ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

 № 52-КГ18-1 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 4 марта 2019 г. 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда  Российской Федерации в составе  

председательствующего Пчелинцевой Л.М., судей Фролкиной СВ., Гуляевой Г.А. 

рассмотрела в открытом судебном заседании 4 марта 2019 г. гражданское  дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю  ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, о  возложении обязанности внести в трудовую книжку записи о приёме на  работу и об увольнении, направить сведения о периоде работы и произвести  необходимые отчисления в Пенсионный фонд Российской Федерации, выдать  справку о заработной плате за последние три месяца работы, взыскании  компенсации за неиспользованный отпуск, морального вреда и судебных  расходов  

по кассационной жалобе ФИО1 на решение Горно- Алтайского городского суда Республики Алтай от 15 января 2018 г. и  апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам  Верховного Суда Республики Алтай от 28 марта 2018 г., которыми в  удовлетворении исковых требований отказано.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Фролкиной СВ.,  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда  Российской Федерации  

установила: 

ФИО1 1 ноября 2017 г. через представителя ФИО3  обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО4  

Виктору Петровичу (далее - ИП Сарычев В.П.) и с учётом уточнения  исковых требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального  кодекса Российской Федерации просила со ссылкой на статью 16 Трудового  кодекса Российской Федерации установить факт трудовых отношений с  ИП Сарычевым В.П. с 21 января 2016 г. по 2 октября 2017 г., обязать  ИП Сарычева В.П. внести в трудовую книжку записи о приёме её на работу с  21 января 2016 г. и об увольнении с работы с 2 октября 2017 г. по пункту 3  части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе  работника), направить сведения о периоде работы и произвести необходимые  отчисления (уплатить страховые взносы) в Пенсионный фонд Российской  Федерации, выдать справку о заработной плате за последние три месяца  работы, взыскать компенсацию за неиспользованный отпуск в размере  28 002 руб., компенсацию за задержку выплаты компенсации за  неиспользованный отпуск в размере 1121 руб. 48 коп., компенсацию  морального вреда в размере 100 000 руб. и судебные расходы в размере  13 200 руб.  

В обоснование заявленных требований ФИО1 указала, что  с 13 января 2016 г. проходила стажировку в качестве продавца в киоске  «Сувениры», принадлежащем ИП ФИО2 и находящемся в торговом  центре «Турист». С 21 января 2016 г. она была допущена к работе в качестве  продавца киоска с ведома и по поручению ИП ФИО2 Она приступила  к исполнению трудовых обязанностей без оформления письменного трудового  договора, трудовую книжку она передала работодателю. При устройстве на  работу была достигнута договорённость о выплате заработной платы в  размере 600 руб. за один день работы. ФИО1 был установлен режим  работы с 10.00 до 19.00 часов, она работала посменно с напарницей (четыре  дня через два дня). Выплата заработной платы производилась работодателем  один раз в месяц 2-5 числа в размере около 12 000 руб.  

2 октября 2017 г. ФИО1 была уволена с работы без объяснения  причин, при этом с приказом об увольнении её не ознакомили,  соответствующую запись в трудовую книжку не внесли.  

ФИО1 считает, что незаконными действиями работодателя ИП  ФИО2, не оформившего с ней трудовые отношения в соответствии с  Трудовым кодексом Российской Федерации, нарушены её права как работника  и ей причинён моральный вред.  

ФИО1 в исковом заявлении ссылалась на то, что факт её работы у  ИП ФИО2 в киоске «Сувениры» в торговом центре «Турист» в период  с 21 января 2016 г. по 2 октября 2017 г. могут подтвердить директор и  продавцы магазина «Грааль», которые на протяжении всего указанного  периода времени являлись свидетелями её трудовой деятельности в качестве  продавца.  

Решением Горно-Алтайского городского суда Республики Алтай  от 15 января 2018 г. в удовлетворении исковых требований ФИО1  отказано.  

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам  Верховного Суда Республики Алтай от 28 марта 2018 г. решение суда первой  инстанции оставлено без изменения.  

В поданной в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного  Суда Российской Федерации кассационной жалобе ФИО1 ставится  вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании  Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации для отмены решения Горно-Алтайского городского суда  Республики Алтай от 15 января 2018 г. и апелляционного определения  судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Алтай  от 28 марта 2018 г., как незаконных.  

По результатам изучения доводов кассационной жалобы 1 октября 2018 г.  судьёй Верховного Суда Российской Федерации Фролкиной СВ. дело  истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и её же определением  от 16 января 2019 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения  в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного  Суда Российской Федерации.  

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещённые о времени  и месте рассмотрения дела в кассационном порядке, в судебное заседание суда  кассационной инстанции не явились, сведений о причинах неявки не  представили. От ответчика ИП ФИО2 поступил письменный отзыв на  кассационную жалобу ФИО1, в которой он просит обжалуемые  судебные постановления оставить без изменения. Судебная коллегия по  гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь  статьёй 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации  (далее также - ГПК РФ), считает возможным рассмотреть дело в отсутствие  неявившихся лиц, участвующих в деле.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и  письменные возражения на неё ответчика ИП ФИО2,  Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.  

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений  в кассационном порядке являются существенные нарушения  норм материального права или норм процессуального права, которые  повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны  восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а  также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 ГПК  РФ).  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации приходит к выводу, что в настоящем деле такого характера  существенные нарушения норм материального и процессуального права  были допущены судами первой и апелляционной инстанций, и они  выразились в следующем.  

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО2  зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с 29 марта  

2001 г. Основным видом его деятельности является розничная торговля  сувенирами, изделиями народных художественных промыслов.  

Из имеющихся в материалах дела копий договоров аренды торговых  площадей, заключённых между обществом с ограниченной ответственностью  «Геал» и ИП ФИО2 1 января 2016 г. и 1 января 2017 г., следует, что  в соответствии с этими договорами ИП ФИО2 принята во временное  пользование за плату неизолированная часть нежилого помещения общей  площадью 22 кв.м в здании торгового центра «Турист», расположенном по  адресу: 

<

...>, для установки  торгового оборудования и устройства торговой точки под № 10.  

В соответствии со штатными расписаниями ИП ФИО2,  утверждёнными 1 мая 2016 г. и 15 июня 2017 г., по состоянию на 1 июля  2016 г. и 1 июля 2017 г. у него имелись три штатных должности продавца- консультанта: две штатные единицы в торговой точке № 1 (торговый центр  «Турист») и одна штатная единица в торговой точке № 2 (торговый центр  «Горный»).  

Судом также установлено, что ФИО1 в 2016 году периодически  находилась в киоске в торговом центре «Турист» вместе с ФИО5.  (супругой ФИО2), которая осуществляла торговлю в этом киоске. При  этом между ФИО1 и ИП ФИО2 трудовой договор о  выполнении истцом трудовой функции по должности продавца не заключался,  приказ о приёме истца на работу ответчиком не издавался, записи о работе у  ответчика в трудовую книжку ФИО1 не вносились, кадровые  документы в отношении истца ИП ФИО2 не оформлялись.  

Письмом прокуратуры г. Горно-Алтайска от 25 октября 2017 г.  ФИО1 сообщено о том, что в ходе рассмотрения её обращения по  вопросу уклонения от оформления трудового договора ИП ФИО2  установить факт осуществления трудовой деятельности заявителя у  ИП ФИО2 не представилось возможным, так как ИП ФИО6  отрицал наличие трудовых отношений с ФИО1, в том числе устной  договорённости о приёме её на работу, а работавшая на момент проверки в  магазине по продаже сувениров в торговом центре «Турист» ФИО7.  пояснила, что не знакома с ФИО1 Этим же письмом ФИО1  было разъяснено, что при наличии доказательств, в том числе показаний  свидетелей, она может самостоятельно обратиться в Горно-Алтайский  городской суд и установить факт наличия трудовых отношений.  

Из письма Государственного учреждения - Управления пенсионного  фонда Российской Федерации в г. Горно-Алтайске от 12 января 2018 г. на  запрос суда следует, что ИП ФИО2 за 2016 календарный год на  застрахованное лицо ФИО1 не производил начисления страховых  взносов, а также их перечисления в пенсионный фонд.  

В ответе Управления Федеральной налоговой службы по Республике  Алтай от 15 января 2018 г. на запрос суда сообщено, что ИП ФИО2  сведения о доходах физического лица за 2016 год в отношении ФИО1  

в налоговый орган не представлялись, отчисления страховых взносов за  2017 год за неё не производились.  

Согласно последней записи в трудовой книжке ФИО1 она была  уволена 2 марта 2015 г. из общества с ограниченной ответственностью  «Телекомсервис» с должности оператора связи по пункту 2 части 1 статьи 81  Трудового кодекса Российской Федерации в связи с сокращением численности  или штата работников организации.  

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований  ФИО1 к ИП ФИО2 об установлении факта трудовых  отношений с ИП ФИО2 с 21 января 2016 г. по 2 октября 2017 г., об  обязании внести в её трудовую книжку соответствующие записи и иных  требований, суд первой инстанции сослался на нормы статей 15, 16, 20, 21, 22  Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснения, содержащиеся  в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской  Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», и пришёл к выводу о  том, что истцом не представлено надлежащих и достаточных доказательств, с  достоверностью подтверждающих фактический допуск ФИО1  к работе ИП ФИО2, а также факт осуществления ею у  ИП ФИО2 трудовой функции по должности продавца в спорный  период времени с ведома и по поручению работодателя, подчинение  её правилам внутреннего распорядка, получение заработной платы у  ИП ФИО2  

С приведёнными выводами суда первой инстанции и их правовым  обоснованием согласился суд апелляционной инстанции, дополнительно  указав, что в силу положений статьи 56 ГПК РФ бремя доказывания факта  наличия трудовых отношений возлагается на истца, однако представленные  ФИО1 доказательства не подтверждают наличие между истцом и  ответчиком трудовых отношений.  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации находит выводы судов первой и апелляционной инстанций  основанными на неправильном применении норм материального права и  сделанными с нарушением норм процессуального права.  

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством  национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые  могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового  правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации  труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация № 198 о трудовом  правоотношении (далее также - Рекомендация МОТ о трудовом  правоотношении, Рекомендация).  

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что  характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках  индивидуального трудового правоотношения, должны определяться  национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим,  принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.  

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной  политики защиты работников в условиях индивидуального трудового  правоотношения существование такого правоотношения должно в первую  очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы  и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это  трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об  обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть  заключено между сторонами.  

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового  правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии  с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в  организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах  другого лица лично работником в соответствии с определённым графиком или  на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной,  заказавшей её; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа  предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов  стороной, заказавшей работу).  

В целях содействия определению существования индивидуального  трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей  национальной политики рассмотреть возможность установления правовой  презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в  том случае, когда определено наличие одного или нескольких  соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом  правоотношении).  

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации  труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими  способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.  

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений  и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из  общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с  Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской  Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд,  который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается;  право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и  род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его  трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.  

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между  работником и работодателем о личном выполнении работником за плату  трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным  расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации;  конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под  управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам  внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем  условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными  нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового  

права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными  актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров,  фактически регулирующих трудовые отношения между работником и  работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской  Федерации).  

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации  трудовые отношения возникают между работником и работодателем на  основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим  кодексом.  

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают  также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или  по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в  случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть  3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).  

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям  возникновения трудовых отношений между работником и работодателем  относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по  поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае,  когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная  норма представляет собой дополнительную гарантию для работников,  приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного  лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана  устранить неопределённость правового положения таких работников (пункт 3  определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г.   № 597-0-0).  

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено,  что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в  соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику  работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда,  предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными  правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным  договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным  соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику  заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определённую этим  соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем  работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка,  действующие у данного работодателя.  

Согласно части 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации  трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и  работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими  федеральными законами, иными нормативными правовыми актами  Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического  допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или  его уполномоченного на это представителя.  

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух  экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67  Трудового кодекса Российской Федерации).  

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается  заключённым, если работник приступил к работе с ведома или по поручению  работодателя или его уполномоченного на это представителя. При  фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с  ним трудовой договор в письменной форме не позднее трёх рабочих дней со  дня фактического допущения работника к работе, а если отношения,  связанные с использованием личного труда, возникли на основании  гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми  отношениями, - не позднее трёх рабочих дней со дня признания этих  отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2  статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).  

Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что приём на работу оформляется приказом (распоряжением)  работодателя, изданным на основании заключённого трудового договора.  Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать  условиям заключённого трудового договора.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта  2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса  Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен  надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по  поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то  трудовой договор считается заключённым и работодатель или его  уполномоченный представитель обязан не позднее трёх рабочих дней со дня  фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной  форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При  этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном  случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными  нормативными правовыми актами, учредительными документами  юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами  или в силу заключённого с этим лицом трудового договора наделено  полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при  фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению  такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса  Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность  оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.  

Из приведённых выше нормативных положений трудового  законодательства следует, что к характерным признакам трудового  правоотношения, возникшего на основании заключённого в письменной  форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о  личном выполнении работником определённой, заранее обусловленной  трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя;  

подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего  трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда;  возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).  

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с  работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание  приказа (распоряжения) о приёме на работу) нормами Трудового кодекса  Российской Федерации возлагается на работодателя.  

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим  образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает  возможности признания сложившихся между сторонами отношений  трудовыми, а трудового договора - заключённым при наличии в этих  отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям  возникновения трудовых отношений между работником и работодателем  закон (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит  также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению  работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был  надлежащим образом оформлен.  

Цель указанной нормы - устранение неопределённости правового  положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия  трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных  интересов как экономически более слабой стороны в трудовом  правоотношении, в том числе путём признания в судебном порядке факта  трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым  договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим  работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником  трудовой договор в установленный статьёй 67 Трудового кодекса Российской  Федерации срок может быть расценено как злоупотребление правом со  стороны работодателя вопреки намерению работника заключить трудовой  договор.  

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового  кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с  которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к  работе и выполняет её с ведома или по поручению работодателя или его  представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением,  наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор  считается заключённым.  

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или  отсутствия) тех или иных формализованных актов (трудового договора,  гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и  устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений  и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса  Российской Федерации, был ли фактически осуществлён допуск работника к  выполнению трудовой функции.  

Между тем нормы трудового законодательства, определяющие понятие  трудовых отношений, их отличительные признаки и особенности, основания  

10 

возникновения, формы реализации прав работника при разрешении споров с  работодателем по квалификации сложившихся отношений в качестве  трудовых, судами первой и апелляционной инстанций применены  неправильно, без учёта Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении,  правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и  разъяснений Верховного Суда Российской Федерации. Вследствие этого  обстоятельства, имеющие значение для дела, судебными инстанциями не  установлены, действительные правоотношения сторон не определены.  

Согласно части первой статьи 12 ГПК РФ, конкретизирующей статью 123  (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским  делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.  

В развитие указанных принципов статья 56 ГПК РФ предусматривает, что  каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается  как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено  федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение  для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на  обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.  

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном  законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает  наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и  возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для  правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть  получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных  доказательств (абзацы первый и второй части 1 статьи 55 ГПК РФ).  

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 24 июня 2008 г. № 11 «О подготовке дел к судебному  разбирательству» судья обязан уже в стадии подготовки дела создать условия  для всестороннего и полного исследования обстоятельств, имеющих значение  для правильного разрешения дела. Доказательства представляются сторонами  и другими лицами, участвующими в деле, но с учётом характера  правоотношений сторон и нормы материального права, регулирующей  спорные правоотношения. Судья разъясняет, на ком лежит обязанность  доказывания тех или иных обстоятельств, а также последствия  непредставления доказательств. При этом судья должен выяснить, какими  доказательствами стороны могут подтвердить свои утверждения, какие  трудности имеются для представления доказательств, разъяснить, что по  ходатайству сторон и других лиц, участвующих в деле, суд оказывает  содействие в собирании и истребовании доказательств (часть 1 статьи 57 ГПК  РФ).  

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 5 и 6  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня  2008 г. № 11 «О подготовке дел к судебному разбирательству», под  уточнением обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения  дела, следует понимать действия судьи и лиц, участвующих в деле, по  определению юридических фактов, лежащих в основании требований и  

возражений сторон, с учётом характера спорного правоотношения и норм  материального права, подлежащих применению. В случае заблуждения сторон  относительно фактов, имеющих юридическое значение, судья на основании  норм материального права, подлежащих применению, разъясняет им, какие  факты имеют значение для дела и на ком лежит обязанность их доказывания  (статья 56 ГПК РФ). При определении закона и иного нормативного правового  акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и  установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны  определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска,  возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих  юридическое значение для правильного разрешения дела.  

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие  обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и  какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой  закон должен быть применён по данному делу и подлежит ли иск  удовлетворению (часть 1 статьи 196 ГПК РФ).  

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению,  основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном  исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 ГПК РФ).  

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 2 и 3  постановления от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» разъяснено,  что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном  соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами  материального права, которые подлежат применению к данному  правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях  аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК  РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для  дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами,  удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости,  или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67  ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда,  вытекающие из установленных фактов.  

Из изложенных норм процессуального закона и разъяснений Пленума  Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что  выводы суда об установленных им фактах должны быть основаны на  доказательствах, исследованных в судебном заседании. При этом бремя  доказывания обстоятельств, имеющих значение для данного дела, между  сторонами спора подлежит распределению судом на основании норм  материального права, регулирующих спорные отношения, а также с учётом  требований и возражений сторон.  

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и  установлению с учётом исковых требований ФИО1 и регулирующих  спорные отношения норм материального права являлись следующие  обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между ФИО1 и  ИП ФИО2 или его уполномоченным лицом о личном выполнении  

Юдаковой И.П. работы по должности продавца в киоске «Сувениры» в  торговом центре «Турист», расположенном по адресу: г. Горно-Алтайск,  просп. Коммунистический, 53; была ли допущена Юдакова И.П. к  выполнению этой работы ИП Сарычевым В.П. или его уполномоченным  лицом; выполняла ли Юдакова И.П. работу в интересах, под контролем и  управлением работодателя в период с 21 января 2016 г. по 2 октября 2017 г.;  подчинялась ли Юдакова И.П. действующим у работодателя правилам  внутреннего трудового распорядка; выплачивалась ли ей заработная плата.  

Между тем обстоятельства, касающиеся характера возникших отношений  между истцом и ответчиком, с учётом заявленных исковых требований  ФИО1 об установлении факта трудовых отношений и подлежащих  применению норм трудового законодательства в качестве юридически  значимых судами первой и апелляционной инстанций определены и  установлены не были, предметом исследования и оценки судебных инстанций  в нарушение приведённых требований Гражданского процессуального кодекса  Российской Федерации не являлись.  

Суды первой и апелляционной инстанций, изложив в судебных  постановлениях доводы ФИО8, приведённые в исковом заявлении, и  обстоятельства, по её мнению, их подтверждающие, эти обстоятельства не  устанавливали и по существу спор не разрешили, ограничились лишь  указанием на то, что истец не представила доказательств, свидетельствующих  о наличии между ней и ответчиком трудовых отношений в спорный период,  тем самым произвольно применив статью 56 ГПК РФ и нарушив требования  процессуального закона, касающиеся доказательств и доказывания в  гражданском процессе.  

ФИО1 в обоснование своих исковых требований об установлении  факта трудовых отношений между ней и ИП ФИО2 в исковом  заявлении ссылалась на то, что ИП ФИО2 и его супруга ФИО5.  ведут совместную деятельность по реализации сувенирной продукции, в том  числе в киоске «Сувениры», находящемся в торговом центре «Турист».  С 21 января 2016 г. ФИО1 была допущена к работе в качестве  продавца в этом киоске супругой ответчика ФИО5, которая  фактически являлась уполномоченным лицом ИП ФИО2 и вела книгу  учёта товаров в данном киоске. Между сторонами была достигнута  договорённость о размере заработной платы ФИО1, которая ей  регулярно выплачивалась в спорный период, установлен режим её работы в  соответствии с графиком работодателя. В связи эти истец полагала, что между  ней и ИП ФИО2 фактически сложились трудовые отношения,  которые по вине ответчика не были оформлены в предусмотренном трудовым  законодательством порядке. ФИО1 также указывала, что подтвердить  факт её трудовых отношений с ИП ФИО2 могут свидетели, которых  она назвала в исковом заявлении.  

В судебном заседании суда первой инстанции 14 декабря 2017 г. была  допрошена в качестве свидетеля ФИО5, которая подтвердила, что в  спорный период времени она работала у ИП ФИО2 в киосках,  

находящихся в торговом центре «Турист», помогая своему супругу в  реализации сувенирной продукции, она также вела книгу учёта товаров в  киоске № 10А. С Юдаковой И.П. она находилась в дружеских отношениях.  Юдакова И.П. приходила к ней во время работы в киоске № 10 А, помогала ей  делать записи в книге учёта товаров, она давала Юдаковой И.П. деньги за  оказываемую помощь. В книге учёта товаров в киоске № 10А могут быть и  подписи ИП Сарычева В.П.  

В судебном заседании суда первой инстанции 15 января 2018 г. ответчик  ИП ФИО2 пояснял, что по просьбе ФИО5 он несколько раз  беседовал с ФИО1 по поводу приема её на работу продавцом в киоск  в торговом центре «Турист». Личные качества ФИО1 его не  устроили, в связи с чем к работе он её не допускал и трудовой договор с ней  не заключал. Однако ФИО1 приходила в киоск к его жене, находилась  там в рабочее время, делала записи в книге учёта товаров. Он по просьбе  супруги иногда расписывался в этой книге. Его супруга ФИО5 давала  ФИО1 деньги.  

Однако суд первой инстанции, изложив доводы сторон спора и  показания свидетеля ФИО5, не дал им оценки, как того требуют  положения статьи 67 ГПК РФ, не отразил в решении мотивы, по которым  принял в качестве средств обоснования своих выводов доводы ответчика  ИП ФИО2 и отверг доводы истца ФИО1, а также  представленные ею доказательства.  

Так, суд первой инстанции не дал правовой оценки в совокупности с  пояснениями сторон и показаниями свидетеля ФИО5  представленной ФИО1 в суд книге учёта товаров в киоске № 10А за  период с января по декабрь 2016 года, в которой имеются записи: о допуске  ФИО1 к работе в киоске с 21 января 2016 г. супругой ответчика  ФИО5., о реализации ФИО1 сувенирной продукции с  указанием количества товара и его стоимости, о передаче выручки ИП  ФИО2, о получении ФИО1 ежемесячно заработной платы от  ИП ФИО2, а также не дал оценки графику работы за июнь-июль  2017 года с информацией о днях работы истца. Не являлись предметом  исследования суда имеющиеся в указанной выше книге подписи ИП  ФИО2 под записями о получении выручки от ФИО1 и о  выдаче ей заработной платы.  

Суд первой инстанции в нарушение части 2 статьи 56 ГПК РФ не  поставил на обсуждение сторон вопрос о допросе в качестве свидетелей лиц,  которых ФИО1 назвала в своём исковом заявлении.  

Суд апелляционной инстанции допущенные судом первой инстанции  нарушения норм права не устранил и также не устанавливал юридически  значимые обстоятельства, сославшись лишь на то, что истец не представила  доказательств, подтверждающих наличие между ней и ответчиком трудовых  отношений в спорный период, в то время как по смыслу статей 15, 16, 56,  части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном  единстве наличие трудового правоотношения презюмируется, если работник,  

с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к  работе и выполняет её с ведома или по поручению работодателя или его  представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением.  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации полагает необходимым обратить внимание на допущенный  судебными инстанциями формальный подход к рассмотрению настоящего  дела, в котором разрешается спор, связанный, по сути, с реализацией права на  труд.  

Исходя из положений статей 67, 71, 195 - 198, 329 ГПК РФ выводы суда о  фактах, имеющих значение для дела, не должны быть общими и  абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении  убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и  доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости  (статьи 59, 60 ГПК РФ). В противном случае нарушаются задачи и смысл  гражданского судопроизводства, установленные статьёй 2 названного кодекса.  

Эти требования процессуального закона, как усматривается из текстов  обжалуемых судебных постановлений, судами при разрешении спора по иску  ФИО1 к ИП ФИО2 выполнены не были. Судами не учтено,  что при рассмотрении дела суд обязан исследовать по существу все  фактические обстоятельства с учётом доводов и возражений сторон спора и не  вправе ограничиваться установлением формальных условий применения  нормы. Иное приводило бы к тому, что право на справедливую, компетентную  полную и эффективную судебную защиту, закреплённое в статье 8 Всеобщей  декларации прав человека, пункте 1 статьи 6 Конвенции о защите прав  человека и основных свобод, пункте 1 статьи 14 Международного пакта о  гражданских и политических правах, а также в части 1 статьи 46 Конституции  Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.  

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций при  рассмотрении исковых требований ФИО1 об установлении факта  трудовых отношений с ИП ФИО2 и иных исковых требований в  результате неправильного применения норм материального права и  существенного нарушения норм процессуального права не определили  обстоятельства, имеющие значение для дела, и то, какой стороне надлежит их  доказывать, не установили эти обстоятельства, не приняли во внимание  доводы истца и не оценили в совокупности имеющиеся по делу  доказательства, не дали полной, надлежащей оценки характеру и условиям  сложившихся между сторонами отношений. В связи с этим выводы судебных  инстанций об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 не  могут быть признаны основанными на законе.  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации признаёт несостоятельным утверждение судебных инстанций  об отсутствии трудовых отношений между сторонами со ссылкой на  то обстоятельство, что документально эти отношения не оформлялись  (отсутствуют сведения о заключении между сторонами трудового договора о  выполнении истцом трудовой функции по должности продавца, об издании  

ответчиком приказа о приёме истца на работу, о внесении записей в трудовую  книжку истца о работе у ответчика), поскольку такая ситуация прежде всего  может свидетельствовать о допущенных нарушениях закона со стороны  ИП Сарычева В.П. по надлежащему оформлению отношений с работником  Юдаковой И.П. Кроме того, этот вывод судебных инстанций противоречит  приведённым выше положениям Трудового кодекса Российской Федерации.  

Ввиду изложенного решение Горно-Алтайского городского суда  Республики Алтай от 15 января 2018 г. и апелляционное определение  судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Алтай  от 28 марта 2018 г. нельзя признать законными. Они приняты с  существенными нарушениями норм материального и процессуального права,  повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможна защита  нарушенных прав и законных интересов заявителя кассационной жалобы, что  согласно статье 387 ГПК РФ является основанием для отмены обжалуемых  судебных постановлении и направления дела на новое рассмотрение в суд  первой инстанции.  

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть всё  приведённое выше и разрешить исковые требования ФИО1 на  основании норм закона, подлежащих применению к спорным отношениям,  установленных по делу обстоятельств и с соблюдением требований  процессуального закона.  

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 ГПК РФ, Судебная коллегия по  гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации  

определила: 

решение Горно-Алтайского городского суда Республики Алтай  от 15 января 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по  гражданским делам Верховного Суда Республики Алтай от 28 марта 2018 г.  отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции - Горно-Алтайский городской суд Республики Алтай.  

Председательствующий Судьи