ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 56-АПУ19-15СП 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г.Москва 3 сентября 2019 года  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда  Российской Федерации в составе:  

председательствующего Иванова Г.П. судей Зеленина СР. и Шамова А.В. 

при секретаре Ивановой А.А. рассмотрела в судебном заседании  апелляционное представление государственного обвинителя Чепцовой  А.В., апелляционные жалобы потерпевших Ч.Х. и представителя потерпевшего М. на приговор Приморского краевого суда с участием присяжных заседателей от 18 июня 2019 года, по  которому  

ФИО1, 

<

...>  

<

...>  

<

...>, не судимый осужден к ограничению свободы по ст. 109 ч. 1 УК РФ на срок 1 год 10 месяцев, ст. 118 ч. 1 УК РФ на срок 1 год 10 месяцев, 

на основании ст. 69 ч.2 УК РФ путем частичного сложения  наказаний - на срок 2 года 10 месяцев с возложением обязанности являться  специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за  отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 4 раза в  месяц для регистрации и с установлением ограничений: находиться дома в  ночное время суток с 22 до 6 часов, без согласия специализированного  государственного органа не менять место жительства или пребывания, не  

выезжать за пределы муниципального образования городской округ  Большой Камень Приморского края.  

Постановлено также зачесть в срок отбывания наказания время  содержания осужденного под стражей с 16 января по 18 июня 2019 года из  расчета 1 день за два дня ограничения свободы и считать назначенное  наказание отбытым.  

Также ФИО1 оправдан по ст. 115 ч. 2 п. «в» УК РФ на  основании ст. 302 ч. 2 п. 3 УПК РФ за отсутствием в его действиях состава  преступления, в этой части за ним признано право на реабилитацию.  

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств,  отменена ранее примененная к ФИО1 мера пресечения.  

Заслушав доклад судьи Зеленина СР., выступление прокурора  Гуровой В.Ю., поддержавшей доводы апелляционного представления об  отмене приговора с направлением уголовного дела на новое судебное  разбирательство, выступление представителя потерпевшего Х. - адвоката Лутковского М.В., поддержавшего апелляционную жалобу  потерпевшего об отмене приговора, выступление защитников Усова В.Г. и  Усовой О.В., возражавших против удовлетворения апелляционных  представления и жалоб, судебная коллегия  

установила: 

ФИО1 обвинялся в убийстве Х. совершенном общеопасным способом, в умышленном причинении тяжкого вреда  здоровью Н.(

<

...> опасного для жизни, совершенном с применением оружия, и в умышленном причинении легкого вреда  здоровью Ч. вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенном с применением оружия.  

Как указано в обвинении, указанные действия ФИО1 совершил  16 июля 2017 года в Шкотовском районе Приморского края.  

На основании вердикта коллегии присяжных заседателей действия  ФИО1 квалифицированы как причинение Х. смерти по неосторожности и причинение Н. (

<

...> тяжкого вреда здоровью по неосторожности. Поскольку уголовная ответственность за  причинение легкого вреда по неосторожности не предусмотрена, ФИО1 оправдан за совершенные им действия в отношении Ч. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель  Чепцова А.В. просит об отмене приговора с направлением дела на новое  судебное разбирательство. Полагает, что по делу были допущены  нарушения, повлекшие незаконное воздействие на присяжных заседателей  в ходе судебного следствия, а также нарушения прав потерпевших на  доступ к правосудию.  

Так, потерпевшие Ч.Н. Х. не присутствовали при формировании коллегии присяжных заседателей,  однако, в протоколе судебного заседания от 25 февраля 2019 года  отсутствуют сведения о том, что до сведения потерпевших доведен состав  коллегии, а также разъяснено право на отвод присяжных заседателей.  

В деле имеется телефонограмма от 4 марта 2019 года о том, что  Х. и Н. желают принять участие в прениях сторон, Ч. намерен участвовать в заседаниях по мере возможности, а М. - участвовать в заседаниях суда в случае необходимости. Несмотря на это, в материалах дела отсутствуют сведения  об извещении потерпевших о судебных заседаниях, проведенных с 5 марта  по 21 мая 2019 года и 3 июня 2019 года.  

Кроме того, вопреки требованиям закона, в ходе судебного  разбирательства свидетелями К.Е. и Л. доводились порочащие личность убитого Х. сведения, что повлияло на выводы присяжных при вынесении вердикта. ФИО1 в  своих показаниях также говорил, что Х. и его компания являются криминальной группировкой, и доводил до сведения присяжных  заседателей информацию о своих проблемах со здоровьем.  

Несмотря на то, что председательствующий прерывал показания  указанных лиц и делал соответствующие разъяснения присяжным  заседателям, совокупность нарушений привела к вынесению  необоснованного вердикта.  

В апелляционных жалобах потерпевший Х. и его представитель адвокат Мельниченко А.А. просят приговор отменить,  уголовное дело направить на новое судебное разбирательство.  

Считают, что их права при рассмотрении дела не были соблюдены,  поскольку суд с 25 февраля по 18 июня 2019 года уведомлял их о времени  судебных заседаний лишь в единичных случаях. Так, они не были  информированы о проведении заседания 3 июня 2019 года, хотя  намеревались участвовать в обсуждении вопросного листа. Вопреки  требованиям ст. 272 УПК РФ вопрос о возможности судебного  

разбирательства в отсутствие участника уголовного судопроизводства  обсуждался лишь один раз 11 июня 2019 года. Они не принимали участия в  формировании коллегии, а сведения о составе коллегии присяжных  заседателей до них доведены не были, потому они не имели возможности  заявить отвод присяжным заседателям. Таким образом, были нарушены  права потерпевшего на доступ к правосудию, на заявление ходатайств, на  участие в исследовании доказательств и в обсуждении вопросного листа.  

Кроме того, потерпевший Х. обращает внимание на ошибку в указании основания оправдания Савко в части причинения вреда  ФИО2, допущенную в приговоре.  

Указывает, что в ходе судебного разбирательства на присяжных  систематически оказывалось незаконное воздействие.  

Так, свидетель К. доводил до присяжных негативную информацию о Х. что его друзья много кого избивали и вымогали деньги. Свидетель Е.сообщил, что Х. постоянно кого-то бил и стрелял в кого-то. Сам Савко характеризовал Х. и его компанию как криминальную группировку. Председательствующий останавливал их,  но присяжные воспринимали сказанное, а попытки опровергнуть эту  информацию судом не предпринимались. Адвокат Усова О.В. также  сообщала негативную информацию о Х. и его знакомых, а председательствующий не остановил ее.  

Выражает сомнения в объективности присяжных заседателей. Так,  кандидат № 3 был судим за кражу, жена кандидата № 14 ножом порезала  своего бывшего мужа и привлекалась к ответственности, сын кандидата №  8 судим за хулиганство, а сын кандидата № 19 привлекался к  ответственности за грабеж. У него не было возможности заявить отводы,  поскольку он не приглашался судом для этого. Считает, что коллегия в  целом была неспособна вынести объективный вердикт, однако право  заявить об этом ему разъяснено не было, и в формировании коллегии он не  участвовал.  

Председательствующий в нарушение закона согласовывал свои  разъяснения со стороной защиты.  

Считает, что судом неправильно применен уголовный закон,  поскольку ответ на пятый вопрос предполагает наличие у виновного  косвенного умысла на убийство Х.. Савко возможно не желал, но сознательно допускал наступившие последствия или относился к ним  безразлично. Невозможно причинить смерть по неосторожности, стреляя в  

человека из крупнокалиберного ружья, поскольку, согласно вердикту,  выстрел был произведен не вверх, не вниз, а в сторону Храмцова и людей.  

Потерпевший Ч. в апелляционной жалобе выражает несогласие с приговором, поскольку не участвовал в судебных заседаниях  по причине отсутствия уведомлений от суда. Пояснял суду, что будет  участвовать в заседаниях по мере возможности, но о конкретных датах  заседаний не знал. Не смог представить дополнительных свидетелей,  услышать показаний Савко и задать ему вопросы. В прениях он не смог  рассказать о вреде, причиненном Савко, поскольку председательствующий  перебил его, и у присяжных заседателей сложилось мнение, что ущерб ему  не причинен.  

Просит отменить приговор и рассмотреть дело вновь, чтобы он смог  воспользоваться своими правами.  

Защитники Усова О.В. и Усов В.Г. возражают на апелляционные  жалобы и представление, приводят доводы в подтверждение отсутствия по  делу существенных нарушений уголовно-процессуального закона,  влекущих отмену приговора.  

Проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционных  представления и жалоб, судебная коллегия приходит к следующим  выводам.  

Доводы апелляционных жалоб о нарушениях, допущенных при  формировании коллегии присяжных заседателей являются  несостоятельными. Коллегия была сформирована в соответствии с  требованиями ст. 328 УПК РФ.  

О судебном заседании 19 февраля 2019 года потерпевшие Н.., Ч. и Х. а также представитель потерпевшего М. были извещены, просили о проведении заседания в их отсутствие (т. 7 л.д. 71). При таких данных проведение судебного  заседания в отсутствие потерпевших и представителя не противоречило  требованиям закона.  

Утверждения потерпевшего Х. о том, что он не приглашался в судебное заседание для заявления отводов кандидатам в  присяжные заседатели, не может являться апелляционным основанием для  отмены приговора суда, поскольку, как было указано, он уведомлялся  судом о проведении судебного заседания, однако не явился в него,  добровольно отказавшись, таким образом, от участия в формировании  

коллегии и от возможности заявить о тенденциозности состава коллегии в  соответствии со ст. 330 УПК РФ.  

Какие-либо основания для вывода о тенденциозности коллегии  отсутствуют и в апелляционной жалобе потерпевшего.  

Доводы потерпевшего Х. о необъективности коллегии присяжных заседателей несостоятельны. Кандидаты в присяжные  заседатели №№ 14 и 19 не вошли в состав коллегии, выносившей вердикт,  поэтому доводы апелляционной жалобы, касающиеся личности этих  кандидатов, не могут повлиять на оценку законности состава коллегии.  Кандидаты в присяжные заседатели №№ 3 и 8 действительно сообщили о  себе и своих родственниках информацию, о которой  председательствующий опрашивал кандидатов. При этом на вопрос о том,  может ли эта информация повлиять на их объективность, кандидаты  ответили отрицательно. Мотивированные и немотивированные отводы  указанным кандидатам сторонами заявлены не были.  

Каких-либо оснований для вывода о нарушениях, допущенных в  отношении потерпевшего Х. не имеется. В частности, он, согласно имеющимся в деле документам, сообщал суду, что после допроса  участвовать в дальнейших судебных заседаниях не желает, будет лишь  участвовать в прениях сторон (т. 7 л.д. 106), а после участия в прениях о  своем дальнейшем участии в рассмотрении уголовного дела сообщил суду,  что в судебном заседании участвовать не будет (т. 7 л.д. 184). Таким  образом, его отсутствие в ряде судебных заседаний являлось  добровольным и не может свидетельствовать о нарушениях, допущенных  судом.  

В тоже время, доводы апелляционной жалобы потерпевшего Ч.. о нарушении его права на участие в судебном разбирательстве дела следует признать обоснованными.  

Действительно, потерпевший Ч. участвовал в судебном заседании 25 февраля 2019 года, когда ему были разъяснены права,  предусмотренные ст. 42 УПК РФ (т. 8 л.д. 23). Какие-либо особенности  судопроизводства с участием присяжных заседателей и права  потерпевшего, связанные с этой формой судопроизводства, потерпевшему  не разъяснялись.  

После допроса потерпевших и исследования письменных  доказательств суд объявил перерыв до 26 февраля 2019 года. При этом, как  видно из протокола судебного заседания (т. 8 л.д. 40),  

председательствующий не разъяснил потерпевшему право на участие в  последующих судебных заседаниях и последствия отказа от этого права.  

В судебное заседание 26 февраля 2019 года потерпевший Ч.. не явился, причину его неявки суд не устанавливал и возможность проведения заседания в отсутствие потерпевшего не обсуждал.  

О проведении следующего заседания, отложенного на 10 часов 4  марта 2019 года, Ч. был уведомлен по телефону в тот же день в 8 часов 50 минут, на что заявил, что являться в судебные заседания будет по  возможности, то есть от участия в судебных заседаниях не отказывался.  

Однако, о последующих судебных заседаниях (до 28 мая 2019 года)  потерпевший Ч. судом не уведомлялся, а потому его неучастие в них не может быть признано добровольным.  

При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что  допущенное нарушение права потерпевшего на участие в заседаниях суда  первой инстанции является существенным нарушением уголовно- процессуального законодательства, которое, в силу части 1 ст. 38917 УПК  РФ, является основанием для отмены приговора суда.  

Кроме того, судебная коллегия установила, что при постановке  вопросов перед присяжными заседателями председательствующим были  допущены нарушения требований ст. 338 и 339 УПК РФ, которые не  позволяют признать вердикт и, следовательно, приговор постановленными  в соответствии с законом.  

Так, п. 1 части 1 ст. 339 УПК РФ предусмотрено, что первый  основной вопрос должен быть постановлен о доказанности того, что  деяние имело место.  

В силу требований п. 1 ст. 307 УПК РФ, описание деяния включает в  себя, помимо места и времени, способ его совершения, а также  последствия преступления. Вопреки этим требованиям закона, первый  вопрос по делу ФИО1 был поставлен о доказанности лишь  последствий вмененного ему деяния (причинение потерпевшим телесных  повреждений), а доказанность преступных действий (производство  выстрелов из огнестрельного оружия в сторону Х., стоявшего у входа в закусочную в группе людей) при ответе на первый вопрос  присяжными заседателями не устанавливалась.  

Таким образом, надлежаще поставленный перед присяжными  заседателями вопрос о доказанности деяния, вмененного Савко А.В., в  вердикте отсутствует.  

Включение во второй и пятый вопросы фраз «принял решение  лишить жизни Х.» и «принял решение напугать Х..» ошибочно, поскольку не относится к доказанности совершения подсудимым деяния, и противоречит положениям п. 2 части 1 ст. 339 УПК  РФ. Выводы о наличии у подсудимого конкретной формы вины и  определенной цели, как признаков субъективной стороны преступления,  относится к компетенции председательствующего, который вправе делать  выводы об этом на основании фактических обстоятельств, установленных  вердиктом. Согласно части 3 ст. 347 УПК РФ квалификация содеянного, а  значит и определение формы вины, входит в обсуждение последствий  вердикта. По этим же основаниям не может быть признано законным и  включение в пятый вопрос формулировки «будучи уверенным, что в ружье  находятся травматические патроны».  

Согласно части 8 ст. 339 УПК РФ вопросы ставятся в понятных  присяжным заседателям формулировках.  

Вопреки этим требованиям закона в вопросы была включена дважды  повторяющаяся неконкретная формулировка «не менее одного выстрела»,  тогда как суду следовало поставить конкретный вопрос об обстоятельствах  дела с учетом результатов судебного следствия и прений сторон, как это  предусмотрено частью 1 ст. 338 УПК РФ.  

Также не отвечает указанным требованиям закона указание в пятом  вопросе на «неприцельный» выстрел, поскольку непонятно, чем  отличается указанный во втором вопросе «выстрел в сторону Х. от «неприцельного выстрела в сторону Х. в пятом вопросе. 

Приведенные обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют  о допущенных судом первой инстанции нарушениях, которые повлияли на  вынесение по делу законного решения.  

В силу особенностей судопроизводства с участием присяжных  заседателей допущенные нарушения не могут быть устранены судом  апелляционной инстанции, поэтому приговор подлежит отмене, а  уголовное дело - передаче на новое судебное разбирательство.  

Принятие такого решения не противоречит требованиям части 1 ст.  

Доводы апелляционной жалобы потерпевшего Х. о правильности применения уголовного закона к обстоятельствам,  признанным доказанными в пятом вопросе вердикта, не обсуждаются  судебной коллегией в связи с выявленными нарушениями, допущенными  при формулировании вопросов, подлежащих разрешению присяжными  заседателями.  

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует  провести судебное разбирательство дела с участием присяжных  заседателей, исключая незаконное воздействие на них, и принять по делу  законное и справедливое решение.  

На основании изложенного и руководствуясь ст. 38920, 38922, 38928,  389ч ЗЗ УПК РФ, судебная коллегия  

определила: 

приговор Приморского краевого суда с участием присяжных  заседателей от 18 июня 2019 года в отношении ФИО1 отменить и уголовное дело передать на новое  рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд иным  составом.  

Председательствующий Судьи