ВЕРХОВНЫЙ СУД 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 77-АПУ19-ЗСП 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 25 сентября 2019 года  

Судебная коллегия по уголовным делам 

Верховного Суда Российской Федерации 

в составе: председательствующего Абрамова С.Н., судей Лаврова Н.Г. и Кондратова П.Е., при ведении протокола секретарем Ильиной А.Ю., 

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по  

апелляционному представлению государственного обвинителя  

Гончаровой Н.И., жалобам осужденного ФИО1, его защитника - 

адвоката Гуниной Е.С., потерпевшей К. представителя 

потерпевшего О. - адвоката Суровой Е.Д. на приговор 

Липецкого областного суда с участием присяжных заседателей от 26 июля  

2019 года, по которому 

ФИО1, 

<

...> судимый 21  апреля 2004 года по приговору Грязинского городского  суда по части 3 статьи 30, части 1 статьи 105 УК РФ к 4  годам лишения свободы, освобожденный условно- 

досрочно по постановлению Правобережного районного  

суда города Липецка от 6 августа 2007 года, 

оправдан по обвинению в совершении преступления,  предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ на основании п.2 ч.2 ст.302 УПК  РФ, в связи с непричастностью к совершению преступлений и вынесением в  отношении него оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей.  

Признано за ФИО1 право на реабилитацию в порядке,  предусмотренного главой 18 УПК РФ, в связи с оправданием по данному  обвинению.  

ФИО1 осужден к наказанию в виде лишения свободы:  

по части 1 статьи 222 УК РФ на 2 года 7 месяцев со штрафом в  размере 70 000 рублей,  

по части 1 статьи 222! УК РФ на 3 года 3 месяца со штрафом 90 000  рублей.  

На основании части 2 статьи 69 УК РФ путем полного сложения  назначенных наказаний ФИО1 назначено  окончательное наказание в виде лишения свободы на 5 лет 10 месяцев с  отбыванием в исправительной колонии строгого режима со штрафом в  размере 160 000 рублей.  

Зачтено в срок отбытия наказания время нахождения ФИО1  под стражей в период с 5 июня 2018 года по 25 июля 2019 года из расчета  один день содержания под стражей за один день отбывания наказания.  

Постановлено взыскать с ФИО1 в доход  государства в возмещение сумм, выплаченных за счет средств федерального  бюджета за оказание ему юридической помощи 15 560 рублей.  

В удовлетворении гражданского иска О. к ФИО1 отказано.  

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательствах. 

Заслушав доклад судьи Лаврова Н.Г. о содержании приговора,  существе апелляционного представления, а также возражений на него,  выслушав выступление прокурора Му со л иной ., поддержавшей  апелляционное представление об отмене приговора и направлении  уголовного дела на новое судебное рассмотрение, выступление осужденного  ФИО1, его защитника - адвоката , поддержавших доводы жалоб и  возражавших против удовлетворения представления , Судебная коллегия  

УСТАНОВИЛА: 

ФИО1 обвинялся в умышленном причинении смерти двум лицам. 

Вердиктом коллегии присяжных заседателей признано недоказанным,  что данное преступление было совершено ФИО1 на почве  личных неприязненных отношений, в связи с чем он оправдан по  предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного  пунктом «а» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации  

на основании пункта 2 части 2 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса  Российской Федерации за непричастностью к совершению преступления  

По вышеуказанному приговору, основанному на вердикте коллегии  присяжных заседателей ФИО1 признан виновным в незаконном  хранении взрывчатых веществ и боеприпасов к огнестрельному оружию при  установленных судом обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.  

В апелляционном представлении и дополнениях государственный  обвинитель Гончарова Н.И. считает приговор незаконным и  необоснованным. По мнению автора представления, дело рассмотрено с  нарушениями уголовно-процессуального закона. Указывает, что вердикт  присяжных заседателей вынесен незаконным составом коллегии присяжных  заседателей, поскольку старшина коллегии присяжных заседателей Б.. скрыл факт привлечения его к административной ответственности, тем самым сторона обвинения была лишена возможности заявить ему отвод, что  могло повлиять на объективность присяжных заседателей при вынесении  вердикта. Кроме того в ходе судебного разбирательства, прений сторон, при  произнесении реплик, последнего слова стороной защиты систематически  допускались нарушения требований ст. ст. 252, 335 УПК РФ, на что  председательствующий не всегда реагировал, до сведения присяжных  заседателей стороной защиты систематически доводилась информация, не  относящаяся к обстоятельствам дела и не подлежащая исследованию с  участием присяжных заседателей, а также информация, отрицательно  характеризующая правоохранительные органы, ставящая под сомнение  законность получения доказательств обвинения, а именно о  противоправности действий следователей и оперативных сотрудников,  фальсификации доказательств, в частности подсудимый в присутствии  присяжных заседателей заявлял о том, что «сотрудники полиции измазали  его одежду кровью потерпевшего, приписали ему карабин, винтовки,  пистолет, что сторона обвинения использует лживые заключения экспертов»,  до присяжных заседателей стороной защиты доводилась информация о  личности подсудимого, в том числе не соответствующая действительности,  вызывая у присяжных чувство жалости к подсудимому выставляя его  жертвой произвола правоохранительных органов. Так, защитник  подсудимого в прениях заявила, что жена и дети оговаривают ФИО1  чтобы приобрести право собственности на квартиру, сам ФИО1 доводил  до присяжных заседателей сведения, негативно характеризующие  потерпевшего О. о том, что у последнего хранилось незарегистрированное оружие, с которым он ходил по деревне, тем самым  сторона защиты воздействуя на присяжных заседателей, сформировала у них  негативное отношение к правоохранительным органам и потерпевшим.  

В дополнениях государственный обвинитель подробно приводит  примеры, свидетельствующие, по её мнению, о нарушениях, допущенных  подсудимым и его защитником в судебном заседании. Автор представления  

считает, что указанные выше стороной защиты нарушения закона являлись  многочисленными и существенными, в итоге они повлияли на формирование  мнения присяжных заседателей и на содержание данных ими ответов на  поставленные перед ними вопросы. Просит приговор отменить, а дело  направить на новое судебное рассмотрение.  

В апелляционных жалобах и дополнениях: 

- потерпевшая К. считает приговор незаконным и несправедливым, указывает, что судебное разбирательство проведено с  нарушениями уголовно-процессуального закона, подсудимый ФИО1 в  присутствии присяжных заседателей доводил до сведения присяжных  информацию о своем возрасте, что ему 71 год, а «ему вешают 20 лет», что он  «не проживет столько и умрет в тюрьме», что он воевал во Вьетнаме, хранит  государственную тайну, хотя это не соответствует действительности.  Подсудимый ФИО1 в присутствии присяжных заседателей подвергал  сомнению допустимость исследованных доказательств, а именно заключение  экспертизы о наличие на его одежде следов крови, утверждал, что обвинение  сфальсифицировало доказательства его вины, одежду ему испачкали кровью  сотрудники полиции, угрожал потерпевшему О. неоднократно нарушал порядок, вместе с тем, потерпевший за незначительное нарушение в  ответ на действия подсудимого, был удален из зала суда. Своим поведением  подсудимый оказывал давление на коллегию и формирование ими мнения  относительно вопросов, на которые коллегия должна будет отвечать. Просит  приговор отменить, а дело направить на новое судебное рассмотрение;  

- представитель потерпевшего О. - адвокат Сурова Е.Д. выражает несогласие с приговором в части оправдания ФИО1,  полагает, что дело рассмотрено с нарушениями уголовно-процессуального  закона, а вердикт вынесен незаконным составом коллегии присяжных  заседателей. Указывает, что председательствующий судья ограничил право  потерпевшего на представление доказательств, а именно отказал в  ходатайстве о допросе свидетеля Г. показания которого имеют существенное значение, удаление потерпевшего О. из зала суда ограничило его право на участие в судебном заседании, прениях сторон, т.е.  председательствующим не был соблюден принцип состязательности сторон.  Утверждает, что подсудимый ФИО1 в присутствии присяжных  заседателей доводил до сведения присяжных информацию, касающуюся  законности получения исследованных доказательств, признанных  допустимыми. Кроме того, сторона защита в прениях доводила до  присяжных заседателей информацию, касающуюся данных о личности  подсудимого, однако председательствующий не во всех случаях реагировал  должным образом на допущенные нарушения. Считает, что сторона защиты  оказывала давление на коллегию, сформировало у них негативное отношение  

к правоохранительным органам, что повлияло на вердикт. Просит приговор  отменить, а дело направить на новое судебное рассмотрение;  

- осужденный ФИО1, выражая несогласие с приговором,  считает, что суд неправильно применил уголовный закон, без достаточных  оснований учел наличие в его действиях рецидива преступлений, поскольку  предыдущая судимость у него погашена. По его мнению, наказание по ч.1  ст.222 и ч.1 ст.222.1 УК РФ ему назначено без учета положений ч.б ст. 15 УК  РФ, поскольку вердиктом присяжных заседателей он признан  заслуживающим снисхождения, отягчающих наказание обстоятельств судом  не установлено, поэтому назначенное ему наказание по совокупности  преступлений на основании ч.2 ст.69 УК РФ не может превышать 5 лет  лишения свободы, а штраф - более 100 тысяч рублей. В связи с  неправильным применением закона, суд назначил ему несправедливое  наказание вследствие чрезмерной суровости. Просит приговор отменить, а  дело передать на новое судебное рассмотрение. В дополнениях просит  приговор изменить и смягчить ему наказание;  

- адвокат Гугнина ЕС. в защиту осужденного ФИО1 считает  приговор несправедливым, а назначенное ФИО1 наказание - чрезмерно  суровым, не соразмерным содеянному и данным о личности. Просит  приговор изменить и смягчить ФИО1 наказание.  

В возражениях на жалобы осужденного и его защитника  государственный обвинитель считает их несостоятельными и просит оставить  без удовлетворения.  

Изучив доводы, изложенные в апелляционном представлении,  содержащиеся в жалобах, а также в выступлениях сторон в заседании суда  апелляционной инстанции, проверив материалы уголовного дела, Судебная  коллегия полагает постановленный по уголовному делу приговор  подлежащим отмене по следующим основаниям.  

В соответствии с ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены или  изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются  существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем  лишения или ограничения гарантированных Уголовно-процессуальным  кодексом Российской Федерации прав участников уголовного  судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным  путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и  обоснованного судебного решения. К числу таких нарушений при  рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей,  относится, в частности, несоблюдение установленных уголовно- процессуальным законом требований к процедурам вынесения и  провозглашения вердикта.  

Согласно положениям ч.1 ст. 389.25 УПК РФ оправдательный  приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии  присяжных заседателей, может быть отменён по представлению прокурора  лишь при наличии таких нарушений уголовно-процессуального закона,  которые, в частности, повлияли на содержание поставленных перед  присяжными заседателями вопросов и ответов на них.  

В соответствии с требованиями ст. 334 и 335 УПК РФ в присутствии  присяжных заседателей исследуются обстоятельства, которые напрямую  связаны с разрешением вопросов, предусмотренных п.п. 1, 2, 4 ч. 1 ст. 299  УПК РФ.  

Указанные требования закона в соответствии со ст. 336 и 337 УПК РФ  должны соблюдаться и в ходе судебных прений, при произнесении реплики и  последнего слова.  

Однако положения указанных норм уголовно-процессуального закона  при рассмотрении настоящего уголовного дела систематически нарушались  стороной защиты. Из протокола судебного заседания видно, что, начиная со  стадии вступительных заявлений, в ходе судебного следствия, прений  сторон, при произнесении реплик, стороной защиты - подсудимым и его  защитником систематически допускались нарушения требований ст. ст. 252,  335 УПК РФ, на что председательствующий не всегда реагировал. До  сведения присяжных заседателей стороной защиты доводилась информация,  не относящаяся к обстоятельствам дела и не подлежащая исследованию с  участием присяжных заседателей, а также информация, отрицательно  характеризующая правоохранительные органы, ставящая под сомнение  законность получения доказательств обвинения, а именно противоправности  действий следователя и оперативных сотрудников, фальсификации  доказательств, сообщались сведения о личности подсудимого ФИО1,  потерпевшего, законности их действий и т.п. Сторона защиты в присутствии  коллегии присяжных заседателей ставила под сомнение допустимость  исследуемых доказательств, подменяла их оценку собственным мнением  подсудимого о допустимости этих доказательств, что создавало у коллегии  присяжных неправильное восприятие этих доказательств. Так, например,  подсудимый ФИО1 в присутствии присяжных заседателей заявлял о том,  что «сотрудники полиции измазали его одежду кровью потерпевшего,  приписали ему карабин, винтовки, пистолет, что сторона обвинения  использует лживые заключения экспертов», оказывая тем самым давление на  коллегию и формирование ими мнения относительно вопросов, на которые  коллегия должна будет отвечать.  

С учётом характера допущенных нарушений и обстоятельств, при  которых это имело место, следует признать, что названными выше  участниками процесса сознательно, целенаправленно и акцентировано  доводилась до сведения присяжных заседателей информация, направленная  на подрыв законности по существу доказательственной базы по делу и  

формирование вследствие этого неправильного восприятия присяжными  сути происходящего.  

Кроме того, сторона защиты выходила за пределы вопросов,  подлежащих разрешению присяжными заседателями, до которых доводилась  информация о личности подсудимого, в том числе не соответствующая  действительности, вызывая у присяжных чувство жалости к подсудимому  выставляя его жертвой произвола правоохранительных органов. Так,  защитник подсудимого в прениях заявила, что жена и дети оговаривают  ФИО1 чтобы приобрести право собственности на квартиру, сам ФИО1  доводил до присяжных заседателей сведения, негативно характеризующие  потерпевшего О. о том, что у последнего хранилось незарегистрированное оружие, с которым он ходил по деревне. Тем самым  сторона защиты воздействуя на присяжных заседателей, сформировала у них  негативное отношение к правоохранительным органам и потерпевшим, что  повлияло на вердикт присяжных заседателей.  

Вместе с тем, председательствующий судья не во всех случаях  должным образом реагировал на допущенные нарушения стороной защиты,  не разъяснял присяжным заседателям, что они не должны принимать  сказанное во внимание. Принимаемые им в ряде таких случаев меры  заключались в основном в прерывании выступления того или иного  участника и были явно недостаточными и недейственными для ограждения  коллегии присяжных заседателей от незаконного воздействия.  

Учитывая систематичность, множественность и существенность  допущенных нарушений уголовно-процессуального закона, Судебная  коллегия полагает, что они в своей совокупности повлияли в конечном итоге  на содержание ответов присяжных заседателей на поставленные перед ними  вопросы.  

Кроме того, при формировании коллегии присяжных заседателей на  вопрос государственного обвинителя Гончаровой Н.И.: «Имеются ли среди  вас лица, которые привлекались к административной ответственности?»,  кандидат в присяжные заседатели Б. скрыл факт привлечения его к административной ответственности 11.10.2018 по ч.З ст. 12.23 КоАП РФ к  штрафу в размере 3000 рублей, о чем ему было достоверно известно, вошел в  состав коллегии, а впоследствии был избран старшиной коллегии присяжных  заседателей и участвовал в вынесении вердикта. Сокрытие информации о  себе кандидатом в присяжные заседатели Б. ставит под сомнение его объективность и беспристрастность, а в целом - законность  состава коллегии присяжных заседателей. При этом сторона обвинения была  лишена возможности заявить ему отвод, что могло повлиять на  объективность присяжных заседателей при вынесении вердикта.  

При таких обстоятельствах ни сам вердикт, ни постановленный на его  основе приговор не могут быть признаны отвечающими требованиям  законности. Поэтому в соответствии с ч.1 ст. 389.17 УПК РФ приговор  

подлежит отмене в полном объёме, а уголовное дело - направлению на новое  судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.  

При новом рассмотрении дела суду необходимо принять меры к  выполнению закона, регламентирующего производство в суде с участием  присяжных заседателей.  

Меру пресечения в отношении ФИО1 следует оставить  содержание под стражей, исходя из тяжести предъявленного ему обвинения и  данных о личности.  

Исходя из изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.17, 389.20, 389.22,  389.25, 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия  

ОПРЕДЕЛИЛА: 

приговор Липецкого областного суда с участием присяжных заседателей от  26 июля 2019 года в отношении ФИО1  отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же  суд в ином его составе со стадии судебного разбирательства.  

Меру пресечения в отношении ФИО1 следует оставить  содержание под стражей до 25 ноября 2019 года.  

Председательствующий - судья Судьи