ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № 30-009-8сп 

                                                КАССАЦИОННОЕ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                г.Москва 14 сентября 2009 г.  

                                                Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе  

                                                председательствующего - Магомедова М.М. судей - Ворожцова С. А. и Грицких И.И. при секретаре - Алиеве А.И. 

                                                рассмотрела в судебном заседании 14 сентября 2009 года кассационное  представление государственного обвинителя Маковой Н.М. и кассационную  жалобу потерпевшей А. на приговор Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики от 6 июля 2009 года с участием  присяжных заседателей, которым  

                                                Салпагаров Т.А., 

<

...> судимый -20апреля 2007 года по ст. ст. 115, 119 УК РФ УК РФ к 1 году лишения  свободы, с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком на 1  год- 

                                                но предъявленному ему обвинению в совершении преступлений,  предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 158, п. «в» ч. 4 ст. 162 и п. «з» ч. 2  ст. 105 УК РФ оправдан в связи с вынесением коллегии присяжных  заседателей оправдательного вердикта за его непричастностью к совершению  преступлений;  

                                                Мера пресечения в виде заключения под стражу отменена.  

                                                В кассационном представлении и кассационной жалобе потерпевшей  поставлен вопрос об отмене оправдательного приговора в отношении  Салпагарова.  

                                                Заслушав доклад судьи Ворожцова С.А., выступление прокурора  Полеводова С.Н., поддержавшего кассационное представление об отмене  приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение, адвоката  Шинелевой Т.Н., полагавшей оставить приговор без изменения  

                                                судебная коллегия 

                                                установила: 

                                                Салпагаров Т.А. органами предварительного следствия обвинялся в  том, что 17 августа 2007года около 23 часов с целью совершения кражи  проник на территорию домовладения в ст. 

<

...>, 

<

...> района, ул.  

<

...>, принадлежащего М.., подошел к дому, расположенному напротив входа во двор, выставил стекло окна дома,  незаконно проник в дом через это окно и стал искать деньги и материальные  ценности. Салпагаров не смог довести свой умысел, направленный на тайное  хищение чужого имущества до конца по обстоятельствам, не зависящим от  его воли, так как не нашел ничего ценного и вылез из дома через это же окно.  Во дворе его увидела хозяйка дома М.. и окликнула по имени, но затем, испугавшись, забежала в летнюю кухню. Салпагаров, с целью  хищения принадлежащего М.. имущества, реализуя свой преступный умысел, подошел к входной двери, с силой дернул за ручку,  взломал металлический крючок и вошел в дом, подошел к М. и ударил ее кулаком в грудь, в результате чего она упала на кровать, он  продолжил избиение, требуя деньги и иное ценное имущество. В результате  примененного насилия М. были причинены телесные повреждения в виде закрытого перелома левой скуловой кости, закрытого  перелома тела и грудины, закрытого двойного перелома 2 ребра, слева, повлекшие причинение вреда средней тяжести. Продолжая поиск денег и  ценного имущества, получив отрицательный ответ от М., Салпагаров сломал стул и ножкой от стула нанес не менее пяти ударов в  лобно-теменную область головы М., чтобы лишить ее жизни, причинив открытую черепно-мозговую травму, многочисленные переломы  костей черепа, вдавленные переломы черепа, множественные ушибленные  раны головы, которые квалифицируются как тяжкий вред здоровью по  признаку опасности для жизни и от полученных телесных повреждений  М.. скончалась. 

                                                Действия Салпагарова Т.А. государственным обвинителем  квалифицированы по ч. 3 ст.ЗО, п. «а» ч.З ст. 158, п. «в» ч.4 ст. 162, п. «з» ч.2  ст. 105 УК РФ.  

                                                Вердиктом присяжных заседателей от 24 июня 2009 года признано  недоказанным совершение Салпагаровым вмененных ему в вину  преступлений.  

                                                Суд постановил в отношении Салпагарова оправдательный приговор. 

                                                Не соглашаясь с таким решением, в кассационном представлении  государственный обвинитель Макова Н.М. ставит вопрос об отмене  приговора и направлении дела на новое судебное разбирательство. Автор  представления полагает, что судом допущены нормы уголовно - процессуального закона, которые повлияли на содержание ответов на  поставленные перед присяжными заседателями вопросы, вердикт, вынесен  незаконным составом коллегии присяжных заседателей.  

                                                В представлении также указывается, что приговор был постановлен  незаконным составом присяжных заседателей.  

                                                При формировании коллегии присяжных заседателей на вопрос  председательствующего «Есть ли среди Вас лица, которые сами или их  родственники привлекались к уголовной ответственности?» и на вопрос  государственного обвинителя « привлекались ли Вы сами или ваши близкие  родственники к уголовной ответственности?», кандидат в присяжные  заседатели под №

<

...> К. никакой информации на эти вопросы не сообщил.  

                                                Между тем, как указывается в представлении, по сведениям  следственного управления внутренних дел по г. 

<

...>, 19 марта 1998  года в отношении К. было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 159 УК РФ, которое 26 декабря 1998 года было  приостановлено в связи с розыском К.. В рамках уголовного преследования к К. применялись меры процессуального принуждения - он допрашивался в качестве подозреваемого, в отношении него была избрана мера пресечения. В силу этих обстоятельств не знать о  факте своего привлечении к уголовной ответственности К. не мог, однако скрыл от суда и участников процесса это обстоятельство.  

                                                Впоследствии кандидат в присяжные заседатели под № 

<

...> К. был включён в состав коллегии присяжных заседателей под № 

<

...> , вошел в состав основных присяжных заседателей, принимал участие в обсуждении  поставленных вопросов в совещательной комнате и вынесении вердикта.  

                                                Факт привлечения к уголовной ответственности, по мнению  государственного обвинителя, мог сформировать у К. негативное отношение к правоохранительным органам, а вопрос об этом  также был задан кандидатам в присяжные заседатели, и повлиять на его  объективность и беспристрастность при вынесении вердикта, на содержание  его ответов на поставленные вопросы. По сообщению УВД г. 

<

...>  уголовное дело в отношении К. до настоящего времени приостановлено.  

                                                По мнению государственного обвинителя, несообщение К. этой информации и отсутствие в связи с этим возможности ее проверки могло повлиять на законность состава коллегии присяжных заседателей.  

                                                Прокурор и потерпевшая были лишены возможности в полной мере  осуществлять свои полномочия в стадии формировании коллегии присяжных  заседателей, в том числе, при заявлении мотивированных и  немотивированных отводах. Также сокрытие этой информации повлекло  включение в состав коллегии присяжных заседателей лица, которое не могло  быть присяжным заседателем в силу закона.  

                                                В представлении также указывается, что сторона защиты  неоднократно доводила до сведения присяжных заседателей информацию, не  относящуюся к фактическим обстоятельствам дела.  

                                                Конкретные нарушения, по мнению автора представления, выразились  в том, что в прениях Салпагаров сообщил в присутствии присяжных  заседателей: «При проведении проверки показаний на месте, которую вы  видели на видеозаписи, мне говорили работники милиции, что и как надо  делать».  

                                                В последнем слове Салпагаров вновь в присутствии присяжных заявил:  «Меня оговорили и нагло подставили».  

                                                Эти высказывания, как указывается в представлении, вызвали  предубеждение у присяжных, поскольку в них содержится заявление о  применении незаконных методов ведения следствия, что недопустимо.  

                                                В кассационной жалобе потерпевшей А.. содержится просьба приговор отменить и дело направить на новое судебное  рассмотрение со стадии судебного разбирательства.  

                                                Потерпевшая полагает, что присяжные заседатели не были  беспристрастны и объективны.  

 

В жалобе потерпевшей указывается, что она лично была свидетелем,  как присяжный под № 

<

...> после судебных заседаний ожидал защитника  С., беседовал с ним не один раз. В зале суда сидела мать подсудимого и специально плакала, чтобы присяжные пожалели ее и ее сына,  но никто не сделал ей замечание и из зала суда не вывел.  

                                                Весь судебный процесс С. нарушал регламент, специально стоял. А в прениях адвокат сказал, что разве может человек, который  простоял весь процесс перед присяжными заседателями, быть виновным.  

                                                Кроме того в жалобе потерпевшей указывается, что в день  формирования коллегии она в судебное заседание явится не смогла и  выразила свое согласие на формирование коллегии в ее отсутствие. Однако,  когда она явилась в следующее судебное заседание, она не задавала  избранным присяжным заседателям никаких вопросов, с ходом  формирования коллегии не была ознакомлена, не смогла заявлять  мотивированные и немотивированные отводы.  

                                                Кроме того, Салпагаров и его защитник в присутствии присяжных  заседателей доводили до сведения последних информацию о том, что  протокол проверки показаний Салпагарова на месте и протокол допроса  Салпагарова в качестве подозреваемого добыты с нарушением закона, то есть  исследовались вопросы, не входящие в их компетенцию, что повлияло на  вынесение объективного вердикта.  

                                                Адвокат Болуров Р.Б. принес возражения на кассационное  представление и кассационную жалобу потерпевшей, в которых просит  оставить приговор без изменения, а кассационное представление и жалобу - без удовлетворения.  

                                                Изучив доводы кассационного представления и кассационной жалобы,  возражений на них, проверив материалы дела, судебная коллегия находит  приговор в отношении Салпагарова законным и обоснованным.  

                                                В соответствии с ч. 2 ст. 385 УПК РФ оправдательный приговор,  постановленный на основании оправдательного вердикта присяжных  заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе  потерпевшего или его представителя лишь при наличии таких нарушений  уголовно - процессуального закона, которые ограничили право прокурора,  потерпевшего или его представителя на представление доказательств либо  повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями  вопросов и ответов на них.  

                                                Судебная коллегия считает, что таких нарушений по делу не  допущено.  

 

Данных о том, что в суде присяжных исследовались недопустимые  доказательства или было отказано сторонам в исследовании доказательств,  либо допущены иные нарушения уголовно-процессуального закона,  влекущие отмену приговора, из материалов дела не усматривается.  

                                                Кассационное представление не содержит сведений, какие именно  вопросы, и какая информация исследовалась стороной защиты в нарушение  требований ст. 335 УПК РФ.  

                                                Как видно из протокола судебного заседания фразы подсудимого в  прениях и в последнем слове, на которые ссылается государственный  обвинитель в кассационном представлении, не содержат заявлений о, якобы  примененных к нему незаконных методов ведения следствия.  

                                                Материалами дела не установлено, что со стороны  председательствующего проявлялись предвзятость, необъективность или  заинтересованность в исходе дела.  

                                                Требования ст. 15 УПК РФ не были нарушены. 

                                                Какие - либо данные, способные вызвать предубеждение  присяжных в отношении подсудимого, по делу не исследовались.  

                                                Во всех необходимых случаях председательствующий делал замечания  выступающим и просил присяжных заседателей не учитывать подобные  высказывания.  

                                                Утверждения в жалобе потерпевшей о том, что перед вынесением  вердикта в зале суда мать подсудимого специально плакала, чтобы  присяжные пожалели ее и ее сына, но никто не сделал ей замечание,  противоречат материалам дела.  

                                                Согласно протоколу судебного заседания, мать подсудимого не  нарушала регламент судебного заседания, предложений потерпевшей и  стороны обвинения об объявлении замечаний или удалении матери из зала  суда, не поступало.  

                                                Замечаний на протокол судебного заседания никем из участников  процесса, в том числе потерпевшей и стороной обвинения не приносилось.  

                                                Как видно из материалов дела при допросе указанных лиц суд в  соответствии с требованиями закона делал им замечания только в тех  случаях, когда они касались обстоятельств, не подлежащих исследованию в  присутствии присяжных заседателей.  

 

Не состоятельными следует признать доводы представления и о том,  что якобы ограничены права потерпевшей стороны.  

                                                Прения сторон проведены в соответствии с требованиями ст. 336  УПК РФ.  

                                                Вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями,  были сформулированы судьей с учетом результатов судебного  следствия и прений сторон. При постановке вопросов перед  присяжными заседателями судьей соблюдены требования ст. 338 и 339  УПК РФ.  

                                                Содержание сформулированных вопросов, за рамки  предъявленного Салпагарову обвинения, не выходит.  

                                                Вердикт полностью соответствует требованиям ст. 343 УПК РФ. Противоречий в ответах на поставленные вопросы не имеется. 

                                                Не состоятельными судебная коллегия находит и доводы  представления и жалобы о незаконном составе суда.  

                                                Как видно из протокола судебного заседания потерпевшая  А. к началу судебного заседания явиться не могла и представила в суд заявление с просьбой рассмотреть уголовное дело в  отношении Салпагарова в ее отсутствие, при этом просила сформировать  коллегию присяжных заседателей без ее участия (т.4 л. д. 56).  

                                                После того как потерпевшая позднее явилась в судебное  заседание, суд разъяснил ей права потерпевшей, в том числе  предоставил список сформированной коллегии присяжных заседателей и  выяснил у нее, имеются ли отводы кому - либо из присяжных  заседателей.  

                                                Потерпевшая заявила, что отводов не имеет и что не имеет  заявлений о роспуске присяжных заседателей в виду ее  тенденциозности. Каких - либо ходатайств по поводу формирования  коллегии присяжных заседателей потерпевшая не заявила (т. 4 л. д. 184).  

                                                Таким образом, доводы жалобы потерпевшей о том, что было  нарушено ее право на формирование коллегии присяжных заседателей,  судебная коллегия находит не состоятельными.  

                                                В материалах дела не имеется сведений и том, что кто- либо из  присяжных заседателей, в том числе и присяжный под номером 

<

...>,  общался с участниками процесса.  

 

Как видно из протокола судебного заседания  председательствующий перед началом каждого судебного заседания  выяснял у всех участников процесса о ставших им известными фактах  подобных нарушений закона.  

                                                Со стороны потерпевшей и государственного обвинителя никаких - заявлений о нарушении кем - либо из присяжных заседателей своих  обязанностей не делалось и ходатайств об отстранении от дальнейшего  участия в процессе, не поступало.  

                                                Замечаний на протокол судебного заседания в этой части, никем из  участников процесса, в том числе потерпевшей и стороной обвинения  также не приносилось.  

                                                Как видно из протокола судебного заседания кандидатам в  присяжные заседатели при их отборе был поставлен вопрос «Есть ли  среди Вас лица, которые сами или их родственники привлекались к  уголовной ответственности?» и на вопрос государственного обвинителя «  привлекались ли Вы сами или ваши близкие родственники к уголовной  ответственности?», кандидат в присяжные заседатели под № 

<

...> К. действительно никакой информации на эти вопросы не сообщил. 

                                                Из материалов проверки видно, что дело в отношении К. возбужденное в 1998 году в июне 1998 года было прекращено за  отсутствием в действиях К. и Х. состава преступления. В последствии, в августе 1998 года указанное постановление было отменено и  расследование дела продолжено.  

                                                26 декабря 1998 года уголовное дело было приостановлено, и был  объявлен розыск К.. Из представленных материалов не усматривается, что проводился розыск К.. Затем дело вновь возобновлялось и приостанавливалось.  

                                                1 марта 2000 года дело вновь было приостановлено в связи с розыском  обвиняемого. Какого-либо окончательного решения по данному уголовному  делу не принято.  

                                                Однако как видно из ответа начальника УВД по 

<

...> г. 

<

...>  материал на розыск К., объявленный 4 марта 2000 года не поступал и по этой причине розыскное дело не заводилось.  

                                                Кроме того, из представленных материалов проверки вино, что  К. все это время проживет в городе 

<

...> с 3 августа 1978 года работал сначала корреспондентом в 

<

...>  газете, а с 5 марта 2004 года является главным редактором-директором  Государственного Учреждения « 

<

...>. 

                                                То есть данных о том, что 

<

...> мог скрываться от уголовного  преследования, в материалах проверки не имеется.  

 

Не приведено таких данных и автором кассационного представления. 

                                                Сроки давности привлечения к уголовной ответственности, за  преступление, которое вменялось К. по материалам незаконченного уголовного дела, на момент участия К. в судебном заседании истекли.  

                                                Таким образом, представленные материалы не свидетельствуют о том,  что К. привлекался к уголовной ответственности. 

                                                Судебная коллегия полагает, что у государственного обвинителя не  было оснований в представлении полагать, что К. считается лицом, ранее привлекавшееся к уголовной ответственности.  

                                                В связи с этим, доводы представления о том, что кандидат в  присяжные заседатели К. должен был сообщить на заданные вопросы о том, что он ранее привлекался к уголовной ответственности,  судебная коллегия находит не состоятельными.  

                                                Кроме того из кассационного представления не видно, каким  образом поведение К. могло повлиять на его объективность и беспристрастность при вынесении вердикта, на содержание его ответов на  поставленные вопросы.  

                                                Таким образом, ни один из доводов кассационного представления и  кассационной жалобы потерпевшей удовлетворению не подлежит,  потому каких - либо оснований отмены приговора, судебная коллегия не  усматривает.  

                                                На основании изложенного и руководствуясь ст. 377, ст. 378, ст. 388  УПК РФ, судебная коллегия  

                                                определила: 

                                                приговор Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики с  участием присяжных заседателей от 6 июля 2009 года в отношении  Салпагарова Т.А.оставить без изменения, а кассационное представление государственного обвинителя Маковой Н.М. и кассационную  жалобу потерпевшей А.. - без удовлетворения. 

                                                Председательствующий -

                                                верно: Судья Верховного Суда РФ С.А. Ворожцов