\  

                                                ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № _20-012-24сп 

                                                КАССАЦИОННОЕ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                г. Москва 26 сентября 2012 г.  

                                                Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе  

                                                председательствующего Скрябина К.Е. судей Истоминой Г.Н. и Пелевина Н.П. при секретаре Волкове А.А. 

                                                рассмотрела в судебном заседании кассационные жалобы осужденных  Абуталимова М.М., Газиева Р.Р., Давудова Р.А. и их защитников адвокатов  Абдулаева М.М., Алиева А.Р., Абдулкаримова М.А. на приговор Верховного  суда Республики Дагестан с участием присяжных заседателей от 25 мая 2012  года, которым  

                                                Давудов Р А  

                                                судимый 11 июня 2009 года по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 3  годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере  10000 рублей, условно с испытательным сроком на 2 года, осужден к лишению свободы по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ сроком на 12 лет  с ограничением свободы на 1 год; по п. «а» 4.2 ст. 127 УК РФ сроком на  4 года;  

                                                по пп. «д», «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ сроком на 15 лет, с ограничением  свободы на 1 год 6 месяцев.  

                                                По совокупности преступлений в соответствии со ст. 69 УК РФ путем  частичного сложения наказаний назначено 18 лет лишения свободы с  отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с  ограничением свободы на 2 года.  

                                                На основании ч.5 ст.74 УК РФ условное осуждение в отношении  Давудова Р.А. по приговору Левашинского районного суда Республики  Дагестан от 11 июня 2009 года отменено и на основании ст.70 УК РФ к  назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания  по предыдущему и окончательно назначено Давудову Р.А. 19 лет лишения  свободы в исправительной колонии строгого режима, с ограничением  свободы 2 года.  

                                                Абуталимов М М  

                                                 судимый 

                                                11 июня 2009 года по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 3 годам 6  

                                                месяцам лишения свободы со штрафом в размере 10000  

                                                рублей, условно с испытательным сроком на 2 года, 

                                                осужден к лишению свободы по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ сроком на 11 лет с  ограничением свободы на 1 год; по п. «а» Ч. 2 ст. 127 УК РФ сроком на 4  года;  

                                                по пп. «д», «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ сроком на 15 лет, с ограничением  свободы на 1 год 6 месяцев.  

                                                По совокупности преступлений в соответствии со ст. 69 УК РФ, путем  частичного сложения наказаний назначено 17 лет лишения свободы с  ограничением свободы 1 год и 6 месяцев.  

                                                На основании ч.5 ст.74 УК РФ условное осуждение в отношении  Абуталимова М М по приговору Левашинского районного  суда Республики Дагестан от 11 июня 2009 года отменено и на основании  ст.70 УК РФ, к назначенному наказанию частично присоединено неотбытое  наказание по предыдущему приговору и окончательно назначено 18 лет  лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с  ограничением свободы 2 года.  

                                                Газиев Р Р  

                                                 судимый от 11 июня 2009 года по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 3 годам 

                                                6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 10000  

                                                рублей, условно с испытательным сроком на 2 года, 

                                                осужден к лишению свободы по п. «в» ч. 4 162 УК РФ сроком на 9 лет, с  ограничением свободы на 1 год; по п. «а» Ч. 2 ст. 127 УК РФ сроком на 3  года;  

                                                по п.п. «д», «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ сроком на 15 лет с ограничением  свободы на 1 год 6 месяцев.  

                                                По совокупности преступлений в соответствии со ст. 69 УК РФ путем  частичного сложения наказаний окончательно назначено 16 лет лишения  свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением  свободы на 2 года.  

                                                На основании ч.5 ст.74 УК РФ условное осуждение в отношении  Газиева Р Р. по приговору Левашинского районного суда Республики  Дагестан от 11 июня 2009 года отменено и на основании ст. 70 УК РФ, к  данному наказанию частично присоединено неотбытое наказание по  предыдущему приговору и окончательно назначено на 17 лет лишения  свободы в исправительной колонии строгого режима, с ограничением  свободы на 2 года.  

                                                Магомедов А Г  

                                                 несудимый 

                                                осужден к лишению свободы по п. «в» ч. 4 162 УК РФ сроком на 9 лет, с  ограничением свободы на 1 год; по п. «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ сроком на 3  года;  

                                                по п.п. «д», «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ сроком на 13 лет с ограничением  свободы на 1 год 6 месяцев.  

                                                По совокупности преступлений в соответствии со ст. 69 УК РФ путем  частичного сложения наказаний окончательно назначено 17 лет лишения  свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением  свободы на 2 года.  

                                                Давудов, Абуталимов, Газиев и Магомедов осуждены за разбойное  нападение на Г с причинением тяжкого вреда ее здоровью;  за незаконное лишение Г свободы, совершенное группой  лиц по предварительному сговору; за убийство Г по  предварительному сговору группой лиц, совершенное с особой жестокостью,  с целью скрыть другое преступление.  

                                                Преступления совершены ими 25 мая 2010 года в с.  

                                                 района Дагестан, при обстоятельствах,  изложенных в приговоре.  

 

Дело в отношении Давудова Р.А. рассматривается в порядке ч. 2 ст. 360  УПК РФ.  

                                                Заслушав доклад судьи Истоминой Г.Н., объяснения защитников  осужденных Абдулаева М.М., Алиева А.Р., Богославцевой О.И.,  поддержавших доводы жалоб об отмене приговора, возражения  представителей потерпевшей Абулмуслимова А.М., Салимова А.М.,  просивших об оставлении жалоб без удовлетворения, мнение прокурора  Прониной Е.Н. полагавшей изменить приговор в отношении Абуталимова  М.М., снизить ему наказание по ч. 4 ст. 162 УК РФ применением ч. 1 ст. 65  УК РФ, снизить срок ограничения свободы по ч. 2 ст. 105 УК РФ до 1 года 5  месяцев и по совокупности преступлений до 1 года 6 месяцев ограничения  свободы, а в остальном приговор оставить без изменения, судебная  коллегия  

                                                установила: 

                                                В кассационной жалобе адвокат Абдулаев М.М. в защиту Абуталимова  М.М. со ссылкой на показания осужденного Абуталимова указывает о его  непричастности к совершению преступлений в отношении  Г  

                                                Полагает, что поводом для вынесения обвинительного вердикта  коллегией присяжных заседателей явились нарушения уголовно- процессуального закона, допущенные судом в ходе рассмотрения уголовного  дела.  

                                                Сторона обвинения пришла к выводу о причастности Абуталимова  М.М. и других к указанным преступлениям, исключительно, на основании их  первоначальных показаний осужденных, от которых они в последующем  отказались и не подтвердили в суде.  

                                                В связи с этим сторона обвинения заявила ходатайство об оглашении  их показаний в судебном заседании.  

                                                Стороной защиты было заявлено ходатайство о признании этих  доказательств недопустимыми в связи с тем, что подсудимый Абуталимов  М.М. и другие подсудимые после задержания в качестве подозреваемых  были подвергнуты допросам с грубым нарушением требований уголовно- процессуального закона, и в ходе рассмотрения дела в суде были получены  доказательства, указывающие на применение при их допросах  недозволенных методов.  

                                                В частности, допрос Абуталимова М.М. в качестве подозреваемого  проведен в ночное время с участием защитника Рабаданова, который  защищал интересы другого подозреваемого по этому же делу. Кроме того  адвокат Рабаданов является дядей супруги О - оперативного сотрудника, сопровождающего данное дело. Допросы  подозреваемых Абуталимова М.М. и Газиева Р.Р., интересы которых  защищал адвокат Рабаданов А.А. по назначению, были проведены одновременно 05 октября 2010 года в г. . В протоколе допроса  Газиева Р.Р. имеется исправление времени допроса. Дополнительный  допрос Абуталимова М.М. в качестве обвиняемого проведен без его  согласия, после того, как он отказался от дачи показаний на основании ст.  51 Конституции РФ.  

                                                Протоколы допроса Абуталимова М.М. в качестве обвиняемого и  проверка показаний на месте не подписаны им самим. Факт отказа от  подписи оставлен без внимания. Доводы Абуталимова о применении к нему  недозволенных методов со стороны оперативных работников остались без  внимания.  

                                                Несмотря на эти и другие доводы защиты суд необоснованно  удовлетворил ходатайство обвинения об оглашении первоначальных  показаний Абуталимова М.М. в судебном заседании с участием присяжных  заседателей. Тем самим, сторона обвинения сообщила присяжным данные,  которые могли вызвать у них предубеждение в отношении подсудимого.  

                                                В ходе рассмотрения дела допрашиваемые лица в присутствии  присяжных заседателей неоднократно допускали высказывания по поводу  прежней судимости Абуталимова М.М и других. Такое высказывание  допустила потерпевшая М в судебном заседании 16 апреля  2012 года в отношении подсудимого Абуталимова М.М. Свидетель О  

                                                в ходе допроса 05 марта 2012 года сообщил, что знаком с подсудимыми  Давудовым Р.А., Газиевым и Абуталимовым М.М. в связи с тем, что ранее  они проходили по другому делу. На этом же судебном заседании  председательствующий, разъясняя присяжным заседателям причину их  удаления из зала суда на время обсуждения ходатайства стороны, тем, что  они не должны знать данные о личности подсудимого, в частности, о его  судимости, таким разъяснением дал понять, что подсудимые ранее были  привлечены к уголовной ответственности.  

                                                Далее в прениях сторон потерпевшая М заявила, что все  ее родственники уверены, что подсудимые совершили данное преступление и  все сельчане боятся того, что они выйдут на свободу. Однако  председательствующий оставил без внимания данное обстоятельство.  

                                                В напутственном слове председательствующий заявил, что исходя из  презумпции невиновности подсудимого не все сомнения должны толковаться  в пользу него ( л. протокола 114). Далее, разъясняя им порядок совещания и  голосования, председательствующий выразил свое мнение о необходимости  ответить на первый вопрос положительно. Замечания стороны защиты в этой  части признал, но оставил без внимания.( л. протокола 115).  

                                                В момент удаления присяжных заседателей в совещательную комнату  для вынесения вердикта одна из присяжных заседателей И  заявила о том, что она в силу ухудшения состояния здоровья не может  продолжить участие в деле. Однако председательствующий в нарушение  требований ст. 329 УПК РФ оставил ее заявление без реагирования.  

 

После удаления присяжных заседателей в совещательную комнату для  вынесения вердикта старшина присяжных заседателей в нарушение  требований ст. 344 УПК РФ один возвращался в зал судебного заседания для  получения дополнительных разъяснения по поставленным вопросам.  

                                                Полагает, что именно указанные нарушения уголовно-процессуального  закона, допущенные в ходе рассмотрения дела, привели к тому, что у  присяжных заседателей могло возникнуть предубеждение в отношении  подсудимых, в связи с чем остались без внимания обстоятельства, которые  подтверждают алиби подсудимых: показания потерпевшей М  

                                                 свидетелей Г Г Я А  

                                                 А 

                                                Суду не представлены доказательства, подтверждающие нахождение  подсудимых 25 мая 2010 года в центре села возле озера.  

                                                Осмотром телефонных звонков установлено, что Давудов Р.А. и  Магомедов А.Г. в селе в указанное обвинением время с 12 до 20  часов 25 мая 2010 года не находились, и они не могли быть вместе.  

                                                Также возникают сомнения в справедливости приговора в связи с тем,  что в нем не изложены факты обосновывающие квалификацию каждого  деяния. При назначении наказания судом не учтена положительная  характеристика подсудимого Абуталимова М.М., выданная УИН УФСИН  по району.  

                                                С учетом допущенных нарушений закона просит отменить  обвинительный приговор в отношении Абуталимова М.М. и направить  уголовное дело на новое судебное разбирательство.  

                                                Об этом же ставит вопрос в кассационной жалобе осужденный  Абуталимов М.М., приводя аналогичные доводы о допущенных в ходе  судебного разбирательства нарушениях закона.  

                                                Помимо этого он указывает на то, что ему не дали возможность  рассказать присяжным заседателям о пытках, которым он подвергался в  хорде расследования дела со стороны оперативных работников  

                                                 РОВД, один из которых О присутствовал при его  допросах, он же пригласил для защиты его интересов адвоката Рабаданова  А., являющегося дядей его жены. О в ходе допроса довел до  сведения присяжных заседателей информацию о том, что ранее он  «проходил» по другому делу, а председательствующий специально давал  возможность допрашиваемым лицом сообщить присяжным заседателям о его  прежней судимости.  

                                                Утверждает о своей непричастности к совершению преступлений, что  не было принято во внимание присяжными заседателями.  

                                                Полагает, что среди присяжных заседателей была женщина, которая  является родственницей мужа потерпевшей, а присяжный заседатель  И является родственницей участкового с. Г  

                                                Допущенные нарушения закона служат основанием отмены приговора.  

 

Адвокат Алиев А.Р. в своей кассационной жалобе в защиту Газиева  указывает на те же нарушения, допущенные в ходе расследования дела и  судебного разбирательства, что и в жалобе адвоката Абдулаева М.М. в  защиту Абуталибова М.  

                                                Обращает внимание на то, что Газиев после задержания его 4 октября  2010 года был допрошен с применением недозволенных методов водной  же время, что и Абуталибов М. В протоколе допроса Газиева Р. исправлено  время допроса.  

                                                Несмотря на то, что показания Газиева на предварительном следствии  получены с нарушением закона, судом удовлетворено ходатайство стороны  обвинения об оглашении их в присутствии присяжных заседателей.  

                                                В ходе допроса свидетели Я и О сообщили о судимости  Газиева. Кроме того, во время удаления присяжные заседатели находились в  комнате, дверь в которую была приоткрыта, а в это время  председательствующий без всякой необходимости неоднократно напоминал  сторонам, что нельзя сообщать о судимости Газиева.  

                                                Вынесенный на основании обвинительного вердикта приговор  является, по его мнению, несправедливым. В приговоре не изложены факты,  обосновывающие квалификацию каждого деяния. При назначении наказания  Газиеву суд не учел его положительную характеристику.  

                                                При формировании коллегии присяжных заседателей первой опрос  кандидатов проводит сторона защиты, однако, председательствующий  предоставил возможность первым задать вопросы стороне обвинения.  

                                                Отмечает также, что присяжный заседатель М ранее  судим, но скрыл этот факт.  

                                                Присяжный заседатель И имеет родственные отношения с  потерпевшей стороной, в связи с чем до начала судебного заседания имела  мнение о виновности Газиева.  

                                                В связи с допущенными нарушениями закона просит приговор в  отношении Газиева Р.Р. отменить, дело направить на новое судебное  рассмотрение.  

                                                В кассационной жалобе осужденный Газиев Р.Р. просит рассмотреть  его жалобу справедливо, ссылаясь на то, что преступления, за которые он  осужден, не совершал, что в ходе предварительного следствия был избит  дубинками, в силу чего, не имея другого выхода, оговорил себя и других  осужденных.  

                                                В кассационной жалобе адвокат Абдулкаримов М.А. в защиту  М со ссылкой на показания осужденного Магомедова А.Г.,  свидетеля М Г распечатку телефонных разговоров с  телефонного аппарата принадлежащего Магомедову А.Г., утверждает о  непричастности последнего к совершению преступлений, за которые тот осужден, о том, что в день убийства потерпевшей Магомедов на своей  автомашине находился в г. по делам своего двоюродного брата.  

                                                Несмотря на наличие алиби у Магомедова ходатайства о производстве  следственных действий по проверке алиби Магомедова А.Г., а также  заявление Давудова Р.А. , Абуталимова,М.М. о том, что они оговорили  Магомедова А.Г. следователем были проигнорированы, по ним не были  произведены никакие следственные действия.  

                                                Постановлением Левашинского районного суда от 12 мая 2011 года  бездействие следователя Г признано незаконным,  нарушающим конституционные нормы и требования ст. 159 УПК РФ.  

                                                Однако и после данного решения суда следователем не были  выполнены требования ст. 159 УПК РФ.  

                                                Без всестороннего исследования обстоятельств дела, в том числе и  оправдывающих Магомедова А.Г. не может быть вынесено законное,  обоснованное и справедливое решение судом, а вынесенное не может  считаться таковым, поскольку нарушены основополагающие принципы (ч 4  ст. 7 УПК РФ) при проведении следователем предварительного следствия.  

                                                Подробно описывая движение дела, автор жалобы отмечает, что  уголовное дело по обвинению Магомедова в совершении преступлений,  предусмотренных пп. «д», «ж», «з» ч 2 ст. 105, п «в» ч 4 ст. 162 УК РФ было  возвращено судом прокурору для устранения препятствий его рассмотрения  в связи с необходимостью перевода на родной язык обвинительного  заключение и вручения его обвиняемому Газиеву Р.Р., а также для  приведения нумерации листов уголовного дела в соответствие.  

                                                Устранение указанных процессуальных нарушений не касалось ни  фактических обстоятельств, ни вопросов квалификации действий и  доказанности вины обвиняемых, а их устранение не предполагало  дополнение ранее предъявленного обвинения.  

                                                По результатам проведенного дополнительного расследования  Магомедову было предъявлено обвинение в совершении преступлений,  предусмотренных пп. «д, ж, к» ч 2 ст. 105, п «а» ч 2 ст. 127 , и п. «в» 4 ст. 162  УК РФ, то есть обвинение изменено и дополнено п. «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ.  

                                                Полагает, что это грубое нарушение ч 1 ст. 237 УПК РФ, правовой  позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении КС РФ  от 08.12.2003 года № 18-П.  

                                                На основании нового обвинения судом составлен вопросный лист и  вынесен вердикт присяжными заседателями.  

                                                Считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым,  вынесенным с нарушением Конституции РФ и УПК РФ.  

                                                В обвинительном заключении не приведен перечень доказательств, на  которые ссылается сторона защиты.  

                                                Кроме этого, обвинительное заключение от 24.11.2011 года составлено  на основании проведенных процессуальных действий после возвращения  данного уголовного дела прокурору, которые были проведены в нарушение смысла чЛ ст. 237 УПК РФ, и Постановления Конституционного суда РФ от  8.12.2003 года № 18 П.  

                                                Полагает, что дополнительное обвинение Магомедова А.Г.,  предъявленное в нарушении ст. 162 УПК РФ вне сроков предварительного  следствия не может быть положено в основу вопросных листов для  вынесения вердикта присяжными заседателями, а обвинительный приговор  постановленный на основе обвинительного вердикта присяжных заседателей  является незаконным.  

                                                Отмечает также, что при составлении вопросного листа  председательствующим в 1-м вопросе о событии убийства  Г произошедшего 25.05.2010 года, незаконно  указано на автомашину Магомедова А.Г. - с госномером  

                                                 при том, что была ли именно автомашина Магомедова орудием  преступления, ни предварительным ни судебным следствием не  установлено.  

                                                При произнесении напутственного слова председательствующий сказал,  что «обычно на первый вопрос отвечают утвердительно», тем самым  присяжные заседатели были поставлены в затруднительное положение: если  сказать «нет, не доказано», значит Г должна быть жива, а  если сказать «да, доказано» , то получается , что Магомедов А.Г. в любом  случае совершил данное преступление, если его машина была там.  

                                                С учетом этого считает, что некорректность поставленного первого  вопроса привела к ошибочному обвинительному вердикту присяжных  заседателей.  

                                                В связи с допущенными нарушениями закона просит приговор отменить,  направить дело на новое судебное рассмотрение со стадии предварительного  слушания.  

                                                В возражении на кассационные жалобы государственные обвинители  Гамидов А.Б. и Абакаров А.Т. считают приговор законным и обоснованным  и просят оставить его без изменения.  

                                                Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб,  судебная коллегия находит, что приговор суда постановлен в соответствии с  обвинительным вердиктом коллегии присяжных заседателей о виновности  осужденных в содеянном, основанном на всестороннем и полном  исследовании материалов дела.  

                                                Вопреки доводам жалоб дело рассмотрено законным составом  коллегии присяжных заседателей, которая сформирована с соблюдением  требований ст. 328 УПК РФ.  

                                                В соответствии с ч. 8 ст. 328 УПК РФ сторонам была предоставлена  возможность задать кандидатам в присяжные заседатели вопросы, связанные  с выяснением обстоятельств, препятствующих их участию в деле. То обстоятельство, что первым эти вопросы задал государственный обвинитель,  а после него - защитники подсудимых, не свидетельствует об ограничении  права стороны защиты на участие в формировании коллегии присяжных  заседателей.  

                                                Данных о том, что в составе коллегии присяжных заседателей  принимали участие лица, которые в силу закона не имели права исполнять  обязанности присяжного заседателя, а также о том, что кандидаты в  присяжные заседатели скрыли информацию о себе, лишив стороны заявить  им отводы, из материалов дела не усматривается.  

                                                При формировании коллегии присяжных заседателей кандидатам в  присяжные заседатели председательствующим были заданы вопросы о том,  является ли кто кто-либо родственником лиц, производивших дознание или  предварительное следствие, является ли кто-либо родственником судье,  государственному обвинителю, защитнику, подсудимым, потерпевшим,  гражданскому истцу, ответчику, секретарю судебного заседания. Стороной  защиты кандидатам в присяжные заседатели также был задан вопрос о том,  есть ли среди них лица, близкие родственники которых работают в  правоохранительных органах.  

                                                На указанные вопросы никто из кандидатов в присяжные заседатели  не ответил. Какие-либо данные, подтверждающие наличие родственных  отношений между присяжным заседателем И и потерпевшими,  на что обращается внимание в жалобах, не представлены стороной защиты и  в материалах дела отсутствуют.  

                                                Никто из кандидатов в присяжные заседатели не дал ответ и на  вопрос председательствующего о том, есть ли среди них лица, имеющие  неснятую или непогашенную судимость, а также является подозреваемым  или обвиняемым в совершении преступления.  

                                                Сведений о том, что присяжный заседатель М имеет  непогашенную судимость и скрыл этот факт, также не имеется в материалах  дела.  

                                                В судебном заседании сторона защиты не делала заявлений о  невозможности участия И и М в составе  коллегии присяжных заседателей, не заявила им мотивированный либо  немотивированный отвод.  

                                                После формирования коллегии присяжных заседателей стороны не  сделали заявления о тенденциозности ее состава.  

                                                При таких данных доводы жалоб о том, что присяжный заседатель  И является родственницей потерпевшей, а М имеет  судимость, а также о том, что женщина, вошедшая в состав коллегии  присяжных заседателей, является родственницей потерпевшей, носят  предположительный характер, в связи с чем потому не могут быть признаны  обоснованными.  

 

Не представлены стороной защиты и данные, свидетельствующие о  незаконном воздействии на присяжных заседателей путем доведения до них  информации о судимости осужденных.  

                                                Заявлений о том, что дверь в комнату, в которой находились  присяжные заседатели во время их удаления для разрешения  процессуальных вопросов, была приоткрыта, в связи с чем они могли  слышать происходящее в зале судебного заседания, ни подсудимые, ни их  защитники не делали в судебном заседании.  

                                                Доводы жалоб о том, что присяжный заседатель И перед  удалением в совещательную комнату заявила о своем болезненном  состоянии, препятствующем ее участию в вынесении вердикта,  опровергаются протоколом судебного заседания, в котором такие сведения  отсутствуют.  

                                                Представленная стороной защиты справка о прохождении И  

                                                 лечения с 12 по 25 мая 2012 года в участковой  больнице, не может свидетельствовать о наличии препятствий для участия  указанного присяжного заседателя в судебном разбирательстве.  

                                                Не усматривается из материалов дела и данных о том, что в суде  присяжных исследовались недопустимые доказательства или были ошибочно  исключены из разбирательства дела допустимые доказательства, или  отказано сторонам в исследовании доказательств, либо допущены иные  нарушения уголовно-процессуального закона, влекущие отмену приговора.  

                                                В судебном заседании была разрешено ходатайство стороны защиты  о признании показаний Абуталимова и Газиева на предварительном  следствии недопустимыми доказательствами и обоснованно отклонено.  

                                                Из материалов дела следует, что допрошены были Абуталимов и  Газиев в качестве подозреваемых и обвиняемых с участием защитника  адвоката Рабаданова А.А., а в допросах Газиева принимали участие и  переводчики, при этом ни допрашиваемые, ни их защитник не делали каких- либо заявлений о применении к ним недозволенных методов, замечаний о  ходе следственных действий, по окончании допросов своими подписями  удостоверили правильность отраженных в протоколах сведений. Абуталимов  отказался подписать лишь протокол дополнительного допроса в качестве  обвиняемого, не указав при этом мотивы своего решения. В занятой  позиции, которые признавали свое участие в похищении денег у  Г и ее убийстве, противоречий не имелось, что не  исключало возможность осуществления защиты адвокатом Рабадановым и  Абуталимова и Газиева.  

                                                Не нарушены следователем и требования ст. 46 УПК РФ при допросе  Абуталимова и Газиева в качестве подозреваемых. Согласно протоколам  допроса в качестве подозреваемых от 5 октября 2010 года первым с 18 часов  20 минут до 21 часа был допрошен Газиев, а по окончании его допроса с 21 часа 20 минут до 22 часов 40 минут был допрошен Абуталимов. Указанными  протоколами следственных действий опровергаются доводы жалоб о допросе  Абуталимова и Газиева в одно и то же время.  

                                                С соблюдением требований ст. 194 УПК РФ с участием защитника,  понятых, специалиста, оперуполномоченного проведена и проверка  показаний обвиняемого Абуталимова на месте преступления, перед  проведением которой он заявил, что полностью подтверждает свои показания  в качестве обвиняемого, что каких-либо психологических угроз и угроз  физического насилия в отношении него не применялось.  

                                                С учетом указанных обстоятельств, опровергающих доводы жалоб о  применении в Абуталимову и Газиеву незаконных методов ведения  следствия, председательствующий обосновано отклонил ходатайства  стороны защиты о признании недопустимыми доказательствами показаний  Абуталимова и Газиева на допросах в качестве подозреваемых, обвиняемых,  а Абуталимова и при проверке на месте преступления и удовлетворил  ходатайство стороны обвинения об оглашении их в присутствии присяжных  заседателей.  

                                                Обоснованность данного решения не могут поставить под сомнение  утверждения в жалобах о наличии родственных отношений между адвокатом  Рабадановым А.А. и женой оперуполномоченного О которые  носят предположительный характер, не подтверждаются объективными  данными, и о чем в судебном заседании сторона защиты не заявляла.  

                                                Не нарушены в судебном заседании и требования ч. 7 ст. 335 УПК РФ,  регламентирующие особенности судебного следствия в суде с участием  присяжных заседателей.  

                                                В судебном заседании 16 апреля 2012 года потерпевшая М  

                                                , задавая вопрос Абуталимову следующего содержания: «М У.  и Я Д. заявили в суде, что в этот день 25 мая 2010 года вы не вышли на  работу, как можете это объяснить?», вопреки доводам жалобы не сообщила  каких-либо негативных сведений о личности подсудимого. Данный вопрос  был направлен на выяснение места нахождения подсудимого 25 мая 2010  года, то есть в день убийства Г  

                                                Не подтверждаются материалами дела и доводы жалоб о том, что  свидетель О заявил в присутствии присяжных заседателей о том,  что ранее подсудимые проходили по другому делу. Как следует из протокола  судебного заседания, свидетель О пояснил, что знает всех подсудимых  в связи с расследованием данного уголовного дела.  

                                                Не делал заявлений о наличии у подсудимых судимости и свидетель  Я  

                                                Вопреки доводам жалоб в судебном заседании 5 марта 2012 года, а  также в другие дни председательствующий не делал присяжным заседателям  разъяснений о том, что удалены они были из зала судебного заседания в  связи с тем, что в их присутствии не могут оглашаться сведения о судимости подсудимых, поставив их таким образом в известность о наличии у  подсудимых судимости. Такие данные в протоколе судебного заседания  отсутствуют.  

                                                Выступая в прениях, потерпевшая М высказал свою  позицию по делу, заявив, что уверена в том, что преступление совершили  подсудимые. Ее заявление о том, что все «сельчане боятся того, что они  выйдут на свободу», без ссылки на конкретные данные о личности  подсудимых, не может свидетельствовать о сообщении ею сведений,  способных вызвать предубеждение присяжных заседателей в отношении  подсудимых, а потому председательствующий не имел оснований для  объявления замечания потерпевшей.  

                                                Доводы жалобы осужденного Абуталимова М.М. о том, что ему не  была предоставлена возможность рассказать присяжным заседателям о  пытках, которым он подвергался в ходе расследования дела, не основаны на  законе, а потому не могут быть приняты во внимание.  

                                                Напутственное слово председательствующего соответствует  требованиям ст. 340 УПК РФ. Приводя содержание исследованных в  судебном заседании доказательств, председательствующий не высказывал  свое отношение к доказательствам.  

                                                Вопреки доводам жалоб правильно разъяснил председательствующий  и правила оценки доказательств, а также требования закона о презумпции  невиновности, о толковании только неустранимых сомнений в пользу  подсудимого. При этом им было разъяснено, какие сомнения следует  считать разумными и неустранимыми.  

                                                После произнесения напутственного слова адвокат Алиев А.Р. сделал  замечание в связи с тем, что председательствующий, ознакомив присяжных  заседателей с вопросом № 1 , в котором речь идет о разбойном нападении, а  не об убийстве, сказал, что обычно на этот вопрос отвечают утвердительно.  

                                                Данное возражение было принято председательствующим, что  свидетельствует о том, что присяжные заседатели, удаляясь в  совещательную комнату, были ознакомлены с правилами обсуждения  вопросов и ответов на них.  

                                                После произнесения напутственного слова в 17 часов 02 минуты  присяжные заседатели удалились в совещательную комнату, откуда вышли в  20 часов 20 минут, старшина присяжных заседателей передал  председательствующему вердикт, председательствующий, указал на  неясность в заполнении граф о результатах голосования и необходимость ее  устранения, после чего присяжные заседатели в 20 часов 20 минут  удалились в совещательную комнату, откуда вышли в 20 часов 38 минут.  

 

Проверив вопросный лист, председательствующий предложил  провозгласить его.  

                                                Данных том, что из совещательной комнаты выходил один старшина  присяжных заседателей для получения разъяснений по вопросному листу, на  что обращается внимание в жалобах, в протоколе судебного заседания не  имеется.  

                                                Судебное следствие проведено с соблюдением состязательности  сторон, при этом стороне защиты была предоставлена возможность  представить доказательства в подтверждение алиби у подсудимых, их  позицию о непричастности к совершению преступлений, в связи с чем  порядок изложения доказательств в обвинительном заключении, на что  обращается внимание в жалобе, не может расцениваться как  обстоятельство, способное повлиять на мнение присяжных заседателей.  

                                                При таких обстоятельствах доводы жалоб о нарушении в ходе  судебного разбирательства норм уголовно-процессуального закона об  особенностях рассмотрения дела с участием присяжных заседателей, что  повлекло вынесение обвинительного вердикта, нельзя признать  обоснованными.  

                                                Вопросный лист и вердикт коллегии присяжных заседателей  соответствуют требованиям ст. ст. 339, 343 УПК РФ.  

                                                Вопросы сформулированы председательствующим с учетом  результатов судебного следствия и прений сторон в ясных, понятных  выражениях.  

                                                Правильно сформулирован и вопрос № 1. Указание в данном вопросе  на номер автомобиля, в который была посажена потерпевшая, не  свидетельствует о том, что в отношении Магомедова при такой  формулировке мог быть вынесен только обвинительный вердикт.  

                                                В случае признания недоказанным факта использования автомашины  Магомедова в ходе совершения преступлений в отношении  Г присяжные заседатели могли исключить из вопросного  листа данные обстоятельства, о чем им были даны соответствующие  разъяснения председательствующим в напутственном слове.  

                                                Вынесенный присяжными заседателями обвинительный вердикт не  содержит противоречий.  

                                                В соответствии с ч. 2 и ч. 3 ст. 348 УПК РФ вердикт коллегии  присяжных заседателей является обязательным для председательствующего,  и он квалифицирует действия осужденного в соответствии с обвинительным  вердиктом.  

 

Ставить под сомнение вердикт присяжных стороны не вправе, такого  основания для отмены приговора, постановленного с участием присяжных  заседателей, ст. 379 УПК РФ не предусмотрено.  

                                                С учетом того, что вердиктом присяжных заседателей осужденные  признаны виновными в хищении имущества потерпевшей и причинении ей  смерти, доводы жалоб об отсутствии достаточных доказательств их  причастности к совершению преступлений в отношении Г  о том, что присяжными заседателями необоснованно не приняты во  внимание доказательства стороны защиты, подтверждающие алиби  осужденных, о том, что следователем неполно проведено предварительное  следствие, удовлетворению не подлежат.  

                                                По изложенными мотивам судебная коллегия не находит оснований  для отмены приговора по доводам жалоб.  

                                                Вместе с тем, приговор в части квалификации действий осужденных  подлежит изменению по следующим основаниям.  

                                                Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ,  сформулированной в постановлениях № 7-П от 20 апреля 1999 года, 18-П  от 8 декабря 2003 года и определениях № 57-0 от 2 февраля 2006 года, №  751-О от 7 июня 2011 года, № 843-0 от 7 июня 2011 года, закрепленные в  пункте 2 части 2 ст. 221 УПК РФ полномочия прокурора по принятию  решений о возвращении уголовного дела следователю для производства  дополнительного следствия, изменения объема обвинения либо  квалификации действий обвиняемых или пересоставления обвинительного  заключения и устранения выявленных недостатков со своими письменными  указаниями, рассчитаны на проведение предварительного расследования до  направления дела в суд и не предполагают проведение дополнительного  расследования уголовного дела после возвращения дела судом для  устранения препятствий к его судебному рассмотрению.  

                                                Исходя из данной правовой позиции, прокурор вправе дать указание о  предъявлении обвиняемому обвинения в совершении более тяжкого  преступления, о выполнении следственных действий, направленных на  восполнение неполноты расследования, только до направления уголовного  дела в суд.  

                                                Указанная правовая позиция распространяется и на предусмотренные  ст. 39 УПК РФ полномочия руководителя следственного органа по  возвращению дела следователю для производства дополнительного  расследования,  

                                                Эти требования закона с учетом правовой позиции Конституционного  Суда РФ не учтены судом при рассмотрении настоящего дела.  

                                                Как следует из материалов дела, уголовное дело в отношении Давудова,  Абуталимова, Газиева и Магомедова, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных пп. «д, ж, з» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 4 ст. 162  УК РФ, 4 августа 2011 года было возвращено прокурору для устранения  препятствий к его рассмотрению, каковыми судом признаны необходимость  перевода обвинительного заключения на родной для Газиева язык,  а также приведение ссылок в обвинительном заключении на листы дела в  соответствие с материалами дела.  

                                                Устранив указанные в постановлении суда недостатки, следователь  направил уголовное дело с обвинительным заключением руководителю  следственного управления, который не дал согласия на направление дела  прокурору, возвратил на дополнительное расследование, в ходе которого  следователь, выполняя указание и.о. руководителя первого отдела по  расследованию особо важных дел следственного комитета Российской  Федерации следственного управления по Республике Дагестан, предъявил  Давудову, Абуталимову, Газиеву и Магомедову, новое обвинение в том  числе и в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 127 УК  РФ, увеличив тем самым в нарушение закона объем ранее предъявленного  им обвинения, на что правильно обращается внимание в кассационной  жалобе защитника Магомедова.  

                                                Данное нарушение закона оставлено без надлежащего реагирования  Первого заместителя прокурора Республики Дагестан, которым утверждено  обвинительное заключение и председательствующего при проведении  предварительного слушания и судебного разбирательства.  

                                                С учетом требований ст. 237 УПК РФ и приведенных выше решений  Конституционного суда РФ суд не вправе был постановить обвинительный  приговор в отношении осужденных по п. «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ.  

                                                Кроме того установленные присяжными заседателями фактические  обстоятельства удержания Г в салоне автомобиля в ходе  похищения ее имущества не позволяют сделать вывод о том, что, удерживая  Г в автомашине, осужденные помимо намерения похитить  ее имущество преследовали цель лишения потерпевшей свободы, а потому  вывод суда о совершении осужденными помимо хищения имущества  потерпевшей наличии и преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 127  УК РФ, нельзя признать обоснованным.  

                                                По указанным основаниям осуждение Давудова, Абуталимова,  Газиева и Магомедова п. «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ подлежит исключению из  приговора.  

                                                Не основана на вердикте присяжных заседателей и квалификация  действий осужденных по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ.  

                                                Как установлено судом на основании вердикта присяжных  заседателей, Давудов, Абуталимов, Газиев и Магомедов договорились  завладеть деньгами Г , для чего обманным путем посадили  ее в автомашину, в пути следования Даудов сломил сопротивление  потерпевшей, а Газиев сорвал с ее шеи матерчатый кошелек с деньгами.  

 

Далее осужденные привезли потерпевшую к ее дому, проникли в дом,  где нанесли ей удары руками и ногами в различные части тела, требуя  показать место хранения денег. Не найдя денег они вывезли  Г на окраину села.  

                                                Последующие действия по применению насилия к потерпевшей, в  ходе которого ее обливали кипящей жидкостью, сдавливали шею веревкой,  наносили удары камнями и забросали ее тело грудой камней, были  совершены осужденными в процессе лишения потерпевшей жизни.  

                                                Таким образом, вердиктом не установлено, что в процессе похищения  денег потерпевшей ей были причинены какие-либо телесные повреждения.  Нанесение же потерпевшей ударов руками и ногами по телу, не повлекшее  вреда ее здоровью, срывание с ее шеи кошелька с деньгами не может  рассматриваться как насилие, опасное для жизни и здоровья потерпевшей.  

                                                Принимая во внимание характер примененного осужденными  насилия, не представляющий опасности для жизни и здоровья потерпевшей,  наличие между осужденными предварительного сговора на похищение денег  Г правильно действия осужденных по похищению  денежных средств потерпевшей надлежит квалифицировать по пп. «а», «г» ч.  2 ст. 161 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 декабря 2011 года №  420-ФЗ), как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества,  совершенное группой лиц по предварительному сговору с применением  насилия, не опасного для жизни и здоровья.  

                                                Квалификация действий осужденных по лишению жизни  Г по пп. «д», «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ является  правильной.  

                                                Избранный осужденными способ причинения смерти потерпевшей,  связанный с обливанием ее кипящей жидкостью правильно расценен судом  как проявление особой жестокости.  

                                                Прямо вытекают из вердикта и наличие между осужденными  предварительного сговора на причинение смерти Г а  также мотив убийства - стремление скрыть другое преступление.  

                                                Изменение квалификации действий осужденных в ходе  дополнительного расследования с п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на п. «к» ч. 2 ст.  105 УК РФ, на что обращается внимание в жалобах, не ухудшило  положение осужденных, поскольку предъявление обвинения Давудову,  Абуталимову, Газиеву и Магомедову в совершении убийства  Г после хищения у нее денег с целью сокрытия данного  преступления повлекло изменение квалификации действий осужденных по  хищению денежных средств потерпевшей с разбоя на грабеж.  

 

При назначении наказания осужденным за убийство судом в полной  мере учтены характер и степень общественной опасности совершенного  преступления, данные о личности каждого, положительные характеристики  Магомедова и Газиева, смягчающие обстоятельства: наличие малолетних  детей у Магомедова и Абуталимова, явка с повинной Магомедова, мнение  присяжных заседателей о том, что Магомедов заслуживает снисхождения, а  также влияния назначенного наказания на исправление осужденных и  условия жизни их семьи.  

                                                Вместе с тем назначение осужденным по ч. 2 ст. 105 УК РФ  дополнительного наказания в виде ограничения свободы подлежит  исключению из приговора по следующим основаниям.  

                                                Согласно ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничение свободы заключается в  установлении осужденному перечисленных в данной норме ограничений.  

                                                С учетом этого, назначая осужденному наказание в виде ограничения  свободы, суд обязан установить ему и конкретные ограничения.  

                                                Эти требования закона не выполнены судом при назначении  дополнительного наказания осужденным за убийство, а потому данный вид  наказания считается неназначеным и подлежит исключению. Не назначив  ограничение свободы за конкретное преступление, суд не вправе был  устанавливать ограничения при назначении осужденным наказания по  совокупности преступлений.  

                                                При назначении наказания осужденным за грабеж судебная коллегия  учитывает те же обстоятельства, что и суд, а также мнение присяжных  заседателей о том, что Абуталимов заслуживает снисхождения за данное  преступление, что не было учтено судом при назначении наказания  Абуталимову за хищение имущества потерпевшей.  

                                                Из вердикта следует, что, отвечая на вопрос № 7 о том, заслуживает ли  Абуталимов снисхождения за описанные в 1 и 5 вопросах действия по  хищению денег потерпевшей, присяжные заседатели указали «Нет, не  заслуживает» и привели результаты голосования «за» - 3 человека,  «Против» - 9 человек.  

                                                С учетом того, что за данный ответ проголосовало всего 3 человека, а  против - 9 человек, Абуталимова надлежит признать заслуживающим  снисхождения, в связи с чем при назначении ему наказания по ч. 2 ст. 161 УК  РФ подлежат применению правила ч. 2 ст. 65 УК РФ.  

                                                Учитывая обстоятельства совершения осужденными преступления,  данные об их личности, судебная коллегия находит возможным не назначать  им за грабеж дополнительное наказание в виде ограничения свободы.  

                                                В связи с переквалификацией действий осужденных на менее тяжкий  закон, судебная коллегия считает необходимым снизить и окончательное  наказание осужденным по совокупности преступлений и совокупности  приговоров.  

 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК  РФ, судебная коллегия  

                                                определила: 

                                                приговор Верховного суда Республики Дагестан с участием присяжных  заседателей от 25 мая 2012 года в отношении Абуталимова М  М Газиева Р Р Магомедова А  Г Давудова Р А изменить.  

                                                Исключить их осуждение за совершение преступления,  предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ.  

                                                Переквалифицировать их действия с п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ на пп.  «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 декабря  2011 года № 420-ФЗ), по которой назначить им наказание в виде лишения  свободы Абуталимову М.М. - сроком на 4 (четыре) года, Газиеву Р.Р. - сроком на 4 (четыре) года, Магомедову А.Г. - сроком на 4 (четыре) года,  Давудову Р.А. - сроком на 5 (пять) лет.  

                                                Исключить из приговора указание суда о назначении Абуталимову  М.М., Газиеву Р.Р. Магомедова А.Г. Давудову Р.А. по пп. «д», «ж», «к» ч. 2  ст. 105 УК РФ дополнительного наказания в виде ограничения свободы.  

                                                По совокупности преступлений, предусмотренных на пп. «а», «г» ч. 2  ст. 161, пп. «д», «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК  РФ путем частичного сложения наказаний назначить наказание  Абуталимову М.М. - 16 (шестнадцать) лет лишения свободы, Газиеву Р.Р.  15 (пятнадцать) лет 6 (шесть) месяцев лишения свободы, Магомедову А.Г.  14 (четырнадцать) лет лишения свободы, Давудову Р.А. 16 (шестнадцать)  лет лишения свободы.  

                                                Отбывание наказания Магомедову А.Г. назначить в исправительной  колонии строгого режима.  

                                                К назначенному Абуталимову наказанию в соответствии со ст. 70 УК  РФ частично присоединить наказание, неотбытое по приговору от 11 июня  2009 года в виде 1 года лишения свободы и окончательно по совокупности  приговоров назначить 17 (семнадцать) лет лишения свободы в  исправительной колонии строгого режима.  

                                                К назначенному Газиеву Р.Р. наказанию в соответствии со ст. 70 УК РФ  частично присоединить наказание, неотбытое по приговору от 11 июня 2009  года, в виде 6 месяцев лишения свободы и окончательно по совокупности приговоров назначить 16 (шестнадцать) лет лишения свободы в  исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год 6  месяцев.  

                                                К назначенному Давудову Р.А. наказанию в соответствии со ст. 70 УК  РФ частично присоединить наказание, неотбытое по приговору от 11 июня  2009 года в виде 1 года лишения свободы и окончательно по совокупности  приговоров назначить 17 (семнадцать) лет лишения свободы в  исправительной колонии строгого режима.  

                                                В остальном приговор в отношении Абуталимова М.М., Газиева Р.Р.  Магомедова А.Г., Давудова Р.А. оставить без изменения, а кассационные  жалобы осужденных Абуталимова М.М., Газиева Р.Р., защитников  осужденных адвокатов Абдулаева М.М., Алиева А.Р., Абдулкаримова М.А.  - без удовлетворения.  

                                                Председательствующий Судьи: