ВЕРХОВНЫЙ СУД 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 78-АПУ19-13 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

  г. Москва 21 июня 2019 г.  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда  Российской Федерации в составе  

председательствующего судьи Скрябина К.Е.,  судей Абрамова С.Н. и Романовой ТА.  

при ведении протокола секретарём Ильиной А.Ю.  

осуждённых ФИО1. и ФИО2 - посредством  видеоконференц-связи, адвокатов Вилкиной Н.С. и Хохлова В.Н.,  потерпевшего ФИО3., прокурора Лох Е.Н.  

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по  апелляционным представлению государственного обвинителя  Михайлова А.В., жалобам осуждённых ФИО1. и ФИО2,  адвокатов Вилкиной Н.С. и Морковкиной М.С. в интересах осуждённого  ФИО1. на приговор Санкт-Петербургского городского суда от  04 декабря 2018 г., по которому  

ФИО1, 

<

...> 

<

...> 

<

...> несудимый, 

осуждён по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 15 лет лишения свободы в  исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на  1 год, с возложенными ограничениями: не изменять места жительства без  согласования со специализированным государственным органом, а также  не выезжать за пределы соответствующего муниципального образования, и  

обязанностью являться в специализированный государственный орган,  осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде  ограничения свободы 2 раза в месяц для регистрации;  

ФИО2, 

<

...> 

<

...> 

<

...> несудимый, 

осуждён по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 7 лет лишения свободы в  исправительной колонии общего режима;  

взыскано с ФИО1. и ФИО2, солидарно, в пользу  А. возмещение материального ущерба - 74 200 рублей; в счёт компенсации морального вреда по 1 000 000 рублей с каждого.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Абрамова С.Н., изложившего доводы апелляционных жалоб, возражений  на жалобы, обстоятельства дела, выступления осуждённых ФИО1.  и ФИО2, адвокатов Вилкиной Н.С. и Хохлова В.Н., поддержавших  доводы, приведённые в апелляционных жалобах, потерпевшего  А. об оставлении приговора без изменения, мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Лох Е.Н., об  изменении приговора по доводам апелляционного представления,  Судебная коллегия  

установила: 

ФИО1 и ФИО4 признаны виновными и осуждены за то, что они  в г. Санкт-Петербурге в ночь на 3 августа 2016 г., действуя группой лиц по  предварительному сговору, совершили убийство С. при обстоятельствах, изложенных в приговоре.  

В судебном заседании осужденные ФИО1 и Кузьмин виновными  себя признали частично, подтвердив фактические обстоятельства  нападения и нанесения ударов С. повлекших за собой его смерть, отрицая при этом предварительный сговор и умысел на убийство.  

В апелляционном представлении государственный обвинитель  Михайлов А.В. считает приговор незаконным, подлежащим изменению в  связи с неправильным применением уголовного закона,  несправедливостью приговора вследствие чрезмерной суровости  назначенного наказания. Так, в соответствии с положениями ст. 88 УК РФ  максимально возможное наказание ФИО4 не могло превышать 10 лет  лишения свободы. Однако, судом установлены смягчающие наказание  ФИО4 обстоятельства, предусмотренные п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, что в  свою очередь, при отсутствии отягчающих обстоятельств, обязывало суд  

при назначении наказания Кузьмину применить положения ч. 1 ст. 62 УК  РФ, исходя из которых максимально возможное наказание не могло  превышать 6 лет 8 месяцев лишения свободы. В связи с этим полагает, что  назначенное Кузьмину наказание подлежит снижению. Кроме того,  следует срок отбытия наказания Новикову и Кузьмину исчислять с  момента вступления приговора в законную силу, на основании п. «б» ч. 3'  ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбытия наказания Кузьмину время  содержания его под стражей с 03.08.2016 г. до вступления приговора в  законную силу из расчёта один день содержания под стражей за полтора  дня лишения свободы в исправительной колонии общего режима.  

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО1, выражая  несогласие с приговором, считает, что суд недостаточно учёл его  положительную личность и психическое состояние его здоровья, в  результате чего не применил положения ст. 64 УК РФ. Полагает, что  аморальное и противоправное поведение потерпевшего, явившееся  поводом совершения преступления, должно быть учтено в качестве  обстоятельства, смягчающего наказание. Суд должен был учесть и другие  смягчающие наказание обстоятельства и применить положения ст. 96 УК  РФ. Просит приговор изменить, смягчить назначенное ему наказание с  учётом положений ст. 64 и 96 УК РФ.  

В апелляционной жалобе адвокат Вилкина Н.С. считает приговор  в отношении осуждённого ФИО1 незаконным, несправедливым, с  неправильным применением уголовного закона. Подробно излагает  произошедшие события, анализирует имеющие доказательства и указывает  на не установление точного времени совершения преступления, полагает,  что в случае своевременной и надлежаще оказанной медицинской помощи  потерпевшему С. можно было избежать его смерти. Утверждает об отсутствии доказательств наличия у ФИО1 умысла на убийство  потерпевшего и наличия предварительного сговора между осуждёнными,  в связи с этим считает неправильной квалификацию действий ФИО1,  как умышленное причинение смерти потерпевшему. Приводит показания  свидетелей З., С.Г. Б., Ч. осуждённых ФИО4 и ФИО1 характеризующих потерпевшего  С. отрицательно и указывает на противоправное и аморальное его поведение. Выражает несогласие с выводами врачей психиатров о  нормальном психическом состоянии ФИО1, ссылается на данные о  получении им психотерапевтической помощи. Приводит положительно  характеризующие на него сведения. Просит приговор отменить, а дело  направить на новое судебное разбирательство.  

В апелляционной жалобе адвокат Морковкина М.С. выражает  несогласие с квалификацией действий осуждённого Новикова как  умышленное причинение смерти потерпевшему. Считает, что его действия  могли быть квалифицированы по ч. 4 ст. 111 УК РФ, поскольку умысла на  причинение смерти потерпевшему Новиков не имел.  

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО2, выражая  несогласие с приговором, считает его несправедливым. Обращает  внимание на противоречивые показания сотрудников скорой помощи и  очевидцев в части телесных повреждений у потерпевшего, а также на  повреждения на одежде потерпевшего, не совпадающие с телесными  повреждениями на теле. По его мнению, при вынесении приговора суд не  учёл показания его, ФИО1, С. и З. об аморальном поведении потерпевшего, что в свою очередь, является смягчающим  наказание обстоятельством. Считает, что суд должен был выяснить, какие  действия были совершены сотрудниками больницы для спасения жизни  потерпевшего. Указывает на длительное содержание его под стражей.  Просит переквалифицировать его действия на ч. 4 ст. 111 УК РФ и  назначить более мягкое наказание.  

В возражениях на апелляционные жалобы государственный  обвинитель Михайлов А.В. указывает на необоснованность изложенных  в них доводов, просит оставить их без удовлетворения, а приговор  изменить по доводам апелляционного представления.  

От адвоката Хохлова В.Н., представляющего интересы осуждённого  ФИО4, поступили возражения и дополнения к поданным  апелляционным жалобам и представлению, в которых он просит приговор  в отношении ФИО4 изменить.  

Проверив по апелляционным жалобам законность, обоснованность и  справедливость приговора, Судебная коллегия приходит к выводу об  отсутствии предусмотренных уголовно-процессуальным законом  оснований для его отмены.  

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела,  проверив доказательства, сопоставив их друг с другом и оценив в  совокупности, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточности  для разрешения дела, правильно признав ФИО1 и Кузьмина виновными  в совершении инкриминированного им преступления, дав содеянному ими  правильную юридическую оценку.  

Выводы суда о том, что смерть потерпевшего С. наступила от умышленных действий осуждённых Новикова и Кузьмина сомнений не  вызывают. Доводы, приведённые в апелляционных жалобах, о  несвоевременно и не надлежаще оказанной медицинской помощи, как  обстоятельства, возможно послужившего причиной наступления смерти  потерпевшего, противоречат материалам дела.  

В качестве допустимых и достоверных доказательств суд  обоснованно привёл в приговоре явки с повинной осуждённых ФИО1 и  ФИО4 и их показания, данные ими в стадии предварительного  следствия, из которых следует, что умысел на убийство С. возник у них заранее, а 3 августа 2016 г., встретившись с С. на улице, они напали на него и, действуя согласованно между собой, заранее  приготовленными орудиями - двумя ножами и бейсбольной битой, с  целью убийства нанесли множественные удары по голове, рукам и телу  потерпевшего, причинив последнему тяжкий вред здоровью.  

4 августа 2016 г. в ходе проверки показаний на месте происшествия,  с применением видеозаписи, исследованной в судебном заседании,  ФИО1 подтвердил эти показания, и в присутствии адвоката и понятых  подробно описал обстоятельства нападения на С. в том числе, механизм, количество, характер нанесенных совместно с ФИО4  ударов с применением имевшихся у них в распоряжении двух ножей и  бейсбольной биты.  

Эти показания осуждённых ФИО1 и ФИО4 согласуются с  показаниями очевидцев З. и С. 

Так, из показаний свидетеля З.следует, что в ночь на 3 августа 2016 г. он встретился с С., Г., ФИО1 и ФИО4. Последний, по указанию ФИО1, взял с собой на прогулку  деревянную биту и нож типа мачете (Кукри). ФИО1 при себе имел нож - «кинжал», с черной рукояткой, в ножнах, который висел у него на поясе.  Проходя мимо ресторана «Макдональдс», они встретили С., который пошел вместе с ними. В пути он разговаривал о чем-то с  ФИО4 и ФИО1, а те, в свою очередь, несколько раз отставали от  С. и переговаривались о чем-то между собой. Затем, он остался вместе с ФИО5 и Г. на детской площадке между домами по ул. Ленской, а ФИО1, ФИО4 и С. отошли к строению во дворе для «выяснения отношений». Заинтересовавшись происходящим, он  подошел к ним, однако по просьбе Кузьмина вновь отошел, но продолжал  наблюдать за происходящим. Через несколько минут услышал крики  С. просившего у кого-то прощения, затем увидел, что тот сидит 

на корточках и закрывает голову руками, а Кузьмин наносит ему рубящие  удары ножом - мачете (Кукри) по пальцам рук и телу, он видел не менее  трех ударов. Видел и слышал, как Новиков нанес удары С. битой не менее трех «глухих» ударов подряд, один за другим. Приблизившись,  он попытался отвлечь Новикова и Кузьмина, чтобы каким-то образом  остановить их действия. С. воспользовался этим моментом и попытался бежать, однако Новиков, останавливая С. нанес ему удар ножом, который до этого висел у него на поясе, в спину. В итоге  С. удалось сбежать от Новикова и Кузьмина, которые пытались его догнать, но прекратили преследование, испугавшись въезжавшей во  двор автомашины. Увидев через непродолжительное время Новикова и  Кузьмина, заметил, что их одежда, лица и находившиеся в их руках ножи и  бита испачканы кровью, которую они отмывали затем в квартире у  С.. При этом, Кузьмин и Новиков хвастались тем, как они наносили удары С. Кузьмин - ножом по пальцам и голове, а Новиков - битой по голове и кинжалом в спину и по телу.  

Из показаний несовершеннолетнего свидетеля С. следует, что в ночное время 3 августа 2016 г. ФИО1 и ФИО4, вооруженные  двумя ножами (один из которых ФИО1 взял у нее дома за несколько  дней до происшествия) и деревянной битой, нанесли С. множественные удары. Однако С. удалось сбежать от ФИО1 и ФИО4. После этого ФИО4 и ФИО1 у неё дома отмывали от крови  орудия и свою одежду. До этого события она слышала от ФИО1 и  ФИО4, что они желают «наказать» С. за его поведение, которое им не нравилось.  

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, смерть  потерпевшего С. наступила от многочисленных рубленых (14), резаных (4) ран тела, осложненных развитием тяжелого шока. При этом,  телесные повреждения образовались не менее чем от 18 травмирующих  воздействий острым предметом (предметами), не менее 1 воздействия  тупым твердым предметом. От момента причинения повреждений до  момента наступления смерти прошел небольшой промежуток времени,  исчисляемый единичными часами. С полученными колото-резаными,  рублеными, резаными повреждениями груди, головы, верхних конечностей  от действия острых предметов потерпевший мог совершать различные  активные целенаправленные действия до момента наступления  критического состояния кровопотери и утраты сознания.  

Кроме того, суд обоснованно привёл в приговоре другие  достоверные доказательства, в частности: показания свидетелей  П.Ш. А.Т., А.А., 

В

<

...>, А.П. Ш., С. протоколы осмотра места происшествия, трупа С. обысков и выемок вещественных доказательств, опознания орудий убийства; заключения  экспертов по вещественным доказательствам.  

Вопреки доводам, приведённым в апелляционных жалобах, всем  доказательствам, приведённым в приговоре, суд дал правильную оценку, с  приведением мотивов, по которым он принял в качестве достоверных одни  и отверг другие. При этом каких-либо противоречий между приведёнными  в приговоре доказательствами, влияющих на выводы суда о виновности  осуждённых ФИО1 и ФИО4, в материалах дела не содержится.  

Показаниям осуждённых ФИО1 и ФИО4, в той части, в  которой они отрицали наличие умысла на убийство потерпевшего  С. и предварительный сговор на его убийство, суд также дал правильную оценку, признав их необоснованными, противоречащими  материалам дела.  

Не согласившись с доводами стороны защиты об отсутствии у  осужденных умысла на убийство потерпевшего и предварительного  сговора между ними, суд правильно квалифицировал действия ФИО1 и  ФИО4 по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное  причинение смерти другому человеку, совершённое группой лиц по  предварительному сговору, приведя в приговоре мотивы принятого  решения, не согласиться с которыми оснований у Судебной коллегии не  имеется.  

Как следует из приговора, при назначении осуждённым ФИО1 и  ФИО4 наказания, в соответствии с положениями ст. 6 и 60 УК РФ, суд  учитывал характер и степень общественной опасности совершённого ими  преступления, характер и степень их фактического участия в его  совершении и значение этого участия для достижения цели преступления,  данные о их личности, а также влияние назначенного наказания на  исправление осуждённых и на условия жизни их семей.  

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 и  ФИО4 суд обоснованно учёл - их явки с повинной и активное  способствование изобличению соучастника преступления, кроме того:  

ФИО1 - положительные характеристики, совершение  преступления впервые в молодом возрасте, состояние его здоровья в виде  органического расстройства личности в связи со смешанными  заболеваниями, не влияющее на оценку его вменяемости;  

Кузьмину - его несовершеннолетие, совершение преступления  впервые, состояние его здоровья в виде социализированного расстройства  поведения, не влияющее на оценку его вменяемости.  

Вопреки доводам, приведённым в апелляционных жалобах, суд  обоснованно не усмотрел в качестве обстоятельства, смягчающего  наказание осуждённым ФИО1 и ФИО4 - противоправное поведение  потерпевшего С. по мотивам, приведённым в приговоре. 

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание осуждённому  ФИО1, суд правильно признал совершение им преступления с  использованием холодного оружия, поскольку, согласно заключению  эксперта-криминалиста, нож «Кизляр», которым ФИО1 нанёс не менее  одного удара потерпевшему в спину, является холодным оружием  колюще-режущего действия.  

Выводы суда в части назначения осуждённому ФИО1 наказания  судом мотивированы, каких-либо новых обстоятельств, влияющих на вид  и сроки назначенного ему наказания, Судебная коллегия не находит, а  назначенное наказание признает справедливым.  

Вместе с тем, назначенное ФИО4 наказание, подлежит снижению  по доводам апелляционного представления.  

В соответствии с положениями ст. 88 УК РФ максимально  возможное наказание ФИО4 не могло превышать 10 лет лишения  свободы.  

В связи с тем, что суд признал смягчающими ФИО4 наказание  обстоятельства, предусмотренные п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при отсутствии  отягчающих обстоятельств, максимально возможное наказание не могло  превышать 6 лет 8 месяцев лишения свободы. Однако, суд первой  инстанции не учёл эти положения закона и назначил наказание в виде 7 лет  лишения свободы.  

При таких обстоятельствах, назначенное ФИО4 наказание в виде  лишения свободы подлежит снижению.  

На основании п. «б» ч. З1 ст. 72 УК РФ следует зачесть в срок  отбытия наказания Кузьмину время содержания его под стражей с  03 августа 2016 г. до вступления приговора в законную силу из расчёта  один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы в  исправительной колонии общего режима.  

Кроме того, срок отбытия наказания Новикову и Кузьмину следует  исчислять с момента вступления приговора в законную силу.  

Решение суда по гражданским искам потерпевшего А. принято в соответствии с положениями закона.  

Судебное разбирательство по делу проведено с соблюдением  принципов состязательности сторон и презумпции невиновности, приговор  соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным в  судебном заседании.  

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389 , 389 и 389 УПК РФ, Судебная коллегия 

определила: 

приговор Санкт-Петербургского городского суда от 04 декабря  2018 г. в отношении ФИО1 и ФИО2 изменить:  

наказание, назначенное ФИО2 по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ,  снизить до 6 лет 6 месяцев лишения свободы;  

на основании п. «б» ч. З1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбытия  наказания Кузьмину время содержания его под стражей с 03 августа  2016 г. до вступления приговора в законную силу из расчёта один день  содержания под стражей за полтора дня лишения свободы в  исправительной колонии общего режима;  

в остальном приговор о них оставить без изменения, а  апелляционные жалобы осуждённых ФИО1. и ФИО2,  адвокатов Вилкиной Н.С. и Морковкиной М.С. - без удовлетворения.  

Председательствующий судьяСудьи