ВЕРХОВНЫЙ СУД 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ 

от 22 мая 2017 года № 304-ЭС17-1258  

г. Москва Дело № А03-6689/2016 

 Резолютивная часть определения объявлена 15 мая 2017 года.  Полный текст определения изготовлен 22 мая 2017 года. 

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации в составе:  

председательствующего судьи Букиной И.А., судей Разумова И.В. и Самуйлова С.В. 

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную  жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России»  (далее – банк) на определение Арбитражного суда Алтайского края  от 24.06.2016 (судья Губарь И.А.), постановление Седьмого  арбитражного апелляционного суда от 01.09.2016 (судьи Иванов О.А.,  Кудряшева Е.В., Фролова Н.Н.) и постановление Арбитражного суда  Западно-Сибирского округа от 25.11.2016 (судьи Доронин С.А.,  Лаптев Н.В. и Мельник С.А.) по делу № А03-6689/2016 о  несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Альтаир-Агро» (далее – должник).  

В судебном заседании приняли участие представители банка –  ФИО1 по доверенности от 28.12.2016 и ФИО2 по  доверенности от 06.03.2017.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Букиной И.А. и объяснения представителей банка, Судебная  коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации  

У С Т А Н О В И Л А: 

общество с ограниченной ответственностью Производственно- Строительная Компания «Синергия» (далее – компания) обратилось в  арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.  Определением от 04.05.2016 заявление принято к производству,  назначено судебное заседание по проверке его обоснованности.  

От банка поступило ходатайство о процессуальном  правопреемстве с просьбой о замене компании как заявителя по делу о  банкротстве на банк. Впоследствии от банка также поступили  заявления о вступлении в дело о банкротстве в качестве конкурсного  кредитора.  

Определением от 24.06.2016 в удовлетворении ходатайства о  процессуальной замене отказано. Кроме того, решением от 24.06.2016  должник по заявлению компании признан несостоятельным  (банкротом) как ликвидируемый должник, в отношении него открыто  конкурсное производство.  

Постановлением суда апелляционной инстанции от 01.09.2016,  оставленным без изменения постановлением суда округа от 25.11.2016,  определение от 24.06.2016 оставлено без изменения.  

Банк обратился в Верховный Суд Российской Федерации с  кассационной жалобой, в которой просил обжалуемые судебные акты  отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой  инстанции.  

Определением Верховного Суда Российской Федерации  от 29.03.2017 (судья Букина И.А.) кассационная жалоба вместе с делом  переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии  по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.  

В судебном заседании представители банка поддержали доводы,  изложенные в кассационной жалобе.  

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом  извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих  представителей не обеспечили, что не препятствует рассмотрению дела  в их отсутствие.  

Проверив материалы спора, обсудив доводы, изложенные в  кассационной жалобе, выслушав представителей банка, Судебная  коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации считает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене  по следующим основаниям.  

Судами установлено, что заявление компании о признании  должника банкротом основано на определении Арбитражного суда  Алтайского края от 26.02.2015 по делу № А03-23181/2015, в  

соответствии с которым компании выдан исполнительный лист на  принудительное исполнение решения третейского суда от 06.07.2015 по  требованию о взыскании 794 832,50 руб. задолженности, 25 318,73 руб.  процентов за пользование чужими денежными средствами и 60 000 руб.  расходов по оплате третейского сбора.  

Вступая в дело о несостоятельности, банк сослался на факт  внесения им денежных средств в размере 883 151,23 руб. в депозит  нотариуса Барнаульского нотариального округа ФИО3, что  подтверждается справкой нотариуса от 24.05.2016 № 749, копией  платежного поручения от 23.05.2016 № 726001 с указанием назначения  платежа: «внесение денежных средств в депозит нотариуса с целью  погашения/приобретения задолженности ООО «Альтаир-Агро» по  договору строительного подряда от 14.10.2014 № 2/14».  

Полагая, что спорная задолженность перед компанией перешла к  нему на основании статей 313 и 327 Гражданского кодекса Российской  Федерации, банк обратился в арбитражный суд с ходатайством о  процессуальном правопреемстве.  

Отказывая в проведении процессуальной замены, суды трех  инстанций, сославшись на положения статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации и статьи 48 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о совершении  банком действий исключительно с целью изменения очередности  рассмотрения поданных в суд заявлений о банкротстве и введения  «контролируемой» процедуры через утверждение собственного  конкурсного управляющего. Усмотрев в действиях банка признаки  злоупотребления правом, суды сочли неприменимыми в  рассматриваемой ситуации положения статьи 313 Гражданского  кодекса Российской Федерации.  

Указав на правовую позицию, изложенную в определении  Верховного Суда Российской Федерации от 16.06.2016   № 302-ЭС16-2049, суды отметили, что, выкупив права требования  только первого заявителя, а не всех иных кредиторов, банк использовал  институт исполнения обязательства третьим лицом не в соответствии с  его назначением. Интерес в выкупе права на предложение кандидатуры  арбитражного управляющего не может быть признан соответствующим  понятию добросовестности.  

При таких условиях суды признали материальное правопреемство  в отношении требования заявителя-кредитора несостоявшимся и  отказали в удовлетворении ходатайства банка.  

Между тем судами не учтено следующее. 

По смыслу Закона о банкротстве законный материальный интерес  любого кредитора должника, прежде всего, состоит в наиболее полном  итоговом погашении заявленных им требований. Все предоставленные  

кредиторам права, а также инструменты влияния на ход процедуры  несостоятельности направлены на способствование достижению  названной цели.  

Одним из таких инструментов является полномочие первого  заявителя по делу о банкротстве (чье требование признано  обоснованным) на предложение кандидатуры арбитражного  управляющего либо саморегулируемой организации, из числа которой  подлежит назначению арбитражный управляющий для проведения  первой введенной судом процедуры (пункт 9 статьи 42 Закона  о банкротстве). При этом интерес в осуществлении данного  полномочия в любом случае должен быть обусловлен наличием  конечного интереса в получении удовлетворения по включенному в  реестр требованию.  

Названная позиция изложена в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 25.01.2017 № 305-ЭС16-15945.  

На всем протяжении рассмотрения вопроса о процессуальном  правопреемстве в нижестоящих судах банк ссылался на удовлетворение  им требования первого заявителя в полном объеме (в том числе в части  финансовых санкций), в силу чего с его стороны отсутствуют разумные  мотивы отказываться от принятия исполнения и в дальнейшем  участвовать в деле. Несмотря на то, что само по себе исполнение  обязательства должника перед заявителем-кредитором для банка  невыгодно, в конечном счете названные действия обусловлены  стратегией поведения в деле, подразумевающей наличие возможности  определять хозяйственные решения банкрота кредитором со  значительным объемом требований (в частности, определениями суда  первой инстанции по настоящему делу от 07.07.2016, от 13.07.2016 и от  07.10.2016 в реестр требований кредиторов включены требования банка  по основной задолженности на суммы 230 453 912,75 руб.,  547 375 184,57 руб. и 727 449 023,63 руб. соответственно), размер  которых в данной ситуации несопоставим с размером требований,  выкупленных у первого заявителя по делу.  

По мнению судебной коллегии, осуществляя погашение долга  перед первым заявителем в полном объеме на сумму 883 151,23 руб. до  первой процедуры банкротства и желая получить статус первого  заявителя по делу, банк, перед которым у должника имелась  задолженность на суммы, превышающие 1 млрд. руб., действовал как  разумный участник гражданского оборота экономически  целесообразно, его опасения как мажоритарного кредитора утратить  возможность влиять на процедуру несостоятельности свидетельствуют  о наличии законного правового интереса в применении положений  статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежащего  судебной защите.  

Квалификация судами действий банка в качестве  злоупотребления правом исключительно по тому основанию, что он  выкупил требование к должнику с намерением предложить свою  кандидатуру арбитражного управляющего, является ошибочной,  поскольку при таком подходе смысл участия первого заявителя в деле о  банкротстве сводится только к возможности предложить свою  кандидатуру арбитражного управляющего, а не к получению  удовлетворения по заявленным требованиям, что явно не соответствует  целям законодательного регулирования.  

Вопреки выводам судов обстоятельства настоящего дела не  являются схожими с обстоятельствами дела, по результатам  рассмотрения которого Верховным Судом Российской Федерации  вынесено определение от 16.06.2016 № 302-ЭС16-2049, в связи с чем  положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не  применимы к банку как к третьему лицу, исполняющему обязательства  должника.  

Напротив, имеются основания полагать, что именно поведение  компании указывает на недобросовестное осуществление ею своих  гражданских прав. Так банк, ссылаясь на доказательства, содержащиеся  в материалах дела, отмечал, что на его предложение погасить  задолженность в полном объеме компания первоначально сообщила,  что спорное требование уступлено ею в пользу ФИО4, которой впоследствии банк также предложил принять  исполнение обязательства. В ответ на названный запрос  от ФИО4 поступила телеграмма, в которой сообщалось об  уступке права требования иному лицу, без указания его личности.  Далее компанией в материалы дела было представлено соглашение о  расторжении договора уступки с ФИО4  

Таким образом, указанное выше определенно свидетельствует о  факте уклонения компанией (и иными лицами) от получения  исполнения от третьего лица (банка) при отсутствии к тому разумных и  законных экономических оснований, что, в свою очередь, указывает на  очевидное отсутствие определенности по поводу того, кто являлся в  спорный момент времени кредитором по обязательству, и  обусловливает применение банком положений подпункта 3 пункта 1  статьи 327 Гражданского кодекса Российской Федерации о внесении  денежных средств в депозит нотариуса.  

При таких условиях следует признать, что в обжалуемых  судебных актах содержатся существенные нарушения норм  материального права, которые повлияли на исход рассмотрения  заявления о процессуальном правопреемстве и без устранения которых  невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и  законных интересов банка в сфере предпринимательской и иной  

экономической деятельности, в связи с чем данные судебные акты на  основании части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации подлежат отмене.  

Поскольку факты поступления денежных средств в депозит  нотариуса в качестве оплаты долга перед кредитором-заявителем и  полной оплаты его требования не устанавливались и не исследовались  судами, учитывая полномочия Судебной коллегии Верховного Суда  Российской Федерации, рассматривающей дело по правилам  кассационного производства, обособленный спор подлежит  направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции для  решения вопроса о том, состоялась ли суброгация или нет.  

Руководствуясь статьями 291.11 – 291.14 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия  по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации  

О П Р Е Д Е Л И Л А: 

определение Арбитражного суда Алтайского края от 24.06.2016,  постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда  от 01.09.2016 и постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского  округа от 25.11.2016 по делу № А03-6689/2016 отменить.  

Вопрос о процессуальном правопреемстве направить на новое  рассмотрение в Арбитражный суд Алтайского края.  

Председательствующий-судья И.А. Букина 

судья И.В. Разумов  

судья С.В. Самуйлов