ВЕРХОВНЫЙ СУД 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ  

Дело № 71-АПУ19-2сп 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 3 1 октября 2019 г.  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда  Российской Федерации в составе:  

председательствующего Червоткина АС. 

судей Истоминой Г.Н, Кочиной И.Г.  при секретаре Димаковой Д.Н.  

рассмотрела уголовное дело по апелляционному представлению  государственных обвинителей Резниченко М.В. и Гусевой А.В.,  апелляционным жалобам потерпевшей Т. и ее представителя адвоката Мятежа Д.В. на приговор Калининградского областного суда с  участием присяжных заседателей от 14 июня 2019 года, которым  

ФИО1, 

<

...>  

<

...>, несудимый,-

оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления  предусмотренного ч. 4 ст. 33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УПК РФ на основании п.п.  2, 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с его непричастностью к совершению  преступления;  

ФИО2, 

<

...>  

 

<

...> судимый 

28.07.2009 г. по ч.5 ст.ЗЗ, ч.1 ст.105, ч.1 ст.222 УК РФ к 6 годам  

6 месяцам лишения свободы, освобожден 16.04.2014 г. по  

отбытии наказания,-

оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления  предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 105 УПК РФ на основании п.п. 2, 4 ч. 2  ст. 302 УПК РФ в связи с его непричастностью к совершению  преступления, а в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.  222 УК РФ - на основании п. 1 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с  неустановлением события преступления.  

За РЫБКИНЫМ А.И. и Дычко И.Ф. признано право на реабилитацию. 

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Червоткина АС, выступления прокурора Резниченко М.В. потерпевшей  Т. и ее представителя адвоката Мятежа Д.В., поддержавших доводы апелляционных представления и жалоб, адвокатов Учакина С.А.,  Добральского А.И. и Вышинского ОН., оправданного ФИО1,  просивших оставить оправдательный приговор без изменения, судебная  коллегия  

установила: 

ФИО1 обвинялся в совершении подстрекательства к  совершению убийства Ж. из корыстных побуждений, а ФИО2 - в совершении 10 сентября 2007 года в г. Калининграде убийства  Ж. из корыстных побуждений, и, кроме того, - в незаконном приобретении, передаче, хранении и ношении огнестрельного оружия и  боеприпасов.  

По приговору суда с участием присяжных заседателей оба они  оправданы в связи с непричастностью к совершению убийства, а ФИО2 - в связи с неустановлением события преступления, связанного с  незаконным оборотом оружия и боеприпасов.  

В апелляционном представлении государственные обвинители  Резниченко М.В. и Гусева А.В. просят приговор отменить с передачей  дела на новое судебное рассмотрение, указывая на то, что коллегия  присяжных заседателей не была способна вынести объективное решение.  Указывают, что в ходе судебного разбирательства были допущены  существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые  явились причиной вынесения присяжными оправдательного вердикта.  

Во вступительном слове и в судебных прениях сторона защиты  вышла за пределы вопросов, подлежащих разрешению присяжными  заседателями. Сторона защиты систематически подвергала критике  методы, способы и сроки проведения предварительного следствия по делу,  высказывала суждения, ставящие под сомнение допустимость  представленных стороной обвинения доказательств. Несмотря на то, что  председательствующий неоднократно делал в связи с этим замечания  стороне защиты, указанные нарушения в силу их систематичности  вызвали предубеждение у присяжных относительно законности  привлечения ФИО1 и ФИО2 к уголовной ответственности.  

Стороной защиты неоднократно акцентировалось внимание  присяжных на длительность сроков предварительного следствия по делу с  целью создания превратного образа правоохранительных органов,  допускались реплики, в том числе, путем выкриков с места, целью  которых являлось опорочить представленные стороной обвинения  

доказательства. Во вступительном слове защитник Кретова Л.Н., еще до  начала судебного следствия заявила, что показания свидетелей по делу  неоднократно и кардинально менялись. Игнорируя замечание  председательствующего, она продолжила, что обвинение направило  уголовное дело в суд, несмотря на противоречивые, непоследовательные  доказательства.  

В форме вопросов сторона защиты доводила до сведения присяжных  негативную информацию о свидетелях, чтобы вызвать предубеждение к их  показаниям. При допросе свидетеля Г. (

<

...>) ставились вопросы, не относящиеся к обвинению - о его образовании, материальном  положении, наличии финансовых обязательств, способности изложения  своих мыслей в устной форме. У свидетеля Ч. выяснялось, принимал ли свидетель Л. участие в иных преступлениях. Подсудимый ФИО1 заявил, что Л. давал показания под давлением органов следствия - после того как пробыл 6 месяцев под стражей, и его отпустили,  а потом опять арестовали. В репликах адвокат Вышинский заявил, что ему  не позволено назвать причину, по которой свидетель Г. дал уличающие подсудимых показания, так как это относится к  процессуальным моментам.  

Аналогичным образом сторона защиты порочила показания  свидетеля Д. незаконно доведя до коллегии присяжных заседателей сведения о его знакомстве с потерпевшей, а также показания и  личность самой потерпевшей Т., о которой адвокат Кретова в прениях заявила, что та ходила по организациям и общалась со  свидетелями.  

В нарушение ст. 335 УПК РФ стороной защиты доводились до  присяжных сведения о причастности к убийству иных лиц и по иным  мотивам, чем указано в обвинении, в частности, о предпринимательской  деятельности убитого, связанной с приобретением недвижимости.  

В судебных прениях защитники акцентировали внимание  присяжных на место в зале суда, где содержались подсудимые, заявляя,  что жизни можно лишить, как убив человека физически, так и лишив его  свободы. Эмоционально-окрашенные обороты о гнетущей  несправедливости, о том, что правоохранительные органы сделали крутой  спектакль, что любой может попасть в ситуацию, в которой оказались  подсудимые, также оказывали незаконное воздействие на присяжных. Под  видом замечаний на напутственное слово председательствующего  адвокаты Вышинский и Кретова фактически заново изложили свою  оценку доказательств.  

Сторона защиты незаконно воздействовала на коллегию присяжных  заседателей через средства массовой информации. В интернет-издании  «Новый Калининград» вышла статья, в которой были изложены  представленные матерью подсудимого ФИО1 сведения о показаниях  свидетеля С. (

<

...>), допрошенной в отсутствии 

присяжных, о непричастности подсудимых к убийству, и о совершении  преступления иным лицом.  

В адрес присяжных заседателей поступали угрозы. Присяжный  заседатель М. обратилась с заявлением в правоохранительные органы о том, что на её телефон поступали  сообщения с угрозой физической расправы в связи с участием в деле. По  данному факту возбуждено уголовное дело. В рамках расследования этого  уголовного дела свидетель Т. пояснила, что присяжный заседатель П. сообщил ей, что и на него также оказывалось давление со стороны неизвестных лиц.  

В апелляционной жалобе потерпевшая Т. и ее представитель адвокат Мятеж Д.В. обращаются с аналогичной  просьбой, указывая на то, что сторона защиты целенаправленно  незаконными методами влияла на формирование искаженного мнения  присяжных заседателей по делу. Она систематически пыталась  исследовать данные, способные вызвать предубеждение присяжных,  обсуждать вопросы процессуального характера, в том о нарушении УПК  РФ якобы допущенных во время предварительного следствия.  

В ходе судебного разбирательства стороной защиты было допущено  65 грубых нарушений закона, повлекших за собой замечания со стороны  председательствующего (перечислены все эти нарушения), в связи с чем  присяжные удалялись из зала 12 раз. Тем не менее, не все нарушения  закона со стороны защиты получали должное реагирование со стороны  председательствующего, в том числе, во время выступления адвоката  Кретовой Л.Н. со вступительным словом, когда она пыталась опорочить  показания свидетелей, еще не допрошенных судом. Нарушения были  допущены также адвокатами Добральским А.И., Вышинским О.Н. и  Учакиным С.А.; последний заявил, что присяжным предстоит оценить  допустимость доказательств. В ходе допроса свидетеля 

<

...>.  П. защита задавала вопросы, которые не имели отношения к фактической стороне дела, в том числе, процессуального характера.  Защита постоянно задавала вопросы о причастности иных лиц к  совершению убийства потерпевшего Ж. и по иным мотивам, чем было указано в обвинении, в том числе в связи с его участием в аукционах  по продаже недвижимости. Важнейшему свидетелю обвинения Л. (

<

...>) с издевкой задавались вопросы о его пристрастии к азартным  играм на деньги, об образовании, о проблемах с изложением мыслей; его  показаниям давались недопустимые комментарии. Несмотря на то, что  председательствующий снимал вопросы стороны защиты, однако они  были сформулированы таким образом, что сами по себе являлись  незаконным воздействием на присяжных. В судебных прениях защитник  Вышинский О.Н. ссылался на данные о бизнесе погибшего, его  имущественном положении, которые не исследовались в судебном  

заседании, и не относились к существу дела.  

Сторона защиты незаконно воздействовала на коллегию присяжных  заседателей и через местные средства массовой информации. В суде в  отсутствии присяжных, но в присутствии публики по ходатайству стороны  защиты было допрошена свидетель С. которая заявила, что убийство потерпевшего Ж.совершил другой человек (назвав его), а не подсудимые. Несмотря на то, что в ее допросе при присяжных было  отказано в связи с неотносимостью к делу ее показаний, их содержание  было доведено до широкого круга лиц через интернет-портал «Новый  КалининградЖи». Публикация сопровождалась комментариями  защитников обоих подсудимых (А.И. Добральского и С.А. Учакина), в том  числе, о незаконности действий председательствующего.  

Неспособность вынести объективное решение коллегии объясняется и  фактами неоднократных угроз в их адрес со стороны лиц,  заинтересованными в оправдании подсудимых. После постановления  оправдательного вердикта присяжный заседатель П. прислал ей СМС-сообщение о том, что на него оказывалось давление, высказывались  угрозы со стороны неизвестных лиц;  

В возражениях на представление и жалобы адвокат Добральский  А.И. и оправданный ФИО1 просят оставить приговор без  

изменения, указывая на то, что дело было рассмотрено с соблюдением  требований закона. В необходимых случаях председательствующий  

останавливал высказывания сторон, выходящие за пределы вопросов,  подлежащих разрешению присяжными заседателями, и разъяснял им, что  при вынесении вердикта они не должны учитывать подобные  высказывания. Утверждение стороны обвинения о том, что на  

присяжных заседателей оказывалось давление через СМИ ничем не 

подтверждено. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного  представления и апелляционных жалоб, Судебная коллегия находит, что  приговор суда подлежит отмене в связи с нарушением уголовно- процессуального закона, которые повлияли на вердикт коллегии  присяжных заседателей.  

В соответствии с ч. 1 ст. 389.25 УПК РФ оправдательный приговор,  постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии  присяжных заседателей, может быть отменен по представлению  прокурора либо жалобе потерпевшего или его представителя лишь при  наличии таких существенных нарушений уголовно-процессуального  закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или  представителя на представление доказательств, либо повлияли на  содержание данных присяжными заседателями ответов.  

Из протокола судебного заседания усматривается, что в ходе  судебного разбирательства, прений сторон, представителями стороны  защиты систематически допускались нарушения требований ст. 252, 335,  336 УПК РФ.  

Уже во вступительном слове защитники оказывали незаконное  воздействие на присяжных заседателей, сообщая им сведения, не  относящиеся к компетенции последних.  

В частности, адвокат Кретова Л.Н. сообщила, что доказательства  виновности ФИО1 собирались правоохранительной системой длительно  -10 лет, что эти доказательства, непоследовательны и противоречат сами  себе, а показания многих свидетелей неоднократно и кардинально  менялись. Несмотря на замечания председательствующего, она  продолжала указывать на противоречивые, непоследовательные с ее точки  зрения показания свидетелей и доказательства, обвинение направило  уголовное дело в суд. В связи с этим председательствующий 6 раз  останавливал выступление данного адвоката.  

Несмотря на это, защитник Добральский А.И. также заявлял, что  «чисто по-человечески люди были выхвачены из нормальной жизни».  Защитник Вышинский О.Н. выражал свое несогласие с действиями  председательствующего, обращая внимание присяжных на то,  государственного обвинителя во вступительном слове никто не прерывал,  а стороне защиты не дали выступить. После замечания  председательствующего заявил «я хочу, чтобы присяжные заседатели  увидели то, что видели мы на протяжении двух лет следствия». Адвокат  Учакин С.А. заявил, что сторона обвинения будет представлять  доказательства виновности подсудимых, сторона защиты будет  противостоять стороне обвинения, а допустимость доказательств будут  оценивать присяжные заседатели.  

Стороне защиты неоднократно разъяснялось, что вопросы  следствия, его полноты, допустимости доказательств, времени  расследования уголовного дела, оценки действий следователя, прокурора  является незаконным воздействием, и не должны доводиться до сведения  присяжных заседателей.  

Поскольку адвокаты не реагировали на замечания  председательствующего, он дважды удалял присяжных заседателей из зала  во время их вступительных речей, и предупреждал защитников о  последствиях нарушения ими порядка и предусмотренных законом мерах  воздействия в связи с нарушениями.  

Сторона защиты принимала незаконные меры с целью опорочить  показания ключевого свидетеля обвинения 

<

...> (Л

<

...> - осужденного за причастность к данному преступлению по правилам,  предусмотренным главой 40.1 УПК РФ при заключении добровольного  соглашения о сотрудничестве. С этой целью ему ставились вопросы, не  относящиеся к предъявленному подсудимым обвинению - о его  

образовании, материальном положении, наличии финансовых  обязательств, о его пристрастии к азартным играм на деньги, способности  изложением своих мыслей в устной форме. У свидетеля Ч. выяснялось, принимал ли свидетель Л. участие в иных преступлениях (т. 48, л.д. 16). Подсудимый Рывкин А.И. заявил, что Л. давал показания под давлением органов следствия - после того как пробыл 6  месяцев под стражей, и его отпустили, а потом опять арестовали (т. 48, л.д.  167-168). В репликах адвокат Вышинский О.Н. заявил, что ему не  позволено назвать причину, по которой свидетель 

<

...>. (Л 

<

...>.) дал уличающие подсудимых показания, так как это относится к  процессуальным моментам (т. 49, л.д. 140).  

Аналогичным образом сторона защиты порочила показания  свидетеля Д. незаконно доведя до коллегии присяжных заседателей сведения о его знакомстве с потерпевшей, а также показания и  личность самой потерпевшей Т. о которой адвокат Кретова Л.Н. в прениях заявила, что та ходила по организациям и общалась со  свидетелями (т. 49, л.д. 112). В ходе допроса свидетеля П. защита задавала вопросы, которые не имели отношения к фактической стороне дела (о ее образовании, месте работы, материальном  положении, родственных связей и т.д.).  

Тем самым у коллегии присяжных заседателей формировались  сомнения в объективности показаний свидетелей обвинения.  

Прения сторон в суде с участием присяжных заседателей проводятся в  соответствии со ст. 292 и 336 УПК РФ с учетом особенностей  рассмотрения дела по данной форме судопроизводства и лишь в пределах  вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями.  

Вопреки требованиям закона, защитники акцентировали внимание  присяжных на место в зале суда, где содержались подсудимые, заявляя,  что жизни можно лишить, как убив человека физически, так и лишив его  свободы, которое порой зависит от того, как в случае с ФИО1, ЧТО «на  тебя укажут пальцем» (т. 49, л.д. 105). Эмоционально-окрашенные  обороты о гнетущем чувстве несправедливости (т. 49, л.д. 108), о том, что  правоохранительные органы сделали крутой спектакль (т. 49, л.д. 120), что  любой может попасть в ситуацию, в которой оказались подсудимые, также  оказывали незаконное воздействие на присяжных.  

Под видом замечаний на напутственное слово  председательствующего адвокаты Вышинский О.Н. и Кретова Л.Н.  фактически заново изложили свою оценку доказательств.  

Материалы дела также содержат иные сведения, которые могут  поставить под сомнение беспристрастность присяжных заседателей при  вынесении вердикта.  

Как видно из протокола судебного заседания, государственный  обвинитель сообщил, что 2.04.2019 года (до окончания судебного  следствия) в интернет-издании «Новый Калининград» появилась статья, в  которой приведено содержание допроса свидетеля С. по аудиозаписи, предоставленной редакции матерью подсудимого Рывкина  (т. 48, л.д. 162).  

Свидетель С. в своих показаниях (данных в отсутствии присяжных заседателей) заявила, что убийство потерпевшего Ж. совершил другой человек (назвав его), а не подсудимые. Отклонив  ходатайство стороны обвинения о приобщении к материалам дела данной  статьи, председательствующий не выяснил у присяжных заседателей,  ознакомился ли кто-либо из них с данной публикацией, не было ли  оказано на присяжных во время перерывов в судебном заседании какое- либо недозволенное воздействия, и не утратили ли они объективность в  рассмотрении дела.  

Кроме того, после рассмотрения уголовного дела присяжный  заседатель М. обратилась с заявлением в правоохранительные органы о том, что на её телефон поступали  сообщения с угрозой физической расправы в связи с участием в деле. По  данному факту возбуждено уголовное дело. В рамках расследования этого  уголовного дела свидетель Т. пояснила, что присяжный заседатель П.прислал ей СМС-сообщение о том, что на него также оказывалось давление со стороны неизвестных лиц.  

Таким образом, приведенные обстоятельства свидетельствуют о том,  что, хотя председательствующий неоднократно прерывал выступления,  вопросы и реплики представителей стороны защиты, однако из-за  множества нарушений, допущенных защитниками, в силу их  систематичности на присяжных заседателей было оказано незаконное  воздействие. Это воздействие, как справедливо утверждается в  апелляционном представлении, повлияло на формирование мнения  присяжных заседателей, на их беспристрастность и отразилось на  содержании ответов на поставленные перед ними вопросы при вынесении  вердикта, который не может быть признан законным, объективным и  справедливым.  

На основании изложенного, с учетом положений, предусмотренных  ст. 389.25 УПК РФ, приговор подлежит отмене с передачей дела на новое  судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства.  

При новом рассмотрении дела суду необходимо принять меры к  недопущению нарушений требований уголовно-процессуального закона,  регламентирующего производство с участием присяжных заседателей,  обеспечить необходимые условия для исполнения сторонами их  процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им  законом прав.  

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 38913-38914,  38920, 38928, 38933 УПК РФ, Судебная коллегия  

определила: 

Приговор Калининградского областного суда с участием присяжных  заседателей от 14 июня 2019 года в отношении ФИО1  и ФИО2 отменить, дело передать на новое судебное  рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд, но иным  составом суда.  

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке  судебного надзора, установленном главой 48.1 УПК РФ, в Президиум  Верховного Суда Российской Федерации.  

Председательствующий: Судьи: