ВЕРХОВНЫЙ СУД 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 89-АПУ19-1 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г.Москва 20 февраля 2019 года  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  

Федерации в составе: 

председательствующего Колышницына А.С.  судей Эрдыниева Э.Б. и Дубовика Н.П.  

при секретаре Черниковой ОС. 

рассмотрела в судебном заседании дело по апелляционным жалобам  

осужденных ФИО1., ФИО2., адвокатов Сытика И.Д.,  

Воротниковой Н.Ю., Кастерина В.А., потерпевшей Я. на 

приговор Тюменского областного суда от 12 ноября 2018 года, по которому  

ФИО1, 

<

...>  

<

...> не судимый, 

осужден: 

- по п. «а» ч.2 ст. 126 УК РФ к 7 годам лишения свободы;  

- по п. «в» ч.2 ст. 105 УК РФ к 16 годам лишения свободы с  

ограничением свободы на 1 год. 

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем  

частичного сложения наказаний назначено 19 лет лишения свободы с  

отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением  

свободы на 1 год с установлением указанных в приговоре ограничений и  

возложением обязанности, предусмотренных ст.53 УК РФ. 

ФИО2, 

<

...>  

<

...> не судимый, осужден: 

- по п. «а» ч.2 ст. 126 УК РФ к 6 годам 6 месяцам лишения свободы; - по ст.316 УК РФ к 1 году лишения свободы. 

На основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем  частичного сложения наказаний назначено 7 лет лишения свободы с  отбыванием в исправительной колонии строгого режима.  

ФИО3, 

<

...> не судимый,  

осужден: - по п. «а» ч.2 ст. 126 УК РФ к 7 годам лишения свободы; - по ст.316 УК РФ к 1 году лишения свободы. 

На основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем  частичного сложения наказаний назначено 7 лет 6 месяцев лишения свободы  с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.  

Постановлено взыскать компенсацию морального вреда с ФИО1 в пользу:  

- М. в размере 1 миллиона рублей,- М. в размере 800000 рублей,- Я. в размере 400000 рублей.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Эрдыниева Э.Б., выступление осужденных ФИО1., ФИО2.,  ФИО3, адвокатов Строгина Н.Н., Назаровой Н.С, Романова СВ.,  потерпевшей Я. по доводам апелляционных жалоб, выступление прокурора Щукиной Л.В., возражавшей на доводы жалоб, а также  полагавшей необходимым приговор в отношении ФИО2. и  ФИО3 в части отменить, Судебная коллегия  

установила: 

ФИО1., ФИО2. и ФИО3 признаны виновными в  похищении человека, то есть М. совершенном группой лиц по предварительному сговору.  

Кроме того, ФИО1. осужден за совершение убийства М., сопряженное с похищением человека, а ФИО2. и ФИО3 за заранее не обещанное укрывательство особо тяжкого преступления  (умышленное убийство).  

Преступления совершены 29 января 2018 года в г. Тобольске и на  территории Тобольского района Тюменской области при обстоятельствах,  изложенных в приговоре.  

В апелляционных жалобах: 

- осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором, полагая,  что назначенное ему наказание является чрезмерно суровым. Указывает, что  

он сам явился в следственный орган и сообщил о содеянном, ранее он не  судим, положительно характеризуется. Судом признаны в качестве  обстоятельств, смягчающих его наказание - явка с повинной, наличие на  иждивении малолетнего ребенка, состояние здоровья его и ребенка,  признание вины, раскаяние в содеянном, активное способствование  раскрытию и расследованию преступления, противоправность поведения  потерпевшего, при этом указывает, что суд не должным образом учел данные  смягчающие обстоятельства, а также отмечает, что у него не было умысла на  совершение преступлений. Просит приговор изменить, снизить ему срок  наказания, а также квалифицировать его действия в части убийства по ч.1  ст. 105 УК РФ, при этом данные доводы не конкретизированы;  

- адвокат Сытик И.Д. в интересах осужденного ФИО1. выражает  несогласие с приговором, полагая, что его действия по п. «в» ч.2 ст. 105 УК  РФ квалифицированы неверно, поскольку умысел на убийство М. у Войцехова возник после того, как потерпевший был увезен в лес с целью его  попугать, где последний стал оскорблять ФИО1, попытался нанести  удар, и в ответ на это ФИО1 нанес удары топором М., которые привели к его смерти, то есть в действиях осужденного усматривается состав  преступления, предусмотренный ч.1 ст. 105 УК РФ - убийство, совершенное  на почве личных неприязненных отношений. Кроме того, полагает, что  назначенное ФИО1 наказание является чрезмерно суровым, признанные  судом смягчающие обстоятельства учтены формально, суммы  удовлетворенных исковых требований являются завышенными. Просит  приговор изменить, переквалифицировать действия ФИО1 с п. «в»  ч.2 ст. 105 на ч.1 ст. 105 УК РФ, назначить с учетом его личности  справедливое минимальное наказание;  

- адвокат Воротникова Н.Ю. в интересах осужденного ФИО1.  считает приговор несправедливым ввиду назначения ему чрезмерно сурового  наказания. Полагает, что суд не в полной мере учел смягчающие  обстоятельства, данные, характеризующие личность ФИО1, а также то,  что назначение ему длительного срока наказания может повлиять на условия  жизни его семьи, учитывая наличие у него малолетнего ребенка, имеющего  заболевания и нуждающегося в лечении. Кроме того, подвергает сомнению  наличие близких отношений между М. и Я. в связи с чем полагает, что последняя не могла быть признана по делу потерпевшей  и в ее пользу не могла быть взыскана компенсация морального вреда с  ФИО1. Просит приговор в отношении ФИО1. изменить, снизив  ему наказание, а также исключив из числа потерпевших и гражданских  истцов Я. и отказав ей в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда;  

- осужденный ФИО2. выражает несогласие с приговором в части  назначенного ему наказания. Указывает, что его роль в совершении  преступления не была главной, телесные повреждения он потерпевшему не  причинял, что было отмечено судом, по делу признаны в качестве  

смягчающих обстоятельств - явка с повинной, наличие на иждивении  малолетнего ребенка, частичное признание вины, при этом вину по ст. 126 УК  РФ он признает частично, поскольку предварительного сговора на  похищение М. у них не было, а также судом признано в качестве смягчающего обстоятельства противоправное поведение потерпевшего  М. который своим поведением спровоцировал их на совершение преступления против него. Полагает, что суд не в полной мере учел  смягчающие обстоятельства, а также то, что он по месту жительства, работы  и своими родственниками - матерью, сожительницей, с которой он  проживает более 10 лет, характеризуется положительно. Просит приговор  изменить, рассмотрев смягчающие обстоятельства и приняв новое решение;  

- адвокат Кастерин В.А. в интересах осужденного ФИО3 считает  назначенное ему наказание чрезмерно суровым. Указывает, что суд  обоснованно и объективно учел в качестве смягчающих обстоятельств  противоправное поведение потерпевшего М. явку с повинной ФИО3, признание им своей вины в полном объеме, активное  способствование раскрытию тяжкого преступления с подробным описанием  роли каждого участника, состояние здоровья самого осужденного, его жены  и деда, с которым он проживал и помогал по хозяйству. Полагает, что  совокупность данных смягчающих обстоятельств позволяет назначить  ФИО3 более мягкое наказание, в связи с чем просит приговор изменить,  смягчив ему назначенное наказание.  

В возражениях на апелляционные жалобы осужденных и адвокатов  потерпевшие М.М. М. и Я. представитель потерпевших М. считают, что оснований для удовлетворения жалоб ввиду их необоснованности, не имеется.  

Потерпевшая Я. в апелляционной жалобе и дополнении к ней выражает несогласие с приговором, полагая, что действия осужденного  ФИО3 следует квалифицировать как пособничество в убийстве  потерпевшего М. поскольку он помог загрузить потерпевшего в багажник автомобиля, при этом высказался: «Так и надо с ними поступать»,  затем управлял автомобилем в пути следования к месту убийства, помог  выгрузить потерпевшего из багажника, предоставил ФИО1 лопату и  орудие убийства - топор, которым тот впоследствии нанес потерпевшему  телесные повреждения, повлекшие его смерть. При этом потерпевшая  полагает, что суд исключил из обвинения осужденных наличие  предварительной договоренности между ними на убийство и не дал оценку  доказательствам относительно действий каждого из осужденных с учетом  фактического участия в преступлении. Также потерпевшая приводит  показания осужденных, данные ими на предварительном следствии,  описание событий, имеющихся на видеозаписи, мнение защитника  Цинкалова адвоката Кастерина, и полагает, что потерпевший не мог  беспричинно ударить ФИО3. Кроме того, выражает несогласие с  выводом суда о наличии противоправного поведения потерпевшего М., 

по инициативе которого возник повторный конфликт с Цинкаловым, в ходе  которого он сломал зеркало заднего вида и дворник на автомобиле  Цинкалова, считая, что данный вывод суда основан исключительно на  показаниях осужденных, заинтересованных в оговоре потерпевшего, при  этом свидетель М. не поясняла о том, что она видела как М. повреждал автомобиль Цинкалова. Также полагает, что суд при назначении  наказания необоснованно признал в качестве смягчающих обстоятельств - состояние здоровья Цинкалова, состояние здоровья его жены и деда, явку с  повинной Никитюка, прохождение службы Войцеховым в зенитном взводе  минометной батареи, а также суд не учел ее физические мучения, которые  она испытывала в связи с убийством потерпевшего М.. Считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым в связи с  несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела,  неправильным применением уголовного закона. Просит приговор отменить и  уголовное дело направить на новое судебное разбирательство со стадии  предварительного слушания с возвращением уголовного дела прокурору.  

В возражениях на апелляционные жалобы осужденных и их  защитников, потерпевшей государственный обвинитель Ушакова М.А.  считает доводы указанных жалоб необоснованными и просит оставить их без  удовлетворения.  

Проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционных жалоб,  Судебная коллегия находит, что выводы суда о виновности ФИО1.,  ФИО2. и ФИО3 в похищении человека, то есть М. совершенном группой лиц по предварительному сговору, а также ФИО1. в убийстве М. сопряженном с похищением человека, при установленных судом обстоятельствах, соответствуют  фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются совокупностью  доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства, а именно:  признательными показаниями самих осужденных, данными на  предварительном следствии в качестве подозреваемых и обвиняемых и  подтвержденными ими в судебном заседании, а также другими  согласующимися с их показаниями доказательствами, то есть показаниями  свидетелей К.Б. С.М., Р. протоколами следственных действий, заключениями экспертов, подробно приведенными в приговоре, которым судом дана  надлежащая правовая оценка.  

Из вышеуказанных показаний осужденных следует, что после  нанесенных ФИО1 и ФИО3 ударов М., когда последний находился без сознания возле кафе «Джентльмен», ФИО1 предложил  вывезти М. к реке Иртыш за пределы города Тобольска с целью напугать его, с чем ФИО3 и Никитюк согласились. Затем все они втроем  совместными действиями поместили М. в багажник автомобиля «Тойота Авенсис» и поехали в сторону реки, остановились в районе,  расположенном недалеко от пос. Прииртышский. По дороге они  

останавливались возле Дома отдыха, где Цинкалов забрал топор и лопату,  поскольку Войцехов предложил еще больше напугать М., чтобы он поверил в то, что они будут его убивать и закапывать.  

Данные показания осужденных о совместном и согласованном  характере действий всех осужденных по помещению потерпевшего в  багажник автомашины согласуются с показаниями свидетеля М., из которых, с учетом данной в приговоре судом соответствующей оценки действий каждого осужденного, приведенных в этих показаниях  свидетеля, следует, что ФИО1 и ФИО2 взяв потерпевшего за руки и  ноги, донесли его до багажника автомашины, которую перед этим развернул  ФИО3, и затем ФИО3 стал помогать им укладывать потерпевшего в  багажник, после этого, закрыв багажник, сказал, что с ним так и надо  поступать, сел за руль, а двое остальных в машину, и они поехали.  Оснований считать, что показания свидетеля М. неправильно изложены в приговоре не имеется, поскольку они соответствуют содержанию  ее показаний, зафиксированных в протоколе судебного заседания, копии  которого были получены сторонами, в том числе потерпевшей Я. замечаний на него подано не было.  

При этом, вопреки доводам потерпевшей Я. в своих показаниях никто из осужденных не пояснял о том, что потерпевший М. был помещен в багажник автомашины и перемещен за пределы города  Тобольска с целью совершения его убийства и что с этой же целью ФИО3  забрал топор и лопату, а в своих показаниях осужденные однозначно  поясняли, что все указанные действия в отношении потерпевшего были  совершены с целью напугать его.  

Доводы потерпевшей о том, что осужденные изначально намеревались  убить потерпевшего, в связи с чем и перевезли его к месту совершения  убийства являются по существу лишь ее субъективным мнением,  предположением, не основанным на каких-либо достоверных  доказательствах, а, в соответствии с положениями ст. 14 УПК РФ,  обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. При  этом показания осужденных о цели совершения вышеприведенных действий  в отношении потерпевшего какими-либо доказательствами не опровергнуты,  не приведены такие доказательства и в жалобе потерпевшей.  

Учитывая, что преступные действия, связанные с похищением  потерпевшего, а также предоставление ФИО1 топора ФИО3 были  совершены с целью напугать потерпевшего, а не с целью его убийства, то,  соответственно, не имеется каких-либо правовых оснований для  квалификации указанных действий ФИО3 как пособничество ФИО1  в убийстве М.. Доводы потерпевшей в этой части являются несостоятельными и основанными на неправильном понимании положений  закона. Надуманными и не соответствующими материалам дела являются и  доводы потерпевшей об исключении судом из обвинения осужденных  

указания на наличие у них предварительной договоренности на убийство  М., поскольку такое обстоятельство им в обвинении не вменялось. 

Несостоятельными являются доводы осужденного ФИО1 об  отсутствии у него умысла на убийство потерпевшего М., поскольку неоднократное нанесение им ударов острием лезвия топора в голову  потерпевшего, в результате чего М. была причинена открытая черепно- мозговая травма с переломом костей черепа и ушибом головного мозга  (возникновение которой связано с причинением семи рубленых ран теменно- затылочной области головы), повлекшая смерть М., свидетельствует о наличии у ФИО1 прямого умысла на лишение жизни потерпевшего.  

Обоснованно квалифицированы действия ФИО1 и по  квалифицирующему признаку убийства, предусмотренному п. «в» ч.2 ст. 105  УК РФ - «сопряженное с похищением человека», поскольку из показаний  осужденных ФИО3, ФИО1 следует, что после того, как они прибыли  на место и вытащили М. из багажника автомашины, последний стал кричать, ругаться нецензурными словами, предъявляя им претензии в связи с  тем, что они поместили его в багажник, после чего ФИО1 нанес с целью  убийства удары топором М., то есть, как правильно указал суд, умысел на убийство М. возник у ФИО1 после его захвата, перемещения в безлюдное место, в процессе удержания, когда потерпевший являлся  похищенным лицом, не имеющим возможности передвигаться  самостоятельно, и по существу в связи с предъявленными М. претензиями по поводу совершенных ими в отношении его неправомерных  действий, что подтверждает связь между убийством и похищением человека.  При этом доводам ФИО1 о том, что после того, как М. вытащили из багажника, последний попытался нанести ему удар, судом обоснованно  дана критическая оценка, выводы суда в этой части являются подробными и  надлежащим образом мотивированными, оснований не согласиться с ними у  Судебной коллегии не имеется.  

Таким образом, оценив совокупность всех исследованных по делу  доказательств, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности виновности  ФИО1, ФИО2. и ФИО3 в похищении человека,  совершенном группой лиц по предварительному сговору, а также ФИО1 в убийстве, то есть умышленном причинении смерти другому человеку,  сопряженном с его похищением, и дал правильную юридическую оценку их  действиям. Оснований для иной квалификации действий осужденных не  имеется.  

Вместе с тем, Судебная коллегия находит приговор в отношении  ФИО2. и ФИО3 в части их осуждения по ст.316 УК РФ  подлежащим отмене, уголовное дело - прекращению за отсутствием в  деянии состава преступления по следующим основаниям.  

В соответствии с требованиями закона, лицо, скрывшее преступление,  в совершении которого оно принимало участие, не может нести уголовную  ответственность по ст.316 УК РФ.  

Квалифицируя действия Никитюка и Цинкалова по ст.316 УК РФ, суд  исходил из того, что они участвовали в сокрытии убийства М., совершенного Войцеховым.  

Между тем, судом установлено, что ФИО2 и ФИО3 не только  принимали участие в сокрытии убийства, очевидцами которого они являлись,  но и непосредственно до этого участвовали в похищении М. группой лиц по предварительному сговору. То есть, ФИО2 и ФИО3, укрывая  убийство потерпевшего, скрывали тем самым и совершенное ими  преступление - похищение человека.  

При таких обстоятельствах, в действиях ФИО2 и ФИО3  отсутствует состав преступления, предусмотренного ст.316 УК РФ, в связи с  чем приговор в этой части подлежит отмене, а производство по делу  прекращению. С учетом изложенного в приговор в отношении ФИО2 и  ФИО3 вносятся соответствующие изменения.  

Доводы адвоката Воротниковой об отсутствии оснований для  признания Я. потерпевшей и гражданским истцом по делу являются необоснованными.  

В соответствии с п.З ст.5 УПК РФ к близким лицам, в частности,  относятся лица, жизнь, здоровье и благополучие которых дороги  потерпевшему в силу сложившихся личных отношений.  

Как следует из материалов дела, показаний потерпевшей Я., с М. они совместно проживали с февраля 2016 года, вели общее хозяйство, планировали зарегистрировать брак летом 2018 года,  являлись близкими друг другу людьми. В связи с убийством близкого ей  человека ей были причинены физические и нравственные страдания.  Изложенное подтверждается справкой участкового уполномоченного  Г. характеристикой, данной соседями М. и Я.., об их совместном проживании и нахождении в фактических брачных отношениях, ведении общего хозяйства, а также копиями медицинских  документов о перенесенных Я. заболеваниях в 2018 году, оказании ей психологической помощи. Таким образом, выводы суда о том,  что Я. являлась близким М. лицом, в связи с чем она признана потерпевшей по делу, и о необходимости взыскания в ее пользу  компенсации морального вреда, являются обоснованными.  

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона (ст.389-17  УПК РФ), влекущих изменение или отмену приговора, судом не допущено.  При этом Судебная коллегия отмечает, что показания свидетеля И., который был надлежащим образом извещен о дате явки в суд для допроса, были оглашены в судебном заседании по ходатайству  государственного обвинителя в связи с его неявкой, в порядке ч.1 ст.281 УПК  РФ с согласия сторон, при этом потерпевшая Я. также не возражала против оглашения, и в дальнейшем стороны не заявляли  ходатайство о допросе указанного свидетеля.  

Наказание Войцехову В.В., Никитюку СВ. и Цинкалову А.В.  назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и  степени общественной опасности совершенных ими преступлений, роли  каждого из них при совершении преступлений, данных, характеризующих их  личности, отсутствия отягчающих и наличия смягчающих наказание  обстоятельств, в том числе и тех, на которые имеются ссылки в  апелляционных жалобах, а также влияния назначенного наказания на  исправление осужденных и на условия жизни их семей.  

Противоправность поведения потерпевшего М. явившегося поводом для совершения преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст. 126  УК РФ, судом обоснованно признана обстоятельством, смягчающим  наказание, поскольку, как правильно указал суд, конфликт между  ФИО3 и М. на лестничной площадке кафе «Джентльмен», который начал М. был исчерпан, однако, спустя некоторое время, возник вновь по его инициативе. При этом, в ходе  конфликта М. сломал зеркало заднего вида и дворник автомобиля «Тойота Авенсис», которым управлял ФИО3, что следует из показаний  всех осужденных. Данные показания объективно согласуются с показаниями  свидетеля М., пояснившей, что после того, как М. был помещен осужденными в багажник автомашины, а сами осужденные сели в  салон, автомашина начала движение и на что-то наехала, затем ФИО3,  находившийся за рулем, вышел из автомашины, подобрал с земли предмет,  похожий на пластмассовую палку, подошел к лобовому стеклу со стороны  водителя и пытался прикрепить, поставить на место этот предмет, но у него  ничего не получилось, и они уехали; а также с протоколом осмотра  автомашины, в ходе которого данные повреждения были установлены.  

Также, вопреки доводам потерпевшей Я., обоснованно признаны судом в качестве обстоятельств, смягчающих наказание:  

- у ФИО3 состояние здоровья, а также состояние здоровья его жены и  деда, то есть наличие у них различных заболеваний, что подтверждается  имеющимися в материалах дела соответствующими документами,  приобщенными к делу как в ходе предварительного, так и судебного  следствия, при этом состояние здоровья близких родственников учтено в  соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ;  

- явка ФИО2 с повинной, которая была дана им 29 января 2018 года в  21.30, что подтверждается материалами дела, при этом ФИО2 был  задержан в порядке ст.91-92 УПК РФ в этот же день в 23.59;  

- прохождение ФИО1 действительной военной службы в Северо- Кавказском региональном округе в зенитном взводе минометной батареи, что  подтверждается приобщенными в ходе судебного следствия  соответствующими документами, поступившими из войсковой части, где  проходил службу ФИО1.  

Таким образом, Судебная коллегия находит, что назначенное  осужденным Войцехову В.В., Никитюку СВ. и Цинкалову А.В. наказание  является справедливым и оснований для его смягчения не имеется.  

Гражданские иски потерпевших судом также рассмотрены в  соответствии с требованиями закона, при этом размер взысканной в пользу  каждого из потерпевших компенсации морального вреда определен с учетом  положений ст.ст.151, 1101 ГК РФ, а также требований разумности и  справедливости. Оснований для снижения размера взысканной с  осужденного ФИО1 компенсации морального вреда не имеется.  

На основании изложенного, руководствуясь ст.З89-20, 389-28, 389-33  УПК РФ, Судебная коллегия  

определила: 

приговор Тюменского областного суда от 12 ноября 2018 года в  отношении ФИО2 и ФИО3 в части их осуждения по ст.316 УК РФ отменить и дело  производством прекратить на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за  отсутствием в деянии состава преступления, признав за ними право на  реабилитацию.  

Исключить указание о назначении ФИО2. и ФИО3  наказания на основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений.  

Приговор в отношении ФИО2. в части осуждения по п. «а» ч.2  ст. 126 УК РФ к 6 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в  исправительной колонии строгого режима и в отношении ФИО3 в  части осуждения по п. «а» ч.2 ст. 126 УК РФ к 7 годам лишения свободы с  отбыванием в исправительной колонии строгого режима и этот же приговор  в отношении ФИО1 оставить без изменения, а  апелляционные жалобы осужденных, адвокатов и потерпевшей - без  удовлетворения.  

ПредседательствующийСудьи