ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 19-АПУ18-16СП 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 г. Москва 20 сентября 2018 г. 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе  

председательствующего судьи Ботина А.Г., судей Пейсиковой ЕВ. и Лаврова Н.Г. при ведении протокола секретарём Мамейчиком М.А. 

рассмотрела в открытом судебном заседании в апелляционном порядке  уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Щетининой НА. на  приговор Ставропольского краевого суда от 28 июня 2018 г., по которому  

ФИО1, 

<

...> несудимый,  

осуждён по п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ на 18 лет лишения свободы с  отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с  ограничением свободы на срок 1 год, с установлением ограничений: не  уходить из места постоянного проживания (пребывания), где он будет  находиться после освобождения и отбытия основного наказания, в период с  22 часов до 6 часов следующих суток, не выезжать за пределы территории  соответствующего муниципального образования, не посещать места  проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных  мероприятиях, не изменять место жительства или пребывания, место работы  или учёбы без согласия специализированного государственного органа,  осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде  ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством  Российской Федерации, с возложением на него обязанности являться в  

специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за  отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, три раза в  месяц для регистрации.  

В соответствии с п. «в» ч.1 ст. 97, п. «а» ч.1 ст. 99 и ст. 100 УК РФ  назначены ФИО1 принудительные меры медицинского характера в  виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра.  

Постановлено взыскать с ФИО1 денежные средства в счёт  компенсации морального вреда в пользу Р.Р. Н.Н. по 2 млн руб. каждому, а также в счёт возмещения имущественного вреда в пользу Р. - 248 430 руб., в пользу Н. - 144 474 руб. 

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  ПейсиковойЕВ., изложившей обстоятельства дела, доводы, содержащиеся в  апелляционной жалобе адвоката, выступление осуждённого ФИО1  в режиме видеоконференц-связи и адвоката Корытина А.В., поддержавших  доводы, изложенные в апелляционной жалобе, мнение прокурора  Генеральной прокуратуры Российской Федерации Мусолиной Е.А.,  полагавшей приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу без  удовлетворения, Судебная коллегия  

установила: 

по приговору суда, постановленному с участием коллегии присяжных  заседателей, ФИО1 признан виновным в умышленном причинении  смерти Р. и Н. 

В апелляционной жалобе адвокат Щетинина Н.А., не оспаривая  обвинительный вердикт присяжных заседателей, считает приговор  несправедливым вследствие назначенного чрезмерно сурового наказания.  Указывает на то, что ФИО1 вину признал, раскаялся в содеянном, просил  прощения у потерпевших, частично признал исковые требования, является  пенсионером. Считает, что суд не учёл наличие у ФИО1 ряда  заболеваний, установленных судебно-медицинскими экспертами.  Утверждает, что выводы судебно-психиатрической экспертизы от 20  сентября 2016 г., проведённой в условиях амбулаторной экспертизы врачами- экспертами ФГБУ ФМИЦПиН им. В.П. Сербского, установила наличие у  него в период, относящийся к инкриминируемому деянию, временного  психического расстройства в форме острой реакции на стресс, лишавшего  его способности осознавать фактический характер и общественную  опасность своих действий и руководить ими. Согласно выводам экспертов он  не может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для  

дела, и давать показания, понимать характер значение уголовного  судопроизводства, не обладает способностью к самостоятельному  совершению действий и нуждается в направлении на принудительное  лечение в медицинской организации, оказывающей психиатрическую  помощь в стационарных условиях специализированного типа. Адвокат  указывает, что повторная экспертиза в областной клинической  психиатрической больнице г. Астрахани, проведённая 8 марта 2017 г.,  установила наличие расстройства психической деятельности Медведева,  лишившего его возможности осознавать фактический характер и  общественную опасность своих действий и руководить ими, правильно  воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и  давать о них показания, он нуждается в принудительном лечении с  интенсивным наблюдением в стационаре специализированного типа до его  выхода из болезненного состояния. Ссылается на то, что суд по своей  инициативе назначил амбулаторную судебно-психиатрическую экспертизу в  ФГБУ ФМИЦПиН им. В.П. Сербского. Согласно выводам экспертов  Медведев самостоятельно вышел из болезненного состояния и в период  инкриминируемого деяния не страдал каким-то бы ни было заболеванием  психики, лишавшим его способности осознавать фактический характер и  общественную опасность своих действий и руководить ими. Автор жалобы  высказывает сомнения в том, что Медведев мог самостоятельно выйти из  болезненного состояния, поскольку никакого лечения он в этот период не  получал, и делает выводы о необходимости назначения ещё одной повторной  экспертизы. Одновременно с этим просит приговор изменить, назначенное  наказание смягчить.  

В своих возражениях на доводы жалобы адвоката представитель  потерпевших Р. и Р. - адвокат Сергушин М.Д., потерпевшая Н. и государственный обвинитель Гончарова Л.А. просят оставить приговор без изменения, а доводы  апелляционной жалобы без удовлетворения.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в  апелляционной жалобе и в возражениях на эти доводы, Судебная коллегия  находит постановленный приговор основанным на всестороннем, полном и  объективном исследовании представленных сторонами доказательств, с  соблюдением гл.42 УПК РФ.  

Как следует из материалов уголовного дела, ни в процессе  расследования, ни в ходе судебного разбирательства уголовного дела в  отношении ФИО1 каких-либо нарушений уголовно- процессуального закона, влекущих в соответствии со ст.389 УПК РФ  отмену постановленного приговора, органами следствия и судом не  допущено.  

Согласно протоколу судебного заседания уголовное судопроизводство  по уголовному делу осуществлялось в соответствии с требованиями ст. 15  УПК РФ на основе состязательности сторон, в судебном заседании  исследованы все собранные по делу доказательства, имеющие существенное  значение для правильного разрешения дела, с учётом особенностей  судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей.  

Коллегия присяжных заседателей сформирована в соответствии с  требованиями ст. 327, 328, 329 УПК РФ. Ходатайств о роспуске коллегии  присяжных заседателей ввиду её тенденциозности сторонами не заявлено.  

Особенности рассмотрения уголовного дела судом с участием  присяжных заседателей и юридические последствия вердикта, а также порядок  и пределы обжалования приговора были разъяснены.  

Несостоятельными являются доводы, касающиеся несоответствия  выводов суда фактическим обстоятельствам дела относительно  противоправного поведения потерпевшего, недостоверности показаний  свидетелей, фальсификации потерпевшим договора аренды земельного  участка, поскольку в силу ст.38927 УПК РФ данные доводы не могут служить  основанием для отмены или изменения приговора, постановленного с  участием коллегии присяжных заседателей.  

Вопросный лист отвечает требованиям ст.338 УПК РФ, сформулирован  в соответствии с предъявленным обвинением, с учётом прений сторон.  

Напутственное слово председательствующего судьи соответствует  требованиям ст.340 УПК РФ.  

Возражений в связи с содержанием напутственного слова  председательствующего по мотивам нарушения им принципов  объективности, беспристрастности от сторон обвинения и защиты не  поступало.  

Вердикт коллегии присяжных заседателей вынесен в соответствии с  требованиями ст. 343, 345 УПК РФ, является ясным и непротиворечивым.  

Обвинительный приговор постановлен в соответствии с вердиктом  коллегии присяжных заседателей и соответствует требованиям ст. 351 УПК  РФ.  

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по п. «а» ч.2  ст. 105 УК РФ в соответствии с установленными вердиктом коллегии  присяжных заседателей фактическими обстоятельствами, оснований для  иной правовой оценки его действий нет.  

Вопреки доводам, изложенным в апелляционной жалобе адвоката и  заявленным защитой в ходе апелляционного рассмотрения уголовного дела,  психическое состояние осуждённого Медведева Н.П. проверено.  

В связи с тем, что заключения экспертов, проводивших судебно- психиатрические экспертизы № 941 от 20 сентября 2016 г. и № 66 от 9 марта  2017 г., не дали полных ответов на поставленные вопросы о психическом  состоянии ФИО1, являлись противоречивыми, а также с учётом  новых доказательств, исследованных в судебном заседании в том числе о  личности ФИО1, в отношении которого велось производство о  применении принудительной меры медицинского характера, суд  обоснованно по своей инициативе счёл необходимым назначить повторную  судебную комплексную комиссионную психолого-психиатрическую  экспертизу в ФГБУ ФМИЦПиН им В.П. Сербского.  

Согласно выводам экспертов, проводивших повторную стационарную  комплексную судебную психолого-психиатрическую экспертизу № 977 от 17  октября 2017 г., ФИО1 хроническим психическим расстройством,  слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которые бы  лишали его способности осознавать фактический характер и общественную  опасность своих действий и руководить ими в период инкриминируемого  ему деяния, не страдал. Не обнаруживал он также признаков какого-либо  временного психического расстройства, которое лишало бы его возможности  осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий  и руководить ими. У него имеется органическое расстройство личности в  связи со смешанными заболеваниями. Указанные психические расстройства,  не исключая вменяемости, ограничивали ФИО1 в способности в  полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность  своих действий и руководить ими в период инкриминируемого ему деяния. В  дальнейшем в условиях субъективно сложной психогенно-травмирующей  судебно-следственной ситуации произошло усугубление указанного  расстройства с присоединением аффективных нарушений в виде сниженного  настроения, подавленности, угнетённости, эпизодически зрительных и  слуховых галлюцинаций, с нарушением критико-прогностических  способностей, из которого он с течением времени, без активной  психофармакотерапии вышел к моменту проведения экспертизы. По своему  психическому состоянию ФИО1 нуждается в применении к нему  принудительных мер медицинского характера в виде амбулаторного  наблюдения и лечения у психиатра.  

Суд, руководствуясь п. 1 ч.1 ст. 237 УПК РФ, возвратил уголовное  дело, направленное в суд с постановлением о применении в отношении  ФИО1 принудительной меры медицинского характера, прокурору  для составления обвинительного заключения.  

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам  Ставропольского краевого суда от 2 февраля 2018 г. постановление  Ставропольского краевого суда от 6 октября 2017 г. в возвращении  уголовного дела прокурору Ставропольского края для устранения  препятствий его рассмотрения судом оставлено без изменений.  

Оснований ставить под сомнение выводы экспертов, изложенные в  заключении повторной стационарной комплексной судебной психолого- психиатрической экспертизы от 17 октября 2017 г. № 97, вопреки доводам  стороны защиты, у суда не имелось. Судом установлено, что каких-либо  нарушений уголовно-процессуального закона при её производстве не  допущено, экспертное заключение выполнено четырьмя экспертами,  имеющими значительный стаж работы в качестве врача - судебно- психиатрического эксперта, компетентность которых сомнений не вызывает,  эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу  заведомо ложного заключения, заключение составлено в соответствии с  требованиями ст. 200, 201, 204, 207 УПК РФ, оно содержит ясные и полные  ответы на все поставленные перед экспертами вопросы.  

Суд при определении психического состояния ФИО2,  полагаясь на выводы данного повторного заключения экспертов, а также на  поведение ФИО1 в ходе всего судебного разбирательства,  обоснованно признал его вменяемым.  

Отказ в удовлетворении ходатайства защиты о назначении повторной  комплексной судебной психоло-психиатрической экспертизы нельзя  расценить как ограничение права ФИО1 на защиту.  

Каких-либо оснований для назначения судом апелляционной  инстанции ещё одной повторной судебной психолого-психиатрического  экспертизы нет.  

Наказание ФИО1, вопреки доводам, указанным в жалобе  адвоката и в выступлении осуждённого в ходе апелляционного рассмотрения  дела, назначено с учётом требований ст. 6, 22, 60 УК РФ, характера и  степени общественной опасности содеянного, данных о его личности,  смягчающих наказание обстоятельств, в том числе тех, на которые  указывают адвокат и осуждённый, в частности состояния здоровья  ФИО1, наличия у него органического расстройства личности в  связи со смешанными заболеваниями, признания вины и раскаяния в  содеянном. Судом не установлены противоправность или аморальность  поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, таких  данных в материалах дела также не содержится.  

Наказания назначено также с учётом положений ст. 65 УК РФ о  признании осуждённого заслуживающим снисхождении.  

Назначенное Медведеву Н.П. судом наказание, с учётом конкретных  обстоятельств дела, нельзя признать чрезмерно суровым, оно является  справедливым, и оснований для его смягчения, применения положений  ст.64, ч.б ст. 15 УК РФ не имеется.  

Гражданский иск потерпевших рассмотрен в соответствии с законом,  размер взыскиваемого морального вреда в полной мере обоснован в  приговоре.  

На основании изложенного и руководствуясь ст. 38920, 38928, 38933 УПК  РФ, Судебная коллегия  

определила: 

приговор Ставропольского краевого суда от 28 июня 2018 г. в  отношении ФИО1 оставить без изменения, а  апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Председательствующий судья Судьи