ВЕРХОВНЫЙ СУД 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 20-АПУ19-13 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 3 1 октября 2019 года  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  

Федерации в составе: председательствующего Червоткина А.С., судей Кочиной И.Г., Истоминой Г.Н., с участием: 

государственного обвинителя - прокурора Абрамовой З.Л., 

осужденного ФИО1, 

защитников - адвокатов Ялмамбетова Д.С. и Зубенко В.Г.,  при секретаре Димаковой Д.Н.,  

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам  

осужденных ФИО1 и ФИО2., адвокатов Зубенко В.Г. и  

Ялмамбетова Д.С. на приговор Верховного Суда Республики Дагестан от 19  

июля 2019 года, которым: 

ФИО1, 

<

...> 

<

...>  

судимый 30 января 2003 года Урус-Мартановским городским судом  

Чеченской Республики по ч.2 ст. 208, ч.1 ст. 222 УК РФ к 3 годам лишения  

свободы условно с испытательным сроком на 3 года, осужден 

- по ч.2 ст.209 УК РФ к лишению свободы на 9 лет с освобождением от  

наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования,  

- по ст.279 УК РФ к лишению свободы на 13 лет с освобождением от  

наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования,  

- по ст.317 УК РФ к лишению свободы на 15 лет с отбыванием в  

исправительной колонии строгого режима; 

Отегенов Тимур Рейзаевич, 

<

...>  

судимый 11 июля 2002 года Ставропольским краевым судом по ч.2 ст.  210, ч.2 ст.208, ч.1 ст.30 ст.278, ч.З ст. 222 УК РФ к 10 годам лишения свободы с  отбыванием наказания в колонии строгого режима,  

осужден 

- по ч.2 ст.209 УК РФ к лишению свободы на 9 лет с освобождением от  наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования,  

-по ст.279 УК РФ к лишению свободы на 13 лет с освобождением от  наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования,  

- по ст.317 УК РФ к лишения свободы на 13 лет,  

- на основании ч.5 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем  частичного сложения назначенного по ст.317 УК РФ наказания с наказанием по  приговору Ставропольского краевого суда от 11 июля 2002 года, - к 15 годам  лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.  

Принято решение по гражданскому иску, в отношении процессуальных  издержек и вещественных доказательств.  

Заслушав доклад судьи Кочиной ИГ., выступление осужденного  ФИО1, адвокатов Ялмамбетова Д.С. и Зубенко В.Г., поддержавших  доводы, изложенные в апелляционных жалобах, мнение государственного  обвинителя - прокурора Абрамовой З.Л., не усматривающей оснований для  отмены обжалуемого приговора, Судебная коллегия,  

установила: 

ФИО1 и ФИО2. осуждены за участие в устойчивой  вооруженной группе (банде) и совершаемых ею нападениях, за активное участие  в вооруженном мятеже в целях свержения конституционного строя и нарушения  территориальной целостности Российской Федерации и за посягательство на  жизнь военнослужащих в целях воспрепятствования их законной деятельности  по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности.  

Преступления совершены на территории Республики Дагестан при  обстоятельствах, указанных в приговоре.  

Осужденный ФИО2 в апелляционной жалобе указывает на  недостоверность показаний свидетелей А. и И. согласно которым его задержали 27 июня 2018 года, поскольку он в это время  проживал у себя дома. Не доверяет иным свидетелям, чьи показания положены  в основу приговора, поскольку они 17 лет скрывали от правоохранительных  органов обстоятельства преступлений. Указывает, что он ходатайствовал об  участии в предварительном слушании, однако его просьба была  

проигнорирована. Полагает, что дело рассмотрено с обвинительным уклоном,  поскольку многие ходатайства стороны защиты остались без удовлетворения.  

Просит смягчить назначенное ему наказание с учетом того, что он был  втянут в преступные действия обманным путем, его роль в совершении  преступлений не была активной, он признал вину и осознал содеянное, отбыл  наказание за преступления по приговору от 11 июля 2002 года, полагая, что  отбытым наказанием охватывается и ответственность за инкриминируемые ему  деяния, с 2011 года ведет добропорядочный образ жизни, имеет на иждивении  троих малолетних детей, мать - инвалида, 96-летнюю бабушку, неработающую  супругу, сам страдает рядом заболеваний.  

В апелляционной жалобе адвокат Зубенко В.Г. в защиту интересов  ФИО2 указывает на чрезмерную суровость наказания. По мнению  адвоката, при назначении наказания суд необоснованно исходил из того, что  его подзащитный частично признал вину в совершении преступлений, в то  время ФИО2 полностью признал себя виновным и дал подробные  показания по обстоятельствам совершения преступлений. Вместе с тем,  полагает, что подзащитный себя оговорил, в связи с чем приговор просит  отменить и ФИО2 оправдать.  

Осужденный ФИО1 в апелляционной жалобе указывает, что  уголовное дело в отношении его сфабриковано, а его участие в совершении  преступлений не доказано. Указывает, что приговором от 2003 года он осужден  за действия совершенные на территории Чеченской Республики, что исключает  его нахождение в этот период на территории Ботлихского района Республики  Дагестан. Утверждает, что в инкриминируемый ему период он находился в с.  Тукуй-Мектеб Нефтекумского района Ставропольского края. Выражает  недоверие положенным в основу приговора показаниям свидетелей, чьи данные  о личности засекречены, а также свидетелям, которые сами являлись членами  НВФ, полагая, что они сотрудничают со стороной обвинения с целью  уклонения от уголовной ответственности за совершенные преступления. На  недостоверность показаний свидетелей, по мнению осужденного, указывает то,  что свидетель И., называя год его рождения, не помнит обстоятельств, при которых они познакомились, и, находясь в одной тюремной камере,  уговаривал его согласиться с предъявленным обвинением. Свидетель  М. вспомнил его только в судебном заседании. Свидетель П. не мог рассказать об обстоятельствах их знакомства. Свидетель Х. не мог пояснить, где они познакомились, а в судебном заседании пояснил, что он был  без бороды, в то время как Г. утверждал обратное. Свидетель Т. пояснил, что был близко знаком с ним, в то же время не мог описать его  внешность и уклонялся от ответа на наличие у него бороды. Противоречивыми  считает показания свидетелей Г. и К. которые в ходе предварительного следствия утверждали, что познакомились с ним до приезда в  лагерь, в том время как в судебном заседании пояснили, что знакомство  

состоялось именно там. Полагает, что было нарушено его право на защиту  поскольку проигнорированы заявленные ходатайства, без его участия  состоялось предварительное слушание по делу, ему отказали в рассмотрении  дела с участием суда присяжных и народных заседателей.  

На основании изложенного просит приговор отменить и его оправдать. 

Адвокат Ялмамбетов Д.С. в защиту интересов осужденного  ФИО1 в апелляционной жалобе указывает, что свидетели, чьи  показания положены в основу приговора дали противоречивые показания. Так  Т.К. и П. дали различные показания относительно численности бандформирования. Свидетель И. утверждал, что подзащитный, участвуя в перестрелке на горе Алилен (Ослиное ухо), стрелял  по военным, в то время как Т. говорил о том, что они прикрывали тылы боевиков. Полагает, что из показаний свидетелей М.Х. и П. не следует факт участия подзащитного в покушении на жизнь военнослужащих. Считает, что обвинительный приговор в отношении  А. основан лишь на противоречивых показаниях И. и Т. Полагает, что суд необоснованно отверг показания свидетеля М., показавшего, что в августе 1999 года ФИО1 находился на территории Ставропольского края.  

На основании изложенного приговор в отношении ФИО1 просит  отменить.  

Заслушав участников процесса, обсудив доводы, изложенные в  апелляционных жалобах, проверив в апелляционном порядке материалы  уголовного дела, Судебная коллегия считает, что выводы суда о виновности  ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений соответствуют  фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются исследованными  доказательствам и.  

На основании исследованных доказательств судом установлено, что в  начале 1999 года на территории Чеченской Республики были организованы  вооруженные группы (банды) для нападения на граждан и организации,  посягательств на жизнь сотрудников правоохранительных органов и  военнослужащих в целях воспрепятствования их законной деятельности по  охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности,  дестабилизации обстановки и нарушения общественной безопасности на  территории Северо-Кавказского региона, изменения конституционного строя  Российской Федерации и нарушения ее территориальной целостности. Судом  установлено, что была разработана система координации действий,  подчиненности и управления бандами, назначены их руководители,  организована деятельность по комплектованию преступных групп,  финансированию и контролю за подготовкой, осуществлением и результатами  преступлений. На вооружении банд имелись различные виды огнестрельного  оружия, специальные технические средства и средства связи, для обучения  

вновь вовлеченных лиц ведению боевых действий были созданы полевые лагеря  на территории Чеченской Республики. На базе учебного центра «Исламский  институт «Кавказ», находившегося в с.Сержень-Юрт, в середине 1999 года была  создана одна из банд под названием «Ногайский джамаат», в состав которой  входили не менее 25 человек, которая отвечала всем признакам организованной  вооруженной группы: являлась устойчивой, имела руководителя, строгую  дисциплину, на вооружении членов группы имелись автоматы и пулеметы  конструкции Калашников, гранатометы и минометы, а также боеприпасы.  

В период с 5 по 7 августа 1999 года на территории аэродрома вблизи села  Ботлих Ботлихского района Республики Дагестан заняла оборону Войсковая  маневренная группа, в состав которой вошли военнослужащие нескольких  войсковых частей Вооруженных Сил Российской Федерации, принимавшие  участие в контртеррористической операции на территории Республики  Дагестан и осуществлявшие обеспечение общественной безопасности с целью  пресечения противоправной деятельности участников банд и незаконных  вооруженных формирований, действующих на территории Республики  Дагестан в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от  09.12.1994 № 2166 «О мерах по пресечению деятельности незаконных  вооруженных формирований на территории Чеченской Республики и в зоне  Осетино-Ингушского конфликта», Федеральным законом «О статусе  военнослужащих» от 27.05.1998 № 76-ФЗ.  

7 августа 1999 года участники банд, том числе и банды «Ногайский  джамаат», вооруженные гранатами, автоматическим огнестрельным оружием,  гранатометами, имея боеприпасы к ним, реализуя преступный умысел,  направленный на изменение конституционного строя Российской Федерации и  нарушение ее территориальной целостности, упразднение действующих на  территории Ботлихского района Республики Дагестан органов федеральной и  муниципальной власти, создание условий для беспрепятственного  распространения радикального ислама, а также вывода Республики Дагестан из  состава Российской Федерации и создания на ее территории нового исламского  государства с шариатской формой правления, вторглись на территорию села  Ансалта Ботлихского района Республики Дагестан, заняли здание  Ансалтинского поселкового отдела милиции Ботлихского района Республики  Дагестан, а также боевые позиции на окраине села Рахата и возвышенностях  окружающих гор, в том числе 8 августа 1999 года на склоне горы Алилен  (Ослиное ухо). В ходе вторжения участники банд умышленно неоднократно  производили прицельные выстрелы в военнослужащих войсковой маневренной  группы с целью причинения им смерти, в результате чего погибли 33 и были  ранены 34 военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации,  пятерым военнослужащим, участвующим в контртеррористической операции,  не были причинены повреждения по независящим от участников банд  обстоятельствам.  

Данные установленные судом обстоятельства не оспариваются  осужденными и подтверждаются приведенными в приговоре доказательствами:  

показаниями свидетелей И., М.О., О.Х., А.Г., показавших, что 7 августа 1999 года вооруженные автоматами, пулеметами, минометами и другим оружием  боевики под руководством Басаева и Хаттаба заняли села Ансалта и Рахата  Ботлихского района, здания местной администрации и милиции с целью  свержения действующей власти и создания в Дагестане исламского  государства. Противостояли им солдаты Вооруженных сил. Боевые действия  закончились в последних числах августа 1999 года. За указанный период  боевики неоднократно обстреливали солдат, самые ожесточенные бои  проходили в районе горы Алилен (Ослиное ухо), где боевики, ведя огонь с  вершины горы, расстреляли почти всех военнослужащих Российских войск,  участвующих в контртеррористической операции.  

Об этих же обстоятельствах дали показания свидетели И., Х., М., Т., П.К., Г., осужденный ФИО2. 

Потерпевшие подтвердили факт гибели своих детей и родственников в  боях с бандформированиями в августе 1999 года на территории Ботлихского  района Республики Дагестан.  

Из показаний потерпевших, получивших ранения, следует, что в период с  5 по 24 августа они, являясь военнослужащими, прибыли на территорию  Ботлихского района Республики Дагестан для пресечения противоправной  деятельности бандитских формирований под руководством ФИО4 и Хаттаба.  В ходе выполнения поставленной задачи между ними и боевиками  неоднократно происходили перестрелки, а при взятии высоты Алилен (Ослиное  ухо) они были ранены в результате выстрелов со стороны боевиков, многие  солдаты были убиты.  

Факт гибели военнослужащих подтверждается копиями свидетельств о  смерти, факты гибели и ранений - заключениями судебно-медицинских  экспертиз. Из копий военных билетов, справок войсковых частей, извещений  комиссариатов, удостоверений к наградам следует, что военнослужащие  погибли и были ранены в результате участия в боевых действиях в Республике  Дагестан.  

Из исследованных доказательств суд сделал правильный вывод, что  действия военнослужащих соответствовали положениям ФЗ "О статусе  военнослужащих" и Указу Президента РФ от 09.12.1994 года № 2166, а  установленные действия участников банд правильно оценил, как участие в  вооруженном мятеже.  

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании показал, что в августе 1999  года находился в исламском центре "Кавказ", в котором все изучали коран,  арабский язык и военное дело. Примерно через неделю основная масса  обучающихся поехала в Дагестан помогать братьям по вере. Он также поехал в  Дагестан за ранеными. Забирая раненых на горе Алилен (Ослиное ухо), попал  под обстрел, взял у убитого автомат и сделал несколько выстрелов в сторону  военнослужащих, однако свои действия не расценивает как участие в банде и  вооруженном мятеже, а также как посягательство на жизнь военнослужащих.  

Подсудимый Ачетыров, не оспаривая, что проходил обучение в  исламском центре "Казказ", указал, что это было в 1998 году, отрицал свое  участие в августовских событиях 1999 года на территории Дагестана,  утверждая, что в это время находился дома.  

Такие же позиции осужденных нашли свое отражение и в апелляционных  жалобах. Вместе с тем, доводы ФИО1, отрицающего свое участие в  инкриминируемых преступлениях, и доводы ФИО2, преуменьшающего  свою роль, опровергаются показаниями очевидцев, вместе с которыми  осужденные проходили подготовку в лагере боевиков-учебном центре  "Исламский институт "Кавказ" и в составе бандформирования участвовали в  нападении на военнослужащих с целью насильственного захвата власти в  Республике Дагестан.  

Так, свидетель под псевдонимом М. показал, что в 1999 году проходил военную подготовку в лагере «Кавказ» вместе с ФИО1 и  ФИО2. В начале августа они все, вооружившись автоматами, пулеметами  и гранатами, поехали в Ботлихский район Республики Дагестан под  руководством ФИО4 и Хаттаба для установления там Исламского государства.  На второй день он получил ранение и уехал из Дагестана, а ФИО1 и  ФИО2 остались там. Впоследствии в мечети от других боевиков узнал, что  ФИО2 принимал участие в боевых действиях против Российских  военнослужащих.  

Из показаний свидетеля Х. следует, что летом 1999 года он обучался владению стрелковым оружием в лагерях боевиков в Чеченской  Республике, сначала в Урус-Мартан, а потом в Сержень-Юрте, вместе с  боевиками участвовал в захвате власти и установлении шариата на территории  Дагестана в Цумадинском и Ботлихском районах, принимал участие в боевых  действиях против военнослужащих на горе Алилен (Ослиное ухо). Среди  боевиков вместе с ним воевали подсудимые ФИО1 и ФИО2, оба были  вооружены и вели огонь по солдатам.  

Вместе с подсудимыми обучение в лагере боевиков-учебном центре  "Исламский институт "Кавказ" проходили свидетели И.Т., П. и К., которые пояснили, что там их учили военному делу, что ФИО1 и ФИО2 входили в банду «Ногайский джамаат». Вооружившись,  они вместе с другими боевиками и обоими подсудимыми вторглись на  территорию Ботлихского района Республики Дагестан с целью установления  там шариата. При этом Т. и К. видели, как оба подсудимые принимали участие в бою на горе Алилен (Ослиное ухо), стреляя по  военнослужащи м.  

Доводы апелляционных жалоб о том, что свидетели-участники НВФ  оговорили ФИО2 и ФИО1 с целью избежания уголовной  ответственности за содеянное, несостоятельны, поскольку каждый свидетелей  рассказал не только о действиях осужденных, но и о своей роли, при этом  Х. и И. уже осуждены за преступления, совершенные в составе бандформирований.  

Не смотря истечение большого временного периода с момента  совершения преступлений, свидетели дали детальные показания об  обстоятельствах, имеющих значение для дела. Наличие незначительных  противоречий и отсутствие некоторых подробностей в их показаниях, на  которые указывает в апелляционных жалобах сторона защиты, на правильность  оценки показаний как достоверных и на выводы суда, изложенные в приговоре,  не повлияло.  

Допрос ряда свидетелей в условиях исключающих их визуальное  наблюдение обусловлен необходимостью обеспечения их безопасности, а также  безопасности их родственников и близких лиц, и произведен в соответствии с  положениями ст.ст.П, 166 и 281 УПК РФ. Решения о сохранении в тайне  данных о личности указанных свидетелей являются мотивированными.  

Сам по себе факт сохранения в тайне данных о личности свидетелей, как  и то, что Х.И., М., Т., П., К. и Г. не сообщили в правоохранительные органы о преступлениях сразу после их  совершения, не ставят под сомнение достоверность их показаний, поскольку  они согласуются между собой, с показаниями осужденного ФИО2 и  подтверждаются приведенными ниже доказательствами.  

Так, из приговоров Шатойского районного суда Чеченской Республики от  9 марта 2016 года и Московского городского суда от 2 февраля 2007 года  следует, что Х. в первой половине 1999 года проходил подготовку в центре боевиков в г. Урус-Мартан, что согласуется с его показаниями о  времени и месте подготовки к вооруженному мятежу на территории Дагестана.  

Свидетель И. осужден за посягательство на жизнь военнослужащих, совершенное при тех же обстоятельствах, что и преступные  действия ФИО1 и ФИО2. Из приговора в отношении И. следует, что перед вторжением на территорию Дагестана он с июля 1999 года  проходил обучение в центре подготовки "Исламский институт "Кавказ" в  районе с.Сержень-Юрт Чеченской Республики.  

Свидетель ФИО5 опознал свидетеля ФИО6 как ученика центра  "Исламский институт "Кавказ" и участника боевых действий на территории  Ботлихского района Республики Дагестан. При этом оба свидетеля, и  М., и И., опознали ФИО2 как лицо, проходившее обучение в "Исламском институте "Кавказ", а после того участвовавшее в вооруженном  вторжении на территорию Ботлихского района Республики Дагестан и в боях с  солдатами вооруженных сил Российской Федерации, в том числе на горе  Алилен (Ослиное ухо) (т. 18 л.д.27-29,36-38, 59-62).  

Оценив показания вышеприведенных свидетелей в совокупности с  другими доказательствами, суд обоснованно пришел к выводу о виновности  ФИО2 и ФИО1 в совершении преступлений.  

Показаниям свидетеля М. утверждавшего, что в августе 1999 года ФИО1 занимался земледелием, судом дана надлежащая оценка, как не  соответствующим действительности, мотивы такого решения приведены в  приговоре, не согласиться с ними нет основания.  

Вопреки доводам жалоб показания свидетелей А. и И. о дате задержания Отегенова в основу приговора не положены и на выводы суда о его виновности не повлияли.  

Не усмотрела Судебная коллегия и нарушений уголовно-процессуального  закона, на которые указывается в апелляционных жалобах.  

Так, при поступлении уголовного дел в суд оно было правомерно  назначено к рассмотрению коллегиальным составом суда, состоящим из трех  профессиональных судей, исходя из положений п.З ч.2 ст.30 УПК РФ. Не  смотря на ходатайства осужденных, уголовное дело не могло быть назначено к  слушанию с участием народных или присяжных заседателей, поскольку  положениями действующего уголовно-процессуального закона рассмотрение  уголовных дел с участием народных заседателей не предусмотрено, а дела о  преступлениях, предусмотренных ст.279 УК РФ, рассмотрению с участием  присяжных заседателей не подлежат. Предварительное слушание по делу не  назначалось, поскольку оснований для его проведения, предусмотренных  ст.299 УПК РФ, не имелось.  

Вопреки мнению осужденных сторонам в судебном процессе были  предоставлены равные возможности для реализации процессуальных прав. Из  материалов уголовного дела следует, что все ходатайства участников процесса,  в том числе и стороны защиты, были рассмотрены, и по ним приняты  обоснованные решения. Фактов ущемления прав осужденных не установлено.  

Действия осужденных правильно квалифицированы судом по ч.2 ст.209  УК РФ как участие в устойчивой вооруженной группе (банде) и совершаемых  ею нападениях, по ст.279 УК РФ как активное участие в вооруженном мятеже в  целях свержения конституционного строя и нарушения территориальной  целостности Российской Федерации и по ст.317 УК РФ как посягательство на  жизнь военнослужащих, в целях воспрепятствования законной деятельности  указанных лиц по охране общественного порядка и обеспечению общественной  безопасности.  

С учетом заключений комплексных судебных психолого- психиатрических экспертиз, поведения осужденных и состояния их здоровья  суд сделал правильный вывод о том, что каждый из них является вменяемым и  должен нести уголовную ответственность за содеянное с учетом положений  ст.78 УК РФ. Наличие в отношении ФИО1 вступившего в законную силу  приговора от 30 января 2003 года такой ответственности не исключает,  поскольку он был осужден за иные преступные действия.  

При назначении наказания суд учитывал характер и степень  общественной опасности совершенных преступлений, личность виновных,  обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного  наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.  

В отношении осужденного ФИО2 суд признал смягчающим  наказание обстоятельством наличие у него троих малолетних детей. Иные  характеризующие его данные, указывающие на состояние здоровья, семейное  

10 

положение, отношение к содеянному также в полной мере учтены судом при  назначении наказания.  

Не смотря на истечение сроков давности уголовного преследования  осужденных за преступление, предусмотренное ст.317 УК РФ, суд,  руководствуясь положениями ч.4 ст.78 УК РФ, исходя из высокой степени  общественной опасности преступления и последствий в виде гибели большого  количества военнослужащих, не усмотрел оснований для освобождения  ФИО1 и ФИО2 от уголовной ответственности, не усматривает таких  оснований и Судебная коллегия.  

Судом приведены мотивы неприменения в отношении осужденных  положений ч.б ст. 15, ст.ст.64 и 73 УК РФ, оснований не согласиться с  которыми не имеется.  

Вид и размер наказания, назначенного осужденным соответствует  содеянному и данным о личности каждого из них.  

Решения суда в части гражданских исков, вещественных доказательств и  процессуальных издержек соответствует требованиям закона.  

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20,  389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия  

определила: 

приговор Верховного Суда Республики Дагестан от 19 июля 2019 года в  отношении ФИО1 и ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных  ФИО1 и ФИО2., адвокатов Зубенко В.Г. и Ялмамбетова Д.С. - без удовлетворения.  

ПредседаСудьи