ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

 № 302-ЭС25-7495 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 7 октября 2025 г.  

Судья Верховного Суда Российской Федерации Антонова М.К., изучив по материалам истребованного дела кассационную жалобу Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры и Байкало-Ангарской транспортной прокуратуры на решение Арбитражного суда Иркутской области от 6 декабря 2024 г. и постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 4 июня 2025 г. по делу № А19-17707/2024  

по заявлению акционерного общества «Международный аэропорт Иркутск» о признании незаконным представления Байкало-Ангарской транспортной прокуратуры от 26 июля 2024 г. № 15-2024/831-24 об устранении нарушений федерального законодательства,  

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: общества с ограниченной ответственностью «БайкалСтройКомплекс», Енисейского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (далее - Ростехнадзор), Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры,  

установил:

акционерное общество «Международный аэропорт Иркутск» (далее – общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании незаконным представления Байкало-Ангарской транспортной прокуратуры от 26 июля 2024 г. № 15-2024/831-24 об устранении нарушений федерального законодательства.  

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 6 декабря 2024 г. требование общества удовлетворено.  

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 24 марта 2025 г. решение суда первой инстанции отменено, по делу принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленного требования.  

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа постановлением от 4 июня 2025 г. отменил постановление суда апелляционной инстанции и оставил в силе решение суда первой инстанции.  

В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, Восточно-Сибирская транспортная прокуратура и Байкало- Ангарская транспортная прокуратура, ссылаясь на существенное нарушение норм права, просят отменить судебные акты судов первой инстанции и округа, оставить в силе постановление суда апелляционной инстанции.  

Основаниями для отмены или изменения Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов (часть 1 статьи 29111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Как установлено судами и следует из материалов дела, в Восточно-Сибирскую транспортную прокуратуру поступила информация Ростехнадзора о строительстве капитального объекта (пассажирского павильона) в отсутствие соответствующего разрешения, предусмотренного градостроительным законодательством.  

Восточно-Сибирская транспортная прокуратура направила в адрес Байкало-Ангарской транспортной прокуратуры (далее – прокуратура) поручение от 13 мая 2024 г. № 23/1-35-2024/1607-24-20009301 о проведении проверки соблюдения федерального законодательства при модернизации аэропорта города Иркутск.  

В ходе проверки установлено, что работы по строительству модульного пассажирского павильона на территории аэропорта в городе Иркутск (далее – объект, аэровокзал) выполняются в рамках договора подряда № 15Д-23-0976, заключенного 17 октября 2023 г. акционерным обществом «Международный аэропорт Иркутск» и обществом с ограниченной ответственностью «БайкалСтройКомплекс». В соответствии с техническим заданием (приложение № 1 к договору подряда) объект является некапитальным, сборно-разборным, быстровозводимым сооружением полной заводской готовности павильоном прибытия пассажиров и выдачи багажа на территории аэропорта, для компенсации дефицита полезной площади основного здания аэровокзала при возросшем потоке прилетающих пассажиров круглогодичного и круглосуточного использования.  

По результатам проверки прокуратура пришла к выводу о том, что объект является особо опасным, технически сложным объектом массового пребывания граждан, в связи с чем отсутствие разрешения на строительство, заключения государственной экспертизы, сопровождения государственного строительного надзора может повлиять на безопасность последующей его эксплуатации. Кроме того, объект не отвечает признакам некапитального, сборно-разборного сооружения полной заводской готовности, а является объектом капитального строительства, поскольку имеет прочную связь с землей. Техническим заданием предусмотрена установка инженерных систем водоснабжения, отопления, водоотведения. Перемещение здания без нанесения несоразмерного ущерба назначению и без изменения основных характеристик невозможно. Следовательно, необходимо получение разрешения на строительство объекта, а также направление извещения о начале строительства в орган государственного строительного надзора.  

Данные обстоятельства послужили основанием для вынесения представления от 26 июля 2024 г. № 15-2024/831-24, в котором обществу указано на необходимость безотлагательного рассмотрения представления с участием представителя прокуратуры и принятия исчерпывающих мер к устранению выявленных нарушений закона, причин и условий, им способствующих. Также предложено рассмотреть вопрос о привлечении виновных лиц, допустивших указанные нарушения, к установленной законом ответственности.  

Считая свои права нарушенными, общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании представления прокуратуры незаконным.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции установил, что спорный объект - модульный пассажирский павильон (сборно-разборного типа) не отвечает признакам объекта капитального строительства, что подтверждается заключением эксперта от 18 июня 2024 г. (шифр № 09/2024/15Д-24-0527), заключением судебной экспертизы № 1467/4-3-24 от 14 октября 2024 г. и данными в судебном заседании пояснениями эксперта.  

В частности, павильон является сборно-разборным строением полной заводской готовности, перемещение которого без несоразмерного ущерба его назначению возможно; технологическая возможность демонтажа (и дальнейшей сборки) несущих и ограждающих конструкций является определяющим признаком некапитальности, поскольку такая возможность установлена без учета свайного фундамента и свайных оголовков; отсутствует неразрывная связь павильона с землей, поскольку крепление к свайным оголовкам является болтовым (разборным); удельный вес свайного фундамента является незначительным; пол устроен из сборных железобетонных плит, бетонная стяжка отсутствует; несоразмерный ущерб при демонтаже, перемещении и дальнейшей сборке конструктивных элементов данного объекта отсутствует; при перемещении объекта затраты по демонтажу, перемещению и восстановлению в ином месте с учетом возможности повторного использования всех элементов после демонтажа несущих и ограждающих конструкций  

объекта, расположенных выше относительно отметки «0», будут значительно меньше стоимости строительства нового объекта; результатом установки (монтажа) перемещенного объекта на ином месте будет являться объект с теми же техническими характеристиками, которыми он обладал до демонтажа и перемещения, допустима его последующая эксплуатация в течение установленного срока эксплуатации.  

Учитывая установленные обстоятельства, суд первой инстанции счел выводы прокуратуры о неисполнении обществом обязанности по проведению государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий, направлению извещения о начале строительства в уполномоченный орган, получению разрешения на строительство, а также о нарушении условий договора подряда в отношении спорного объекта не основанными на нормах градостроительного законодательства, в связи с чем признал оспоренное представление недействительным.  

Отменяя решение суда и отказывая в удовлетворения требования общества, суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 15 статьи 48, пункта 4 части 2, части 2.2 статьи 49, части 2 статьи 51, части 5 статьи 52 Градостроительного кодекса Российской Федерации (далее - Градостроительный кодекс), пункта 1 статьи 743 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о наличии у прокуратуры правовых оснований для вынесения представления ввиду доказанности нарушения обществом федерального законодательства при модернизации аэропорта города Иркутск.  

Арбитражный апелляционный суд исходил из того, что аэровокзал является особо опасным и технически сложным объектом массового пребывания граждан, что обязывает общество получить заключение экспертизы проектной документации и иные разрешительные документы безотносительно того является или не является возводимый павильон объектом капитального строительства.  

При этом вопросы капитальности строения, ключевыми признаками которого являются прочность связи объекта с землей и возможность его перемещения и последующей сборки без несоразмерного ущерба его назначению и без изменения его основных характеристик, разрешаются с учетом назначения этого строения и обстоятельств, связанных с его созданием, и являются юридическими. Спорный объект не отвечает признакам некапитального, модульного, сборно-разборного строения полной заводской готовности, а является объектом капитального строительства, поскольку имеет прочную связь с землей, его основанием является заглубленный свайный фундамент, состоящий из 134 железобетонных свай длиной 8 и 9 метров, вбитых в грунт, возведенный непосредственно для спорного строения, связанный с несущими конструкциями и обеспечивающий его пространственную устойчивость, воспринимающий его нагрузку; строение не является временным, срок его службы не ограничен; к нему на постоянной основе подведены сети электроснабжения и электроосвещения, водоснабжения и водоотведения, канализации, отопления, вентиляции и кондиционирования,  

связи, средства обеспечения пожарной безопасности и иные коммуникации; обстоятельства о возможности свободного перемещения павильона (с его несущими конструкциями, сетями и системами инженерно-технического обеспечения) без нанесения несоразмерного ущерба назначению и без изменения основных характеристик, не установлены.  

Вместе с тем суд апелляционной инстанции признал экспертные заключения (в том числе составленные по результатам проведения судебной экспертизы) не отвечающими требованиям допустимости доказательств по причине их несоответствия положениям пунктов 6, 23 части 2 статьи 2 Федерального закона от 30 декабря 2009 г. № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», пунктов 10 и 10.2 статьи 1 Градостроительного кодекса, а также Сводам правил СП 13-102-2003 «Правила обследования несущих строительных конструкций зданий и сооружений», принятых постановлением Госстроя России от 21 августа 2003 г. № 153, СП 70.13330.2012 «Несущие и ограждающие конструкции. Актуализированная редакция СНиП 3.03.01-87», принятому приказом Госстроя России от 25 декабря 2012 г. № 109/ГС, СП 478.1325800.2019 «Здания и комплексы аэровокзальные. Правила проектирования», СП 56.13330.2021 «Свод правил. Производственные здания. СНиП 31-03-2001», СП 14.13330.2018 «Строительство в сейсмических районах. Актуализированная редакция СНиП II-7-81» и СП 501.1325800.2021 «Здания из крупногабаритных модулей. Правила проектирования и строительства. Основные положения», утвержденным и введенным в действие приказами Минстроя России от 10 декабря 2019 г. № 794/пр, от 27 декабря 2021 г. № 1024/пр, от 24 мая 2018 г. № 309/пр и от 13 мая 2021 г. № 284/пр соответственно, ГОСТ 58759-2019 «Здания и сооружения мобильные (инвентарные). Классификация. Термины и определения» и ГОСТ 27751-2014 Межгосударственный стандарт «Надежность строительных конструкций и оснований. Основные положения», утвержденным приказами Росстандарта от 12 декабря 2019 г. № 1389-ст и от 11 декабря 2014 г. № 1974-ст.  

Арбитражный суд округа пришел к выводу о том, что выводы суда первой инстанции по настоящему делу соответствуют представленным по делу доказательствам, требованиям положений законодательства и сложившейся судебной практике по данному вопросу.  

Признавая выводы суда апелляционной инстанции ошибочными, суд округа указал, что в отношении спорного объекта имеется технологическая возможность демонтажа несущих и ограждающих конструкций без учета свайного фундамента и свайных оголовков; отсутствует неразрывная связь строения с землей, поскольку крепление к свайным оголовкам является болтовым (разборным), сам удельный вес (и стоимость) свайного фундамента относительно соответствующих показателей павильона являются незначительными, пол устроен из сборных железобетонных плит, бетонная стяжка отсутствует, в связи с чем при демонтаже, перемещении и последующей сборке несоразмерный ущерб назначению и изменение основных  

характеристик данного объекта отсутствуют и допустима его последующая эксплуатация в течение установленного срока эксплуатации.  

При этом, по мнению суда кассационной инстанции, апелляционный суд неправомерно освободил прокуратуру от обязанности доказывания законности и наличия оснований для внесения оспариваемого представления, возложив обязанность по доказыванию обратного на общество; оспаривая выводы представленного обществом в обоснование требования заключения экспертов и заключения, полученного по результатам проведения судебной строительно-технической экспертизы, не дал надлежащей оценки справке Ростехнадзора, содержащей выводы о капитальности павильона ввиду наличия свайного фундамента; ходатайств о проведении дополнительной и повторной экспертиз заявлено не было.  

Наряду с этим выводы суда апелляционной инстанции о том, что в отношении особо опасного, технически сложного объекта инфраструктуры воздушного транспорта осуществляется федеральный государственный строительный надзор и, следовательно, проводится государственная экспертиза проектной документации и результатов инженерных изысканий независимо от статуса его капитальности, признаны не основанными на положениях градостроительного законодательства.  

Вместе с тем суд округа счел обоснованными выводы суда первой инстанции, в соответствии с которыми для целей рассмотрения настоящего дела, исходя из предмета заявленных требований, не имеет правового значения пропускная способность павильона, а разрешение вопроса прочной связи объекта с землей требует применения специальных технических (строительных), а не юридических знаний. В то же время изложенный в постановлении суда апелляционной инстанции анализ конструктивных характеристик павильона, его связи с фундаментом, подключения к централизованным коммунальным сетям и основанный на этом вывод о наличии прочной связи спорного объекта с землей, невозможности его перемещения (демонтажа) без несоразмерного ущерба назначению и основным характеристикам направлен на переоценку экспертных выводов, основанных на применении специальных познаний, подтверждаемых иными доказательствами по делу, отвечающими требованиям допустимости, относимости, достоверности. Выводы апелляционного суда фактически ставят под сомнение необходимость назначения и проведения экспертизы для разъяснения возникающих при рассмотрении настоящего дела вопросов, требующих технических (строительных) знаний, что умаляет требования статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Выражая несогласие с выводами судов первой инстанции и округа, Восточно-Сибирская транспортная прокуратура и Байкало-Ангарская транспортная прокуратура приводят доводы о нарушении судами статей 71, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 1 части 3.4 статьи 49, пункта 5.1 части 1 статьи 6, пункта 6 части 1 статьи 48.1, части 8 статьи 54 Градостроительного кодекса.  

В обоснование своей позиции заявители жалобы указывают, что заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.  

При этом арбитражный суд, рассматривающий дела в кассационном порядке, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена и какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.  

Исходя из запрета осуществлять оценку доказательств, арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, также не вправе отдавать предпочтение оценке доказательств, данной одним из нижестоящих судов, поскольку это требует осуществления собственной оценки, что противоречит полномочиям, предоставленным суду округа арбитражным процессуальным законодательством.  

По мнению органов прокуратуры, толкование юридически значимых обстоятельств, на которое ссылался суд округа, по сути, сводится к оценке доказательств; в нарушение приведенных норм арбитражного процессуального права суд фактически пришел к выводу о том, что заключение эксперта является единственным возможным доказательством по данному делу, указав, в том числе, на бездействие прокурора, которым не заявлено ходатайство о назначении повторной (дополнительной) экспертизы.  

Вместе с тем экспертиза не является исключительным доказательством, необходимым для разрешения заявленного обществом требования, равно как и выводы эксперта по вопросу капитальности строения сами по себе не могут служить определяющими при оценке юридически значимых обстоятельств по делу. Данные вопросы являются юридическими и подлежат разрешению судом при оценке совокупности имеющихся в деле доказательств и установленных обстоятельств с учетом правового регулирования спорных правоотношений.  

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции все юридически значимые для дела факты, доводы и доказательства были оценены, по результатам чего достоверно установлено, что терминал прилета относится к особо опасным, технически сложным объектам инфраструктуры воздушного транспорта, в отношении которого осуществляется специальное правовое регулирование и федеральный государственный строительный надзор. Объект не отвечает признакам некапитальности, возведен с отступлением от технического задания и его строительство без получения разрешения на строительство, заключения государственной экспертизы, в отсутствие сопровождения государственного строительного надзора может повлиять на безопасность последующей его эксплуатации, создать угрозу жизни и здоровью пассажиров, вызвать иные негативные последствия. При этом именно пропускная способность аэровокзала (терминала) является критерием для  

отнесения его к особо опасным, технически сложным объектам инфраструктуры воздушного транспорта.  

Приведенные доводы заслуживают внимания, в связи с чем кассационную жалобу с делом следует передать для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.  

Руководствуясь статьями 2919 - 29111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

определил:

передать кассационную жалобу Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры и Байкало-Ангарской транспортной прокуратуры с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.  

Судья Верховного Суда Российской Федерации М.К. Антонова