ВЕРХОВНЫЙ СУД 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

 № 304-ЭС15-20061 (1) 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 30 марта 2016 года  

Судья Верховного Суда Российской Федерации Букина И.А.,  изучив с материалами истребованного дела кассационную жалобу  акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк»  (далее – банк) на определение Арбитражного суда Омской области  от 19.05.2015, постановление Восьмого арбитражного апелляционного  суда от 30.07.2015 и постановление Арбитражного суда Западно- Сибирского округа от 27.10.2015 по делу № А46-12910/2013 о  несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Сибзерно» (далее – должник),  

установил:

в рамках дела о банкротстве должника его конкурсный  управляющий ФИО1 обратилась в арбитражный  суд с заявлением о признании недействительными сделок по  отчуждению имущества должника по договорам от 18.09.2012   № 18-09/1 и № 18-09/2, от 25.09.2012 № 25/12 и № 25/12-1,  от 16.05.2013 № 4; применении последствий их недействительности в  виде возвращения имущества, отчужденного в результате данных  сделок.  

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица  привлечен банк.  

Определением суда первой инстанции от 19.05.2015,  оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной  

инстанций от 30.07.2015 и округа от 27.10.2015, заявленные требования  удовлетворены.  

В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской  Федерации, банк просит обжалуемые судебные акты отменить и  принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований  конкурсного управляющего по сделкам, совершенным в 2012 году.  

По смыслу части 1 статьи 291.1, части 7 статьи 291.6,  статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения  в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской  Федерации, если изложенные в ней доводы подтверждают наличие  существенных нарушений норм материального права и (или) норм  процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения  которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и  законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной  экономической деятельности.  

По результатам изучения материалов дела и доводов  кассационной жалобы суд приходит к выводу о наличии оснований для  передачи жалобы вместе с делом для рассмотрения в судебном  заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного  Суда Российской Федерации.  

Как установлено судами, 18.09.2012 между должником  (продавцом) и обществом с ограниченной ответственностью «Берилл»  (далее – общество) (покупателем) заключены два договора № 18-09/1 и   № 18-09/2.  

По условиям данных договоров в собственность покупателя  передавались: 1) автомобильная весовая (общая площадь 14,6 кв.м.);  2) железнодорожная весовая (общая площадь 6,3 кв.м.); 3) объект  незавершенного строительства (комплекс по приему, очистке, сушке и  хранению продовольственного зерна, мощностью 5 000 тн, зерна в год,  степень готовности объекта 66%, общая площадь застройки 1 033 кв.м);  4) здание (контора торговли; общая площадь 329,30 кв.м.); 5) здание  цеха досборки (общая площадь 654,60 кв.м.); 6) здание (склад № 5,  общая площадь 3 940,60 кв.м.); 7) здание гаража (общая площадь  284,60 кв.м.); 8) железнодорожный тупик (общая протяженность  1 185,5 м.п.); а также 9) земельный участок (категория земель: земли  населенных пунктов (под производственным комплексом по  переработке и хранению сельскохозяйственной продукции), общая  площадь: 45 286 кв.м., кадастровый номер: 55:34:000000:26).  

25.09.2012 между теми же лицами заключено два договора   № 25/12 и № 25/12-1, предметом которых являлась купля-продажа  оборудования и иного имущества, находящегося внутри и/или  

предназначенного для эксплуатации недвижимого имущества,  проданного по договорам № 18-09/1 и № 18-09/2.  

Кроме того, между сторонами 16.05.2013 заключен еще один  договор купли-продажи сельскохозяйственной техники № 4, предметом  которого являлся трактор «Беларус-920» 2011 года выпуска.  

Имущество, проданное по всем указанным выше договорам,  передано покупателю по соответствующим актам приема-передачи.  

Структура сделок по продаже данного имущества имела  следующие характеристики.  

Продаваемое должником имущество находилось в залоге у банка  и обеспечивало исполнение обязательств должника (заемщика и  залогодателя) по четырем кредитным договорам ( №№ 110904/0079,  110904/0095, 120904/0014 и 120904/0035), заключенным в период с  03.11.2011 по 06.06.2012.  

Для продажи данного имущества требовалось согласие банка как  залогодержателя. Данное согласие сторонами было получено.  

Оплата имущества по договорам купли-продажи №№ 18-09/1,  18-09/2, 25/12 и 25/12-1 осуществлялась обществом за счет денежных  средств, полученных от банка в рамках сложившихся между ними  кредитных отношений по договорам от 05.10.2012 № 120904/0071 и  от 01.11.2012 № 120904/0078.  

По получении кредитов от банка общество направляло денежные  средства должнику для расчета по договорам купли-продажи, который  за счет данных средств досрочно погашал имеющуюся у него  кредитную задолженность перед банком.  

Получив в результате купли-продажи имущество в  собственность, общество передало его в залог банку для обеспечения  исполнения своих обязательств по договорам № 120904/0071 и   № 120904/0078.  

Полагая, что оспариваемые сделки по купле-продаже причиняют  вред имущественным правам кредиторов должника, конкурсный  управляющий ФИО1 обратилась в арбитражный суд с  заявлением о признании их недействительными.  

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего, суд первой  инстанции, оценив представленные доказательства по правилам статей  65, 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации и руководствуясь положениями пункта 2 статьи 61.2  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) с учетом разъяснений,  содержащихся в пунктах 5-7 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63  «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», исходил из  

доказанности совокупности условий (вред имущественным интересам  кредиторов должника, цель причинения такого вреда и  осведомленность другой стороны сделки об указанной цели),  необходимых для признания сделки недействительной по указанному  выше основанию.  

В частности, судом отмечено, что сделка совершена за один год и  один месяц до возбуждения дела о банкротстве; имущество продано  должником по заниженной цене в период его неплатежеспособности;  контрагентом по сделкам выступало аффилированное лицо, которое  должно было знать о цели руководства должника, направленной на  вывод ликвидных активов.  

Соглашаясь с позицией суда первой инстанции о  недействительности сделок, суд апелляционной инстанции отметил и  то обстоятельство, что спорные сделки совершены сторонами со  злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

Кроме того, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о  недобросовестности банка как нынешнего залогодержателя спорного  имущества. По мнению суда, данная недобросовестность выразилась в  даче согласия на продажу заложенного имущества в условиях наличия  у продавца финансовых трудностей, о чем банку должно было быть  известно.  

С выводами судов нижестоящих инстанций, касающихся как  недействительности сделки, так и недобросовестности банка,  согласился суд округа.  

Выражая несогласие с обжалуемыми судебными актами в части  сделок, заключенных в 2012 году, заявитель кассационной жалобы  приводит следующие доводы.  

Банк указывает, что, признавая сделки недействительными в  соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации, суд апелляционной инстанции смешал основания составов  недействительности, предусмотренные для сделок, совершенных со  злоупотреблением правом, и подозрительных сделок (пункт 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве), что свидетельствует о применении закона,  не подлежащего применению.  

Кроме того, банк не согласен с выводом о неплатежеспособности  должника по состоянию на сентябрь 2012 года, а также с выводом о  своей недобросовестности как залогодержателя. По мнению заявителя,  досрочное погашение должником своих кредитных обязательств (за  четыре года до предусмотренных договорами сроков) давало  достаточные основания полагаться на отсутствие признаков  подозрительности в сделках по отчуждению имущества, а также на  платежеспособность должника как субъекта гражданского оборота.  

Приведенные банком в кассационной жалобе доводы  заслуживают внимания, в связи с чем, данную жалобу с делом следует  передать для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии  по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.  

Руководствуясь статьей 184, пунктом 2 части 7 статьи 291.6  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

о п р е д е л и л:

кассационную жалобу акционерного общества «Российский  Сельскохозяйственный банк» с делом передать для рассмотрения в  судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации.  

Назначить рассмотрение кассационной жалобы в судебном  заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного  Суда Российской Федерации на 25.04.2016 на 10 часов 30 минут в  помещении суда по адресу: 

<

...>,  зал № 3048 (подъезд 5).  

Судья Верховного Суда Букина И.А.  Российской Федерации