ВЕРХОВНЫЙ СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

№ 303-ЭС17-23451 (8, 9)

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва

5 февраля 2021 года

Судья Верховного Суда Российской Федерации Букина И.А., изучив с материалами истребованного дела кассационные жалобы публичного акционерного общества «Банк ВТБ» (далее – Банк ВТБ) и Федеральной налоговой службы на постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 05.10.2020 по делу № А04-3201/2010 Арбитражного суда Амурской области о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Юрганз» (далее – должник),

по обособленному спору о привлечении ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, компаний Parlain Limited (далее – компания «Парлайн»), закрытого акционерного общества «Альянс Транс-Азия», акционерного общества «Дальневосточная транспортная группа» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

установил:

определением суда первой инстанции от 27.12.2018, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2019, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 15.07.2019 названные судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Амурской области.

При новом рассмотрении спора определением суда первой инстанции от 29.01.2020 признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО5, компании «Парлайн», ФИО8, ФИО1, общества «ДВТГ», ФИО6, общества «Альянс Транс-Азия», общества «Дальнефтетранс»; в удовлетворении требований к остальным ответчикам отказано.

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2020 определение суда первой инстанции от 29.01.2020 в части удовлетворения заявленных требований оставлено без изменения. 

Постановлением суда округа от 05.10.2020 названные судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение.

В кассационных жалобах, поданных в Верховный Суд Российской Федерации, заявители просят обжалуемые судебные акты отменить.

По смыслу части 1 статьи 291.1, части 7 статьи 291.6, статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если изложенные в ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Между тем таких оснований по результатам изучения материалов дела, судебных актов и доводов кассационных жалоб не установлено.

Разрешая спор и отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, суд округа, руководствуясь положениями Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» о субсидиарной ответственности (в применимой редакции) с учетом разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), исходил из того, что судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Применительно к рассматриваемой ситуации суд округа отметил, что вопрос раскрытия экономической целесообразности отношений, складывающихся в группе, и действий, совершаемых лицами, входящими в эту группу, подлежал исследованию не только с учетом формального подхода к определению заинтересованности субъектов по отношению друг к другу, но и с учетом специфики рыночных отношений, в рамках которых осуществлялась их деятельность (специфика осуществления деятельности в сфере железнодорожных перевозок), на основании оценки соответствующих доказательств, представленных сторонами в обоснование своих позиций.

Суд округа отметил, что, делая вывод о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности ввиду их недобросовестного поведения, выразившегося в наращивании долговой нагрузки перед Банком ВТБ и выводе имущества, суды первой и апелляционной инстанций не проверили и не оценили возражения ответчиков о том, что банкротство должника было обусловлено объективными обстоятельствами, а не действиями контролирующих лиц.

Кроме того, суд округа обратил внимание на то, что согласно разъяснениям, изложенным в абзаце четвертом пункта 3 постановления № 53, лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно замещало должность главного бухгалтера должника. Делая вывод о вине  ФИО8, суды не определили, насколько в данном случае вменяемое ей в вину совершение действий по проставлению подписей на бухгалтерской документации, содержащей также подписи руководителя юридического лица, соответствовало целям и задачам ее трудовой деятельности. При этом суд округа отметил, что отсутствие возражений главного бухгалтера при оформлении бухгалтерской документации само по себе не может быть использовано в качестве условия для субсидиарной ответственности этого лица.

В заключение суд округа сослался на то, что судами первой и апелляционной инстанций не были исследованы возражения ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности. Так, должник был признан банкротом 17.11.2014, в период действия пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, согласно которому срок исковой давности по иску о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности был равен одному году. С заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности Банк ВТБ обратился в арбитражный суд 17.11.2017, притом что ответчики, заявляя о применении срока исковой давности, приводили доводы о наличии у Банка ВТБ к моменту признания должника несостоятельным сведений и доказательств, положенных в основу настоящего заявления. В частности, ответчики ссылались на обращение Банка ВТБ 29.01.2013 в Высокий Суд Англии и Уэльса Суда Королевской Скамьи с требованием к компании «Парлайн», ФИО1, ФИО6 о взыскании убытков, обоснованное совершением сделок с облигациями общества «ДВТГ-Финанс», по результатам которого Высоким Судом Англии и Уэльса Суда Королевской Скамьи принято решение от 29.04.2015 по делу № 2013-138 (т. 133, л.д. 8-118). 

По результатам изучения материалов дела оснований для того, чтобы сделать выводы о необходимости передачи кассационных жалоб на рассмотрение в судебное заседание, не имеется.

В кассационных жалобах заявители преимущественно ссылаются на то, что суд округа переоценил выводы судов первой и апелляционной инстанций относительно наличия признаков недобросовестности в поведении ответчиков. Однако изучение материалов дела показало, что, указывая на вывод активов по инициативе контролирующих должника лиц и перевод должника в рамках группы компаний в режим «центра убытков» (например, страницы 22-23 определения от 29.01.2020), суды первой и апелляционной инстанций действительно не дали оценки возражениям ответчиков относительно экономических составляющих вменяемых им сделок, а также относительно иных факторов, приведших к банкротству должника.

Так, в частности ответчики ссылались на следующие обстоятельства.

Согласно кредитному соглашению с Банком ВТБ процентная ставка зависела от ставки MosPrime + 8 % (а затем 9 %). После начала экономического кризиса 2008 года ставка MosPrime выросла с 7,48  до 27, 61, в связи с чем процентная ставка по кредиту стала составлять 36,61 %. В то же время упавшая цена на перевозки не позволяла должнику получать доходы, сопоставимые с докризисными, тем более с учетом возросших процентных ставок по кредитам. Должником и его контролирующими лицами предпринимались действия по погашению требований независимых кредиторов, в результате чего удалось погасить требования ОАО АКБ «Союз», ПАО «Банк «Возрождение», ОАО «Ак Барс» Банк, ОАО АКБ «МБРР», группы компаний Альфа. Погашение происходило за счет заложенных в пользу названных лиц вагонов, что не нарушало права иных кредиторов (так как иные кредиторы не могли претендовать на заложенное имущество). По этой причине само по себе совершение названных сделок по реализации вагонов не могло быть вменено ответчикам в качестве доказательства их недобросовестности, поскольку в результате их заключения происходил расчет с уже имевшимися кредиторами.

При этом ответчики отмечали, что в аналогичной ситуации Банк ВТБ отказался от реализации заложенного в его пользу имущества, несмотря на наличие предложения от независимого покупателя – ГК «Балтийский лизинг» (т. 132, л.д. 28-35). Впоследствии имущество было реализовано в деле о банкротстве по цене на 90 % меньше стоимости вагонов. Равным образом ответчики обращали внимание на то, что Банк ВТБ не соглашался на просьбы должника и о фиксации процентной ставки по кредиту на уровне 17 %.

Ответчики также указывали на то обстоятельство, что отсутствие у них намерения на вывод активов подтверждается ходом дела о банкротстве, поскольку требование Банка ВТБ, отказавшегося проводить реструктуризацию долга, было погашено на 49 % (3,2 млрд. руб.). Если бы ответчики предпринимали действия по созданию ситуации невозможности удовлетворения требований кредиторов (посредством совершения подозрительных сделок по выводу имущества), то погашение задолженности перед Банком ВТБ на такую сумму было бы невозможным. Равным образом, по мнению ответчиков, их добросовестность подтверждалась принятием в преддверии банкротства мер по погашению задолженности перед иными независимыми кредиторами.

В отношении сделок с облигациям общества «ДВТГ-Финанс» ответчики обращали внимание на то, что после эмиссии соответствующих облигаций должник получал от данного общества финансирование по более низким ставкам по сравнению с рыночными, то есть привлеченное финансирование расходовалось, в том числе в интересах должника, в связи с чем выкуп облигаций данного общества не может рассматриваться в качестве недобросовестного вывода активов.

Поскольку судами первой и апелляционной инстанций правовая оценка названным фактам действительно не дана (в том числе на страницах 31-33 определения от 29.01.2020), несмотря на то, что данные обстоятельства могут иметь существенное значение для разрешения спора, следует согласиться с выводом суда округа, направившего обособленный спор на новое рассмотрение, в рамках которого могут быть установлены истинные причины несостоятельности должника. 

При этом вопреки доводам заявителей суд округа не предрешил исход спора в части применения исковой давности, а указал на применение соответствующих норм судами первой и апелляционной инстанций в неправильной редакции. В то же время в кассационных жалобах заявители не приводят доводы о недопустимости применения к настоящему спору положений пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Заявители кассационных жалоб не лишены возможности приводить доводы и представлять доказательства в обоснование своей позиции по спору при новом рассмотрении дела.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

определил:

отказать в передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Судья Верховного Суда                                                  И.А. Букина

Российской Федерации