ВЕРХОВНЫЙ СУД 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ  

Дело № 6-АПУ19-4 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 23 октября 2019 г.  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе:  

председательствующего Ботина А.Г., 

судей Романовой ТА. и Лаврова Н.Г.,  при ведении протокола секретарем Ильиной А.Ю.  

с участием переводчика с армянского языка ФИО1 

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по  апелляционным жалобам осужденного ФИО2 и в его интересах  адвоката Данилина А.В. на приговор Рязанского областного суда от 9  августа 2019 г., по которому  

ФИО2, 

<

...> 

<

...> 

 

<

...>

<

...> 

 

<

...>

<

...> 

<

...>, 

ранее не судимый, 

осужден к лишению свободы по: п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 15 лет; п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ на 9 лет; по ч. 2 ст. 167 УК РФ на 3 года; 

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно  на 17 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого  режима.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Ботина  

А.Г., выступления осужденного Меликяна Г.В. и в его интересах адвоката  Данилина А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, а также  выступления представителя потерпевшего адвоката Васильева АН.  прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Киселевой  М.А., не поддержавшей доводы апелляционных жалоб и полагавшей  приговор оставить без изменения, Судебная коллегия  

установила: ФИО2 признан виновным в: 

разбое, то есть нападении на Ф. в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни, с причинением  тяжкого вреда здоровью потерпевшего;  

убийстве Ф. то есть умышленном причинении смерти другому человеку, сопряженном с разбоем;  

умышленном уничтожении и повреждении чужого имущества,  повлекших причинение значительного ущерба потерпевшему, совершенных  путем поджога.  

Преступления совершены в июне 2018 года в дер. 

<

...> района 

<

...> области при обстоятельствах, подробно  изложенных в приговоре.  

В суде первой инстанции осужденный виновным себя в совершении  указанных преступлений признал частично.  

В апелляционных жалобах (основных и дополнительных):  

осужденный ФИО2, не оспаривая выводов суда о завладении  им деньгами и поджоге дома, утверждает, что суд первой инстанции  неправильно установил обстоятельства преступления и применил  неправильный уголовный закон. Указывает, что он, будучи в состоянии  алкогольного опьянения, по неосторожности плечом задел потерпевшего,  отчего тот потерял равновесие и упал с крутой металлической лестницы.  Умысла на лишение его жизни у него не было. Просит приговор в части  осуждения его за разбой отменить и вынести оправдательный приговор, в  остальном приговор изменить, при этом его действия, связанные с лишением  потерпевшего жизни, переквалифицировать на ч. 1 ст. 109 УК РФ;  

адвокат Данилин А.В. в интересах осужденного ФИО2, не  приводя мотивов, утверждает, что приговор является незаконным и  необоснованным. Просит приговор отменить, а дело направить на новое  рассмотрение.  

В письменных возражениях на доводы, приведенные в  апелляционных жалобах осужденного и адвоката, государственный  

обвинитель и адвокат Васильев АН. в интересах потерпевшего Ф. просят оставить их без удовлетворения, а приговор - без изменения. 

Согласно ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения  судебного решения в апелляционном порядке являются, в частности,  несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим  обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции;  неправильное применение уголовного закона, а также несправедливость  приговора.  

Судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии  предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для  изменения либо отмены приговора.  

Выводы суда о виновности осужденного в умышленном уничтожении  и повреждении имущества Ф. на общую сумму 614.051 руб. 87 коп., совершенных путем поджога, в апелляционных жалобах фактически не  оспариваются.  

Что касается выводов суда о виновности ФИО2 в разбойном  нападении на Ф. и его убийстве, то он основан на доказательствах, исследованных в судебном заседании всесторонне, полно и объективно, в  частности, на показаниях осужденного ФИО2, данных им на  предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого,  согласно которым он в момент, когда Ф. проходил по проходу между первой и второй комнатами и остановился у двери, толкнул своим плечом  Ф.в спину и тот упал с лестницы вниз, ударившись головой о порог лестницы. Он затащил Ф. по лестнице в комнату и по отсутствию у него пульса понял, что он мертв. После этого он взломал дверь в помещение кассы,  попытался вскрыть металлическую кассу, забрал со стола 8.000 руб., после  чего решил поджечь здание, чтобы уничтожить свои следы (т.2,л.д.40-145,156- 162,267-270,305-310).  

Суд первой инстанции тщательно проверил эти показания осужденного  и сделал вывод о их достоверности и допустимости.  

Такая оценка, данная судом первоначальным показаниям осужденного,  является правильной, поскольку эти показания подробны, даны им  неоднократно, в присутствии адвоката и после разъяснения ему положений  ст. 51 Конституции РФ. К тому же, эти показания полностью согласуются как  между собой, так и с другими приведенными в приговоре доказательствами, в  том числе с:  

показаниями потерпевшего Ф. (отца потерпевшего), из которых следует, что ранее осужденный в составе бригады выполнял  ремонтные работы в квартире сына, со слов которого ему известно, что в  2016 г. в ходе ремонта квартиры сын выявил недостатки в ремонте и  предъявил претензии рабочим, в связи с чем Меликян высказал ему свое  

недовольство, а также то, что отрубит ему голову, кроме того, знает, что  Меликян незадолго до смерти сына просил у последнего в долг 120.000 руб.,  которые были необходимы ему для поездки в 

<

...> однако сын отказал  ему(т.3,л.д.28-32,36-40;т.10,л.д.160-164);  

показаниями свидетеля С. о том, что потерпевший Ф. возмущался тем, что Меликян просил у него в долг 120.000 руб., при этом  брат высказал недовольство работой бригады, в которой работал  осужденный, а когда предъявил претензии по поводу качества выполненных  работ, а также, что вычтет сумму ущерба из их заработка, Меликян заявил,  что отрубит ему голову (т.3,л.д.55-57;т. 11 ,л.д. 152-154);  

показаниями свидетеля А. о том, что в ночь на 14 июня 2017 г. Меликян не находился в её доме и и между ними  конфликтов не было;  

актами судебно-медицинских экспертиз в отношении Ф. согласно которым причину смерти потерпевшего установить не  представилось возможным ввиду посмертного термического повреждения  тканей и органов трупа. Вместе с тем, имеющиеся же результаты  исследования его трупа не дают оснований исключить как возможный  вариант травмирования и наступления смерти Ф. при падении на лестнице, то есть в условиях, зарегистрированных в протоколе допроса  подозреваемого ФИО2 от 1 августа 2017 г. Кроме того, с учетом тех  составляющих элементы головы потерпевшего, которые были утрачены под  воздействием высокотемпературного фактора, гипотетически в пределах  таковых могут формироваться травматические механические повреждения,  которые приводятся в акте для определения степени тяжести вреда,  причиненного здоровью человека (приложение к приказу Министерства  здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.08 за № 194н), которые  относятся к категории тяжкого вреда по признаку опасности для жизни как  вред здоровью, опасный для жизни человека, который по своему характеру  непосредственно создает угрозу для жизни, а также вред здоровью,  вызвавший развитие угрожающего жизни состояния. В контексте такой  трактовки квалифицирующего признака смертельный исход при травмах,  причиненных здоровью человека, следует считать закономерным или, иными  словами, имеющим прямую причинно-следственную связь (т.7,л.д.135-137,  т.10,л.д.102-105).  

Этими и другими приведенными в приговоре доказательствами, в том  числе протоколом следственного эксперимента, в ходе которого произведена  проверка показаний осужденного о неосторожном причинении им  потерпевшему телесных повреждений (т.11,л.д.4-22), полностью  опровергаются доводы осужденного о том, что он пришел в жилище Ф. с целью переночевать у него по причине ссоры с сожительницей Д. а также о том, что смерть потерпевшего наступила в результате его,  Меликяна, неосторожных действий, и подтверждаются выводы суда о том, что  последний с целью завладения денежными средствами потерпевшего под  

надуманным предлогом проник в его жилище, где напал на него, умышленно  лишив его жизни, после чего завладел деньгами потерпевшего.  

Таким образом, этими и другими приведенными в приговоре  доказательствами, которым судом дана надлежащая оценка, вопреки  приведенным в апелляционных жалобах доводам, подтверждается совершение  осужденным не только разбойного нападения на потерпевшего, но и его  убийства.  

Действия осужденного квалифицированы правильно. 

При назначении осужденному наказания суд учел характер и степень  общественной опасности совершенных преступлений, данные о его личности,  а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и  условия жизни его семьи.  

Так, суд первой инстанции учел, что ранее ФИО2 к уголовной  ответственности не привлекался, во время проживания по месту регистрации в  Республике 

<

...> характеризовался с положительной стороны.  Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд обоснованно учел явку с  повинной, наличие у него малолетнего ребенка, а обстоятельством,  отягчающим наказание, - совершение преступления, связанного с  уничтожением имущества, с целью скрыть другое преступление.  

При таких данных назначенное осужденному наказание следует признать  справедливым и оснований для его смягчения не имеется.  

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20 и 389.28 УПК РФ,  Судебная коллегия  

определила: 

приговор Рязанского областного суда от 9 августа 2019 г. в отношении  Меликяна Гайка Варужановича оставить без изменения, а апелляционные  жалобы - без удовлетворения.  

Председательствующий -Судьи -