ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № КАС08-675 

                                                

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                г. Москва «13» января 2009 г.  

                                                Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в  составе:  

                                                председательствующего: Федина А.И. 

                                                членов коллегии: Манохиной Г.В.  

                                                Коваля В.С. 

                                                с участием прокурора: Масаловой Л.Ф.  

                                                рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по  заявлению Шевчука Л.Г. о признании частично недействующими подпункта «е» пункта 21, подпункта «ж» пункта 23,  подпункта «и» пункта 26, подпункта «з» пункта 29 Временных критериев  определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате  несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний,  утвержденных постановлением Министерства труда и социального развития  Российской Федерации от 18 июля 2001 г. № 56,  

                                                по кассационной жалобе заявителя на решение Верховного Суда  Российской Федерации от 31 октября 2008 года, которым отказано в  удовлетворении заявленного требования.  

                                                Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Федина  А.И., объяснения представителей Министерства труда и социального развития  РФ Андреевой А.А. и Шароновой В.Н., возражавших против удовлетворения  кассационной жалобы, выслушав заключение прокурора Генеральной  прокуратуры Российской Федерации Масаловой Л.Ф., полагавшей  кассационную жалобу необоснованной,  

                                                Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации 

                                                установила: постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 18 июля 2001 г. № 56, зарегистрированным в Министерстве юстиции Российской Федерации 15 августа 2001 г. № 2876, утверждены Временные критерии определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (далее - Временные критерии). 

                                                Подпункт «е» пункта 21, подпункт «ж» пункта 23, подпункт «и» пункта  26, подпункт «з» пункта 29 Временных критериев содержат примеры клинико- функциональных критериев установления соответствующей степени утраты  профессиональной трудоспособности. В частности, в них приведены  нарушения зрительных функций пострадавшего:  

                                                - значительно выраженные сенсорные нарушения (практическая или  абсолютная слепота единственного или лучше видящего глаза: острота зрения с  коррекцией - 0,04 - 0, поле зрения равно -0-10 градусов (периферические  границы по меридиану от точки фиксации и/или центральные или  парацентральные сливные скотомы); зрительная работоспособность- значительно выраженное снижение или отсутствие, показатели ЭФИ - пороги  Э-У] более 300 мкА или не определяются, лабильность менее 20 Гц или  отсутствует, КЧСМ менее 20 п/сек. или отсутствует - при наличии  противопоказаний к выполнению любого труда) - 100 процентов утраты  профессиональной трудоспособности (подпункт «е» пункта 21);  

                                                - выраженные сенсорные нарушения: высокая степень слабовидения  единственного или лучше видящего глаза, острота зрения с коррекцией равна  или менее 0,1 - 0,05, поле зрения - периферические границы равны или менее 20  градусов, но шире 10 градусов и (или) единичные центральные скотомы,  зрительная работоспособность - выраженное снижение, показатели ЭФИ - пороги Э-У - 200 - 300 мкА, лабильность - 20 - 35 Гц, КЧСМ - 20 - 35 п/сек. - 70  - 90 процентов утраты профессиональной трудоспособности (подпункт «ж»  пункта 23);  

                                                - умеренные сенсорные нарушения: нарушения функций зрительного  анализатора - средняя степень слабовидения: снижение остроты зрения  единственного или лучше видящего глаза с коррекцией равно или более 0,1,  поле зрения - периферические границы менее 40 градусов, но шире 20 градусов,  зрительная работоспособность умеренно снижена, показатели ЭФИ - пороги Э- У- 100- 150 мкА, лабильность от 30 - 35 до 40 - 43 Гц, КЧСМ от 30 - 35 до 40 - 43 п/сек. - 40 - 60 процентов утраты профессиональной трудоспособности  (подпункт «и» пункта 26);  

                                                незначительные сенсорные нарушения: нарушения функций зрительного  анализатора - малая степень слабовидения единственного или лучше видящего  глаза, острота зрения с коррекцией более 0,3, поля зрения -периферические  границы в норме или сужены поля до 40 градусов, зрительная  работоспособность в норме, показатели ЭФИ - пороги Э-ТЛ от 80 до 100 мкА,  лаб. свыше 40 до 43 - 45 Гц, КЧСМ свыше 40 до 43 - 45 п/сек. - 10-30 процентов  утраты профессиональной трудоспособности (подпункт «з» пункта 29).  

 

Шевчук Л.Г. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с  заявлением о признании вышеуказанных подпунктов недействующими в части  слов «единственного или лучше видящего глаза». При этом заявитель сослался  на то, что в результате несчастного случая на производстве Шевчук Л.Г.  признан негодным к профессиональной деятельности, которую он осуществлял  до наступления страхового случая. По мнению заявителя, подпункт «е» пункта  21, подпункт «ж» пункта 23, подпункт «и» пункта 26, подпункт «з» пункта 29  Временных критериев в оспариваемой части позволяют не учитывать остроту  зрения глаза, пострадавшего в результате несчастного случая на производстве,  приводят к занижению степени утраты профессиональной трудоспособности  заявителя, нарушают его право на возмещение вреда, причиненного здоровью,  в полном объеме и противоречат абзацам 17 и 18 статьи 3 Федерального закона  «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на  производстве и профессиональных заболеваний».  

                                                Верховный Суд Российской Федерации вынес указанное решение. 

                                                В кассационной жалобе Шевчук Л.Г. просит об отмене судебного  решения, считая его незаконным.  

                                                Обсудив доводы кассационной жалобы, Кассационная коллегия  Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для ее  удовлетворения.  

                                                В соответствии с абзацами 17 и 18 статьи 3 Федерального закона от 24  июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от  несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под  профессиональной трудоспособностью понимается способность человека к  выполнению работы определенной квалификации, объема и качества; под  степенью утраты профессиональной трудоспособности - выраженное в  процентах стойкое снижение способности застрахованного осуществлять  профессиональную деятельность до наступления страхового случая.  

                                                Согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 11 названного Федерального закона  порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности в  результате несчастных случаев на производстве и профессиональных  заболеваний определяется Правительством Российской Федерации.  

                                                Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 октября  2000 г. № 789 утверждены Правила установления степени утраты  профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на  производстве и профессиональных заболеваний (далее - Правила).  

                                                Пунктом 2 указанных Правил предусмотрено, что степень утраты  профессиональной трудоспособности устанавливается в процентах на момент  освидетельствования пострадавшего, исходя из оценки потери способности  осуществлять профессиональную деятельность вследствие несчастного случая  на производстве и профессионального заболевания, в соответствии с  критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности,  утверждаемыми Министерством труда и социального развития Российской  

 

Федерации по согласованию с Министерством здравоохранения Российской  Федерации и Фондом социального страхования Российской Федерации.  

                                                В силу пункта 12 Правил степень утраты профессиональной  трудоспособности потерпевшего определяется с учетом полученных  документов и сведений, личного осмотра пострадавшего, исходя из оценки  имеющихся у него профессиональных способностей, психофизиологических  возможностей и профессионально значимых качеств, позволяющих продолжать  выполнять профессиональную деятельность, предшествующую несчастному  случаю на производстве и профессиональному заболеванию, того же  содержания и в том же объеме либо с учетом снижения квалификации,  уменьшения объема выполняемой работы и тяжести труда в обычных или  специально созданных производственных условиях.  

                                                Приведенному пункту Правил корреспондирует пункт 1 Временных  критериев, предусматривающий, что степень утраты профессиональной  трудоспособности определяется исходя из последствий повреждения здоровья  вследствие несчастного случая на производстве с учетом имеющихся у  пострадавшего профессиональных способностей, психофизиологических  возможностей и профессионально значимых качеств, позволяющих продолжать  выполнять профессиональную деятельность, предшествующую несчастному  случаю на производстве и профессиональному заболеванию, того же  содержания и в том же объеме либо с учетом снижения квалификации,  уменьшения объема выполняемой работы и тяжести труда в обычных,  специально созданных производственных или иных условиях; выражается в  процентах и устанавливается в пределах от 10 до 100 процентов.  

                                                В соответствии с пунктом 2 Временных критериев основным  методологическим принципом экспертизы профессиональной  трудоспособности пострадавшего является совокупный анализ следующих  критериев: клинико-функциональных; характера профессиональной  деятельности (квалификации, качества и объема труда, способности к его  выполнению); категории и степени ограничений жизнедеятельности.  

                                                При определении степени утраты профессиональной трудоспособности в  рамках клинико-функционального критерия проводится совокупный анализ  характера и тяжести травмы, профессионального заболевания; особенности  течения патологического процесса, обусловленного несчастным случаем на  производстве или профессиональным заболеванием; характер (вид) нарушений  функций организма; степень нарушений функций организма; клинический и  реабилитационный прогноз; психофизиологические способности; клинико- трудовой прогноз (пункт 3 Временных критериев).  

                                                Следовательно, при определении степени утраты профессиональной  трудоспособности потерпевшего учреждения медико-социальной экспертизы  во всех случаях должны учитывать не только клинико-функциональные  критерии нарушений функций организма, но и иные критерии, влияющие на  возможность пострадавшего продолжать профессиональную деятельность до  наступления страхового случая.  

 

Примеры клинико-функциональных критериев установления степени  утраты профессиональной трудоспособности даны в пунктах 21, 23, 26 и 29  Временных критериев, среди которых приведены и примеры, оспариваемые  заявителем.  

                                                В соответствии со ст.ст. 251, 253 ГПК РФ судом рассматриваются  заявления о признании нормативных правовых актов противоречащими  полностью или в части федеральному закону или другому нормативному  правовому акту, имеющему большую юридическую силу.  

                                                Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой  инстанции правильно исходил из того, что оспариваемый нормативный акт  принят компетентным федеральным органом исполнительной власти.  Определение степени утраты профессиональной трудоспособности  осуществляется не только с учетом приведенных во Временных критериях  примеров (часть которых была оспорена заявителем), но иных критериев,  влияющих на возможность продолжать профессиональную деятельность до  наступления страхового случая, поэтому сами по себе оспоренные  предписания Временных критериев федеральному законодательству или  другому нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую  силу, не противоречат и не нарушают прав заявителя.  

                                                Оспариваемые заявителем положения Временных критериев приводят  лишь примеры клинико-функциональных критериев установления степени  утраты профессиональной трудоспособности в процентах.  

                                                Как правильно указано в обжалуемом решении, закрепление во  Временных критериях этих примеров не означает, что при определении степени  утраты профессиональной трудоспособности не применяются нормы, на  основании которых учреждения медико-социальной экспертизы должны  учитывать возможность пострадавшего выполнять профессиональную  деятельность, предшествующую несчастному случаю на производстве и  профессиональному заболеванию.  

                                                В суде первой инстанции и на заседании Кассационной коллегии  представитель Минздравсоцразвития России Шаронова В.Н. пояснила, что  при разработке Временных критериев учитывались положения Правил  (14,15,16 и 17) в соответствии с которыми степень утраты профессиональной  трудоспособности устанавливается не в зависимости от тяжести увечья,  которое человек получил, а от степени нарушенных функций организма, к  которым привело это увечье, то есть (в рассматриваемом случае) проценты  утраты профессиональной трудоспособности устанавливаются не по самому  факту отсутствия одного глаза, а по факту того, к каким нарушениям  зрительных функций привело это увечье (л.д.105).  

                                                Так, оспариваемый заявителем пример клинико-функционального  критерия установления 100 процентов утраты профессиональной  трудоспособности, указанный в подпункте «е» пункта 21 Временных  критериев, самостоятельного значения при определении степени утраты  профессиональной трудоспособности пострадавшего не имеет и должен  применяться в совокупности с пунктом 20 Временных критериев, закрепляющим, что в случаях, когда в результате несчастного случая на  производстве или профессионального заболевания при значительно  выраженных нарушениях функций организма у пострадавшего наступила  полная утрата способности к профессиональной деятельности, в том числе в  специально созданных производственных или иных условиях труда,  устанавливаются 100 процентов утраты профессиональной трудоспособности.  

                                                Аналогичным образом не имеют самостоятельного значения и  оспариваемые примеры, содержащиеся в подпункте «ж» пункта 23, подпункте  «и» пункта 26 и подпункте «з» пункта 29 Временных критериев, поскольку они  подлежат применению соответственно с пунктами 22; 24 и 25; 27 и 28 данного  нормативного акта.  

                                                Таким образом, только по клинико-функциональным критериям степень  утраты профессиональной трудоспособности не устанавливается. Они (эти  критерии) только учитываются при ее установлении, в связи с чем в каждом  конкретном случае процент утраты профессиональной трудоспособности  устанавливается индивидуально.  

                                                Доводы кассационной жалобы (помимо тех, которые были рассмотрены и  оценены в решении суда первой инстанции) по существу касаются вопроса  установления заявителю степени утраты трудоспособности, правомерность  установления которой, может быть оспорена заявителем (если он полагает свои  права нарушенными) в соответствующем районном суде.  

                                                Оспариваемые (в части) Временные критерии проверялись судом в  порядке абстрактного нормоконтроля. Вывод о законности этого нормативного  правового акта сделан судом, исходя из компетенции правотворческого органа  его издавшего, и содержания изложенных в нем норм на основе надлежащего  анализа норм федерального законодательства.  

                                                Предусмотренных ст.362 ГПК РФ оснований для отмены решения суда в  кассационном порядке не имеется.  

                                                Руководствуясь ст.ст.360, 361 Гражданского процессуального кодекса РФ,  Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации  

                                                определила: 

                                                решение Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 2008  года оставить без изменения, а кассационную жалобу Шевчука Л.Г. - без  удовлетворения.  

                                                Председательствующий: А.И.Федин 

                                                Члены коллегии: "! Манохина 

<

...> 

                                                В.С.Коваль