменения. 

ФИО2 обратился в Верховный Суд Российской Федерации с  административным исковым заявлением о присуждении компенсации за  нарушение права на судопроизводство в разумный срок в размере  300 000 руб., указав, что общая продолжительность судопроизводства по  делу, исчисляемая, по его мнению, с 28 января 2019 г. (с момента начала  осуществления уголовного преследования) по 30 марта 2021 г. (получения им  на руки вступившего в законную силу приговора), составила 2 года 3 месяца  10 дней, является значительным периодом уголовного преследования, при  этом ни за одну из образовавшихся задержек разбирательства дела он  ответственности не несёт, так как не уклонялся от производства следственных  и судебных действий, не создавал препятствий органам предварительного  следствия и суду, не злоупотреблял своими правами. 

Обстоятельствами, повлиявшими на длительность судопроизводства по  делу, по его (ФИО2) мнению, явились недостаточная эффективность  органов предварительного следствия на стадии предварительного  расследования, выразившаяся: в длительном проведении следственных  действий в отношении его; бумажной волоките; затягивании сроков  предварительного расследования. Материалы уголовного дела были  направлены в суд только лишь спустя 11 месяцев с момента его возбуждения.  Недостаточно эффективными были и действия суда при рассмотрении  уголовного дела, выразившиеся в неоднократных отложениях судебных  заседаний по независящим от него причинам, в частности в связи с болезнью и  отпуском судьи, неявкой государственного обвинителя, подсудимого,  присяжных заседателей, недоставлением его в суд. 

ФИО2 указал на то, что в результате рассмотрения уголовного  дела в течение такого длительного срока его 47 раз вывозили в суды (9 раз в  Ленинский районный суд г. Ростова-на-Дону и 38 раз в Ростовский областной  суд), при этом каждый раз сотрудники конвоя изымали у него из сухпайка две  консервные банки, тем самым лишая его пищи на сутки, из-за чего он  испытывал физические и нравственные страдания, душевные волнения и  психологические переживания. 

Министерство финансов Российской Федерации, представлявшее  интересы Российской Федерации в Верховном Суде Российской Федерации, в  письменных возражениях на административное исковое заявление просило  отказать в его удовлетворении, так как общий срок уголовного  судопроизводства в отношении ФИО2 не содержит признаков  нарушения разумных сроков. 

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 19 августа 2021 г.  в удовлетворении административного искового заявления ФИО2  отказано. 

В апелляционной жалобе Бирюков В.В. просит отменить решение суда,  ссылаясь на его незаконность и необоснованность, нарушение и неправильное  применение норм материального и процессуального права, и принять по делу  новое решение об удовлетворении заявленного требования. Указал, что суд  неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, не учёл и  не оценил его доводы: о необоснованной длительности предварительного  расследования в отношении его; о неоднократном отложении судебных  заседаний при рассмотрении уголовного дела не по его вине; о волоките;  об ограничении судом в ознакомлении его с материалами уголовного дела.  Решение суда не мотивированно и не отвечает требованиям, установленным  статьёй 180 (пункт 5 части 6, пункт 3 части 6) Кодекса административного  судопроизводства Российской Федерации. 

Проверив материалы административного дела, обсудив доводы  апелляционной жалобы, Апелляционная коллегия Верховного Суда  Российской Федерации оснований для её удовлетворения и отмены решения  суда не находит. 

Пунктом 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных  свобод (заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г.) закреплено право каждого в  случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении  ему любого уголовного обвинения на справедливое и публичное  разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным  судом, созданным на основании закона. 

В соответствии с частью 1 статьи 250 Кодекса административного  судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что  государственным органом, органом местного самоуправления, иным органом,  организацией, должностным лицом нарушено его право на судопроизводство  в разумный срок, включая досудебное производство по уголовному делу и  применение меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на  имущество, может обратиться в суд с административным исковым заявлением  о присуждении компенсации. 

В силу части 1 статьи 1 Федерального закона от 30 апреля 2010 г.   № 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в  разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок»  (далее - Закон о компенсации) граждане Российской Федерации, иностранные  граждане, лица без гражданства, российские, иностранные и международные  организации, являющиеся в судебном процессе сторонами или заявляющими  самостоятельные требования относительно предмета спора третьими лицами,  взыскатели, должники, а также подозреваемые, обвиняемые, подсудимые,  осуждённые, оправданные, потерпевшие, гражданские истцы, гражданские  ответчики в уголовном судопроизводстве, в предусмотренных федеральным  законом случаях другие заинтересованные лица при нарушении их права на  судопроизводство в разумный срок, в том числе лица, не являющиеся  подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону  материальную ответственность за их действия, при нарушении разумного  срока применения меры процессуального принуждения в виде наложения 

ареста на имущество, или права на исполнение в разумный срок судебного  акта, предусматривающего обращение взыскания на средства бюджетов  бюджетной системы Российской Федерации, либо судебного акта,  возлагающего на федеральные органы государственной власти, органы  государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного  самоуправления, иные органы и организации, наделённые отдельными  государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц,  государственных и муниципальных служащих обязанность исполнить иные  требования имущественного характера и (или) требования неимущественного  характера, могут обратиться в суд, арбитражный суд с заявлением о  присуждении компенсации за такое нарушение в порядке, установленном  данным федеральным законом и процессуальным законодательством  Российской Федерации. 

Частью 2 указанной статьи предусмотрено, что компенсация за  нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на  исполнение судебного акта в разумный срок присуждается в случае, если  такое нарушение имело место по причинам, не зависящим от лица,  обратившегося с заявлением о присуждении компенсации, за исключением  чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств  (непреодолимой силы). При этом нарушение установленных  законодательством Российской Федерации сроков рассмотрения дела или  исполнения судебного акта само по себе не означает нарушения права на  судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в  разумный срок. 

Согласно статье б1 Уголовно-процессуального кодекса Российской  Федерации (далее также - УПК РФ) уголовное судопроизводство  осуществляется в разумный срок; уголовное судопроизводство  осуществляется в сроки, установленные данным кодексом, продление этих  сроков допустимо в случаях и в порядке, которые предусмотрены названным  кодексом, но уголовное преследование, назначение наказания и прекращение  уголовного преследования должны осуществляться в разумный срок; при  определении разумного срока уголовного судопроизводства, который  включает в себя период с момента начала осуществления уголовного  преследования до момента прекращения уголовного преследования или  вынесения обвинительного приговора, учитываются такие обстоятельства, как  правовая и фактическая сложность уголовного дела, поведение участников  уголовного судопроизводства, достаточность и эффективность действий суда,  прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника  подразделения дознания, органа дознания, дознавателя, производимых в целях  своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения  уголовного дела, и общая продолжительность уголовного судопроизводства  (части 1-3). 

Руководствуясь приведёнными нормами действующего  законодательства, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской  Федерации, данными в постановлении от 29 марта 2016 г. № 11 «О некоторых 

вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за  нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на  исполнение судебного акта в разумный срок», с учётом критериев,  установленных в прецедентной практике Европейского Суда по правам  человека, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что  право Бирюкова В.В. на судопроизводство в разумный срок нарушено не  было. 

Исследовав материалы уголовного дела № 2016377595 и подробно  изложив в решении хронологию как досудебного производства, так и  производства по уголовному делу в суде, Верховный Суд Российской  Федерации сделал обоснованный вывод о том, что общая продолжительность  судопроизводства по уголовному делу в отношении ФИО2 не  содержит признаков нарушения требования разумного срока,  предусмотренного пунктом 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и  основных свобод, и обоснованно признана судом первой инстанции не  чрезмерной и отвечающей требованиям разумности. 

В обжалуемом решении подробно изложена хронология как  досудебного производства, так и производства по названному уголовному  делу в суде, и сделан правильный вывод о том, что в нём не было длительных  периодов бездействия, свидетельствующих о нарушении органами  предварительного следствия и судом разумного срока уголовного  судопроизводства. 

Так, общая продолжительность судопроизводства по уголовному делу   № 2016377595 в отношении ФИО2 с 28 января 2019 г. (со дня его  задержания в порядке статей 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса  Российской Федерации) по 30 марта 2021 г. (день принятия последнего  судебного акта по уголовному делу) составила 2 года 2 месяца 3 дня, из  которых продолжительность досудебного производства в отношении  ФИО2 - 11 месяцев 4 дня (с 28 января по 31 декабря 2019 г.) и  продолжительность рассмотрения дела в суде - 1 год 3 месяца (с 1 января по  30 марта 2021 г.). 

При определении разумности и продолжительности срока  судопроизводства суд первой инстанции правомерно принял во внимание  правовую и фактическую сложность уголовного дела, что согласуется с  разъяснениями, данными в пункте 42 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 г. № 11 «О некоторых вопросах,  возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за  нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на  исполнение судебного акта в разумный срок», согласно которым при оценке  правовой и фактической сложности дела надлежит принимать во внимание  обстоятельства, затрудняющие рассмотрение дела, число соистцов,  соответчиков и других участвующих в деле лиц, необходимость проведения  экспертиз, их сложность, необходимость допроса значительного числа  свидетелей, участие в деле иностранных лиц, необходимость применения  норм иностранного права, объём предъявленного обвинения, число 

подозреваемых, обвиняемых, подсудимых, потерпевших, а также  необходимость обращения за правовой помощью к иностранному государству.  Так, объём уголовного дела составил 16 томов, по делу привлечено в качестве  обвиняемых 2 лица, которым предъявлено обвинение в совершении тяжкого  преступления (умышленное уничтожение или повреждение чужого  имущества, убийство); потерпевших 3 лица, на стадии производства  предварительного расследования, в списке лиц, подлежащих вызову в суд в  качестве свидетелей, определено 34 лица, произведено 23 различные  экспертизы, при производстве дела в суде допрошены 28 свидетелей. 

Согласно правовой позиции Европейского Суда по правам человека,  неоднократно высказанной в постановлениях, задержка на какой-то стадии  может быть допустима, если общая длительность разбирательства не является  чрезмерной (постановление от 23 февраля 2010 г. по жалобе № 14824/02). 

Суд первой инстанции тщательно проанализировал действия  предварительного следствия и суда при рассмотрении уголовного дела и  правомерно признал их достаточными и эффективными, так как судебные  заседания назначались в установленные сроки, слушания велись непрерывно,  отложения судебного заседания и перерывы по делу имели место в случаях,  предусмотренных законом, при наличии к тому оснований. 

В пункте 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 29 марта 2016 г. № 11 «О некоторых вопросах, возникающих  при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на  судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в  разумный срок» разъяснено, что общая продолжительность уголовного  судопроизводства определяется с момента начала осуществления уголовного  преследования до момента принятия решения по результатам досудебного  производства либо вступления в законную силу итогового судебного решения. 

Для целей Закона о компенсации под началом уголовного  преследования понимается принятие в отношении лица одного из  процессуальных решений, указанных в части 1 статьи 46 или части 1 статьи 47  УПК РФ, в соответствии с которыми оно признаётся подозреваемым либо  обвиняемым, или момент, с которого в отношении лица начато производство  одного из процессуальных действий в порядке, предусмотренном частью 1  статьи 144 УПК РФ, либо следственных действий, направленных на его  изобличение в совершении преступления, предшествующих признанию его  подозреваемым или обвиняемым (абзац второй пункта 18 названного  постановления). 

Суд первой инстанции обоснованно не согласился с доводами  административного истца, приведёнными им и в апелляционной жалобе, о  том, что действия органов предварительного следствия и суда по данному  уголовному делу не были достаточными и эффективными, привели к волоките  и нарушению разумных сроков уголовного судопроизводства. 

Проанализировав действия органов предварительного следствия при  рассмотрении уголовного дела № 2016377595, суд правильно исходил из того,  что они были достаточными и эффективными, по делу проведены 

необходимые оперативно-следственные действия, допрошены  многочисленные свидетели, потерпевшие, обвиняемые, назначены и  проведены судебные экспертизы, а также были подготовлены и направлены  многочисленные запросы для проверки фактических обстоятельств и данных о  личности подозреваемых и обвиняемых. 

Так, в период с 28 января 2019 г. по 31 декабря 2019 г. в отношении  ФИО2 следственными органами производились различные  следственные действия, в частности: 28 января 2019 г. ФИО2  ознакомлен с постановлением о предъявлении ему обвинения в совершении  преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса  Российской Федерации; допрошен в качестве обвиняемого и задержан в  порядке статей 91 и 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской  Федерации; 30 января 2019 г. вынесено постановление об избрании ему меры  пресечения в виде заключения под стражу; 6 февраля и 8 апреля 2019 г.  допрошен в качестве обвиняемого; 19 июля 2019 г. ФИО2  предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного  частью 1 статьи 105 УК РФ, и в этот же день, а также 20 сентября 2019 г. он  допрошен в качестве обвиняемого; 30 января, 19 марта, 14, 29 мая, 19 июля,  20 сентября, 2 октября, 28 ноября 2019 г. ФИО2 и его защитник были  ознакомлены с постановлениями о назначении судебных экспертиз и с  заключениями экспертов по результатам проведённых экспертиз; 27 ноября  2019 г. ФИО2 предъявлено обвинение в совершении преступлений,  предусмотренных частью 3 статьи 33, частью 2 статьи 167, подпунктом «д»  части 2 статьи 105 УК РФ и он допрошен в качестве обвиняемого; 28 ноября  2019 г. ФИО2 допрошен в качестве обвиняемого и в этот же день он и  его защитник уведомлены об окончании следственных действий; с 29 ноября  по 19 декабря 2019 г. (29 ноября, 2, 3, 5, 6, 9, 10, 11, 13, 16, 17, 18 декабря  2019 г.) ФИО2 и его защитник были ознакомлены с материалами  уголовного дела и вещественными доказательствами по делу; 30 декабря  2019 г. утверждено обвинительное заключение и 31 декабря 2019 г. уголовное  дело направлено для рассмотрения по существу в Ростовский областной суд. 

Вопреки утверждениям административного истца в апелляционной  жалобе в уголовном деле не было длительных периодов бездействия,  свидетельствующих о нарушении органами предварительного следствия  разумного срока уголовного производства. Действия следственных органов,  связанные с проведением необходимых оперативно-следственных действий,  допросов свидетелей, потерпевших, обвиняемых, назначением и проведением  судебных экспертиз, истребованием данных в целях проверки фактических  обстоятельств и сведений о личности обвиняемых, были эффективными и  достаточными. В период проведения ознакомления с материалами уголовного  дела органами предварительного следствия в полном объёме были обеспечены  надлежащие условия для реализации права обвиняемых и их защитников,  предусмотренного статьёй 217 УПК РФ. 

Ссылка в апелляционной жалобе на нарушение органом  предварительного следствия срока (2 месяца), предусмотренного частью 1 

статьи 109 УПК РФ, не опровергает вывод суда о том, что продолжительность  досудебного производства отвечает требованиям разумности, поскольку срок  предварительного следствия продлевался в установленном УПК РФ порядке в  связи со сложностью расследования уголовного дела. 

Правильным является вывод суда первой инстанции о том, что  продолжительность досудебного производства в отношении ФИО2  11 месяцев 4 дня не содержит признаков нарушения требования разумного  срока. 

Доводы ФИО2 в апелляционной жалобе о том, что на  длительность судопроизводства повлияли допущенная судом волокита при  рассмотрении данного уголовного дела, необоснованное отложение судом  судебных заседаний по уголовному делу не по его вине, необоснованны и не  могут служить поводом к отмене обжалуемого решения суда. 

Согласно пункту 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 29 марта 2016 г. № 11 «О некоторых вопросах, возникающих  при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на  судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в  разумный срок» действия суда признаются достаточными и эффективными,  если они осуществляются в целях своевременного рассмотрения дела, в  частности, судом эффективно проводилась подготовка дела к судебному  разбирательству, осуществлялось руководство ходом судебного заседания в  целях создания условий для всестороннего и полного исследования  доказательств и выяснения обстоятельств дела, а также из судебного  разбирательства устранялось то, что не имело отношения к делу. С учётом  изложенного исследованию подлежат вопросы, связанные со  своевременностью назначения дела к слушанию, проведением судебных  заседаний в назначенное время, обоснованностью отложения дела, сроками  изготовления судьёй мотивированного решения и направления его сторонам,  полнотой осуществления судьёй контроля за выполнением работниками  аппарата суда своих служебных обязанностей, в том числе по извещению  участвующих в деле лиц о времени и месте судебного заседания,  своевременным изготовлением протокола судебного заседания и  ознакомлением с ним сторон, полнотой и своевременностью принятия судьёй  мер в отношении участников процесса, в частности мер процессуального  принуждения, направленных на недопущение их процессуальной  недобросовестности и процессуальной волокиты по делу, осуществлением  судьёй контроля за сроками проведения экспертизы, наложением штрафов, а  также мер в отношении других лиц, препятствующих осуществлению  правосудия, и т.д. 

Судом первой инстанции надлежащим образом проверена  продолжительность рассмотрения уголовного дела в Ростовском областном  суде и установлено, что действия суда в этот период были достаточными и  эффективными, судебные заседания назначались в предусмотренные законом  сроки, слушания велись непрерывно, перерывы по делу являлись  необходимыми и обоснованными, периоды неактивности суда были 

непродолжительными. 

Из материалов дела усматривается, что после поступления уголовного  дела № 2016377595 в Ростовский областной суд постановлением судьи от  9 января 2020 г. по уголовному делу предварительное слушание назначено на  16 января 2020 г.; 22 января 2020 г. на 13 февраля 2020 г. назначено открытое  судебное заседание в составе судьи и коллегии из восьми присяжных  заседателей; судебное заседание 3 февраля 2020 г. и далее продолжалось 3,11,  13, 16, 18, 23 марта, 1, 8, 15, 22 июня, 2, 16, 20 июля, 17 августа, 16, 18, 21, 23,  25, 28, 30 сентября, 9, 12 октября, 9, 11, 13, 16, 24, 25 ноября, 2,9, 11 декабря  2020 г.; 11 декабря 2020 г. на основании вердикта коллегии присяжных  заседателей по делу постановлен приговор и в этот же день копии приговора  вручены участникам процесса. 

16 и 18 декабря 2020 г. поступили апелляционное представление  прокуратуры Ростовской области и апелляционная жалоба от представителя  потерпевших. 

21 января 2021 г. ФИО2 вручена копия протокола судебного  заседания в 2 томах на 131 и 64 листах. 19 и 21 января 2021 г. ФИО2  ознакомлен с материалами дела. 3 февраля 2021 г. постановлением судьи  Ростовского областного суда рассмотрены замечания на протокол судебного  заседания ФИО2 10 февраля 2021 г. уголовное дело направлено в  судебную коллегию по уголовным делам Третьего апелляционного суда  общей юрисдикции. 

Постановлением судьи Третьего апелляционного суда общей юрисдикции  от 16 февраля 2021 г. по делу на 30 марта 2021 г. назначено открытое судебное  заседание суда апелляционной инстанции и 30 марта 2021 г. апелляционным  определением приговор Ростовского областного суда от 11 декабря 2020 г.  оставлен без изменения. 

Продолжительность рассмотрения уголовного дела в суде составила 1 год  и 3 месяца. 

Имевшие место отложения судебных заседаний по данному уголовному  делу обусловлены различными причинами, подробно приведёнными в  обжалуемом решении, исследование которых не позволяет сделать вывод о  том, что Ростовским областным судом при рассмотрении уголовного дела  была допущена волокита, повлёкшая нарушение разумных сроков  судопроизводства, поскольку отложение судебных заседаний по уголовному  делу имело место в случаях, предусмотренных законом, при наличии к тому  оснований. Отложение судебных заседаний в том числе по причинам болезни  адвокатов, государственных обвинителей и председательствующего судьи,  относятся к уважительным причинам, вызваны необходимостью соблюдения в  полном объёме прав участников процесса. Руководство ходом судебного  рассмотрения способствовало созданию условий для всестороннего и полного  исследования доказательств и выяснения обстоятельств дела. 

Доводы ФИО2 в апелляционной жалобе о необоснованных  отложениях судебных заседаний не по его вине, о волоките, допущенной  судом при рассмотрении уголовного дела, были проанализированы судом 

первой инстанции при разрешении данного административного дела и им дана  правильная оценка в решении о том, что они не повлияли на разумность срока  судопроизводства. 

Ограничение Ростовским областным судом ФИО2 в  ознакомлении с материалами уголовного дела, на что ссылается  административный истец в апелляционной жалобе, было правомерным,  направлено на соблюдение процессуальных прав лиц, участвующих в  судебном процессе, и не свидетельствует о нарушении права на  судопроизводство в разумный срок в соответствии с Законом о компенсации. 

При определении разумности срока судопроизводства по уголовному  делу суд первой инстанции обоснованно учёл, что с 23 марта до 1 июня  2020 г. и с 15 июня до 2 июля 2020 г. судебные заседания не проводились в  связи с введением ограничительных мер, связанных с угрозой  распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) и введением  карантина в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Ростовской области; в связи с  невозможностью участия 7 из 13 присяжных заседателей в рассмотрении  уголовного дела с 20 июля до 17 августа 2020 г. судебное заседание было  отложено, а ранее проведённое судебное заседание признано  недействительным и начат новый отбор присяжных заседателей. 

Исходя из общей продолжительности уголовного судопроизводства  2 года 2 месяца 3 дня, правовой и фактической сложности уголовного дела,  поведения участников уголовного судопроизводства, достаточности и  эффективности действий следственного органа и суда, производимых в целях  своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения  уголовного дела, с учётом всех обстоятельств, имеющих значение для данного  административного дела, суд первой инстанции пришёл к правильному  выводу о том, что право на компенсацию за нарушение права на  судопроизводство в разумный срок у ФИО2 не возникло. 

Как разъяснено в пункте 57 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 29 марта 2016 г. № 11 «О некоторых вопросах,  

возникших при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение  права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение  

судебного акта в разумный срок», превышение общей продолжительности 

судопроизводства по уголовному делу - равной четырем годам, само по себе не  свидетельствует о нарушении права на судопроизводство в разумный срок. 

В данном деле общая продолжительность судопроизводства с учётом  обстоятельств, установленных по делу, правильно признана судом разумной. 

С учётом критериев, установленных в прецедентной практике  Европейского Суда по правам человека, принимая во внимание достаточность  и эффективность действий органов предварительного следствия, суда,  проводимых в целях своевременного рассмотрения уголовного дела,  Апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о  том, что срок судопроизводства по данному уголовному делу не может быть  признан неразумным, следовательно, право ФИО2 на  судопроизводство в разумный срок нарушено не было. 

Вывод суда об отсутствии оснований для удовлетворения  административного искового заявления Бирюкова В.В. о присуждении  компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок  основан на анализе установленных и исследованных в соответствии с  правилами статьи 84 Кодекса административного судопроизводства  Российской Федерации доказательств, мотивирован, соответствует материалам  дела и требованиям законодательства. Судом первой инстанции не допущено  процессуальных нарушений, обжалуемое решение суда отвечает требованиям  статей 180, 259 Кодекса административного судопроизводства Российской  Федерации. 

Судом верно определены обстоятельства, повлиявшие на длительность  судопроизводства, правильно применены и истолкованы нормы  процессуального и материального права. Все обстоятельства, имеющие  значение для правильного разрешения дела, учтены судом и получили его  оценку. 

Предусмотренных статьёй 310 Кодекса административного  судопроизводства Российской Федерации оснований для отмены решения в  апелляционном порядке не имеется. 

Руководствуясь статьями 308-311 Кодекса административного  судопроизводства Российской Федерации, Апелляционная коллегия  Верховного Суда Российской Федерации 

определила:

решение Верховного Суда Российской Федерации от 19 августа 2021 г.  оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения. 

Председательствующий Г.В. МанохинаЧлены коллегии В.Ю. Зайцев

-ЩЗ. ФИО1