ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № 11-АПУ14-28СП 

                                                

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                г. Москва 29 июля 2014 года 

                                                Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда  Российской Федерации в составе:  

                                                председательствующего Лаврова Н.Г., 

                                                судей Кондратова П.Е. и Пейсиковой ЕВ. 

                                                при секретаре Белякове А.А. 

                                                с участием прокурора Генеральной прокуратуры Российской  Федерации Никифорова А.Г., осужденных Сиразиева А.С. и Диденко  Р.В. (в режиме видеоконференц-связи), защитников Сиразиева А.С. - адвоката Хикматуллина А.И., Диденко Р.В. - адвоката Мардановой А.Р.,  С ал ахова Э.И. - адвоката Фарукшиной Н.В.  

                                                рассмотрела апелляционные жалобы осужденных Сиразиева А.С.  и Диденко Р.В., а также их защитников - адвокатов Хикматуллина А.И.  (в защиту Сиразиева А.С), Мардановой А.Р. и Хасаншина Р.Р. (в  защиту Диденко Р.В.) на приговор Верховного Суда Республики  Татарстан от 14 февраля 2014 г., по которому  

                                                Сиразиев А.С.,

<

...> 

                                                 

<

...> 

                                                

<

...> несудимый, 

                                                осужден: 1) по ч. 1 ст. 209 УК РФ к 14 годам лишения свободы  со штрафом в размере 500000 руб. и с ограничением свободы на 2 года; 2)  по пп. «а, з, к» ч. 2 ст. 105 УК РФ - к 16 годам лишения свободы; 3) по п.  «а» ч. 3 ст. 163 (по факту вымогательства у Р. - 8 годам лишения свободы со штрафом в размере 100 000 руб.; 4) по п. «а» ч. 4 ст.  162 УК РФ - к 10 годам лишения свободы со штрафом в размере 300000  руб.; 5) по п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ (по факту вымогательства у Г..) - к 8 годам лишения свободы со штрафом в размере 300000 руб.; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно -к 22 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима  со штрафом в размере 1000000 руб. с ограничением свободы на 2 года. В  соответствии со ст. 53 УК РФ ему как по ч. 1 ст. 209 УК РФ, так и на  основании ч. 3 ст. 69 УК РФ установлены следующие ограничения: не  уходить из дома в период с 22-00 до 6-00 часов; не посещать места  проведения общественных мероприятий в пределах территории  муниципального образования г. 

<

...> и не выезжать за его пределы, не посещать места проведения массовых и иных  мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не изменять  место жительства и работы без согласия специализированного  государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием  осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также возложена  обязанность являться два раза в месяц для регистрации в указанный орган;  

                                                Диденко Р.В. 

                                                

<

...>  

                                                

<

...>, несудимый, 

                                                осужден по ч. 2 ст. 209 УК РФ к 12 годам лишения свободы в  исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере 200000  руб. и с ограничением свободы на 1 год с установлением следующих  ограничений: не выезжать за пределы соответствующего муниципального  образования, в котором Р.В.Диденко будет проживать после освобождения  из мест лишения свободы, не уходить из дома в период с 22-00 до 6-00  часов; не изменять место жительства или пребывания без согласия  специализированного государственного органа, осуществляющего надзор  за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а  также возложена обязанность являться два раза в месяц для регистрации в  указанный специализированный государственный орган.  

                                                Сиразиев А.С. по обвинению в совершении преступлений,  предусмотренных пп. «а, ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство К. и ч. 3 ст. 222 УК РФ, а Диденко Р.В. по обвинению в совершении  преступлений, предусмотренных пп. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство  К. и ч. 3 ст. 222 УК РФ оправданы в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта за  непричастностью их к совершению этих преступлений с признанием за  ними в этой части права на реабилитацию,  

                                                По данному уголовному делу оправданы по предъявленному  обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 209  УК РФ, в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей  

                                                оправдательного вердикта за непричастностью каждого к совершению  данного преступления с признанием права на реабилитацию, С. 

                                                

<

...>и М. приговор в отношении которых не обжалуется.

                                                Заслушав доклад судьи Кондратова П.Е. о содержании приговора,  существе апелляционных жалоб и возражений на них, выслушав  объяснения осужденных Сиразиева А.С. и Диденко Р.В. выступления в их защиту, соответственно, адвокатов Хикматуллина А.И. и  

                                                Мардановой А.Р., поддержавших приведенные в апелляционных жалобах  доводы, выслушав выступление адвоката Фарукшиной Н.В., просившей  

                                                приговор в отношении Сал ахова Э.И. оставить без изменения, а также  выслушав мнение прокурора Никифорова А.Г., предложившего приговор  оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения,  Судебная коллегия  

                                                установила: 

                                                по приговору, основанному на вердикте коллегии присяжных  заседателей от 6 февраля 2014 г.:  

                                                - Сиразиев А.С. признан виновным в участии в банде «

<

...>» с  января 1999 г. и в руководстве этой бандой с апреля 2004 г. по 2011 г.,  участии в убийстве П. и С. в апреле-мае 1999 г., вымогательстве денежных средств в январе-феврале 2005 г. у Р. и 25 апреля 2010 г. у Г. в разбойном нападении на последнего 24 апреля 2010 г.;  

                                                Диденко Р.В. признан виновным в участии с начала 2000 гг. по  2011 г. в банде «

<

...>», а также в покушении на побег из-под стражи  18 ноября 2011 г. (уголовное дело по последнему обвинению в  соответствии с постановлением суда от 14 февраля 2014 г. прекращено  по ходатайству осужденного в связи с истечением срока давности  уголовного преследования).  

                                                Этим же приговором, основанным на вердикте коллегии  присяжных заседателей, Сиразиев А.С. и Диденко Р.В. признаны  непричастными к совершению преступлений и оправданы по обвинению  в участии в убийстве К. 8 апреля 2004 г. и в совершении незаконных действий с огнестрельным оружием и боеприпасами.  

                                                Осужденный Сиразиев А.С. в апелляционной жалобе (с  дополнениями к ней) просит обвинительный приговор суда отменить и  передать дело на новое рассмотрение в связи с допущенными судом  существенными нарушениями уголовно-процессуального закона и  назначением несправедливого наказания, оставив приговор без  изменения в части его оправдания.  

                                                В обоснование своей просьбы ссылается, в частности, на то, что  присяжными заседателями был вынесен противоречивый вердикт, а  председательствующий в нарушение ч. 2 ст. 345 УПК РФ на  противоречия не указал и не предложил им возвратиться в  совещательную комнату для внесения в вердикт уточнений. Обращает  внимание на то, что, отвечая на вопросы раздела 7, присяжные признали  доказанным, что участники банды «

<

...>» знали о ее вооруженности и  что он (Сиразиев А.С), войдя в состав банды в 1999 г. и участвуя в  совершаемых ею нападениях, также знал о наличии огнестрельного  оружия. При этом присяжные дали отрицательный ответ на вопрос 2 раздела 8 (по оружию), несмотря на то, что содержащиеся в этих  разделах вопросы, касающиеся оружия, практически аналогичны, за тем  лишь исключением, что в разделе 8 они изложены более подробно.  Полагает, что оправдательный вердикт в отношении него по ч. 3 ст. 222  УК РФ фактически означает, что в его действиях отсутствует  обязательный признак бандитизма - причастность к незаконному  приобретению, передаче, хранению, перевозке и ношению  огнестрельного оружия, а также осведомленность о наличии этого  оружия, в связи с чем он должен быть оправдан и по ч. 2 ст. 209 УК РФ.  

                                                Полагает, что тот факт, что приговором от 15 марта 2013 г.  М. и Л. признаны виновными в участии в банде, не должен иметь преюдициального значения по отношению к нему.  

                                                Отмечает, что председательствующим нарушен принцип  состязательности сторон, т.к. сторона защиты необоснованно была  лишена возможности представлять доказательства, при допросах  свидетелей и подсудимых председательствующий необоснованно  снимал вопросы защитников и подсудимых, а также необоснованно  отказывал в исследовании документов, допросе свидетелей,  подтверждающих невиновность подсудимых, а также отказал стороне  защиты в исключении ряда недопустимых доказательств. При этом  государственным обвинителем и самим председательствующим  нарушались требования ст. 252, ч. 7 ст. 335 УПК РФ, исследовались  обстоятельства, не подлежащие доведению до сведения присяжных  заседателей. Сторона защиты неоднократно возражала против действий  председательствующего, что не было принято во внимание.  

                                                Обращает внимание на то, что, несмотря на прекращение судом 6  сентября 2013 г. уголовного преследования в отношении подсудимых  С. и М.по ч. 3 ст. 30, пп. «а, е, ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (по факту взрыва на 

<

...>) по нереабилитирующим  основаниям, информация об этом факте незаконно была доведена до  сведения присяжных заседателей: в своем вступительном слове  государственный обвинитель упомянул об этом факте, тем самым выйдя  за пределы предъявленного обвинения и доведя до присяжных  заседателей сведения, порочащие С. и М. а также указав на его (Сиразиева А.С.) причастность к данному взрыву,  выразившуюся в приобретении взрывного устройства. В результате, на  фоне происшедших 21 октября, 29 декабря, 30 декабря 2013 г.  трагических событий - террористических актов в г. 

<

...>у  коллегии присяжных заседателей было сформировано негативное и  предвзятое отношение к стороне защиты. Обращает внимание на то, что  в нарушение закона председательствующий не остановил  государственного обвинителя, не сделал ему замечание и не разъяснил  присяжным, чтобы они не принимали во внимание данные  высказывания при вынесении вердикта.  

 

Указывает на то, что суд необоснованно не исключил по  ходатайству защиты из числа допустимых доказательств заключение  комиссии экспертов № 

<

...> трупа С. которое исследовалось в присутствии присяжных заседателей, несмотря на то, что вопреки  нормативным требованиям, которыми должен руководствоваться  судебно-медицинский эксперт при производстве судебно-медицинской  экспертизы, основано оно только на показаниях фигурантов по делу.  

                                                Утверждает, что судом необоснованно не был исключен из числа  допустимых ряд доказательств - протоколов различных следственных  действий, которые исследовались с участием присяжных заседателей.  

                                                Отмечает, что суд необоснованно отказал ему в представлении  доказательств его непричастности к совершенному убийству П.., а именно медицинской справки о перенесенной им операции, его состоянии здоровья, о том, что в период совершения этого преступления  он не мог свободно передвигаться и совершать активные действия, а  также в допросе свидетелей З.М. К.М. В.В., Т.И. И. которые имели непосредственное отношение к деятельности 

<

...>рынка и могли  сообщить о легальной деятельности на рынке подсудимых.  

                                                Вместе с тем стороне обвинения, несмотря на возражения стороны  защиты, предоставлялась возможность исследовать в присутствии  присяжных заседателей обстоятельства, которые не вменялись в вину  подсудимым, в том числе касающиеся вымогательства у работающих на  рынке предпринимателей.  

                                                Считает, что суд существенно ограничил его в даче показаний по  делу.  

                                                Полагает, что в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст.  24 УПК РФ по преступлениям, предусмотренным ч. 2 ст. 105 УК РФ (по  фактам убийств П. 23 апреля 1999 г. и С. с 24 апреля по май 1999 г.), сроки давности уголовного преследования  истекли, в связи с чем просит уголовное дело в отношении него в этой  части прекратить.  

                                                Адвокат Хикматуллин А.И. полагает, что приговор в отношении  его подзащитного Сиразиева А.С. является незаконным,  необоснованным и несправедливым, постановленным с существенными  нарушениями уголовно-процессуального закона. Утверждает, что  сторона защиты была ограничена в возможности представления и  исследования с участием присяжных заседателей доказательств по  фактическим обстоятельствам дела. В то же время сторона обвинения, в  нарушение ст. 334 УПК РФ, нарушала пределы судебного  разбирательства и вопреки требованиям ч. 1 ст. 252, чч. 6, 7 ст. 335 УПК  РФ доводила до сведения присяжных заседателей информацию, не относящуюся к обстоятельствам дела, подлежащим исследованию с  участием присяжных заседателей.  

                                                Полагает, что изложенные в вопросном листе вопросы о  виновности Сиразиева А.С. были взаимоисключающими,  предопределяющими ответы на другие вопросы, что не позволило  присяжным дать на них однозначные ответы и привело к вынесению  необоснованного вердикта.  

                                                Считает, что председательствующим необоснованно было  отказано в прекращении уголовного преследования в отношении  Сиразиева А.С. в связи с тем, что это преследование осуществлялось за  пределами установленных законом сроков на основании недопустимых  доказательств, собранных по окончании срока предварительного  расследования.  

                                                Кроме того, полагает, что все доказательства, полученные в  рамках расследования уголовного дела после 10 августа 2009 г., были  получены за пределами установленных уголовно-процессуальным  законом сроков предварительного следствия, вследствие чего являются  недопустимыми, т.к. уголовное дело было возбуждено по факту  совершения взрывов в МУП «

<

...>» 26 мая 1999 г., и 17  августа 1999 г. по ч. 1 ст. 205 УК РФ, данное уголовное дело было  приостановлено 18 сентября 2005 г. и возобновлено 10 августа 2009 г.,  после чего к нему были присоединены уже после истечения сроков  давности уголовные дела о преступлениях, за совершение которых по  настоящему делу осуждены Сиразиев А.С. и Диденко Р.В.  

                                                Утверждает, что постановление о приостановлении  предварительного следствия от 6 июня 2005 г., постановление об отмене  данного постановления и возобновлении предварительного следствия от  18 августа 2005г. и все последующие процессуальные и следственные  действия были проведены с нарушением сроков ведения  предварительного следствия, установленных ст. 162 УПК РФ, в связи с  чем обвинительное заключение было составлено с существенными  нарушениями, которые невозможно было устранить в ходе судебного  следствия, и, как следствие, приговор оказался постановленным на  недопустимых доказательствах, которые были доведены до присяжных  заседателей.  

                                                Осужденный Диденко Р.В. в апелляционной жалобе (с  дополнениями к ней) настаивает на отмене приговора в связи с  существенными нарушениями уголовно-процессуального закона,  которые повлияли на содержание поставленных перед присяжными  заседателями вопросов и ответов на них.  

                                                В обоснование своих требований указывает на то, что приговор в  части обвинения по ч. 2 ст. 209 УК РФ вынесен в нарушение ст. 2, 46  Конституции РФ, ст. 6, 8 УК РФ, ст. 7, 11, ч. 3 ст. 14 УПК РФ. Его вина  в совершении данного преступления не доказана, он участия в банде  

 

<

...>» не принимал, ни в каких преступлениях не участвовал, что  подтверждается показаниями допрошенных в судебном заседании  активных членов группы Р.Л. М. следствием эти действия ему не вменялись.  

                                                Полагает, что в нарушение п. 6 ст. 339 УПК РФ формулировкой  вопроса 5 раздела 7 вопросного листа охватывались не только  непосредственно вменяемое ему в вину деяние (убийство К.), но и деяния, которые ему никогда ранее не вменялись и государственным обвинителем не поддерживались, а именно:  совершение нападений на граждан в составе организованной группы  

<

...>»; знание о наличии в ней огнестрельного оружия; знание о  направленности деятельности организации; участие в разработке планов  нападений; выполнение указаний руководителя. Присяжные заседатели  при ответе на данный вопрос, хотя и признали его невиновным в  нападении 8 апреля 2004 г. на К. признали его виновным в совершении нападений на граждан в составе организации «

<

...>», в  чем он ранее не обвинялся. Кроме того, в указанном вопросе 5 не  раскрывается, какие конкретно планы нападений он разрабатывал, когда  это было, кто был потерпевшим и когда были совершены нападения.  

                                                Обращает внимание на то, что ответом на данный вопрос он  признан виновным в том, что знал о наличии огнестрельного оружия в  группе «

<

...>», однако при ответе на вопрос 5 раздела 8, присяжные  заседатели признали недоказанным совершение им незаконных  действий с использованием огнестрельного оружия, в том числе с  неустановленным пистолетом марки «Макаров» либо «Стечкин»,  которые вменялись ему следствием. Полагает, что в разделе 7 и 8  поставлены вопросы об одном и том же оружии с той лишь разницей,  что в разделе 7 вопрос поставлен в общих чертах, то есть без указания  места хранения оружия, заводских номеров, даты добровольной выдачи  этого оружия, а в разделе 8 все эти данные конкретизированы,  поскольку же присяжные не поняли эту разницу, их ответы на  соответствующие вопросы разделов 7 и 8 оказались противоречивыми.  

                                                Полагает, что в соответствии со ст. 14 УПК РФ суд должен был  постановить в отношении него по ч.2 ст. 209 УПК РФ оправдательный  приговор в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.  

                                                Обращает также внимание на то, что во время судебного процесса  были грубо нарушены положения ч. 2 ст. 338 УПК РФ, что проявилось в  игнорировании председательствующим при формулировании  вопросного листа предложений стороны защиты по уточнению вопроса  5 раздела 7 путем указания конкретных преступных действий и указаний  руководителя банды, которые он выполнял.  

                                                Полагает, что приговор постановлен с нарушением п. 3 ст. 351  УПК РФ, так как он не содержит описания преступных деяний, якобы  совершенных им. Суд ограничился внесением в него лишь ответа на вопрос 5 раздела 7 вопросного листа, выходящего за пределы  предъявленного ему обвинения.  

                                                По мнению осужденного, судом была нарушена состязательность  сторон, так как сторона защиты была ограничена в правах по сравнению  со стороной обвинения: ей необоснованно было отказано в допросе в  присутствии присяжных заседателей свидетелей Д.В. М.В. Т.И. А. а также необоснованно отказано в допросе 15 свидетелей защиты, часть из которых были допрошены в ходе  предварительного следствия, что ограничило его право на защиту.  

                                                Утверждает, что председательствующий, установив регламент  судебного заседания, исключающий повторный допрос свидетелей, тем  не менее вторично допросил Л. заключившего с обвинением досудебное соглашение и оговорившего его с целью  избежать сурового наказания.  

                                                Высказывает мнение, что стороной обвинения не представлено  бесспорных доказательств его осведомленности об имеющемся в группе  оружии и указывает, что никакими доказательствами не подтверждается  то, что он знал о его наличии. Отмечает противоречия и ложь в  показаниях свидетелей, на которые председательствующий не обращал  внимание, а, наоборот, отказался рассматривать заявления стороны  защиты об этих противоречиях.  

                                                Просит приговор в отношении него по ч. 2 ст. 209 УК РФ  отменить, уголовное преследование и уголовное дело прекратить ввиду  отсутствия в деянии признаков преступления, в остальной части  приговор оставить без изменения.  

                                                Адвокат Марданова А.Р. в апелляционной жалобе в защиту  осужденного Диденко Р.В. просит приговор в части осуждения по ч. 2  ст. 209 УК РФ отменить, уголовное дело в данной части направить на  новое рассмотрение, ссылаясь на то, что судом при рассмотрении дела  были существенно нарушены нормы уголовно-процессуального закона,  поскольку поставленные перед присяжными заседателями вопросы  относительно причастности Диденко Р.В. к совершению данного  преступления явно выходили за пределы предъявленного обвинения,  носили взаимоисключающий характер, предопределяли ответы на иные  вопросы, что не позволило присяжным заседателям дать однозначные  ответы, и это повлияло на беспристрастность и объективность  присяжных заседателей и привело к вынесению необоснованного  вердикта. В заседании суда апелляционной инстанции адвокат уточнила  свою позицию, заявив просьбу об отмене приговора и оправдании  Диденко Р.В. за отсутствием в его действиях состава преступления.  

                                                Адвокат Хасаншин Р.Р. в апелляционной жалобе в защиту  осужденного Диденко Р.В. просит обвинительный приговор по ч. 2 ст.  

 

209 УК РФ в отношении Диденко Р.В. отменить и оправдать  осужденного в связи с неправильным применением судом уголовного  закона и существенным нарушением им уголовно-процессуального  закона, а именно ч. 4 ст. 348 УПК РФ. Отмечает, что несмотря на  утвердительный ответ присяжных заседателей на основные вопросы,  содержащиеся в разделе 7, они фактически признали Диденко Р.В.  виновным в участии в банде, хотя и признали недоказанным обвинение  в части описанного в нем деяния, которое и составляет суть запрета,  предусмотренного уголовным законом (убийство с применением  огнестрельного оружия в составе банды). В результате этого, по мнению  адвоката, признанное доказанным деяние перестало содержать состав  преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 209 УК РФ.  

                                                Кроме того, в деянии, в котором Диденко Р.В. признан виновным,  отсутствует обязательный признак банды - вооруженность, т.к. его  участие в незаконном обороте оружия и боеприпасов признано  недоказанным.  

                                                В связи с тем, что Диденко Р.В. оправдан по обвинению в  убийстве, совершенном организованной группой по найму и  сопряженным с бандитизмом, а также в незаконных приобретении,  передаче, сбыте, хранении, перевозке и ношении огнестрельного  оружия, совершенных организованной группой, то он, по мнению  защитника, не может нести уголовную ответственность по ч. 2 ст. 209  УК РФ и подлежит оправданию.  

                                                В возражениях на апелляционные жалобы государственный  обвинитель Абдрахманов Р.М. просит оставить их без удовлетворения,  а приговор - без изменения.  

                                                Изучив материалы дела, обсудив доводы, приведенные  осужденными и их защитниками в апелляционных жалобах, возражения  стороны обвинения, а также выступления сторон в заседании суда  апелляционной инстанции, Судебная коллегия не находит оснований  для отмены или изменения приговора в отношении Сиразиева А.С. и  Диденко Р.В.  

                                                Уголовное дело рассмотрено судом с участием присяжных  заседателей по ходатайству всех обвиняемых при соблюдении  установленных уголовно-процессуальным законом условий для  

                                                проведения судебного разбирательства именно в такой процессуальной 

                                                форме. Особенности рассмотрения уголовного дела судом с участием 

                                                присяжных заседателей и его правовые последствия, в том числе в части  пределов обжалования постановленного на основе вердикта присяжных  

                                                заседателей приговора, обвиняемым были разъяснены. 

                                                Формирование коллегии присяжных заседателей проведено в  соответствии с предписаниями уголовно-процессуального закона, каких-либо замечаний и возражений в связи с формированием коллегии  сторонами не высказано.  

                                                Исследование обстоятельств уголовного дела в судебном заседании  осуществлялось с учетом предусмотренных гл. 42 УПК РФ особенностей  судебного следствия, проводимого с участием присяжных заседателей. В  частности, в ходе судебного следствия с участием присяжных заседателей  исследованию подвергались лишь доказательства, касающиеся вопросов,  разрешение которых в соответствии со ст. 334, 335 УПК РФ относилось  именно к их компетенции.  

                                                Доводы осужденных Сиразиева Р.В. и Диденко Р.В., а также их  адвокатов о том, что председательствующий в судебном заседании  выходил за пределы судебного разбирательства, позволяя обсуждать в  присутствии присяжных заседателей обстоятельства, касающиеся взрыва  на 

<

...> по факту которого уголовное дело было прекращено  6 сентября 2013 г., а также взаимосвязи инкриминируемых подсудимым  преступлений с преступлениями, за совершение которых были осуждены  выступавшие в качестве свидетелей по делу Л. и М., Судебная коллегия находит надуманными. Несмотря на то, что в рамках настоящего уголовного дела никто из подсудимых  непосредственно не обвинялся в совершении указанных преступлений,  данные об этих преступлениях составляли неотъемлемую часть  характеристики деятельности банды «

<

...>», обвинение в причастности к  которой было предъявлено подсудимым. При этом, поскольку уголовное  дело по факту взрыва на 

<

...> было прекращено ввиду  истечения срока давности уголовного преследования, чем не отвергается  сам факт совершения этого преступления, упоминание о нем в  выступлении государственного обвинителя не нарушало правила,  определяющие пределы и порядок судебного разбирательства в суде с  участием присяжных заседателей.  

                                                Не было допущено нарушения положений ст. 252 и 335 УПК РФ и в  связи с тем, что в ходе судебного разбирательства рассматривались  вопросы, связанные с осуществлением бандой 

<

...>» криминального  контроля над деятельностью 

<

...> в г. 

<

...> т.к. указанная  деятельность была включена в объем обвинения, сформулированного в  отношении участников банды в обвинительном заключении, и в  значительной мере определяла направленность банды и мотивацию  конкретных совершаемых ее участниками преступлений.  

                                                Несостоятельными, по мнению Судебной коллегии, являются  утверждения стороны защиты о нарушении при исследовании  доказательств в ходе судебного разбирательства равенства сторон. Все  ходатайства об исследовании доказательств, вне зависимости от того,  какой стороной они были заявлены, председательствующим разрешались в  общем порядке, с выслушиванием мнений участников судебного заседания  и с приведением мотивов принятого решения. При этом вопрос о допросе свидетелей, которые не были указаны в прилагаемом к обвинительному  заключению списку лиц, подлежащих вызову в судебное заседание, но о  допросе которых ходатайствовала сторона защиты, решался после допроса  этих лиц в отсутствие присяжных заседателей с учетом мнения сторон в  зависимости от относимости их показаний к предмету судебного  разбирательства: одни из них (в частности, В.Р. Х.С. несмотря на возражения стороны обвинения, были впоследствии допрошены в присутствии присяжных  заседателей, в допросе в присутствии присяжных заседателей других (в  частности, Г.Т. В.В. М.И. было отказано. Таким образом, оснований считать, что председательствующий априори отвергал  предложения стороны защиты, соглашаясь с мнением государственных  обвинителей, не имеется: в каждом случае решение принималось в  зависимости от конкретных обстоятельств, данных же о проявленной им  при этом необъективности не имеется.  

                                                Также не могут быть признаны убедительными ссылки осужденного  Сиразиева А.С. и его защитника на то, что в судебном заседании  исследовался ряд доказательств - протоколов следственных действий,  заключений экспертов, являющихся недопустимыми. Между тем, как  следует из материалов уголовного дела, при производстве  соответствующих следственных действий не было допущено  существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы  влекли признание полученных в результате доказательств недопустимыми.  Оспариваемые стороной защиты экспертные исследования назначались и  проводились в соответствии с установленным уголовно-процессуальным  законом порядком экспертами, чья квалификация и объективность  сомнений не вызывают. Проведение судебно-медицинской экспертизы  причин смерти С. на основе ограниченных исходных данных не противоречит закону и не исключает признание заключения экспертов  допустимым доказательством. Оценка же достоверности этого  доказательства и его значения для принятия решения о виновности  Сиразиева А.С. в совершении инкриминируемого ему убийства относится  к ведению коллегии присяжных заседателей, чьи выводы на этот счет не  подлежат пересмотру.  

                                                Не усматривается нарушения закона и прав участников уголовного  судопроизводства и в том, что суд, разрешил повторный допрос свидетеля  Л. несмотря на общее правило о недопустимости повторных допросов. В соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом РФ  направление, ход и порядок судебного разбирательства определяется  судом, при этом закон не исключает возможности пересмотра судом  собственных решений относительно порядка исследования доказательств,  поэтому председательствующий в судебном заседании был вправе при  наличии необходимости провести дополнительный допрос свидетеля.  

 

Утверждения осужденных о том, что в результате судебного  разбирательства не было получено достаточных доказательств для  постановления в отношении них обвинительного приговора, а имеющиеся  противоречия между отдельными доказательствами не были судом  устранены, не могут быть приняты Судебной коллегией во внимание, т.к. в  силу ст. 389.27 УПК РФ по делам, рассмотренным судом с участием  присяжных заседателей, соответствие выводов суда в приговоре  фактическим обстоятельствам дела не подлежит проверке в  апелляционном порядке.  

                                                Включенные в вопросный лист вопросы изложены  председательствующим в соответствии с требованиями ст. 252, 338 и 339  УПК РФ, с учетом предъявленного подсудимым обвинения и хода  судебного разбирательства; при подготовке вопросного листа сторонам, в  том числе стороне защиты, была обеспечена возможность внести свои  предложения относительно существа и изложения поставленных перед  присяжными заседателями вопросов. То, что председательствующий  согласился не со всеми предложениями стороны защиты об изменении и  уточнении формулировок вопросов, не дает оснований для признания как  самого вопросного листа, так и вердикта коллегии присяжных заседателей  не отвечающими требованиям закона.  

                                                Указание осужденного Диденко Р.В. о том, что в вопрос 5 раздела 7  вопросного листа оказались включенными не только вменяемое ему в вину  убийство К. по которому присяжные заседатели признали недоказанной его вину, но и действия, которые ему не вменялись,  Судебная коллегия полагает не соответствующими действительности. Как  явствует из обвинительного заключения, Диденко Р.В. вменялись как  участие в банде «

<

...>», так и участие в совершении этой бандой  нападениях, с учетом чего и были сформулированы соответствующие  вопросы в разделе 7 вопросного листа. Присяжные заседатели, признав не  доказанным участие Диденко Р.В. в совершенном им в составе банды  нападении на К. и в его убийстве, вместе с тем признали доказанной вторую часть предъявленного Диденко Р.В. по ч. 2 ст. 209 УК  РФ обвинения - в участии в банде, чем положения ст. 252 УПК РФ и  полномочия коллегии присяжных заседателей никоим образом нарушены  не были.  

                                                Судебная коллегия также считает мнимым противоречие, которое  сторона защиты увидела в том, что присяжные заседатели, дав  отрицательный ответ на вопросы о доказанности совершения Сиразиевым  А.С. и Диденко Р.В. незаконных действий с оружием и боеприпасами, в то  же время признали доказанным то, что они участвовали в устойчивой  вооруженной группе, зная о наличии в ней оружия и боеприпасов. То  обстоятельство, что осужденные, согласно вердикту присяжных  заседателей, непосредственно сами не приобретали, не хранили, не носили,  не перевозили оружие, вовсе не исключает доказанности их вины в том, что, зная о наличии в банде оружия и боеприпасов, они участвовали в этой  банде (а Сиразиев А.С. и руководил ею), что было подтверждено  коллегией присяжных заседателей при ответе на вопросы 1, 5,6 раздела 7  вопросного листа.  

                                                С учетом изложенного выше Судебная коллегия, несмотря на то, что  Диденко Р.В. оправдан по обвинению в убийстве К. и незаконном обороте оружия и боеприпасов, не усматривает оснований для  оправдания его по обвинению в участии в банде по ч. 2 ст. 209 УК РФ.  

                                                Вердикт вынесен коллегией присяжных заседателей на основании  поставленных перед ними вопросов в пределах предъявленных  Сиразиеву А.С. и Диденко Р.В. обвинений, он является ясным и  непротиворечивым.  

                                                Правовая оценка действий осужденного соответствует признанным  присяжными заседателями доказанными обстоятельствам дела и  основывается на предписаниях уголовного закона.  

                                                В своей апелляционной жалобе адвокат Хикматуллин А.И.  настаивает на отмене приговора в отношении его подзащитного Сиразиева  А.С. в части его осуждения по пп. «а, з, к» ч. 2 ст. 105 УК РФ и принятии  решения об освобождении его от уголовной ответственности на основании  ст. 78 УК РФ ввиду истечения срока давности уголовного преследования.  

                                                Согласно ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной  ответственности, если со дня совершения им преступления истекли  установленные этой статьей сроки, в частности, при совершении особо  тяжкого преступления - пятнадцать лет; в случае же совершения лицом  преступления, наказуемого смертной казнью, вопрос о применении сроков  давности решается в каждом конкретном случае судом. При этом суд, если  не сочтет возможным освободить указанное лицо от уголовной  ответственности в связи с истечением срока давности, не применяет  смертную казнь и пожизненное лишение свободы.  

                                                В то время, когда суд постановлял приговор в отношении Сиразиева  А.С, 15 лет с момента совершения им в апреле 1999 г. убийств П. и С. еще не прошло, поэтому вопрос об освобождении его от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности  уголовного преследования еще не стоял и суд не мог его решать.  

                                                Ко времени же рассмотрения уголовного дела в суде апелляционной  инстанции 15 лет после совершения этих преступлений прошло, однако,  несмотря на это, Судебная коллегия, действуя в пределах своей  компетенции, установленной ч. 4 ст. 78 УК РФ, учитывая степень  общественной опасности совершенных преступлений, роль осужденного в  их совершении, наличие в его действиях совокупности преступлений, не  находит оснований для применения в отношении Сиразиева А.С.  положений ст. 78 УК РФ и для освобождения его от уголовной  ответственности.  

                                                Что же касается иных преступлений, обвинения в совершении которых были предъявлены как Сиразиеву А.С, так и Диденко Р.В., то по  ним в настоящее время установленный ст. 78 УК РФ срок давности еще не  истек, а потому сама постановка вопроса об освобождении от уголовной  ответственности или от наказания за эти преступления была бы  преждевременной.  

                                                Назначая наказание осужденным, суд исходил из целей наказания,  как они определены в ст. 43 УК РФ, и руководствовался положениями ст.  6, 60 УК РФ, закрепляющими общие начала назначения наказания. В  соответствии с этими нормами суд учел характер и степень общественной  опасности совершенных осужденными преступлений, данные о личности  каждого из осужденных, влияние наказания на их исправление, условия  жизни их семей, отсутствие у Сиразиева А.С. и Диденко Р.В. судимостей,  состояние здоровья обоих осужденных, отсутствие у них отягчающих  обстоятельств, наличие у Сиразиева А.С. малолетнего ребенка, что  признано смягчающим обстоятельством, а также наличие у него  несовершеннолетней дочери и в итоге назначил каждому из осужденных  справедливое наказание.  

                                                Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые  путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников  судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на  постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, не  выявлено.  

                                                Доводы адвоката Хикматуллина А.И. о том, что при производстве по  уголовному делу были нарушены сроки предварительного следствия, и целый  ряд процессуальных действий осуществлялся после истечения сроков  давности уголовного преследования за отдельные инкриминируемые  обвиняемым преступления, не влияют на оценку приговора как отвечающего  требованиям законности и обоснованности.  

                                                Предварительное расследование по соединенному уголовному делу не  вышло за рамки установленных законом сроков.  

                                                С учетом того, что все инкриминируемые обвиняемым преступления  тесно взаимосвязаны между собой и их расследование осуществлялось в  рамках единого соединенного уголовного дела, истечение сроков уголовного  преследования по некоторым из обвинений не исключало возможность  собирания следствием новых доказательств в рамках расследования остальных  инкриминируемых обвиняемым преступлений.  

                                                Исходя из изложенного и руководствуясь ст. 389.20, 389.28,  389.33 УПК РФ, Судебная коллегия  

                                                определила: 

                                                приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 14 февраля  2014 г. в отношении Сиразиева А.С. и Диденко 

 

Р

<

...> В. оставить без изменения, а апелляционныежалобы - без удовлетворения. Председательствующий Судьи