ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № АКПИ21-487 

РЕШЕНИЕ

 ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

г. Москва 23 августа 2021 г.  

Верховный Суд Российской Федерации в составе судьи Верховного Суда Российской Федерации ФИО1. при секретаре Сибиле Г.В. с участием прокурора Гончаровой Н.Ю., 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по  административному исковому заявлению общества с ограниченной  ответственностью «ЭНВИО ГРУПП» о признании частично недействующим  абзаца десятого пункта 5.2 Положения Центрального банка Российской  Федерации от 2 марта 2012 г. № 375-П «О требованиях к правилам внутреннего  контроля кредитной организации в целях противодействия легализации  (отмыванию) доходов, полученных преступным путём, и финансированию  терроризма»,  

установил:

Центральным банком Российской Федерации (далее также - Банк России) по  согласованию с Федеральной службой по финансовому мониторингу (далее  также - Росфинмониторинг) принято положение от 2 марта 2012 г. № 375-П  «О требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в  целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных  преступным путём, и финансированию терроризма» (далее - Положение).  

Согласно абзацу десятому пункта 5.2 главы 5 «Программа выявления в  деятельности клиентов операций, подлежащих обязательному контролю, и  операций, в отношении которых возникают подозрения, что они  осуществляются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных  преступным путём, или финансирования терроризма» Положения в программу  выявления операций включаются: перечень мер, принимаемых кредитной  

организацией в отношении клиента и его операций в случае осуществления  клиентом систематически и (или) в значительных объёмах операций, в  отношении которых возникают подозрения, что они осуществляются в целях  легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путём, или  финансирования терроризма (таких, как пересмотр степени (уровня) риска  клиента, обеспечение повышенного внимания к операциям клиента с  денежными средствами или иным имуществом, отказ клиенту в  предоставлении услуг дистанционного банковского обслуживания, в том числе  в приёме от него распоряжения о совершении операции по банковскому счёту  (вкладу), подписанному аналогом собственноручной подписи, и переход на  приём от такого клиента расчётных документов только на бумажном носителе в  случае, если такие условия предусмотрены договором между кредитной  организацией и клиентом).  

Общество с ограниченной ответственностью «ЭНВИО ГРУПП» (далее - Общество) обратилось в Верховный Суд Российской Федерации с  административным исковым заявлением, в котором просит признать не  действующим абзац десятый пункта 5.2 Положения в части применения отказа  клиенту в предоставлении услуг дистанционного банковского обслуживания, в  том числе в приёме от него распоряжения о совершении операции по  банковскому счёту (вкладу), подписанному аналогом собственноручной  подписи, и переход на приём от такого клиента расчётных документов только  на бумажном носителе, ссылаясь на то, что оспариваемое нормативное  положение противоречит статье 7 Федерального закона от 7 августа 2001 г.   № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных  преступным путём, и финансированию терроризма» (далее - Федеральный  закон от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ), статье 58 Федерального закона  от 10 июля 2002 г. № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации  (Банке России)» (далее - Федеральный закон от 10 июля 2002 г. № 86-ФЗ) и  нарушает его право на услуги дистанционного обслуживания в соответствии с  условиями договора. По мнению административного истца, Банк России не  вправе устанавливать не предусмотренные федеральными законами  ограничения на проведение операций клиентами кредитных организаций, а  также обязывать кредитные организации требовать от их клиентов документы,  не предусмотренные законодательством.  

Требование мотивировано тем, что письмом публичного акционерного  общества «Сбербанк России» от 21 мая 2020 г. № 200515-0346-534100  Общество проинформировано о применении ограничений и блокировке  дистанционного банковского обслуживания с использованием системы  электронной подачи платёжных поручений, с указанием на наличие сомнений в  характере совершённых банковских операций и выполнение банком  требований закона.  

Центральный банк Российской Федерации, Федеральная служба по  финансовому мониторингу и Министерство юстиции Российской Федерации  (далее также - Минюст России) в письменных возражениях пояснили, что  Положение издано в соответствии с полномочием, предоставленным Банку  

России федеральным законом, оспариваемое нормативное положение  соответствует действующему законодательству и не нарушает прав и законных  интересов административного истца.  

В судебном заседании представитель административного истца  ФИО2 поддержал заявленное требование.  

Представители Банка России ФИО3, ФИО4 и ФИО5.,  представитель Росфинмониторинга ФИО6, представитель Минюста  России ФИО7 не признали административный иск.  

Выслушав объяснения представителя административного истца  ФИО2, возражения представителей Центрального банка Российской  Федерации ФИО3, ФИО4 и ФИО5, представителя  Федеральной службы по финансовому мониторингу ФИО6,  представителя Министерства юстиции Российской Федерации ФИО7,  проверив оспариваемое нормативное положение на соответствие нормативным  правовым актам, имеющим большую юридическую силу, заслушав заключение  прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Гончаровой Н.Ю.,  полагавшей необходимым в удовлетворении заявленного требования отказать,  Верховный Суд Российской Федерации не находит оснований для  удовлетворения административного искового заявления.  

Согласно статье 7 Федерального закона от 10 июля 2002 г. № 86-ФЗ в  редакции, действовавшей на день принятия Положения, Банк России по  вопросам, отнесённым к его компетенции данным федеральным законом и  другими федеральными законами, издаёт в форме указаний, положений и  инструкций нормативные акты, обязательные для федеральных органов  государственной власти, органов государственной власти субъектов  Российской Федерации и органов местного самоуправления, всех юридических  и физических лиц. Нормативные акты Банка России вступают в силу по  истечении 10 дней после дня их официального опубликования в официальном  издании Банка России - «Вестнике Банка России», за исключением случаев,  установленных Советом директоров. Нормативные акты Банка России не  имеют обратной силы. Нормативные акты Банка России должны быть  зарегистрированы в порядке, установленном для государственной регистрации  нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти  (части первая, третья и четвёртая).  

Пунктом 2 статьи 7 Федерального закона от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ  установлена обязанность для организаций, осуществляющих операции с  денежными средствами или иным имуществом, в целях предотвращения  легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путём, и  финансирования терроризма, разрабатывать правила внутреннего контроля, а  также принимать иные внутренние организационные меры в указанных целях.  

В соответствии с абзацем десятым пункта 2 статьи 7 Федерального закона  от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ правила внутреннего контроля для кредитных  организаций разрабатываются Центральным банком Российской Федерации по  согласованию с уполномоченным органом и утверждаются руководителем  организации. Таким уполномоченным органом является Федеральная служба  

по финансовому мониторингу (пункт 1 Положения о Федеральной службе по  финансовому мониторингу, утверждённого Указом Президента Российской  Федерации от 13 июня 2012 г. № 808).  

Из материалов дела следует, что Положение согласовано с Федеральной  службой по финансовому мониторингу, зарегистрировано в Министерстве  юстиции Российской Федерации 6 апреля 2012 г., регистрационный номер  23744, опубликовано в «Вестнике Банка России» 18 апреля 2012 г. № 20.  

Следовательно, оспариваемый в части нормативный акт Банка России  принят во исполнение требований федеральных законов с соблюдением  порядка его принятия, формы акта, государственной регистрации и  опубликования.  

Доводы административного истца с учётом правовой позиции его  представителя в ходе судебного заседания о противоречии оспариваемого  положения статье 7 Федерального закона от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ и  статье 58 Федерального закона от 10 июля 2002 г. № 86-ФЗ, а также  статьям 845 и 858 Гражданского кодекса Российской Федерации основаны на  неправильном толковании норм права.  

В соответствии со статьёй 845 Гражданского кодекса Российской  Федерации по договору банковского счёта банк обязуется принимать и  зачислять поступающие на счёт, открытый клиенту (владельцу счёта),  денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче  соответствующих сумм со счёта и проведении других операций по счёту  (пункт 1). Банк не вправе определять и контролировать направления  использования денежных средств клиента и устанавливать другие, не  предусмотренные законом или договором банковского счёта ограничения его  права распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению (пункт 3).  

Согласно пункту 1 статьи 858 Гражданского кодекса Российской  Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, ограничение  распоряжения денежными средствами, находящимися на счёте, не допускается,  за исключением наложения ареста на денежные средства, находящиеся на  счёте, или приостановления операций по счёту, в том числе блокирования  (замораживания) денежных средств в случаях, предусмотренных законом.  

Отношения граждан, организаций, осуществляющих операции с  денежными средствами или иным имуществом, иностранных структур без  образования юридического лица, государственных органов, осуществляющих  контроль на территории Российской Федерации за проведением операций с  денежными средствами или иным имуществом, в целях предупреждения,  выявления и пресечения деяний, связанных с легализацией (отмыванием)  доходов, полученных преступным путём, финансированием терроризма и  финансированием распространения оружия массового уничтожения, а также  отношения юридических лиц и федеральных органов исполнительной власти,  связанные с установлением бенефициарных владельцев юридических лиц,  регулируются Федеральным законом от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ  (часть первая статьи 2).  

Целью поименованного федерального закона является защита прав и  законных интересов граждан, общества и государства путём создания  правового механизма противодействия легализации (отмыванию) доходов,  полученных преступным путём, финансированию терроризма и  финансированию распространения оружия массового уничтожения (статья 1).  

В обозначенных в Федеральном законе от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ  целях в его статье 7 определены права и обязанности организаций,  осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом.  

В силу пункта 2 статьи 7 Федерального закона от 7 августа 2001 г.   № 115-ФЗ в целях предотвращения легализации (отмывания) доходов,  полученных преступным путём, и финансирования терроризма кредитные  организации обязаны разрабатывать правила внутреннего контроля и  программы его осуществления, включающие в себя, в частности, критерии  выявления и признаки необычных сделок с учётом особенностей их  деятельности. При этом правила внутреннего контроля кредитных организаций  должны разрабатываться с учётом рекомендаций, издаваемых Банком России  по согласованию с уполномоченным органом.  

Согласно абзацу первому пункта 5.2 Положения решение о квалификации  (неквалификации) операции клиента в качестве подозрительной операции  кредитная организация принимает самостоятельно на основании имеющейся в  её распоряжении информации и документов, характеризующих статус и  деятельность клиента, осуществляющего операцию, а также его представителя  и (или) выгодоприобретателя, бенефициарного владельца (при их наличии).  

По смыслу оспариваемой нормы в правилах внутреннего контроля  предусматривается перечень предупредительных мероприятий, направленных  на минимизацию риска легализации (отмывания) доходов, полученных  преступным путём, и финансирования терроризма, которые принимаются  банком в случае совершения операций, в отношении которых возникают  подозрения, что они осуществляются в целях легализации (отмывания)  доходов, полученных преступным путём, и финансирования терроризма.  

При этом в качестве таковых мер предупредительного характера  указывается право банка отказать клиенту в предоставлении услуг  дистанционного банковского обслуживания, в том числе в приёме от него  распоряжения о совершении операции по банковскому счёту (вкладу),  подписанному аналогом собственноручной подписи, и переход на приём от  такого клиента расчётных документов только на бумажном носителе.  

Необходимо отметить, что указанный перечень не является  исчерпывающим и кредитные организации вправе предпринимать любые, не  запрещённые действующим законодательством Российской Федерации меры, в  том числе, предусмотренные правилами внутреннего контроля кредитной  организации, притом, что в любом случае лицо, в отношении которого принято  такое решение, имеет право оспорить действия кредитного учреждения в  судебном порядке.  

Исходя из содержания приведённых законоположений следует, что  применение кредитной организацией мер по отказу клиенту в предоставлении  

услуг дистанционного банковского обслуживания не препятствует клиенту в  проведении финансовых операций, а всего лишь меняет формат  взаимодействия кредитной организации с клиентом, в частности, способа  передачи распоряжений, что не лишает клиента права свободно распоряжаться  денежными средствами, находящимися на расчётном счёте в кредитной  организации, в полном объёме в соответствии с условиями договора, путём  совершения операций с использованием платёжных документов на бумажном  носителе. Указанная мера реализуется при заключении между кредитной  организацией и клиентом договора, предусматривающего соответствующее  условие.  

Возобновление оказания услуги дистанционного банковского  обслуживания не препятствует осуществлению банком своих обязанностей,  предусмотренных Федеральным законом от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ, и не  исключает возможности отказа в совершении отдельных операций.  

Кроме того, в соответствии с пунктом 11 статьи 7 Федерального закона  от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ организации, осуществляющие операции с  денежными средствами или иным имуществом, вправе отказать в выполнении  распоряжения клиента о совершении операции в случае, если в результате  реализации правил внутреннего контроля у работников организации,  осуществляющей операции с денежными средствами или иным имуществом,  возникают подозрения, что операция совершается в целях легализации  (отмывания) доходов, полученных преступным путём, или финансирования  терроризма.  

Кредитные организации вправе расторгнуть договор банковского счёта  (вклада) с клиентом в случае принятия в течение календарного года двух и  более решений об отказе в выполнении распоряжения клиента о совершении  операции на основании пункта 11 статьи 7 названного федерального закона.  Отказ от заключения договора банковского счёта (вклада) и расторжение  договора банковского счёта (вклада) по основаниям, изложенным в абзацах  втором и третьем указанного пункта, не являются основаниями для  возникновения гражданско-правовой ответственности кредитной организации  за совершение соответствующих действий (абзацы третий и четвёртый  пункта 52 статьи 7 поименованного федерального закона).  

Таким образом, возможность приостановления дистанционного  банковского обслуживания клиента предусмотрена законодательством,  регулирующим публичные правоотношения, которым установлены правила  внутреннего контроля кредитной организации, и является основанием для  применения этой предупредительной меры обеспечения исполнения  обязанности кредитной организации по недопущению нарушения  законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов,  полученных преступным путём, и финансированию терроризма, независимо от  гражданско-правового регулирования, установленного статьёй 858  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Вопреки доводам административного истца оспариваемая норма  Положения не противоречит статье 58 Федерального закона от 10 июля 2002 г.  

 № 86-ФЗ, поскольку к дискреции Банка России Федеральным законом  от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ отнесено установление конкретных требований к  правилам внутреннего контроля кредитной организации.  

Требования административного истца о признании пункта 5.2 Положения  в оспариваемой части не действующим основано на его несогласии с  действиями уполномоченного банка, а также с состоявшимся решением  арбитражного суда по его иску, которые не входят в предмет проверки суда по  настоящему административному делу. При этом из представленных  административным истцом материалов также не усматривается, что  применение на практике оспариваемого нормативного положения не  соответствует истолкованию данного нормативного правового акта (его  отдельных положений), выявленному судом.  

В системе действующего правового регулирования оспариваемое  нормативное положение не нарушает прав административного истца в  указанном им аспекте.  

Положение в оспариваемой части соответствует нормативным правовым  актам, имеющим большую юридическую силу, что по результатам  рассмотрения административного искового заявления влечёт принятие судом  решения об отказе в удовлетворении заявленного требования согласно пункту 2  части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской  Федерации.  

Руководствуясь статьями 175-180, 215 Кодекса административного  судопроизводства Российской Федерации, Верховный Суд Российской  Федерации  

решил:

в удовлетворении административного искового заявления общества с  ограниченной ответственностью «ЭНВИО ГРУПП» о признании частично  недействующим абзаца десятого пункта 5.2 Положения Центрального банка  Российской Федерации от 2 марта 2012 г. № 375-П «О требованиях к правилам  внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия  легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путём, и  финансированию терроризма» отказать.  

Решение может быть обжаловано в Апелляционную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в течение месяца со дня его принятия  в окончательной форме.  

Судья Верховного Суда

Российской Федерации ВС. ФИО1