ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

дело № 69-АПУ 18-5 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

  г. Москва 16 октября 2018 г.  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе:  

председательствующего Земскова Е.Ю., судей Ситникова Ю.В., Дубовика Н.П. при секретаре Воронине М.А., 

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционной  жалобе адвоката Савина В.В. в интересах осужденного ФИО1 на  приговор Суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 11  июля 2018 г., по которому  

ФИО1, 

<

...> несудимый,  

осуждён по ч. 1 ст. 222 УК РФ к лишению свободы сроком на 1 год  без штрафа;  

по пп. «а», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на 16 лет, с  ограничением свободы на 1 год;  

по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «в», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы  на 13 лет, с ограничением свободы на 1 год;  

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем  частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО1  наказание в виде лишения свободы сроком на 20 (двадцать) лет без штрафа,  

с ограничением свободы на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев, с установлением  ограничений: в период действия ограничения свободы дважды в месяц  являться для регистрации в специализированный орган, осуществляющий  надзор за отбыванием осужденным наказания, а также не изменять место  жительства и не выезжать за пределы соответствующего муниципального  образования, где будет проживать, без согласия указанного  специализированного органа, с отбыванием наказания в исправительной  колонии строгого режима.  

Заслушав доклад судьи Земскова ЕЮ., выступление адвоката  Савина В.В., осуждённого ФИО1, поддержавших доводы,  изложенные в апелляционной жалобе, мнение представителя Генеральной  прокуратуры РФ ФИО2 об отсутствии оснований для  удовлетворения апелляционной жалобы, Судебная коллегия  

УСТАНОВИЛА: 

ФИО1 признан виновным в том, что незаконно хранил и  носил огнестрельное оружие, совершил убийство В. а также И. с целью скрыть другое преступление; покушался на убийство И. и малолетнего И. с целью скрыть другое преступление при обстоятельствах, изложенных в приговоре.  

В апелляционной жалобе: 

адвокат Савин ВВ. выражает несогласие с приговором, излагает  версию осужденного в соответствие с которой выстрел в И. произошел случайно в процессе борьбы с И. на последнего и малолетнего И. покушения не совершал. Сотрудники полиции, которые задерживали ФИО1, слышали от него о неосторожном  выстреле в потерпевшую. Ставит под сомнение достоверность показаний  потерпевшего И. полагает, что тот находился в шоковом состоянии, ссылается на противоречие между его показаниями о выстреле в  них с сыном, когда они прятались за снегоходом, и протоколом осмотра об  отсутствии повреждений на снегоходе. Не подтверждают факт выстрела в  потерпевшего И. также другие доказательства - заключение судмедэксперта, протокол осмотра куртки и шапки, а показания о  перезарядке оружия ФИО1 опровергаются фактом отсутствия  патронов у ФИО1 при личном досмотре; критикует показания  малолетнего И. о трех выстрелах, эксперта Г. о направленности раневых каналов в теле И. Считает, что суд неправомерно не истолковал сомнения в виновности в пользу осужденного.  Просит приговор в отношении ФИО1 изменить, переквалифицировать  его действия на ч. 1 ст.222, ч.1 ст.105 ич.1 ст.109УКРФ.  

По делу поступили возражения государственного обвинителя  Баклановой Н.В. о необоснованности поданной апелляционной жалобы.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы,  Судебная коллегия приходит к следующим выводам.  

Выводы суда о фактических обстоятельствах дела, подтверждаются  доказательствами, которые суд привел в приговоре, дав им надлежащую  оценку.  

Факт причинения смерти В. и И. в результате произведенных ФИО1 выстрелов в жалобе защитника не оспаривается  и не оспаривался осужденным в суде первой инстанции.  

Доводы ФИО1 о том, что выстрел в И.произошел случайно в процессе борьбы с И. а в последнего и его малолетнего сына - И. он не стрелял, опровергаются показаниями потерпевших, эксперта 

<

...>  

Так, потерпевший И. показал, что осужденный произвел два выстрела до того как И. стал отнимать ружье у ФИО1. Первый выстрел был в жену, а второй - в него с сыном, когда они спрятались за  снегоходом. В процессе схватки с ФИО1 за контроль над оружием  никаких выстрелов уже не было. Стреляя в него и сына, ФИО1  сопровождал свои действия нецензурной бранью и угрозой убить их всех.  

Таким образом, из показаний И. следует, что выстрел в И. был до сближения с потерпевшим и не был случайным, поскольку за ним последовал второй выстрел и этот выстрел был целенаправленным в  их сторону.  

Из показаний малолетнего потерпевшего И. следует, что осужденный произвел выстрел из ружья с короткими стволами, после чего  его мама упала на снег. После этого выстрела он и его отец спрятались за  снегоходом, далее мужчина в них целился и говорил, чтобы они выходили,  и, возможно, выстрелил, хотя он выстрела не слышал (т.2 л.д.93). Когда  мужчина стал перезаряжать ружье, то его отец бросился к нему и поборол  его. Во время драки осужденный еще раз выстрелил.  

Давая оценку показаниям потерпевших, суд правильно обратил  внимание на некоторые расхождения в них, и обоснованно оценил их как  несущественные, поскольку они не влияют на вывод о виновности  осужденного.  

Умысел Климчука на совершение выстрелов в потерпевших И. подтверждается показаниями осужденного о перезарядке обреза после  убийства В., что противоречит его версии. Причину указанных действий ФИО1 объяснить не смог.  

Оценивая показания малолетнего И. о третьем выстреле, имевшем место во время борьбы его отца с осужденным, факт которого не  подтвердил потерпевший И. суд привел убедительные основания подтверждающие причину указанного заблуждения малолетнего  потерпевшего, восприятие которого происходило в неординарной  стрессовой ситуации, связанной с гибелью его матери.  

Каких-либо оснований ставить под сомнение правильность восприятия  события преступления взрослым очевидцем преступления - потерпевшим  И. и сомневаться в достоверности его показаний суд не усмотрел. Показания малолетнего потерпевшего И. который не слышал выстрела в момент, когда они с отцом спрятались за снегоходом,  но и не утверждал, что данного выстрела не было, не опровергают  показания И. в этой части. 

Из показаний потерпевшего И. следует, что дробь прошла по верху капюшона и шапки, не повредив их, при этом у него на голове  возникли шишки, образование которых он связывает с произведенным в  него выстрелом.  

В связи с данными обстоятельствами отсутствие повреждений на  снегоходе и одежде потерпевшего, выводов суда не опровергают.  

Показания эксперта Р. по вопросу, могли ли повреждения, имевшиеся у И. образоваться от выстрела, не свидетельствуют о недостоверности показаний потерпевшего, поскольку эксперт  непосредственно потерпевшего не осматривал, а кровоподтеки на момент  освидетельствования И. находились в стадии рассасывания и по утверждению эксперта Р. были плохо описаны в медицинских документах, которые являлись предметом экспертного исследования.  

О неправдоподобности версии осужденного о выстреле в И. во время борьбы ФИО1 с И. дал показания суду эксперт Г. разъясняя свое экспертное заключение. Как он пояснил в суде, направление  пулевого среза ружья в момент борьбы за него (исходя из демонстрации  данного момента ФИО1 во время проверки показаний) было очень  низким по отношению к росту И. и высоте, где расположена рана; исходя из показаний ФИО1, направление раневого канала должно было  

быть снизу вверх, а в действительности раневой канал был сверху вниз (с.90  протокола с\з).  

Показания эксперта Г. даны в связи с произведенной им экспертизой, в пределах специальных познаний, которыми он обладает.  

Ставить под сомнение его компетентность и высказанные суждения  вопреки доводам апелляционной жалобы Судебная коллегия оснований не  усматривает.  

Тот факт, что при личном досмотре у Климчука не были обнаружены  патроны, не опровергает показаний потерпевшего о попытке ФИО1  перезарядить ружье, так как нет оснований считать, что патроны  находились именно в его одежде, а между обезоруживанием осужденного и  его связыванием прошел определенный промежуток времени, в который  потерпевший И. оставил ФИО1 одного, чтобы оказать помощь жене.  

Вопреки доводам жалобы показания свидетелей Л. и Г. которые очевидцами преступления не являлись, отражают только оценку осужденным своего деяния, как случайного события,  высказанную в присутствии представителей правоохранительных органов.  При этом каких-либо конкретных фактов ФИО1 указанным сотрудникам  правоохранительных органов не сообщал.  

В связи с изложенным указанные показания выводов суда не  опровергают.  

На основании совокупности доказательств по делу, суд пришел к  обоснованному выводу о доказанности обвинения осужденного.  

Исходя из установленных обстоятельств дела, суд правильно  квалифицировал действия осужденного, мотивировав свой вывод в  приговоре.  

Наказание осужденному назначено с учетом всех обстоятельств,  имеющих значение в соответствие с требованиями ст.6,60 УК РФ, и  является справедливым.  

Оснований для его смягчения Судебная коллегия не усматривает. 

Руководствуясь ст. 389 , 389 , 389" УПК РФ, Судебная коллегия 

ОПРЕДЕЛИЛА: 

приговор Суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 11  июля 2018 года в отношении ФИО1 оставить  без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Савина ВВ. - без  удовлетворения.