ВЕРХОВНЫЙ СУД 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 45-АПУ 19-9 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г.Москва 21 мая 2019 года  Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе:  

председательствующего Червоткина А.С., судей Кочиной И.Г., ТаратутыИВ., с участием: 

государственного обвинителя - прокурора Прониной Е.Н.,  осужденного ФИО1,  

защитника - адвоката Кротовой СВ., при секретаре Димаковой Д.Н., 

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным  жалобам осужденного ФИО1 и потерпевшего Е. на приговор Свердловского областного суда от 28 января 2019 года, которым  

ФИО1, 

<

...>  

судимый: 

- 11.05.2010 года по ч.1 ст. 161, ч.1 ст. 161, ч.2 ст.69 УК РФ к лишению  свободы на 1 год 6 месяцев;  

- 11.05.2010 года по ч.З ст.ЗО, п.«а» ч.З ст. 158, ч.2 ст. 159, ч.З ст.69 УК  РФ с учетом изменений от 14.01.2015 года - к лишению свободы на 2 года 3  месяца;  

- 28.06.2010 года по п.«в» ч.2 ст. 158, ч.5 ст.69 УК РФ с учетом  изменений от 14.01.2015 года - к лишению свободы на 3 года 3 месяца;  

- 22.07.2010 года по п.«б» ч.2 ст. 158, ч.З ст.ЗО, п.«б» ч.2 ст. 158, п.«а»  ч.З ст. 158, ч.2 ст. 167, ч.5 ст.69 УК РФ с учетом изменений от 14.01.2015 года - к лишению свободы на 5 лет 8 месяцев;  

- 27.07.2010 года по п.«в» ч.2 ст. 158, ч.5 ст.69 УК РФ к лишению  

свободы на 4 года; 

- 30.07.2010 года по ч.З ст.ЗО, ч.1 ст. 131, п.«а» ч.2 ст. 131, п.«а» ч.2  

ст. 161, ч.Зст.69 УК РФ с учетом изменений от 14.01.2015 года - к лишению  

свободы на 6 лет 8 месяцев; 

- 14.10.2010 года по ч.1 ст.161, п.«г» ч.2 ст. 112, ч.5 ст.69 УК РФ с  

учетом изменений от 14.01.2015 года - к лишению свободы на 6 лет 8 месяцев;  - 10.11.2010 года по ч.1 ст. 158 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы;  

- постановлением от 17.03.2011 года с учетом изменений от 14.01.2015  

года и от 23.03.2015 года окончательное наказание ФИО1 назначено  

на основании ч.5 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказаний по  

приговорам от 10.11.2010 года, 30.07. 2010 года и от 14.10.2010 года в виде  

лишения свободы на 7 лет 8 месяцев, освобожденный 07.07.2017 года по  

отбытии наказания, 

оправдан по обвинению в совершении преступления,  

предусмотренного п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 126 УК РФ на основании п. 2 ч. 1  

ст. 24 УПК РФ за отсутствием состава преступления с признанием права на  

реабилитацию, осужден: - по ч.1 ст. 158 УК РФ к лишению свободы на 1 год, 

- по п.«в» ч.4 ст. 162 УК РФ к лишению свободы на 12 лет с  

ограничением свободы на 1 год, 

- по п.п.«а», «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на 19 лет с  

ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, 

- по ч.2 ст. 162 УК РФ к лишению свободы на 7 лет с ограничением  

свободы на 1 год, 

- по ч.З ст.ЗО, п.п.«а», «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на  

13 лет с ограничением свободы на 1 год, 

- в соответствии с ч.ч.З, 4 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений,  

путем частичного сложения назначенных наказаний, - к 22 годам лишения  

свободы с ограничением свободы на 2 года, с ограничениями и  

обязанностью, указанными в приговоре. 

В соответствии с п.«в» ч.1, ч.2 ст.5 8 УК РФ назначено отбывание  

первых 5 лет лишения свободы в тюрьме, оставшегося срока - в  

исправительной колонии строгого режима. 

Разрешен гражданский иск К. принято решение в 

отношении арестованных денежных средств и вещественных доказательств.  Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступления осужденного и в  

его защиту адвоката Кротовой СВ., поддержавших доводы апелляционной  

жалобы ФИО1 и возражавших против удовлетворения жалобы  

потерпевшего, прокурора Прониной Е.Н., просившей приговор оставить без  

изменения, Судебная коллегия 

установила: 

ФИО1 оправдан по обвинению в похищении человека,  совершенном группой лиц по предварительному сговору, с угрозой  применения насилия, опасного для жизни или здоровья, с применением  предметов, используемых в качестве оружия.  

ФИО1 осужден: - за кражу телефона, принадлежащего П.

- за разбой в отношении Т. и Е. совершенный с применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевших,  группой лиц по предварительному сговору, с применением к ним предметов,  используемых в качестве оружия и с причинением тяжкого вреда здоровью;  

- за сопряженное с разбоем убийство двух лиц- Т. и Е. в составе группы лиц по предварительному сговору; 

- за разбой в отношении Ч. совершенный с применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшей, группой  лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в  качестве оружия,  

- за сопряженное с разбоем покушение на убийство третьего лица - Ч. совершенное группой лиц по предварительному сговору. 

Преступления совершены в г. Серове Свердловской области при  обстоятельствах, изложенных в приговоре.  

Потерпевший Е. в апелляционной жалобе просит о пересмотре приговора, считая назначенное ФИО1 наказание  чрезмерно мягким, настаивает на назначении ему пожизненного лишения  свободы и просит о взыскании компенсации вреда, причиненного смертью  супруги.  

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит об отмене  приговора, поскольку считает, что во вводной части приговора суд  неправильно указал данные о его судимостях. Оспаривает изложенные в  приговоре выводы о его виновности в убийстве Т. которые построены на противоречивых показаниях Щ. данных в период психического расстройства, которые, по мнению осужденного, необоснованно  использованы судом в качестве доказательства. Утверждает о недоказанности  его причастности к убийству Т. ссылаясь при этом на заключение эксперта, из которого не следует, что ранения данной потерпевшей причинены  находившимся у него ножом, а также на показания свидетеля Т. со слов Щ. пояснившей, что он не принимал участия в совершении убийства продавцов. Указывает, что ножевые ранения Е.причинил под воздействием угроз убийством со стороны Щ.. 

Полагает, что при назначении наказания в отношении его подлежали  применению положения ч.1 ст.61, ч.З ст.68 УК РФ, что размер наказания,  назначенного по правилам ч.З ст.69 УК РФ, является завышенным.  

Возражает против удовлетворения доводов апелляционной жалобы  потерпевшего Е. об усилении наказания, поскольку не считает его чрезмерно мягким, полагает, что требование о взыскании компенсации вреда  удовлетворению не подлежит поскольку потерпевший в ходе  предварительного следствия отказался от предъявления иска.  

Государственный обвинитель Данилова Е.Л. возражает против  удовлетворения апелляционных обеих жалоб, считая приговор законным и  обоснованным.  

Заслушав участников процесса, обсудив доводы, изложенные в  апелляционных жалобах, возражения на них, проверив в апелляционном  порядке материалы уголовного дела, Судебная коллегия считает, что выводы  суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений соответствуют  фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются исследованными судом  доказательствами, приведенными в приговоре.  

Вина ФИО1 в краже телефона подтверждается его же показаниями о  признании обвинения в этой части, показаниями потерпевшего П. о пропаже у него телефона, проколом обыска, согласно которому  принадлежащий П. телефон был обнаружен у Т., показаниями свидетеля Т. о том, что данный телефон ей подарил ФИО1. 

При таких обстоятельствах действия осужденного правильно  квалифицированы судом как кража по ч.1 ст. 158 УК РФ.  

Факты совместного разбойного нападения ФИО1 и Щ. на продавцов магазина Т. и Е. завладения выручкой, перечисленным в приговоре товаром и имуществом продавцов, нанесения  Гребневым ножевых ранений потерпевшей Е. и совместно со Щ. потерпевшей Т. подтверждаются приведенными в приговоре доказательствами, которые надлежащим образом исследованы и оценены  судом.  

Осужденный ФИО1 утверждает о своей непричастности к убийству  потерпевшей Т., не оспаривая обвинительный приговор в части осуждения его за разбой в отношении обеих потерпевших и убийство  Е.. Однако его доводы, изложенные в апелляционной жалобе, следует признать несостоятельными по следующим основаниям.  

В ходе предварительного следствия Щ. и ФИО1, будучи допрошенными в качестве подозреваемых и обвиняемых последовательно и  согласованно показывали, что они по предварительной договоренности с  целью хищения выручки и товара одновременно напали на двух продавцов  магазина: Щ. - на Т., а ФИО1 - на Е. после чего завели 

обеих в подсобное помещение, где, завладев частью имущества, убили. Далее  об обстоятельствах убийства каждый из обвиняемых давал уличающие друг  друга показания, приуменьшая при этом свою роль. Так, Щ. показывал, что смерть продавщиц наступила от действий Гребнева, который вначале  нанес несколько ножевых ударов Е. а затем Т. а он в это время сдавливал шею Т. шнурком. Гребнев, в свою очередь, показывал, что ножевые ранения Т. нанес Щ., а он под воздействием угроз со стороны Щ. несколько раз ударил ножом Е. 

Оценивая показания Щ. и ФИО1, суд правомерно учитывал, что оснований для оговора друг друга у них не имелось, поскольку между ними  сложились дружеские отношения. Не установил суд и факта оказания  Щ. давления на ФИО1. Напротив, оба обвиняемых показывали, что совершили преступления по обоюдной договоренности, которой охватывалось  и убийство обоих продавцов. Учитывая данные обстоятельства, суд  правомерно отверг версию ФИО1 о совершении убийства Е. под давлением угроз со стороны Щ. и принял за основу в части установления обстоятельств убийства, совершенного Гребневым, показания Щ., поскольку они согласуются с заключениями экспертиз, согласно которым на  кроссовке, джинсах и футболке ФИО1 обнаружена кровь, которая  могла произойти от Т. колото-резаные раны № 27 и № 28 на теле Т. вероятней всего причинены клинком ножа с белой рукояткой, который применял ФИО1, а на рукоятке данного ножа выявлено ДНК,  принадлежащее потерпевшей Т. 

Не смотря на то, что заключения медико-криминалистической и  судебно - биологической экспертиз в отношении одежды ФИО1 носят  вероятностный характер, на что указывается в апелляционной жалобе, в  совокупности с выводами молекулярно-генетического исследования они  позволяют сделать вывод о достоверности показаний Щ. об участии ФИО1 в убийстве и Т., и Е. 

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы в период  совершения преступлений и в момент проведения экспертизы Щ. мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий  и руководить ими, был способен правильно понимать свое процессуальное  положение, осуществлять права и выполнять процессуальные обязанности (т.4  л.д.8-9,т.12л.д.169).  

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного,  психическое состояние Щ. не могло оказать влияние на содержание его показаний.  

Показания свидетеля Т. (т.6 л.д.172-178) были предметом исследования и оценены как достоверные в части того, что Щ. выкинул в контейнер улики по убийству трех человек, поскольку они согласуются с  показаниями Р. и протоколом осмотра данного контейнера, в котором была обнаружена часть имущества, похищенного из магазина и  принадлежащего потерпевшим, а также шнурок, которым Щ. душил Т. При этом показания Т. о непричастности ФИО1 к 

преступлениям, судом правомерно отвергнуты как не нашедшие своего  подтверждения.  

Оценив все исследованные доказательства в совокупности, суд  правильно установил, что ФИО1 и Щ. в процессе разбойного нападения совместно нанесли Т. 29 ударов ножами в область шеи, туловища и верхних конечностей, что ФИО1 нанес Е. не менее 11 ударов ножом в туловище. От полученных ранений оба продавца скончались на месте  происшествия. В результате нападения было похищено имущество,  принадлежащее Л. на сумму 17 095 рублей, Ж. на сумму 44 880 рублей, потерпевшей Т. в размере 5 500 рублей, потерпевшей Е. - в размере 4 017 рублей 38 копеек. 

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по п. «в» ч. 4 ст. 162  УК РФ как разбой, совершенный в группой лиц по предварительному  сговору, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья  потерпевших, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с  причинением тяжкого вреда здоровью потерпевших, а также по п. «а», «ж»,  «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство двух лиц, совершенное группой лиц по  предварительному сговору, сопряженном с разбоем. Оснований для иной  юридической оценки действий ФИО1 в этой части не имеется.  

Виновность ФИО1 в совершении преступлений в отношении  Ч. подтверждается его последовательными показаниями, данными в период предварительного следствия в качестве подозреваемого и  обвиняемого, при проверке на месте происшествия и на очной ставке со  Щ. о том, что, предварительно договорившись, он и Щ. напали на Ч., при этом Щ. дважды ударил ее ножом в спину, а он нанес несколько ножевых ранений в шею, после чего забрал принадлежащую  потерпевшей сумку с корнеплодами и деньгами в сумме 500 рублей;  последовательными показаниями Щ., согласующимися с оглашенными показаниями ФИО1 в части нанесения ножевых ранений Ч. с целью ее убийства и завладения имуществом; показаниями Ч. том, что ФИО1 вырвал у нее сумку и нанес ей несколько ударов ножом по шее и  голове, отчего она потеряла сознание; показаниями Р. которая видела, как ФИО1 стал наносить Ч.ножевые удары, после чего подошел к ней, держа в руках сумку, при этом пояснил, что Ч. мертва; заключением судебно - медицинской экспертизы, согласно которой у  Ч. были обнаружены множественные колото-резаные раны на лице, шее, голове, спине и бедре.  

Оценив исследованные доказательства в совокупности, суд правомерно  отверг как не нашедшие своего подтверждения доводы ФИО1 о  возникновении у него умысла на хищение имущества Ч. после ее убийства и признал несоответствующими действительности показания  потерпевших Ч. и Р. о том, что Щ. не принимал участия в нападении на Ч. поскольку они не могли видеть начало 

нападения и действия Щ.. Судом приведены убедительные мотивы принятых решений в данной части, не согласиться с которыми нет оснований.  

Действия ФИО1 в отношении Ч. суд правильно квалифицировал по ч.2 ст. 162 УК РФ как разбой совершенный с применением  насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшей Ч., группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в  качестве оружия, а также по ч.З ст.ЗО, п.п.«а», «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ как  покушение на убийство третьего лица, совершенное группой лиц и по  предварительному сговору, сопряженное с разбоем, которое не было доведено  до конца по независящим от нападавших обстоятельствам.  

В основу приговора судом положены допустимые доказательства. В  ходе судопроизводства не было допущено нарушения положений Уголовно- процессуального кодекса, которые бы могли повлечь за собой отмену  приговора.  

В отношении Щ. в связи со смертью прекращено уголовное преследование по обвинению в разбое в отношении продавцов и  последующем их убийстве, в разбое в отношении Ч., в покушении на ее убийство, а также в похищении и изнасиловании Р. 

Суд в полной мере исследовав данные о личности ФИО1, о  состоянии здоровья, оценив его поведение в период рассмотрения уголовного  дела, заключение экспертов, сделал правильный вывод о том, что он является  вменяемым и должен нести ответственность за содеянное.  

При назначении наказания суд учел характер и степень общественной  опасности совершенных преступлений, данные о личности ФИО1,  смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также влияние  назначенного наказания на исправление осужденного.  

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1 по краже суд  признал явку с повинной и полное признание вины, по преступлениям,  совершенным 18 октября 2017 года, - активное способствование раскрытию и  расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию  других соучастников, а также наличие у него тяжкого заболевания. Иных  обстоятельств, смягчающих наказание, не установлено.  

Согласно ч.1 ст. 62 УК РФ при наличии смягчающих обстоятельств,  предусмотренных пунктами "и" и (или) "к" части первой статьи 61 настоящего  Кодекса, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания  не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее  строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей  Особенной части настоящего Кодекса.  

В отношении всех преступлений, совершенных Гребневым, суд  правильно признал обстоятельством, отягчающим наказание, рецидив  преступлений, а по преступлениям в отношении потерпевших П., 

Л

<

...>, Ж.Е. и Т. - их совершение в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.  

Таким образом, ввиду наличия обстоятельств, отягчающих наказание  ФИО1, оснований для применения к нему положений ч.1 ст.62 УК РФ не  имеется.  

Обстоятельств, которые бы можно было отнести к разряду  

исключительных и оснований для применения положений ч.б ст. 15, ч.З ст. 68  

УК РФ суд не усмотрел, не усматривает их и Судебная коллегия. 

С учетом всех обстоятельств, подлежащих учету при назначении  наказания суд счел возможным исправление ФИО1 путем назначения ему  лишения свободы на определенный срок. Выводы суда в этой части  мотивированы, оснований не согласиться с приведенными мотивами не  имеется.  

В соответствии с ч.З ст.69 УК РФ если хотя бы одно из преступлений,  совершенных по совокупности, является тяжким или особо тяжким  преступлением, то окончательное наказание назначается путем частичного  или полного сложения наказаний. При этом окончательное наказание в виде  лишения свободы не может превышать более чем наполовину максимальный  срок наказания в виде лишения свободы, предусмотренный за наиболее  тяжкое из совершенных преступлений.  

Согласно ч.4 ст.56 УК РФ за исключением случаев, предусмотренных  

частью пятой настоящей статьи, при частичном или полном сложении сроков  

лишения свободы при назначении наказаний по совокупности преступлений  

максимальный срок лишения свободы не может быть более двадцати пяти  

лет, а по совокупности приговоров - более тридцати лет. 

Окончательное наказание в отношении ФИО1 назначено по  совокупности преступлений, по правилам ч.З ст.69 УК РФ, путем частичного  сложения назначенных за отдельные преступления наказаний. Размер  окончательного наказания не превышает более чем наполовину максимальный  срок наказания в виде лишения свободы, предусмотренный ч.2 ст. 105 УК РФ и  не выходит за рамки, определенные ч.4 ст.56 УК РФ, в связи с чем доводы  апелляционной жалобы относительно завышения размера окончательного  наказания несостоятельны.  

Нельзя признать назначенное ФИО1 наказание и чрезмерно мягким,  как это считает потерпевший Е., поскольку оно соответствует характеру, степени общественной опасности содеянного и данным о личности  осужденного.  

Неточности, допущенные судом при перечислении во вводной части  приговора ранее состоявшихся в отношении ФИО1 судебных решений, не  повлияли на выводы суда о назначении наказания, в связи с чем основанием  для изменения приговора не являются.  

В ходе расследования уголовного дела и рассмотрения его в суде  первой инстанции потерпевший Е. не заявлял иск к ФИО1, в связи с чем Судебной коллегией в его пользу не может быть взыскана компенсация  

причиненного вреда. Вместе с тем, потерпевший не лишен возможности  обратиться с иском к осужденному в порядке гражданского судопроизводства.  

В связи с изложенным оснований для удовлетворения апелляционных  жалоб не имеется.  

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная  

коллегия 

определила: 

приговор Свердловского областного суда от 28 января 2019 года в  отношении ФИО1 оставить без изменения,  апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и потерпевшего  Е. - без удовлетворения.