ВЕРХОВНЫЙ СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№ 307-ЭС19-6974(2)

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва

1 августа 2019 г. 

Судья Верховного Суда Российской Федерации Самуйлов С.В., изучив с материалами истребованного дела кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью коммерческий банк "Финансовый капитал" (далее – банк) в лице конкурсного управляющего  государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" (далее – агентство)

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.07.2018, постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2018 и постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 31.01.2019 по делу №А56-76137/2016 о банкротстве банка,

установил:

из материалов дела и судебных актов следует, что по договору от 19.10.2016 банк (продавец) в тот же день передал ФИО1 (покупателю) три погрузчика KALMAR общей стоимостью 16 915 595 руб. 

ФИО1 оплатил покупку 19.10.2016 посредством перевода денежных средств со своего счета, отрытого в том же банке.

Приказом Банка России от 25.10.2016 № ОД-3645 у банка отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

08.11.2016 возбуждено дело о банкротстве банка, 19.12.2016 в отношении банка введена процедура конкурсного производства, функции конкурсного управляющего возложены на агентство.

Агентство 21.09.2017 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 19.10.2016 и применении последствий недействительности сделки в виде восстановления обязательства банка перед ФИО1 по расчетному счету в этом банке и восстановления права собственности банка на погрузчики.

В обоснование требования заявитель указал на недействительность сделки по основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее  Закон о банкротстве), а также со ссылкой на статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Заявитель полагал, что в условиях неплатежей банка по требованиям прочих кредиторов и наличия скрытой картотеки неисполненных поручений, осведомленности ФИО1 о предкризисном финансовом состоянии банка в силу его статуса (акционер и член наблюдательного совета), а также необычности сделки по купле-продаже автопогрузчиков ни для хозяйственной деятельности банка, ни для ФИО1, имеется достаточно оснований полагать, что сделка осуществлена с целью предпочтительного удовлетворения требований ФИО1 к банку, вытекающего из договора банковского счета. 

ФИО1 привлечен к участию в деле в качестве ответчика.

Определением суда первой инстанции от 26.07.2018, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 22.10.2018 и постановлением окружного суда от 31.01.2019, в удовлетворении заявления отказано.

Суды исходили из того, что имущество банка отчуждено по цене, выше рыночной, внутрибанковская проводка не доказывает безвозмездность договора при том, что на счете ФИО1 было достаточно денежных средств для оплаты погрузчиков.

Разрешая вопрос о предпочтительности, суды приняли во внимание незначительность доли участия в банке, принадлежащей ФИО1 и его супруге, отсутствие у них возможности контролировать деятельность банка (осуществлять руководство его текущей деятельностью), что свидетельствовало о неосведомленности ответчика о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества банка. Кроме того суды указали, что оспариваемая сделка не обладает признаками, установленными статьей 61.3 Закона о банкротстве, так как в результате ее совершения погашение обязательств перед ответчиком не производилось. 

Не согласившись с указанными судебными актами, агентство обратилось с кассационной жалобой в Верховный Суд Российской Федерации, в которой потребовало их отменить и удовлетворить заявленные требования.

В обоснование доводов жалобы заявитель указал, что судами не применен, в частности, абзац 5 части 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, а именно не сопоставлены наступившие от спорной сделки последствия с тем, на что кредитор был вправе рассчитывать при удовлетворении его требований в конкурсном производстве, с учетом того, что при предъявления своего требования в реестр требований кредиторов должника он был бы включен в третью очередь. 

При таком сопоставлении ответчик получил удовлетворение своих требований, вытекающих из банковского счета, преимущественно перед кредиторами, в том числе включенными впоследствии в первую очередь реестра кредиторов должника. При этом в результате совершения спорной сделки со стороны банка, выразившейся фактически в отражении технической проводки, не сопровождающейся реальным движением денежных средств, ФИО1 получил высоколиквидный актив банка (технику), за счет реализации которого другие кредиторы, предъявившие требования к банку в рамках дела о банкротстве, вправе были претендовать на удовлетворение своих требований к должнику.

Заявитель считает неправильным применение судами положений пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, не соглашаясь с выводами судов о том, что спорная сделка совершена в рамках обычной хозяйственной деятельности. По его мнению, основанному на пункте 35.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", достаточным признаком необычности сделки для кредитной организации являются обстоятельства, свидетельствующие о наличии неоплаченных платежных документов клиентов из-за отсутствия средств на корреспондентском счете или об осуществлении оспоренного платежа в обход других ожидающих исполнения распоряжений клиентов, которые в это время не могли получить доступ к своим средствам, в том числе перевести их в другие кредитные организации. В настоящем случае с 26.09.2016 банк не исполнял платежные поручения ряда клиентов.

Заявитель также отметил, что презумпцией выхода сделки за пределы обычной деятельности является согласно пункту 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве заинтересованность клиента или получателя платежа по отношению к кредитной организации. В данном случае это обстоятельство подтверждается тем, что ФИО1 входит в состав членов наблюдательного совета банка, что очевидно повышает как степень его осведомленности о делах банка по сравнению с независимыми кредиторами, так и возможность совершать сделки, недоступные для последних.

Основанием для отмены или изменения судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов (часть 1 статьи 291.11 АПК РФ). Доводы заявителя указывают на наличие таких оснований и требуют проверки в судебном заседании.

Руководствуясь статьей 184, пунктом 2 части 7 статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

определил:

кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью коммерческий банк "Финансовый капитал" в лице конкурсного управляющего  государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" передать для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Назначить судебное заседание на 26 августа 2019 г. на 11 часов 00 минут в помещении суда по адресу: Москва, улица Поварская, дом 15, зал № 3048 (подъезд 5).

Судья Самуйлов С.В.