ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 2-АПУ18-2 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г.Москва 11 сентября 2018 года  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  

Федерации в составе председательствующего Сабурова Д.Э., судей Кочиной И.Г., Хомицкой Т.П., с участием: государственного обвинителя - прокурора Коваль К.И., осужденных ФИО1 и ФИО2, 

защитников - адвокатов Шевченко Е.М., Кротовой СВ. и Баранова А.А.,  при секретаре Димаковой Д.Н.,  

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным  

жалобам осужденных ФИО1 и ФИО2., адвоката Котова Ю.В. на  

приговор Вологодского областного суда от 20 июня 2018 года, которым 

ФИО1, 

<

...>  

<

...> судимый: 

- 09.02.2006 г. по п.«б» ч.2 ст.158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения  

свободы, 

- 24.04.2006 г. (с изменениями от 08.09.2008, 06.06.2011, 05.10.2016 г.г.)  

по п. «а» ч.З ст.158, ч.1 ст.158 (в редакции ФЗ № 323 от 03.07.2016 г.), п. «в»  

ч.2 ст.158, ч.2 ст. 159 ч.ч.3,5 ст.69 УК РФ к 4 годам 9 месяцам лишения  

свободы, 

- 14.09.2006 г. (с изменениями от 08.09.2008, 04.07.2011, 05.10.2016 г.г.)  

по п. «а» ч.З ст.158 (в редакции ФЗ № 26 от 07.03.2011 г.), п. «в» ч.2 ст.158, ч.1  

ст.158 (в редакции ФЗ № 323 от 03.07.2016 г.), ч.ч.З, 5 ст.69 УК РФ к 6 годам 6  

месяцам лишения свободы, 

- 24.05.2010 г. (с изменениями от 06.06.2011, 05.10.2016, 16.01.2017 г.г.)  

по ч.1 ст. 105, ч.5 ст.69 УК РФ к 11 годам 4 месяцам лишения свободы,  

освобожденный 17.01.2017 г. по отбытии наказания, 

- 25.12.2017 г. по п.п.«а», «б» ч.2 ст.158 УК РФ к 1 году 10 месяцам  

лишения свободы, 

- 05.03.2018 г. по п.п. «а», «б» ч.2 ст.158, п.«б» ч.2 ст.158, ч.2, ч.5 ст.69  

УК РФ к 2 годам 10 месяцам лишения свободы, осужден: - по п.«а» ч.2 ст.158 УК РФ к лишению свободы на 1 год 10 месяцев, 

- по п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ к лишению свободы на 2 года,  - по п.п. «а», «б» ч.2 ст.158 УК РФ к лишению свободы на 2 года,  

- за каждое из трех преступлений, предусмотренных п.«а» ч.З ст.158 УК  

РФ, к лишению свободы на 2 года 6 месяцев, 

- по ст.324 УК РФ к исправительным работам на 6 месяцев с  

удержанием 5% заработной платы в доход государства, - по п.«в» ч.4 ст. 162 УК РФ к лишению свободы на 9 лет, 

- по п.п.«ж»,«з» ч.2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на 15 лет с  

ограничением свободы на 1 год, 

- на основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем  

частичного сложения наказаний, - к 17 годам лишения свободы с  

ограничением свободы на 1 год, 

- в соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений,  

путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по  

приговору от 05.03.2018 г. - к 17 годам 6 месяцам лишения свободы с  

отбыванием в исправительной колонии особого режима, с ограничением  

свободы на 1 год с ограничениями и обязанностью, указанными в приговоре, 

ФИО2, 

<

...>  

<

...> судимый: 

- 06.08.2008 г. по чЛ ст. 161 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения  

свободы, условно, с испытательным сроком 3 года, 

- 06.02.2009 г. по п. «г» ч.2 ст.161, п.п. «а»,«в» ч.2 ст.158 ч.З ст.69, ст.70  

УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, 17.12.2010 г. освобожденный  

условно-досрочно на 1 год 3 месяца 9 дней, 22.07.2011 г. водворенный в места  

лишения свободы на неотбытый срок, 

-01.11.2011 г. поч.1 ст.131,ч.1 ст.161 (в редакции ФЗ № 26 от 07.03.2011  

г.), ч.З ст.69, ст.70 УК РФ к 4 годам лишения свободы, освобожденный  

04.06.2015 г. по отбытии наказания, осужден: - поч.1 ст. 175 УК РФ к лишению свободы на 1 год, 

- по ст.324 УК РФ к исправительным работам на 6 месяцев с  

удержанием 5% из заработной платы в доход государства, 

- по п. «в» ч.4 ст. 162 УК РФ к лишению свободы на 9 лет,  

- по п.п.«ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на 13 лет с  

ограничением свободы на 1 год, 

- на основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем  частичного сложения наказаний, - к 15 годам лишения свободы с отбыванием  в исправительной колонии особого режима, с ограничением свободы на 1 год  с ограничениями и обязанностью, указанными в приговоре.  

Принято решение в отношении гражданских исков, процессуальных  издержек и вещественных доказательств.  

Этим же приговором осуждены ФИО3,  ФИО4 и ФИО5, приговор в  отношении которых не обжалуется.  

Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступления осужденных  ФИО1 и ФИО2 в режиме видеоконференц-связи, адвокатов  Шевченко Е.М. и Кротовой СВ., поддержавших доводы, изложенные в  апелляционных жалобах и дополнениях к ним, адвоката Баранова А.А., не  возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб и просившего о  смягчении наказания в отношении ФИО3 в порядке ч.2 ст.389.19 УПК  РФ, прокурора Коваль К.И., не усматривающей оснований для  удовлетворения апелляционных жалоб и смягчения наказания, назначенного  ФИО3, но полагающей возможным применить в отношении его  положения ст. 72 УК РФ (в редакции ФЗ № 186 от 3 июля 2018 года), Судебная  коллегия  

установила: 

ФИО1 осужден: 

- за кражу имущества на сумму 3685 рублей, принадлежащего СПК  

«

<

...>», совершенную с незаконным проникновением в  

помещение, 

- за кражу имущества на сумму 2600 рублей, принадлежащего СПК  

«

<

...>», совершенную в группе и по предварительному  

сговору с ФИО3, 

- за кражу имущества на сумму 1800 рублей, принадлежащего  

Ул

<

...> совершенную в группе и по предварительному сговору с  

ФИО3; 

- за кражу имущества на сумму 80300 рублей, принадлежащего  

С

<

...> совершенную в группе и по предварительному сговору с  

ФИО3, с незаконным проникновением в жилище потерпевшего и  

причинением ему значительного ущерба. 

- за кражу имущества на сумму 29000 рублей, принадлежащего  

С

<

...> совершенную в группе по предварительному сговору с  

ФИО3, ФИО4. и ФИО5, с незаконным  

проникновением в жилище потерпевшего и причинением ему значительного  

ущерба. 

Леонов Р.С. и Гужов А.Р. осуждены: 

- за разбой, совершенный группой по предварительному сговору, с  применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего  С. с применением к нему предмета, используемого в качестве оружия и причинением тяжкого вреда здоровью, в результате которого было  похищено имущество на сумму 5204 рубля, а именно: фотоаппарат, бинокль,  мобильный телефон «МТС», а также монеты, наградные значки и медаль;  

- за незаконные приобретение путем хищения у С. и сбыт в антикварной лавке государственных наград СССР и Российской Федерации,  

- за убийство потерпевшего С. совершенное ими группой по предварительному сговору, сопряженное с разбоем.  

Кроме того, ФИО1 осужден за кражу имущества на сумму 22 998  рублей, принадлежащего убитому С. а именно: портфеля, ноутбука, компьютерной мыши, мобильного телефона «Самсунг», жесткого  компьютерного диска, роутера и спортивной сумки, совершенную с  незаконным проникновением в жилище потерпевшего, а ФИО2 - за  незаконный сбыт данного имущества, заведомо добытого преступным путем.  

Преступления совершены в период с марта по сентябрь 2017 года на  территории Вологодской области при обстоятельствах, изложенных в  приговоре.  

Осужденный ФИО1 в апелляционной жалобе оспаривает  законность осуждения за разбой и утверждает, что С. избил он один, имущество из квартиры потерпевшего похитил не в момент нападения, а  гораздо позднее.  

Полагает, что суд необоснованно отверг показания его и ФИО2, в  которых они подобным образом излагали обстоятельства преступлений.  Считает, что у суда не имелось оснований для использования в качестве  доказательства первоначальных показаний ФИО2, поскольку они даны под  давлением сотрудников полиции, ФИО2 их не подтвердил, а другими  доказательствами они не подтверждаются.  

Считает недостоверными показания свидетеля П., которой о совершении убийства стало известно от сотрудников полиции, и, которая  призналась, что ненавидит ФИО2, вследствие чего могла его оговорить. По  мнению осужденного, суд неверно оценил ее показания, как  свидетельствующие о причастности ФИО2 к убийству, поскольку из них  следует лишь то, что ФИО2 присутствовал при нанесении им ударов  С.. Обращает внимание, что показания П. не согласуются с заключениями экспертиз, согласно которым следов ФИО2 в квартире  С. не обнаружено, и противоречат показаниям осужденных. Полагает, что при таких обстоятельствах следователь должен был провести  очную ставку между ним и свидетелем с целью устранения противоречий в  показаниях, чего сделано не было.  

В связи с изложенным просит исключить из приговора его осуждение за  разбой, переквалифицировать действия на ч.1 ст. 105 УК РФ или ч.4 ст. 111  УК РФ, принимая во внимание, что он не желал наступления смерти  потерпевшего Смирнова, и смягчить назначенное наказание.  

С учетом отсутствия у него имущества, тяжелого материального  положения, наличия психического расстройства, обстоятельств, в силу  которых участие защитника в деле является обязательным независимо от его  воли, ввиду неразъяснения ему следователем права на отказ от участия в  деле адвоката, просит освободить его от возмещения процессуальных  издержек.  

Осужденный ФИО2 в апелляционной жалобе и дополнении к ней  считает незаконным его осуждение по ст. 324 УК РФ в части приобретения  государственных наград, за разбой и убийство, поскольку данных  преступлений он не совершал. Также, как и осужденный ФИО1, утверждает,  что хищение имущества и наград из квартиры С. было совершено не в момент нападения на потерпевшего, а позднее и без его участия.  

По мнению осужденного, суд не должен был брать за основу его  первоначальные показания, поскольку они даны под давлением сотрудников  правоохранительных органов, он от данных показаний отказался, а другими  доказательствами они не подтверждаются, кроме показаний сотрудников  полиции, которым он не доверяет, считая их заинтересованными в исходе  дела.  

Полагает, что суд неверно оценил показания свидетеля П., как уличающие его в совершении разбоя и убийства, поскольку она не являлась  очевидцем преступлений и из ее показаний не следует, что он наносил удары  С.. Отмечает, что следователь не устранил противоречий в показаниях осужденных и П. путем проведения очной ставки, что повлияло на выводы суда.  

На основании изложенного просит оправдать его по обвинению в  приобретении наград, разбое, убийстве и отменить приговор в части  взыскания с него вреда в пользу Т., а при назначении наказания по остальной части обвинения по ст.324 и ч.1 ст. 175 УК РФ учесть в качестве  смягчающих обстоятельств явку с повинной, активное способствование  раскрытию, расследованию преступлений и изобличению соучастника  преступлений, частичное признание вины и состояние здоровья.  

Также просит изменить вид и режим исправительного учреждения и  освободить его от уплаты судебных издержек с учетом отсутствия  имущества, тяжелого материального положения, наличия психического  расстройства, обстоятельств, в силу которых участие защитника в деле  является обязательным, а также ввиду неразъяснения ему следователем  права на отказ от участия в деле адвоката.  

В апелляционной жалобе адвокат Котов Ю.В. считает, что суд  неправомерно положил в основу приговора показания ФИО2, данные в ходе  

предварительного следствия, в которых он признавал себя виновным в  

нападении на С. и его убийстве, поскольку они даны под 

воздействием сотрудников правоохранительных органов, и необоснованно  

отверг показания ФИО1, который последовательно отрицал участие  

ФИО2 в совершении данных преступлений. 

Признавая достоверными показания свидетеля П. суд, по мнению 

автора жалобы, не принял во внимание, что она испытывает неприязнь к  

подзащитному, ввиду чего могла его оговорить. Полагает, что при оценке ее  

показаний суд не учел, что об обстоятельствах убийства П. стало 

известно со слов сотрудников полиции, показания которых в этой части  

являются противоречивыми. 

На основании изложенного, просит оправдать ФИО2 по ст.324, п. «в»  

ч.4 ст. 162, п.п.«ж»,«з» ч.2 ст. 105 УК РФ за непричастностью к совершению  

данных преступлений. 

В возражениях государственный обвинитель Грибанова ОН. просит  оставить апелляционные жалобы без удовлетворения.  

Заслушав участников процесса, обсудив доводы, изложенные в  апелляционных жалобах и дополнениях к ним, возражения на жалобы,  проверив в апелляционном порядке материалы уголовного дела, Судебная  коллегия считает, что выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в  совершении преступлений соответствуют фактическим обстоятельствам дела  и подтверждаются исследованными в суде и приведенными в приговоре  доказательствами.  

Вопреки доводам апелляционных жалоб суд правомерно положил в  обоснование приговора показания ФИО2, данные им в ходе  предварительного следствия, в которых ФИО2 признает свое участие в  нападении на С. и в убийстве данного потерпевшего, поскольку они являются достоверными и получены в соответствии с требованиями уголовно- процессуального закона.  

Так, будучи допрошенным в качестве подозреваемого ФИО2 показал,  что днем 12 сентября он и ФИО1 зашли в квартиру к С., что в поселке Семенково, и нанесли ему металлическим прутом несколько ударов по голове:  ФИО1 трижды, а он - 1 раз, после чего сразу стали искать в квартире деньги,  но не нашли, тогда взяли фотоаппарат, бинокль, награды, монеты и пешком  пошли в г. Вологду. Не доходя до города, вечером этого же дня, по  предложению ФИО1 возвратились обратно. ФИО1 еще раз обыскал  квартиру и вынес из нее спортивную сумку с ноутбуком. С похищенным они  пришли домой к ФИО2, где переночевали, а утром следующего дня вместе  П. продали похищенное. 

Такие же показания ФИО2 дал на месте происшествия, где показал, в  какой последовательности происходили события, и дважды при допросах в  качестве обвиняемого. Даже в последующих показаниях, когда занял позицию  о непричастности к содеянному, ФИО2 не отрицал, что имущество  

потерпевшего было похищено сразу после применения к нему насилия, и  подтвердил данное обстоятельство на очной ставке с Леоновым,  дополнительно пояснив, что во время второго проникновения в квартиру  С. Леонов похитил не только ноутбук, но еще телефон, жесткий диск и роутер.  

Доводы стороны защиты об оказании давления на ФИО2 при даче  вышеприведенных показаний судом были тщательно проверены путем  исследования протоколов его допросов, медицинских данных о состоянии  здоровья, материалов проверки в отношении оперативных сотрудников  полиции и в результате обоснованно отвергнуты как не нашедшие своего  подтверждения. Оснований для самооговора и для оговора ФИО1 у ФИО2  не имеется. Все показания даны им с участием адвоката, после разъяснения  прав и последствий дачи показаний, в каждом протоколе допроса все  участники следственных действий своими подписями подтвердили  правильность изложения показаний допрашиваемого лица, замечаний на  процедуру допроса не принесли. При таких обстоятельствах нет оснований  сомневаться в допустимости первоначальных показаний ФИО2.  

Взятые судом за основу показания ФИО2 полностью согласуются с  показаниями ФИО1 в части применения последним насилия к потерпевшему  и объема похищенного имущества, с показаниями сотрудников полиции  Ф., К., Я. и С., которые пояснили, что осужденные были задержаны по факту убийства С., с показаниями свидетеля П. с которой ФИО2 проживал на момент его задержания и с письменными материалами дела, что свидетельствует о их достоверности.  

Доводы осужденных о противоречивости показаний сотрудников  полиции в части содержания показаний ФИО2 не влияют на выводы суда,  поскольку в основу приговора положены их показания лишь в части  обстоятельств проведения оперативных и следственных действий.  

Показания ФИО2 в части применения насилия к потерпевшему  подтверждаются результатами осмотра места происшествия и заключениями  экспертов, согласно которым утром 13 сентября в своей квартире был  обнаружен труп С. с множественными ранами на голове, которые явились причиной смерти. Кроме того, в квартире потерпевшего обнаружен  обернутый в целлофан металлический предмет длиной около 60 сантиметров и  весом более четырех килограммов с помарками крови С., которым, как показывал ФИО2, были нанесены удары по голове потерпевшего.  

Нашли свое подтверждение и первоначальные показания ФИО2 в части  собственного участия в нападении на С. и последующем его убийстве. 

Так, из показаний свидетеля П.й следует, что 12 сентября ФИО2 и ФИО1 возвратились домой около 23 часов и принесли собой спортивную  сумку, в которой находились медали, бинокль, ноутбук и другие предметы, по  поводу происхождения которых ФИО2 ей пояснил, что они убили человека и  похитили у него данное имущество.  

Кроме того, П. показала, что по просьбе осужденных выбросила вещи, которые были одеты на них в день убийства, при этом заметила пятна  крови на куртке Гужова.  

Таким образом, вопреки мнению стороны защиты, факт отсутствия  крови потерпевшего на исследованной одежде ФИО2 сам по себе не  свидетельствует о его непричастности к содеянному, а лишь подтверждает  правдивость показаний П. об избавлении осужденного от улик. 

Не смотря на чувство неприязни, которое, как пояснила П. испытывает в настоящее время к ФИО2, оно не повлияло на достоверность ее  показаний, о чем она неоднократно сообщала суду.  

Не имеется оснований ставить под сомнение добровольность, а  следовательно, и допустимость показаний свидетеля П., поскольку из материалов уголовного дела следует, что ее допросы, как ходе  предварительного следствия, так и в судебном заседании проведены в  соответствии с требованиями УПК РФ. Не смотря на то, что следователь не  усмотрел оснований для проведения очной ставки ФИО1 и ФИО2 с  П. данное обстоятельство не повлияло на полноту реализации осужденными права на защиту, поскольку в судебном заседании им была  предоставлена возможность допроса данного свидетеля, чем сторона защиты  воспользовалась и получила ответы на все интересующие вопросы. В  частности, на вопросы адвоката П. пояснила, что сотрудники полиции про обстоятельства преступлений ей ничего не рассказывали, и еще раз  подтвердила, что про убийство, совершенное осужденными, ей стало известно  от ФИО2.  

Показания ФИО2 в части перечня похищенного у С. имущества и обстоятельств его реализации, кроме показаний П., согласуются с доказательствами, подтверждающими факт продажи осужденными в  антикварную лавку государственных наград и монет, в «Сервисный центр» - ноутбука, бинокля, роутера, жесткого диска и фотоаппарата, а также с  доказательствами, свидетельствующими об изъятии у ФИО1 телефона  «Самсунг», ранее принадлежавшего убитому С.. 

Оценив исследованные доказательства в совокупности, суд правомерно  признал их достаточными для вынесения приговора, поскольку они позволили  сделать убедительные выводы об обстоятельствах разбойного нападения на  С., его убийстве и хищении принадлежащего ему имущества, а также о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении данных преступлений и  отвергнуть их доводы о непричастности ФИО2 к содеянному.  

Действия осужденных в этой части квалифицированы судом правильно  по п. «в» ч.4 ст. 162 УК РФ как разбой, совершенный группой лиц по  предварительному сговору, с применением насилия, опасного для жизни и  здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия и  причинением тяжкого вреда здоровью; по п.п.«ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ как  убийство, совершенное группой по предварительному сговору и сопряженное  с разбоем; по ст.324 УК РФ как незаконное приобретение и сбыт  государственных наград СССР и Российской Федерации; ФИО1 - по п. «а»  

ч.З ст.158 УК РФ как кражу имущества, совершенную с незаконным  проникновением в жилище потерпевшего; Гужова - по ч.1 ст. 175 УК РФ как  незаконный сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем.  

Оснований для иной квалификации действий осужденных, о чем  ставится вопрос в апелляционных жалобах, не имеется. Доводы ФИО1 об  отсутствии умысла на убийство потерпевшего, о том, что последний, якобы,  был жив, когда ФИО1 повторно проник в его жилище, были предметом  оценки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты им с учетом  характера действий осужденных на месте преступления, использования ими  для убийства тяжеловесного металлического предмета, нанесения  многочисленных повреждений в области головы, а также заключения судебно- медицинской экспертизы и показаний эксперта о наступлении смерти  потерпевшего в короткий промежуток времени.  

Судебная коллегия находит соответствующими фактическим  обстоятельствам дела и выводы суда относительно виновности ФИО1 в  хищении имущества, принадлежащего СПК «

<

...> на  сумму 3685 рублей, в хищениях совместно с ФИО3 имущества,  принадлежащего СПК «

<

...>» на сумму 2600 рублей,  имущества, принадлежащего У. на сумму 1800 рублей, имущества на сумму 80300 рублей, принадлежащего С. в хищении совместно с ФИО3, ФИО4. и ФИО5  имущества на сумму 29000 рублей, принадлежащего С. 

Приговор в этой части основан на показаниях осужденных ФИО1,  ФИО3, ФИО4 и ФИО5, которые не оспаривали предъявленное в  этой части обвинение и подробно рассказали об обстоятельствах  преступлений. Из показаний осужденных следует, что вышеуказанные  хищения, за исключением кражи имущества на сумму 3685 рублей,  совершены ими в группе лиц по предварительному сговору.  

Стоимость имущества, похищенного осужденными у С., судом правильно определена исходя из показаний потерпевшего, пояснившего, что  весной у него был похищен кошелек стоимостью 1000 рублей с деньгами в  сумме 42000 рублей, в июле 2017 года - кошелек стоимостью 1000 рублей с  деньгами в сумме 28000 рублей и в августе 2017 года - деньги в сумме  примерно 80000 рублей.  

Учитывая низкий уровень доходов потерпевшего, суд правомерно  признал ущерб, причиненный ему каждым из преступлений, значительным.  

Действия осужденного ФИО1 по факту хищений имущества С. правильно квалифицированы судом по п. «а» ч.З ст. 158 УК РФ как кражи,  совершенные группой по предварительному сговору, с незаконным  проникновением в жилище и причинением значительного ущерба  потерпевшему.  

Показания осужденных ФИО1 и ФИО3 в части хищений имущества,  принадлежащего СПК « 

<

...> согласуются с показаниями представителя СПК Л. о том, что в июле и августе 2017 

года через окно дважды были совершены проникновения в закрытый от  свободного доступа сварочный цех, в результате первого из них были  похищены две рессоры и борта от автомашины «КамАЗ» на сумму 2600  рублей, а во втором случае - кабель, электродержатели и клеммы на сумму  3685 рублей, а также с показаниями свидетеля И. об отсутствии в цехе указанного Л. имущества, с показаниями свидетелей И. и А., подтвердившими факт сдачи названного имущества Леоновым в металлолом, и с данными бухгалтерского учета о его стоимости.  

В первом случае суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по  п.п. «а», «б» ч.2 ст. 158 как кража, совершенная группой лиц по  предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, а в  отношении второго хищения - по п. «б» ч.2 ст. 158 УК РФ как кража,  совершенная с незаконным проникновением в помещение.  

Потерпевший У. показал, что в июле 2017 года из бардачка автомобиля «Газель» были похищены принадлежащие ему 1800 рублей, а  осужденные ФИО1 и ФИО3 признали факт хищения указанной суммы денег.  

Квалификация действий ФИО1 в этой части по п. «а» ч.2 ст. 158 УК  РФ как кража, совершенная группой лиц по предварительному сговору,  является правильной.  

На основании заключений психолого-психиатрических экспертиз и  поведения осужденных судом сделан правильный вывод о том, что они  являются вменяемыми и должны нести уголовную ответственность за  содеянное.  

Наказание осужденным назначено с учетом характера и степени  общественной опасности совершенных преступлений, данных о их личности,  смягчающих и отягчающих обстоятельств, а также влияния назначенного  наказания на исправление осужденных и условия жизни их семей.  

В числе обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 и ФИО2, суд  учел все обстоятельства, указанные ими в апелляционных жалобах, в том  числе активное способствование раскрытию преступлений и изобличению  соучастников, явки с повинной, признание вины и состояние здоровья.  

Судом правильно установлено, что обстоятельством, отягчающим  наказание ФИО1 и ФИО2, является рецидив преступлений, в связи с чем в  отношении их не подлежат применению правила ч.1 ст.62 и ч.б ст. 15 УК РФ,  не усмотрел суд оснований для применения к ним ч.З ст. 68, ст.ст. 64 и 73  УК РФ, не усматривает их и Судебная коллегия.  

Выводы суда о невозможности исправления осужденных без изоляции  от общества мотивированы и сомнений в своей обоснованности не вызывают.  

Таким образом, поскольку нарушений норм уголовного закона при  назначении наказания не допущено, по своему виду и размеру оно  соответствует содеянному осужденными и данным о личности каждого из них,  оснований для его смягчения не усматривается.  

Вид и режим исправительного учреждения назначен каждому из  осужденных правильно, в соответствии с положениями ст. 58 УК РФ.  

Вопреки доводам осужденного ФИО2, размер компенсации морального  вреда, взысканного в пользу потерпевшей Т., определен в соответствии с положениями ст.ст. 151, 1099 и 1101 ГК РФ, с учетом степени  нравственных страданий истицы по поводу убийства ее родного брата,  требований разумности и справедливости. При этом суд правомерно возложил  обязанность по возмещению вреда в равной доле на ФИО1 и ФИО2, как  соисполнителей преступления.  

Кроме того, суд обоснованно взыскал солидарно с осужденных ФИО1  и ФИО2 в пользу Т. компенсацию расходов на похороны С., размер которой определен на основании представленных истицей документов (т. 14 л.д.5-12), а стоимость похищенных у С. денежных средств - солидарно с осужденных, признанных виновными в совершении  данных преступлений.  

Вопрос о взыскании процессуальных издержек был предметом  обсуждения в ходе судебного заседания, по которому каждый из осужденных  высказал свое мнение.  

Доводы осужденных ФИО1 и ФИО2 о том, что они хотели отказаться  от помощи адвокатов, но не сделали этого поскольку не знали о таком праве,  опровергаются материалами дела. Так, из протоколов задержания ФИО1 и  ФИО2 следует, что им разъяснялось право осуществлять свою защиту не  только при помощи адвоката, но и защищаться иными средствами и  способами, не запрещенными уголовно-процессуальным законом. Оба  осужденных расписались в том, что права им понятны, при этом от помощи  назначенных им защитников не отказались, о желании защищаться  самостоятельно не заявили. Не поступало от них таких заявлений и в ходе  дальнейшего судопроизводства.  

Таким образом, при отсутствии письменных заявлений осужденных об  отказе от услуг адвокатов, учитывая, что каждый из них не имеет иждивенцев  и по состоянию здоровья способен трудиться, суд обоснованно взыскал с  ФИО2 и частично с ФИО1 процессуальные издержки, связанные с  участием в деле адвокатов по назначению следователя и суда.  

Не смотря на доводы сторон, оснований для пересмотра приговора в  отношении ФИО3 в порядке ч.2 ст.389.19 УПК РФ не имеется.  

Вопрос о зачете ему в срок наказания времени содержания под стражей  в соответствии с положениями ст. 72 УК РФ (в редакции ФЗ № 186 от 3 июля  2018 года) подлежит разрешению в порядке исполнения приговора.  

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20,  389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия  

определила: 

приговор Вологодского областного суда от 20 июня 2018 года в  

отношении ФИО1 и ФИО2  

оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных ФИО1 и  

ФИО2., адвоката Котова Ю.В. - без удовлетворения. Председательствующий Судьи