ВЕРХОВНЫЙ СУД 

                                                РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № КАС11-176 

                                                

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                г. Москва 5 мая 2011 г.  

                                                Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в  составе  

                                                председательствующего Федина А.И.,  членов коллегии Горшкова В.В.,  

                                                Пелевина Н.П. 

                                                при секретаре Кулик Ю.А.  с участием прокурора Кротова В.А.  

                                                рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по  заявлению Бухбиндера А.В. об оспаривании пунктов 8-10 классификаций и критериев, используемых при осуществлении медико- социальной экспертизы граждан федеральными государственными  учреждениями медико-социальной экспертизы, утвержденных приказом  Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации  от 23 декабря 2009 г. № 1013н,  

                                                по кассационной жалобе Бухбиндера А.В. на решение Верховного Суда  Российской Федерации от 24 февраля 2011 г., которым в удовлетворении  заявленного требования было отказано.  

                                                Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Федина А.И., объяснения Министерства здравоохранения и социального  развития Российской Федерации Сарвадий М.В. и Шароновой В.Н.,  возражавших против удовлетворения кассационной жалобы, прокурора  Генеральной прокуратуры Российской Федерации Кротова В.А., полагавшего  доводы кассационной жалобы необоснованными,  

                                                Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации 

 

установила: 

                                                приказом Министерства здравоохранения и социального развития  Российской Федерации от 23 декабря 2009 г. № 1013н, зарегистрированным в  Министерстве юстиции Российской Федерации 11 марта 2010 г.  (регистрационный № 16603) утверждены классификации и критерии,  используемые при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан  федеральными государственными учреждениями медико-социальной  экспертизы (далее - Классификации и критерии). В разделе IV Классификаций  и критериев содержится перечень критериев установления групп  инвалидности, в пунктах 8-10 приведены критерии для определения первой,  второй, третьей групп инвалидности соответственно.  

                                                Бухбиндер А.В., являющийся инвалидом 

<

...> группы, обратился в  Верховный Суд Российской Федерации с заявлением о признании пунктов 8-10  Классификаций и критериев недействующими. Не оспаривая конкретных  характеристик нарушений здоровья человека, оговоренных в указанных  пунктах в качестве критериев для определения первой, второй и третьей групп  инвалидности, заявитель полагает, что оспариваемые предписания не  соответствуют пункту «Ь» статьи 3, подпункту «Ь» пункта 1 статьи 4, статье 5  Конвенции о правах инвалидов, статье 14 Конвенции о защите прав человека и  основных свобод, поскольку разделяют инвалидов на три группы. В результате  этого инвалиды третьей группы имеют меньший размер пенсионного  обеспечения по сравнению с инвалидами других групп, а также не имеют  налоговых льгот, что является их дискриминацией.  

                                                Верховный Суд Российской Федерации вынес указанное решение,  отказав в удовлетворении заявленного требования.  

                                                В кассационной жалобе Бухбиндер А.В. просит об отмене судебного  решения и направлении дела на новое судебное рассмотрение в ином составе  суда. Полагает, что суд не учел его довод о дискриминационном характере  разделения инвалидов на соответствующие группы вообще, и в частности о  дискриминационном разделении в правах инвалидов третьей группы по  отношению к инвалидам второй и третьей групп.  

                                                Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы,  Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации не находит  оснований для ее удовлетворения.  

                                                Приказ Министерства здравоохранения и социального развития  Российской Федерации от 23 декабря 2009 г. № 1013н, как это следует из его  преамбулы, был принят в соответствии с подпунктом 5.2.100.32 Положения о  Министерстве здравоохранения и социального развития Российской  Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской  Федерации от 30 июня 2004 г. № 321. Данное постановление наделяет  Министерство здравоохранения и социального развития Российской Федерации  полномочием по принятию классификаций и критериев, используемых при  осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы. Указанное  полномочие предоставлено и постановлением Правительства Российской  Федерации от 20 февраля 2006 г. № 95 «О порядке и условиях признания лица  инвалидом».  

                                                С учетом вышеизложенного суд первой инстанции пришел к  правильному выводу о том, что оспоренный нормативный правовой акт принят  Министерством здравоохранения и социального развития Российской  Федерации в пределах предоставленной ему компетенции.  

                                                В соответствии со статьями 251,253 ГПК РФ судом рассматриваются  заявления о признании нормативных правовых актов противоречащими  полностью или в части федеральному закону или другому нормативному  правовому акту, имеющему большую юридическую силу.  

                                                Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой  инстанции правильно исходил из того, что положение о дифференциации  инвалидов по группам, содержащееся в пунктах 8-10 Классификаций и  критериев, в полной мере согласуется с положениями нормативных правовых  актов, имеющих большую юридическую силу.  

                                                Определив в пунктах 8-10 Классификаций и критериев три группы  инвалидности, Министерство здравоохранения и социального развития  Российской Федерации не осуществило самостоятельное нормативное правовое  регулирование в рассматриваемом вопросе, как ошибочно полагает заявитель,  а лишь воспроизвело деление, принятое законодателем в целом ряде  федеральных законов. В частности, в Федеральном законе от 24 ноября 1995 г.   № 181 -ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации»,  определяющем государственную политику в области социальной защиты  инвалидов в Российской Федерации, в его статье 1 предусмотрено, что в  зависимости от степени расстройства функций организма и ограничения  жизнедеятельности лицам, признанным инвалидами, устанавливается группа  инвалидности. В статье 28.1 говорится об инвалидах I, II и III групп. В  Федеральном законе от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в  Российской Федерации» также идет речь об инвалидах I, II и III групп (статьи  8,15,31).  

                                                Кроме того, в Правилах признания лица инвалидом, утвержденных  постановлением Правительства Российской Федерации от 20 февраля 2006 г.   № 95 во исполнение части 4 статьи 1 Федерального закона «О социальной  защите инвалидов в Российской Федерации», определено, что в зависимости от  степени ограничения жизнедеятельности, обусловленного стойким  расстройством функций организма, возникшего в результате заболеваний,  последствий травм или дефектов, гражданину, признанному инвалидом,  устанавливается I, II или III группа инвалидности (пункт 7).  

                                                Суд первой инстанции проверил доводы Бухбиндера А.В., выдвинутые  им в обоснование заявленных требований, о несоответствии оспоренных  пунктов Классификаций и критериев статье 14 Конвенции о защите прав  человека и основных свобод и правильно признал их ошибочными, поскольку  из содержания данной Конвенции не следует, что она запрещает деление инвалидов на группы в зависимости от степени расстройства функций  организма и ограничения жизнедеятельности и признает такое деление  дискриминирующим права инвалидов.  

                                                Ссылка Бухбиндера А.В. на противоречие пунктов 8-10 Классификаций  и критериев пункту «Ь» статьи 3, подпункту «Ь» пункта 1 статьи 4, статье 5  Конвенции о правах инвалидов (Нью-Йорк, 13 декабря 2006 г.) также  правильно была признана судом первой инстанции несостоятельной, поскольку  данная Конвенция до настоящего времени Российской Федерацией не  ратифицирована, вследствие чего не вступила для России в силу.  

                                                Ссылка Бухбиндера А.В. на то, что в связи с применением  оспариваемого приказа инвалиды имеют различный размер пенсионного  обеспечения по отношения друг к другу, различные налоговые льготы не  свидетельствует о дискриминационном характере оспоренного правового акта.  

                                                Классификации и критерии имеют иной предмет регулирования и  определяют именно те критерии, по которым инвалиду присваивается та или  иная группа инвалидности в зависимости от степени расстройства функций  организма и ограничения его жизнедеятельности. При этом при равных  степенях таких расстройств и ограничений жизнедеятельности организма,  установлению подлежат одинаковые группы инвалидности, в связи с чем  ссылка на дискриминационный характер разграничений несостоятельна.  

                                                Кроме того, различный объем мер социальной поддержки для каждой из  групп инвалидов установлен не оспоренным нормативным правовым актом,  как ошибочно полагает заявитель, а нормативными правовыми актами,  имеющими большую юридическую силу. В частности, Федеральным законом  от 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской  Федерации» (статья 28.1), Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 166- ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации»  (статьи 5, 12, 15-18), Налоговым Кодексом Российской Федерации (статьи 218,  333.36,333.37,391).  

                                                Таким образом, утверждения в кассационной жалобе о несоответствии  выводов суда нормам материального права и неправильном их применении  судом при разрешении данного дела ошибочны.  

                                                Судом принято решение с учетом правовых норм, регулирующих  рассматриваемые правоотношения, при правильном их толковании.  

                                                Предусмотренных статьей 362 ГПК РФ оснований для отмены решения  суда в кассационном порядке не имеется.  

                                                Руководствуясь статьями 360, 361 Гражданского процессуального  кодекса Российской Федерации, Кассационная коллегия Верховного Суда  Российской Федерации  

 

определила: 

                                                решение Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2011  

                                                года оставить без изменения, а кассационную жалобу Бухбиндера  

                                                А

<

...>В

<

...> - без удовлетворения. Председательствующий А.И.Федин 

                                                Члены коллегии В.В.Горшков  

                                                Н.П.Пелевин