ВЕРХОВНЫЙ СУД  РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ  

 № 305-ЭС18-14622(4,5,6) 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 30 января 2020 г. 

Резолютивная часть определения объявлена 27 января 2020 г.  Определение изготовлено в полном объеме 30 января 2020 г.  

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации в составе: председательствующего судьи  Самуйлова С.В., судей Букиной И.А. и Разумова И.В. –  

рассмотрела в судебном заседании кассационные жалобы публичных  акционерных обществ "Московский кредитный банк" (далее – Кредитный банк)  и "Сбербанк России" (далее – Сбербанк) в лице филиала "Московский банк", а  так же финансового управляющего гражданина ФИО1 - ФИО2  

на определение Арбитражного суда города Москвы от 11.03.2019,  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2019 и  постановление Арбитражного суда Московского округа от 17.07.2019 по делу   № А40-208525/2015 о банкротстве ФИО1 (далее - должник).  

В заседании приняли участие представители: ФИО3 – ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2 – ФИО7, Кредитного банка – ФИО8, ФИО9, Сбербанка – ФИО10, 

акционерного общества "Альфа-Банк" (далее – Альфа-Банк) – ФИО11,  ФИО12,  

ФИО13 (финансового управляющего ФИО14) –  ФИО15  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Самуйлова С.В., вынесшего определение от 30.12.2019 о передаче  кассационной жалобы вместе с делом для рассмотрения в судебном заседании,  

а также объяснения представителей лиц, участвующих в деле, судебная  коллегия 

установила: 

как следует из судебных актов и материалов дела, в 2014 году общество с  ограниченной ответственностью "МД Дистрибуция Казань" (далее – общество  "Дистрибуция") во исполнение ряда договоров получило от Альфа-Банка  кредиты со сроком возврата в апреле-мае 2015 года, однако кредиты не  погасило.  

ФИО1, являясь учредителем общества "Дистрибуция", а с июня  2015 года по январь 2017 года его генеральным директором, солидарно с  другими лицами поручился за возвраты вышеуказанных кредитов.  

В связи с наличием у ФИО1 как солидарного должника по  кредитным договорам неисполненных денежных обязательств по заявлению  Кредитного банка 09.11.2015 возбуждено дело о банкротстве ФИО1,  06.09.2016 он признан банкротом, введена процедура реализации имущества  гражданина (дело № А40-208525/15).  

11.07.2016 по заявлению Альфа-Банка арбитражный суд возбудил дело о  банкротстве общества "Дистрибуция" (дело № А65-15846/2016), 09.06.2016  ввел наблюдение, а 27.12.2016 признал его банкротом.  

Установив факт неисполнения обязанностей по передаче конкурсному  управляющему документации общества "Дистрибуция", арбитражный суд  привлек ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника: с ФИО1 в конкурсную массу общества "Дистрибуция"  взыскано 330 372 472,10 руб. (постановление Одиннадцатого арбитражного  апелляционного суда от 24.04.2018 по делу № А65-15846/2016).  

Общество "Дистрибуция" уступило требование к ФИО1  Альфа-Банку в размере 316 929 251 руб., в связи с чем 22.10.2018 произведена  процессуальная замена взыскателя на Альфа-Банк.  

Основываясь на указанных обстоятельствах, Альфа-Банк в деле о  банкротстве ФИО1 28.12.2018 потребовал включить в реестр  требований кредиторов должника задолженность в размере 316 929 251 руб.  Впоследствии он же ходатайствовал о прекращении производства по данному  требованию, поскольку, по его мнению, правонарушение ФИО1  совершено после возбуждения дела о его банкротстве, поэтому задолженность  подпадала под режим текущих платежей.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.03.2019,  оставленным в силе постановлениями апелляционного и окружного судов от  27.05.2019 и 17.07.2019 соответственно, производство по требованию Альфа- Банка прекращено на основании пункта 1 части 1 статьи 150 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку по выводам судов  заявленные требования касаются обязательств по текущим платежам и не  подлежат рассмотрению в рамках дела о банкротстве.  

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО2,  Кредитный банк и Сбербанк обратились с кассационными жалобами в  

Верховный Суд Российской Федерации, в которых просили их отменить и  направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

Доводы заявителей, помимо прочего, сводились к тому, что суды  неправильно применили нормы права, устанавливающие дату возникновения  обязательств ФИО1 по возмещению убытков, в результате чего  задолженность неправомерно квалифицирована как текущий платеж.  Поскольку ФИО1 причинил кредиторам общества "Дистрибуция"  убытки задолго до его собственного банкротства, требования о возмещении  убытков носят реестровый характер.  

В кассационных жалобах также приведены аргументы о производности  субсидиарной ответственности ФИО1 от основного требования  Альфа-Банка к обществу "Дистрибуция", носящего реестровый характер; о  неправомерности трансформации реестрового требования Альфа-Банка к  обществу "Дистрибуция" в текущее в деле о банкротстве ФИО1, чем  банку предоставлено необоснованное преимущество перед иными кредиторами  должника; о реестровом характере требований к контролирующему лицу в силу  пункта 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве".  

В судебном заседании представители ФИО2, Кредитного  банка, Сбербанка и ФИО13 поддержали доводы, изложенные в  кассационных жалобах. Представитель Альфа-Банка поддержал позицию,  изложенную в отзыве, в котором Альфа-Банк настаивал на законности и  обоснованности обжалованных судебных актов. Представители  ФИО3 оставили разрешение спора на усмотрение суда.  

По результатам рассмотрения кассационных жалоб судебная коллегия  пришла к следующим выводам.  

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 5 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о  банкротстве) под текущими платежами понимаются денежные обязательства,  возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом,  то есть даты вынесения определения об этом. Требования кредиторов по  текущим платежам не подлежат включению в реестр требований кредиторов.  

Ответственность, контролирующих должника лиц, предусмотренная  статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и  при привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности должны учитываться общие положения глав 25 и 29 ГК РФ об  ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие  причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о  банкротстве (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве").  

По общему правилу, следующему из статьи 1064 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее - ГК РФ), обязательство по возмещению вреда  

возникает с момента его причинения. Дата причинения вреда кредитору, за  который несет ответственность должник, признается датой возникновения  обязательства по возмещению вреда для целей квалификации его в качестве  текущего платежа (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 "О текущих платежах по  денежным обязательствам в деле о банкротстве").  

Таким образом, для квалификации как текущего или реестрового  обязательства лица, контролировавшего должника-банкрота и привлеченного к  субсидиарной ответственности по долгам последнего, необходимо определить  момент причинения вреда кредиторам должника-банкрота.  

Суды, квалифицировав обязательства ФИО3 как текущие,  исходили из того, что конкурсное производство в отношении общества  "Дистрибуция" открыто 27.12.2016, поэтому в соответствии с пунктом 2 статьи  126 Закона о банкротстве ФИО1 должен был передать документацию  должника не позднее 09.01.2017. Не передав документы к этой дате,  ФИО1 совершил вмененное ему правонарушение, чем причинил  кредиторам общества "Дистрибуция" убытки. В связи с тем, что в отношении  ФИО1 дело о банкротстве возбуждено 09.11.2015, а обязательство по  возмещению убытков возникло 09.01.2017, требования банка подпадают под  режим текущих платежей и не подлежат рассмотрению в деле о банкротстве.  

Вывод судов о том, что вред причиняется в момент начала просрочки  исполнения обязанности по передаче документов, судебная коллегия считает  неправильным.  

ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника-банкрота по правилам Закона о банкротстве, который  предусматривает два юридических состава для привлечения к данному виду  ответственности:  

- невозможность полного погашения требований кредиторов (статья 61.11  Закона о банкротстве) и  

- неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника (статья 61.12  Закона о банкротстве).  

В связи с этим причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам  должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков  составов правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 или 61.12 Закона о  банкротстве. Так, в частности, из пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве  следует, что, вред причиняется при совершении контролирующим должника  лицом деяний (действия или бездействия), вследствие которых стало  невозможно полное погашение требований кредиторов контролируемого лица.  

Обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве,  в том числе отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и  прочих обязательных документов должника-банкрота, – это, по сути, лишь  презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с  целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. При этом  обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять  

обстоятельства самого правонарушения и момент наступления обстоятельств  презумпции может не совпадать с моментом правонарушения.  

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие  должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного  погашения требований кредиторов, то во избежание собственной  ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного.  Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица  возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если  контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота,  скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то  подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения  требований кредиторов.  

Таким образом, вопреки выводам судов, правонарушение  ФИО1 как контролирующего должника лица выразилось не в том,  что он не передал бухгалтерскую и иную документацию должника  конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших  банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность  погашения требований кредиторов.  

Исходя из этого, время совершения ФИО1 правонарушения  должно определяться не моментом, с которого у него возникла просрочка в  передаче документов, а действиями по доведению им общества "Дистрибуция"  до несостоятельности. Именно период совершения последних в соотнесении с  датой возбуждения дела о банкротстве ФИО1 имеет определяющее  значение для квалификации задолженности как реестровой или текущей,  однако судами данный период не установлен.  

Обстоятельства, подтверждающие объективное банкротство  подконтрольного лица, могут быть установлены в том числе из косвенных  признаков, таких например, как прекращение платежей по обязательствам и т.п.  

Дело о банкротстве подконтрольного ФИО1 общества  "Дистрибуция" возбуждено 11.07.2016, то есть после возбуждения дела о  банкротстве самого контролирующего лица (09.11.2015). Следовательно, если  противоправные действия, повлекшие несостоятельность общества  "Дистрибуция", совершены ФИО1 с 09.11.2015 по 11.07.2016, то  обязательство по возмещение им убытков подпадает под режим текущих  платежей. В противном случае оно является реестровым.  

Следует заметить, что согласно имеющимся в материалах данного  обособленного спора доказательствам дело о банкротстве общества  "Дистрибуция" возбуждалось по заявлению Альфа-Банка от 28.04.2016,  основанному на решении Хамовнического районного суда от 24.12.2015 (дело   № 2-6419/15), по которому в пользу Альфа-Банка с общества "Дистрибуция" и  его поручителей взыскан долг по кредитным соглашениям. Задолженность так  и не была погашена. Иск по данному делу был подан не ранее ноября 2015 года  (по сведениям, заявленным Кредитным банком, но не получившим судебной  оценки, 27.10.2015). По мнению Кредитного банка и прочих кредиторов, во- первых, длительные и значительные неплатежи по кредитам, как правило,  

свидетельствуют о возникновении объективного банкротства должника, что  впоследствии подтвердилось фактом принятия судебного решения об открытии  конкурсного производства в отношении общества "Дистрибуция". Во-вторых,  неплатежи общества "Дистрибуция" по кредитам возникли до возбуждения  дела о банкротстве Каменского Д.А., следовательно, скорее всего в тот период  контролирующее лицо уже совершило действия, повлекшие объективное  банкротство общества "Дистрибуция". При подтверждении этих обстоятельств  Кредитным банком бремя опровержения указанных доводов и доказывания  иного периода причинения Каменским Д.А. вреда возлагается на другую  сторону спора – Альфа-Банк.  

В связи с существенным нарушением норм права, которые повлияли на  исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита  нарушенных прав и законных интересов заявителей в сфере  предпринимательской деятельности, на основании пункта 1 статьи 291.11  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обжалованные  судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в  арбитражный суд первой инстанции для установления даты или периода  причинения ФИО1 вреда кредиторам общества "Дистрибуция" и  последующей квалификации его обязательств.  

Руководствуясь статьями 291.11 - 291.14 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, судебная коллегия  

определила: 

определение Арбитражного суда города Москвы от 11.03.2019,  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2019 и  постановление Арбитражного суда Московского округа от 17.07.2019 по делу   № А40-208525/2015 отменить, направить дело на новое рассмотрение в  Арбитражный суд города Москвы.  

Определение вступает в законную силу со дня его вынесения. 

Председательствующий судья Самуйлов С.В. 

Судья Букина И.А. 

Судья Разумов И.В.