ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 1-АПУ19-5 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 14 марта 2019 года  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  

Федерации в составе: председательствующего Безуглого Н.П., судей Истоминой Г.Н., Таратута И.В., с участием: осужденного ФИО1 защитника Артеменко Л.Н. прокурора Федченко Ю.А. при секретаре Горностаевой Е.Е. 

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционной  

жалобе осужденного ФИО1 на приговор Архангельского областного  

суда от 26 декабря 2018 года, которым 

ФИО1, 

<

...>ранее несудимый, 

осуждён: 

- по п.п. «а», «к» ч.2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы сроком на 18 лет с  ограничением свободы на 1 год 6 месяцев с установлением ограничений и  обязанностей указанных в приговоре;  

- по ч.1 ст.119 УК РФ к обязательным работам сроком на 360 часов. 

На основании ч.З ст.69, п.«г» ч.1 ст.71 УК РФ по совокупности  преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний назначено  наказание в виде лишения свободы сроком на 18 лет 1 месяц с отбыванием  наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением  свободы на 1 год 6 месяцев с установлением ограничений и обязанностей  указанных в приговоре.  

Постановлено взыскать с ФИО1 в счет компенсации морального  вреда: в пользу В. - 1 300 000 рублей, в пользу П. - 1 500 000 рублей.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Безуглого Н.П. доложившего материалы дела и доводы жалобы, выступления  осужденного ФИО1 в режиме видеоконференц-связи, адвоката  Артеменко Л.Н. просивших об отмене приговора и направлении уголовного  дела прокурору, мнение прокурора Федченко Ю.А. об оставлении приговора  без изменения, а жалобы без удовлетворения, Судебная коллегия  

УСТАНОВИЛА: 

Приговором суда ФИО1 осужден: за угрозу убийством, когда  имелись основания опасаться осуществления этой угрозы; за убийство, то есть  умышленное причинение смерти двум лицам, в том числе с  целью облегчить совершение другого преступления.  

Преступления совершены в августе и сентябре 2017 года в г.Архангельске  при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре.  

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 не оспаривая  установленные судом фактические обстоятельства дела и квалификацию его  действий, считает назначенное ему наказание несправедливым вследствие  чрезмерной суровости, а также считает явно завышенными суммы  компенсации морального вреда взысканные с него в пользу родственников  

погибших. В обоснование выше изложенного осужденный указывает, что  судом при назначении наказания не было учтено, что он полностью признал  вину в содеянном, обратился с явкой с повинной, активно способствовал  раскрытию и расследованию преступлений, частично загладил причиненный  вред, перечислив 100 000 рублей потерпевшему для организации похорон,  награжден медалью за участие в военных операциях в Сирии, отягчающих  обстоятельств у него не установлено. По мнению автора жалобы, взысканные  с него денежные сумы в счет компенсации морального вреда, являются явно  завышенными, при этом судом не было учтено его материальное положение и  что он, находясь в местах лишения свободы, не сможет выплатить взысканные  с него денежные суммы. По мнению автора жалобы, судом при разрешении  гражданских исков не было учтено, что в счет компенсации морального вреда  он уже перевел потерпевшему 100 000 рублей. Просит изменить приговор,  смягчить назначенное ему наказание и уменьшить размер компенсации  морального вреда.  

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного ФИО1  государственный обвинитель Гладких АС. приводя свои доводы, считает  приговор справедливым, а взысканные с осужденного суммы компенсации  морального вреда разумными, поэтому просит оставить приговор без  изменения, а жалобу без удовлетворения.  

Изучив материалы уголовного дела, проверив и обсудив доводы  апелляционной жалобы и возражений на нее, Судебная коллегия приходит к  следующему.  

Вина ФИО1 в совершении инкриминированных ему преступлений  подтверждается как показаниями самого осужденного на предварительном  следствии и частично в суде, так и показаниями свидетелей, протоколами  осмотров, заключениями экспертов и другими исследованными в судебном  заседании и подробно изложенными в приговоре доказательствами.  

В судебном заседании ФИО1 свою вину признал частично,  утверждая, что убийством никому не угрожал, при этом пояснял, что во время  конфликта в порыве эмоций схватил В. за талию и немного приподнял. Не оспаривал причинение смерти Ш. и Б. но объяснить свои действия не смог. 

Из оглашенных в судебном заседании показаний ФИО1 на  предварительном следствии следует, что он поднимал В. вверх и, возможно, та «перегнулась» через открытое окно на балконе, от чего она,  испугавшись, плакала и с ней случилась истерика. ФИО1 также  пояснял, что он встречался с Ш. а в августе 2017 года по инициативе последней они расстались, и его последующие попытки  

возобновить отношения остались безуспешными. 3 сентября 2017 года  вооружившись ножом, пришел к квартире Ш. и до утра ожидал ее в подъезде, распивая спиртное. На следующий день, около 8 часов 30  минут, когда Ш. вышла из квартиры, они спустились на лестничную площадку между 5 и 6 этажами, где стали выяснять отношения.  Затем он толкнул ее, от чего она упала и начала звать на помощь. Не желая  отпускать ее к другому мужчине, он достал нож и с целью убийство нанес не  менее 10 ударов в грудь, по лицу и возможно, рукам. В это время к ним  подбежала мать девушки Б. которая попыталась оттолкнуть его, а затем закрыла лежащую на полу дочь. В ответ на это он не менее четырех раз  ударил Б. ножом в грудь, живот и спину. Не смотря на полученные ранения последняя сумела подняться к своей квартире, а он нанес еще не  менее трех ударов ножом в спину Ш. ушел с места происшествия.  

При проверке показаний, ФИО1 с выходом на место подробно  рассказал и показал где и при каких обстоятельствах он наносил удары ножом  Ш. и Б. 

Кроме показаний самого осужденного ФИО1 его вина в угрозе  убийством и умышленном причинении смерти двум лицам, одного из которых  с целью облегчить совершение другого преступления подтверждается и  другими исследованными в судебном заседании и подробно изложенными в  приговоре доказательствами, в том числе:  

- показаниями свидетеля С. о том, что на одном из балконов дома № 32 по ул.Почтовый тракт он видел девушку, рядом с ней находился  ФИО1, который в открытую створку окна наклонял тело девушки вниз  через ограждение балкона, угрожая сбросить с четвертого этажа, и душил ее  руками. Они стали кричать с улицы, чтобы он отпустил девушку;  

- показаниями свидетелей С. и Б. которые были непосредственными очевидцами произошедших событий и подтвердили  показания С. в том числе и на очной ставке с ФИО1; 

- показаниями свидетеля К. о том, что она является соседкой погибших и слышала, как 3 сентября 2017 года после 21 часа Воробьев  стучался в дверь потерпевших, но ему не открыли. На следующий день утром  она, находясь дома, услышала крики Б. доносящиеся из подъезда. Выйдя из квартиры на лестничной площадке между 5 и 6 этажами, она  увидела лежащую на полу В., которой Воробьев наносил удары ножом в область груди и живота. Заметив ее, последняя, крикнула «Уходи».  Испугавшись, она забежала в квартиру и вызвала полицию. Когда все стихло  она вышла из квартиры и на полу в коридоре общего блока увидела Б. 

<

...>., которая попросила приглядеть за младшим сыном, оставшемся дома,  после чего после полученных ран умерла. На лестничной площадке она  обнаружила труп В. с воткнутым в спину ножом; 

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому 4 сентября  2017 года на лестничной площадке между 5 и 6 этажами в третьем подъезде  дома № 21 по ул.Калинина обнаружен труп Ш. с воткнутым в спину ножом, в общем коридоре блок-секции квартир №

<

...> и №

<

...> обнаружен  труп Б. с признаками насильственной смерти; 

- заключениями судебно-медицинских экспертиз, согласно которым:  смерть Ш. наступила в результате колото-резаных ранений: передней поверхности груди слева в верхней трети с повреждением средней  доли левого легкого, легочного ствола; задней поверхности груди слева в  средней трети с повреждением верхней доли левого легкого; задней  поверхности груди слева в средней трети с повреждением нижней доли левого  легкого; левой боковой поверхности груди с повреждением нижней доли  левого легкого;  

смерть Б. наступила в результате колото-резаных ранений: передней поверхности груди справа с пересечением 2 правого ребра, с  повреждением средней и нижней доли правого легкого; передней поверхности  живота справа с повреждением стенки толстой кишки, правой доли печени,  тела поджелудочной железы; задней поверхности груди справа с пересечением  7 правого ребра, долей правого легкого; колото-резаного ранения передней  поверхности левого плеча, проникающего в левую плевральную полость, с  повреждением долей левого легкого;  

- заключениями экспертов, согласно которым: телесные повреждения  Ш. и Б. причинены ножом, изъятым в ходе осмотра места происшествия. Обнаруженный на рукояти ножа биологический  материал со следами крови произошел от погибших;  

два следа обуви, обнаруженные в третьем подъезде дома № 21 по  ул.Калинина, могли быть оставлены низом подошвы ботинка на правую ногу  изъятого в ходе выемки у ФИО1;  

на куртке ФИО1, в которой он находился 4 сентября 2017 года,  обнаружены следы крови погибших Ш. и Б. 

Все положенные в основу приговора доказательства, получены в  соответствие с требованиями уголовно-процессуального закона, а поэтому  являются допустимыми.  

Суд, исследовав показания ФИО1 на предварительном  следствии в совокупности с другими доказательствами по делу и дав им  

надлежащую оценку, обоснованно признал достоверными и положил в основу  приговора.  

Каких-либо объективных данных свидетельствующих о том, что ФИО1 оговорил себя в совершении преступлений, по делу не имеется.  

Высказанные в суде апелляционной инстанции доводы осужденного о том,  что суд первой инстанции, исключив из его обвинения указание на  совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения, должен был  назначить повторную судебно психолого-психиатрическую экспертизу на  предмет нахождения его в момент совершения преступлений в состоянии  аффекта, являются не состоятельными.  

Суд, исследовав заключение судебной психолого-психиатрической  экспертизы и дав ему в приговоре надлежащую оценку, в том числе и тому,  что ФИО1 при совершении преступлений не находился в состоянии  аффекта, обоснованно не усомнился в психическом статусе ФИО1,  правильно признав его вменяемым.  

Как следует из установленных судом фактических обстоятельств, поведение  ФИО1 как предшествующее совершению преступлений, так и его  поведение после их совершения свидетельствует о том, что он не мог  находиться в состоянии аффекта.  

В связи с чем у суда не имелось оснований для проведения в отношении  ФИО1 повторной судебной психолого-психиатрической экспертизы.  

Тщательный анализ и основанная на законе оценка доказательств,  позволили суду правильно установить фактические обстоятельства и  обоснованно прейти к выводу о доказанности вины ФИО1 в угрозе  убийством, когда имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, а  также в убийстве, то есть умышленном причинении смерти двум лицам, в том  числе Б. с целью облегчить совершение другого преступления. 

Действия осужденного ФИО1 по п.п. «а», «к» ч.2 ст. 105 УК РФ,  ч.1 ст. 119 УК РФ судом квалифицированы правильно.  

Выводы суда о виновности ФИО1 в угрозе убийством Ш., когда имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, а также в умышленном убийстве двух лиц, в том числе с целью облегчить совершение  другого преступления в приговоре надлежащим образом мотивированы, а  поэтому не согласиться с ними Судебная коллегия не находит оснований.  

Наказание ФИО1 назначено с учетом содеянного, всех  обстоятельств дела, данных о личности, а также смягчающих наказание  

обстоятельств, в том числе и тех на которые ссылается в своей жалобе  осужденный.  

Считать назначенное ФИО1 наказание несправедливым вследствие  его чрезмерной суровости, Судебная коллегия не находит оснований.  

Судом первой инстанции обсуждался вопрос о возможности применения  ФИО1 при назначении наказания, положений ст.ст.64,73 УК РФ и  ч.б ст. 15 УК РФ, однако достаточных оснований для этого установлено не  было. Не находит таких оснований и Судебная коллегия.  

Вопреки доводам жалобы, выплата потерпевшему 100 000 рублей в качестве  материальной помощи на организацию похорон учтена судом, в том числе и в  качестве смягчающего наказание обстоятельства.  

Гражданские иски потерпевших Б. и П. судом рассмотрены в соответствие с требованиями закона, а взысканная с  осужденного ФИО1 компенсация морального вреда является  разумной и справедливой.  

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389-13, 389-20, 389-28,  389-33 УПК РФ, Судебная коллегия  

ОПРЕДЕЛИЛА: 

Приговор Архангельского областного суда от 26 декабря 2018 года в  отношении ФИО1 оставить без изменения, а  апелляционную жалобу осужденного без удовлетворения.  

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке судебного  надзора в Президиум Верховного Суда Российской Федерации.  

Председательствующий:Судьи: